Обучение боевым искусствам и раскрытие меридианов.

Юнь Чу продолжала заниматься боевыми искусствами во дворе.

Цютун тщательно обучала её базовым движениям. Закончив один комплекс, Юнь Чу уже была вся покрыта потом.

— Матушка…

У ворот двора появилась фигура.

Она вытерла пот и посмотрела — это был Се Шивэй.

Спокойным тоном она спросила:

— Зачем Вэйэр пришёл?

После того как он в прошлый раз получил наказание, кроме утренних приветствий, он почти не появлялся в её дворе. Её это вполне устраивало — она тоже не хотела с ним возиться.

— Матушка, я тоже хочу изучать боевые искусства.

Се Шивэй вошёл внутрь и, набравшись смелости, произнёс это.

С тех пор как он совершил ту ошибку, его еда, одежда и содержание были урезаны наполовину. Каждый день он не мог толком наесться и не имел денег на расходы.

Сначала он пришёл признать ошибку и попросить прощения, надеясь, что матушка восстановит всё как прежде.

Но, увидев, как она тренируется — каждое движение было особенно красивым — он вдруг тоже захотел выучить несколько приёмов.

Учёба у него не получалась. Отец каждый день ругал его, старая госпожа и бабушка тоже постоянно наставляли его. Он уже начал думать, что действительно ни на что не годен.

Но теперь вдруг понял — дело не в том, что он ничего не способен выучить, а в том, что ему просто неинтересна учёба. Он почувствовал, что может пойти по военному пути и не обязательно окажется хуже старшего брата.

Юнь Чу опустила взгляд и посмотрела ему в глаза.

Этот сын наложницы не унаследовал от Се Цзинъюя таланта к учёбе, зато от природы обладал безрассудной энергией. В прошлой жизни, попав в военный лагерь семьи Юнь, он меньше чем за год стал тысячником. С поддержкой семьи Юнь его путь в военном деле был исключительно гладким…

Но в этой жизни она больше никогда не даст Се Шивэю возможности пойти по военному пути.

— Редко у тебя появляется такое стремление. Тогда учись вместе со мной. — мягко сказала Юнь Чу. — Цютун, сначала раскрой ему меридианы.

Цютун слегка удивилась. Госпожа должна была знать, что начинающие ученики сначала лишь отрабатывают стойку для укрепления тела. Раскрытие меридианов — дело гораздо более позднее, сейчас этого делать совершенно нельзя.

Тиншуан тихо сказала:

— Просто выполняй приказ госпожи.

Цютун кивнула и подошла к Се Шивэю:

— Второй молодой господин, прошу прощения за грубость.

Она тут же схватила его за правую руку и резко потянула вниз. Раздался хруст, и Се Шивэй издал душераздирающий крик, инстинктивно пытаясь вырваться.

Но Цютун не дала ему шанса. Она нащупала точки меридианов, сильно надавила и резко потянула.

— Больно! Больно! Больно! — Се Шивэй покрылся потом. — Отпусти меня! Быстрее отпусти! Я сейчас умру от боли!

Юнь Чу села в плетёное кресло и сказала:

— Твой отец велел тебе усердно учиться, а ты говорил, что учёба слишком скучна. Старая госпожа тебя баловала, поэтому никто ничего не говорил. Теперь же ты сам захотел изучать боевые искусства. Раз это твой собственный выбор, то нельзя бросать на полпути. Раскрытие меридианов перед обучением — тайная техника исключительно семьи Юнь и основа того, как мой дед и отец достигли выдающегося мастерства. Я всегда относилась к тебе как к родному сыну, поэтому не стану ничего скрывать. Вначале очень больно, но потом постепенно становится легче.

Лицо Се Шивэя побелело от боли:

— С-сколько времени нужно раскрывать меридианы?

— Когда перестанет болеть, тогда и можно прекращать. — уголки губ Юнь Чу слегка приподнялись. — Моему отцу понадобилось три месяца. Мой старший брат пытался целый год и не выдержал, поэтому отказался от военного пути.

Се Шивэй так испугался, что едва не рухнул на землю.

Заикаясь, он спросил:

— А если меридианы не раскрыть?

— Без прочного фундамента ты всю жизнь останешься обычным воином и сможешь быть только рядовым солдатом на поле боя. — равнодушно сказала Юнь Чу. — Стать генералом, как мой дед и отец, будет совершенно невозможно.

Се Шивэй стоял на месте, крепко поджав губы.

Он хотел изучать боевые искусства, но этот процесс был слишком мучительным. И это минимум три месяца…

— Цютун, продолжай.

После приказа Юнь Чу Цютун прямо схватила Се Шивэя, перевернула вниз головой, сняла с него обувь и сильно надавила пальцами на точки на ступнях.

Се Шивэй снова начал издавать один душераздирающий крик за другим.

Хэ Ши как раз вернулась в поместье Се и собиралась зайти в главный двор с докладом. Ещё не войдя, она услышала мучительные вопли сына.

Она поспешно вбежала внутрь. Увидев происходящее, сильно испугалась и быстро сказала:

— Госпожа, что сделал не так Второй молодой господин?

Тиншуан ответила:

— Второй молодой господин хочет учиться боевым искусствам у госпожи. Сейчас ему раскрывают меридианы.

Услышав это, Хэ Ши почувствовала, как кровь ударила ей в голову.

Госпожа и так недолюбливала детей, которые не были ей родными. Если Вэйэр начнёт учиться у неё боевым искусствам, разве это не будет ловушкой? Он совсем обезумел.

К тому же учёба намного легче — зачем искать себе страдания? Разве не видно, что в предпоследнем поколении семьи Юнь остался только один старый генерал? В прошлом поколении остался лишь отец Юнь Чу. А до поколения самой Юнь Чу младшим вообще перестали позволять заниматься боевыми искусствами — этого уже достаточно, чтобы понять, насколько тяжёл этот путь.

Даже семья Юнь не хотела идти этим путём, а госпожа заставляет идти по нему её сына. Кто знает, какие у неё намерения!

Юнь Чу подняла взгляд:

— Наложница Хэ всё ещё стоит здесь и не уходит? Что, тоже хочешь изучать боевые искусства?

Хэ Ши поспешно сказала:

— Второй молодой господин, кажется, устал. Почему бы сначала не отдохнуть немного?

Юнь Чу кивнула. Цютун сразу отпустила его, и Се Шивэй рухнул прямо на землю.

Хэ Ши поспешно подбежала проверить состояние сына.

Юнь Чу поднялась:

— Наложница Хэ всегда была близка с Вэйэром, так что пока присмотри за ним.

Она развернулась и вошла во внутренние покои. Все служанки снаружи последовали за ней.

Хэ Ши тут же воспользовалась случаем и сказала:

— Вэйэр, учиться боевым искусствам бесполезно, совершенно бесполезно. Быстро скажи госпоже, что больше не хочешь учиться.

Се Шивэй только что был замучен почти до полусмерти. От постоянных криков его голос охрип. Сам по себе он не отличался твёрдостью характера, а услышав слова Хэ Ши, окончательно сдался:

— Но матушка сказала, что нельзя бросать на полпути.

— Просто скажи, что готов усердно учиться — разве этого недостаточно? — Хэ Ши помогла ему подняться. — Семья Се — учёная семья. Дети должны заниматься учёбой, разве не так?

Се Шивэй скорчил жалобное лицо:

— Но учиться так трудно…

— А разве заниматься боевыми искусствами не трудно? Посмотри, во что тебя превратили уже в первый день. Как ты вообще дальше жить будешь? — искренне уговаривала Хэ Ши. — Не ищи себе лишних страданий, будь умницей.

В этот момент Юнь Чу вышла из внутренней комнаты:

— Вэйэр, продолжим раскрытие меридианов. Раньше Цютун использовала лишь одну десятую силы. Теперь потребуется уже пять десятых. Ты готов?

Се Шивэй от страха сразу попятился.

При такой малой силе ему уже казалось, что он умирает от боли. Если станет ещё сильнее — он действительно погибнет прямо здесь.

— Матушка, можно мне… больше не учиться?..

Лицо Юнь Чу потемнело:

— Нет, ты обязан учиться. Это путь, который ты выбрал сам. Цютун, вперёд.

Цютун направилась к Се Шивэю.

От страха тот тут же расплакался:

— Матушка, мне просто было любопытно, я не хотел по-настоящему учиться. Я ошибся, правда ошибся…

Юнь Чу нахмурилась:

— Как можно относиться к обучению как к детской игре? Нельзя просто сказать «не хочу» и перестать учиться.

— Я обязательно буду хорошо учиться! — Се Шивэй всё отступал назад. — Отец говорил, что семья Се передаёт традиции через книги, каждый ребёнок обязан учиться. Я буду слушаться отца.

Губы Юнь Чу слегка изогнулись.

Дети этого возраста именно такие — чем сильнее заставляешь их что-то делать, тем больше они этого не хотят.

По крайней мере ближайшие три-пять лет Се Шивэй сам больше не заговорит о боевых искусствах. А когда ему исполнится двенадцать-тринадцать лет, начинать обучение будет уже гораздо труднее.

После того как Хэ Ши отвела Се Шивэя обратно, она вернулась в свой сад Бихэ. Увидев опавшие листья во дворе, которые никто не подметал, она вдруг почувствовала смертельную усталость.

Она не понимала, как всё дошло до такого состояния…