Покинуть дворец ради поисков учителя

Чу Хунъюй серьёзно сказал:

— Брат Цзян превосходен и в гражданских, и в военных искусствах, а брат Шэнь — прирождённый первый учёный. Они оба слишком выдающиеся. Если поставить их рядом со мной, это будет им во вред — их легко втянут в водоворот противостояния с регентом. Сейчас, когда они должны учиться, им следует как следует заниматься. Только добившись успехов и войдя на службу ко двору, они смогут по-настоящему помогать мне. Мама, как тебе мои рассуждения?

Юнь Чу действительно удивилась.

Она и правда не ожидала, что сын сможет сказать такие глубокие вещи.

И действительно, если Цзянэр и Шэньэр станут спутниками учёбы императора и окажутся под надзором Чу Жуя, как они смогут спокойно учиться? Естественно, их будущее будет задержано.

— Люди, которых я выбрал, все бездарные глупцы. — Чу Хунъюй сел ровнее. — Регент вообще не станет их опасаться. После моего восшествия я специально объявил внеочередной экзамен, добавив дополнительный столичный экзамен в начале двенадцатого месяца этого года. Когда придёт время, брат Цзян и брат Шэнь не должны меня подвести. После того как они сдадут экзамен и станут цзиньши, на следующем дворцовом экзамене я смогу как следует продвинуть их на должности.

Юнь Чу снова посмотрела на сына удивлёнными глазами.

Она ещё глубже осознала, что её сын действительно вырос — он больше не был тем ребёнком, которого нужно защищать во всём.

— Мама, почему ты так на меня смотришь? У меня что-то грязное на лице?

— Нет. Мама просто рада. — Юнь Чу погладила его по волосам. — Ты уже вырос настолько, что можешь сам справляться с делами. Теперь мама наконец может быть спокойна.

Немного помолчав, она продолжила:

— Мама собирается покинуть дворец, чтобы найти тебе нового учителя. В эти дни ты должен хорошо себя беречь. Чаншэн и Цзюэра я оставлю на твою императорскую бабушку, тебе не нужно за них волноваться.

Чу Хунъюй потёр подбородок:

— Императорская бабушка надёжна?

Однажды Чаншэн уже оставляли на попечение императорской бабушки, и тогда её обидели. Он до сих пор помнил это.

Юнь Чу улыбнулась:

— Ты вырос, и твоя императорская бабушка тоже повзрослела. К тому же за всем будет присматривать двоюродная бабушка, так что всё будет хорошо.

После происшествия с Чу И консорт Инь словно стала другим человеком. Теперь её следовало называть вдовствующей консортом Инь. Прежде беспечная и прямолинейная, она стала молчаливой. Лишь когда пила чай с вдовствующей консортом Юнь, говорила немного больше. Она также стала гораздо внимательнее к окружающим и берегла детей как драгоценности.

Рано утром следующего дня Юнь Чу с охраной села в карету и под предлогом поклонения Будде тайно покинула дворец.

Карета весь день ехала на запад и к вечеру достигла окраин небольшого города. Здесь были горы, а у подножия — деревня. На краю деревни стоял маленький дворик, утопающий в цветах. Осенний ветер тихо шелестел, осенние хризантемы пылали яркими красками — двор выглядел очень изящно.

Когда карета была ещё на некотором расстоянии от двора, Юнь Чу велела остановиться.

Взяв с собой только Цютун, она направилась к дворику. Ворота были не заперты, но она не стала входить без разрешения и громко позвала:

— Простите, есть ли кто-нибудь дома?

— Путница пришла за водой?

Из-за дома раздался старческий голос.

Сразу после этого во двор медленно вышел бодрый старик.

У старика были полностью белые волосы и белая борода. Хотя дух его был крепок, по виду ему явно было не меньше восьмидесяти лет.

Этот человек был близким министром отца покойного императора, что уже показывало его поколение и положение.

Юнь Чу читала исторические хроники. Причина, по которой отец покойного императора стал прославленным государем с великими заслугами, заключалась именно в том, что рядом с ним находился такой человек — одновременно учитель и друг.

Оуян Е — в молодости он был спутником учёбы в Императорской академии. Позже, когда император взошёл на престол, его чрезвычайно быстро возвысили до великого наставника. Он сопровождал того императора на пути к вершине власти, расширяя земли Великой Цзинь и заставляя соседние малые государства дрожать от одного лишь упоминания имени страны… После смерти того императора Оуян Е ушёл с должности великого наставника, сказав, что удаляется в горы и леса.

Но в этих горах и лесах он основал «Академию соломенной хижины».

Бесчисленное множество людей стремилось отправить туда своих детей учиться. Академия существовала тридцать лет. Лишь когда Оуян Е совсем состарился, он закрыл её.

Но его ученики были разбросаны по всей Великой Цзинь. Сказать, что его ученики заполнили Поднебесную, вовсе не было бы преувеличением.

— Судя по одежде госпожи, вы не похожи на случайную путницу, пришедшую за водой. — Оуян Е погладил белую бороду. — Интересно, что привело госпожу сюда?

— Учитель Оуян. — Юнь Чу сложила руки в приветствии учёных. — Я мать юного императора Великой Цзинь.

Оуян Е поставил мотыгу и сразу поклонился:

— Этот простолюдин приветствует вдовствующую императрицу…

— Учителю Оуяну не нужно этого делать. — Юнь Чу помогла ему подняться. — Вы — заслуженный министр Великой Цзинь. Нет нужды кланяться такой простой женщине, как я.

— В этом году мне исполнилось восемьдесят девять. — Оуян Е взял чайник и налил Юнь Чу чашку чая. — В моём возрасте всё уже видно ясно. Нет нужды объяснять, зачем вдовствующая императрица пришла сюда.

Хотя он жил среди гор и лесов, о придворных делах всё же знал.

Сказав это, он снова взял мотыгу и пошёл работать в поле.

Юнь Чу поджала губы.

В эти времена люди редко доживали до восьмидесяти-девяноста лет. В возрасте Оуян Е действительно заслуживал спокойно наслаждаться остатком жизни.

Ей не следовало приходить.

Но другого выхода у неё не было.

Единственным человеком в мире, способным заменить великого наставника Сюя, был Оуян Е.

Даже если Оуян Е станет императорским наставником всего на два дня — этого уже будет достаточно. Сначала нужно заменить великого наставника Сюя, а уже потом строить дальнейшие планы.

Юнь Чу последовала за Оуян Е в поле.

Была глубокая осень, и в земле росли, вероятно, редька и капуста. Юнь Чу, честно говоря, не была уверена.

— Учитель Оуян может знать придворные дела, но лишь поверхностно, а не в глубине. Покойный император умер не от болезни, а от рук коварных людей. — Юнь Чу присела рядом с ним и тихо сказала, выдёргивая сорняки: — Коварные министры контролируют двор, новый император ещё мал, положение при дворе крайне опасно. Прошу учителя Оуяна выйти из уединения и помочь государству.

Оуян Е вырвал крепкий сорняк и сказал:

— Вдовствующая императрица, взгляните на этот сорняк. Никто за ним не ухаживает, но он растёт гуще капусты. Почему?

Юнь Чу ответила:

— Потому что он забирает питательные вещества, принадлежащие капусте.

— Поскольку вам нужна капуста, вы считаете, что эти питательные вещества принадлежат именно ей. — сказал Оуян Е. — А если бы я сказал, что этот сорняк можно использовать как лекарство, считала бы вдовствующая императрица, что он украл питание?

С этими словами он поднялся и начал поливать капусту.

Юнь Чу задумалась, а затем шагнула вперёд:

— И сорняки, и капуста — люди берут от каждого то, что им нужно. Когда свирепствует мор, естественно сохраняют сорняки. Когда наступает голод, сохраняют капусту. Что выбрать — зависит от того, что сейчас нужно людям. Великая Цзинь столько лет жила спокойно. Если она начнёт рушиться изнутри, внешние враги придут один за другим. Когда это случится, и капуста, и сорняки превратятся в пустоту.

Оуян Е опёрся на мотыгу и взглянул на солнце:

— День ещё не кончился. Я пойду ловить рыбу. Сегодня вечером будет рыбный суп. Рыба в этом пруду мелкая, так что не стану приглашать вдовствующую императрицу на ужин. Вдовствующая императрица может уходить когда пожелает. Провожать не буду.

С этими словами он снова ушёл, неся мотыгу на плече.

Юнь Чу посмотрела на ещё не до конца очищенное от сорняков поле и присела продолжать работу.

Цютун хотела помочь, но Юнь Чу отказала ей.

Чтобы тронуть Оуян Е, нужно было показать искренность. Она должна была дать ему увидеть свою решимость.