Восшествие Чу Хунъюя на престол

Императорский кабинет

Чу Хунъюй в одиночестве сидел на драконьем троне. Его маленькая фигура терялась на величественном сиденье, будто сам трон подавлял его присутствие.

Внизу стояли четверо регентов.

— Я позвал вас обсудить вопрос отправки войск в восточный поход. — Чу Хунъюй нахмурился.

После того как пришла весть об исчезновении его отца, все тогда говорили, что отец погиб, и требовали отправить войска, чтобы отомстить и стереть государство Дунлин с лица земли.

Но позже, после смерти императорского деда, об этом больше никто не упоминал.

Он действительно беспокоился об отце и хотел как можно скорее отправить подкрепление.

— Докладываю Вашему Величеству: это дело может оказаться довольно сложным. — великий наставник Сюй вздохнул. — При каждой смене власти в династии всегда возникают внутренние смуты и внешние угрозы. Если сейчас отправить войска на восток, столица останется беззащитной, а это может вызвать ненужные проблемы.

Министр Чжоу кивнул:

— К тому же из прежних ста пятидесяти тысяч войск потеряно было лишь двадцать тысяч. Оставшиеся сто тридцать тысяч всё ещё способны сражаться с государством Дунлин.

Министр Цю добавил:

— Ваше Величество ещё молоды и не понимаете всей серьёзности положения. Более того, церемония восшествия на престол ещё не проведена. Лучше обсудить это после интронизации.

Великий секретарь Ли, первый министр, молчал.

Сумев подняться до положения первого министра, он, разумеется, не был человеком без ума и проницательности. Он ясно видел: кроме него, остальные трое — люди регента.

Он не понимал, как великий наставник Сюй, столь преданный чиновник, мог вступить в сговор с регентом.

Из пяти регентов лишь он один действительно оставался верен юному императору. Его голос был слишком слаб, и говорил он или нет — почти ничего не менялось.

— Что делает Ваше Величество?

Чу Жуй внезапно распахнул дверь и вошёл внутрь, сложив руки в поклоне:

— Перед смертью покойный император приказал этому подданному помогать Вашему Величеству. Ваше Величество созвали всех для обсуждения дел, но не пригласили этого подданного. Неужели Ваше Величество считают, что этот подданный недостоин быть регентом?

Как только эти слова прозвучали, в Императорском кабинете стало тихо, а тяжёлое давление обрушилось прямо на Чу Хунъюя.

Лицо первого министра Ли похолодело. Так грубо разговаривать с ребёнком — регент переходил все границы.

Он уже собирался заговорить, как услышал слова юного императора:

— Я видел, что регент каждый день занимается столькими делами и очень устаёт, поэтому специально не позвал вас на это обсуждение.

Его мягкий, почти заискивающий тон немного смягчил выражение лица Чу Жуя.

— Трудиться ради двора — обязанность этого подданного.

— Но вам тоже нужно хорошо отдыхать. — Чу Хунъюй спрыгнул с драконьего трона. — Каждый день соблюдать траур и стоять в карауле так утомительно. Я возвращаюсь отдыхать. Делайте как считаете нужным.

Он зевнул и вышел из Императорского кабинета, а за ним последовала большая группа дворцовых служанок и евнухов.

Эти дворцовые слуги были тщательно отобраны супругой Инь. Родственники каждого из них находились под её контролем, поэтому по крайней мере их невозможно было подкупить.

Чу Жуй повернулся к первому министру Ли:

— Императорские указы о титулах для принцев и принцесс дворца, а также указы о даровании титулов вдовствующим консортам и вдовствующей императрице — первому министру Ли придётся хорошо потрудиться над этим.

Первый министр Ли кивнул:

— Да, Ваше Высочество.

Хотя он и был первым министром первого ранга, ближайшим чиновником Сына Неба и, возможно, самым влиятельным министром, перед регентом, державшим под контролем весь двор, он всё равно оставался на ступень ниже.

После того как тело покойного императора пролежало в трауре семь раз по семь, сорок девять дней, уже наступила глубокая осень, и погода становилась всё холоднее.

Новый государь вместе с гражданскими и военными чиновниками и членами императорской семьи сопровождал покойного императора в императорский мавзолей для погребения рядом с покойной императрицей. Сразу после завершения похоронных церемоний началась церемония восшествия Сына Неба на престол.

Церемония интронизации длилась всё утро.

После того как Чу Хунъюй взошёл на императорский трон, первый министр Ли зачитал императорские указы:

Отцу нового императора, Чу И, был дарован титул Великого императора и посмертное имя Император Шицзун.

Матери нового императора, Юнь Ши, был дарован титул вдовствующей императрицы, и ей предстояло жить во дворце Каннин.

Младшей сестре нового государя был дарован титул старшей принцессы, а младшему брату — титул князя Янь. Оба должны были оставаться во дворце до совершеннолетия.

Императорским принцам были дарованы княжеские титулы, уделы и княжеские резиденции; по достижении совершеннолетия они должны были отправиться в свои владения.

Императорским принцессам были дарованы титулы принцесс, а тем, кто достиг подходящего возраста, назначены браки.

Вдовствующие консорты получили титулы и должны были жить во Дворце вдовствующих консортов…

После всей этой сложной церемонии уже наступил полдень.

Первый день закончился в полном изнеможении.

Как только Чу Хунъюй вошёл во дворец Каннин, он сразу снял церемониальную корону с головы и пожаловался:

— Такая тяжёлая! И драконье одеяние тоже такое тяжёлое! Мама, быть императором — это совсем не для людей.

Чу Чаншэн поспешно поставила корону на место:

— Старший брат, эту церемониальную корону сотни мастеров создавали семь раз по семь дней. Она очень ценная — не сломай её.

Едва она договорила, как пухлая маленькая ручка потянулась и схватила одну из бусин.

— Цзюээр, отпусти. — Юнь Чу нарочно нахмурилась. — Если не будешь слушаться, мама отшлёпает тебя по попе. Быстро отпусти, не порть её.

Малыш надул губы и неохотно разжал руку.

— Посмотри на себя, маленький разбойник. — Чу Хунъюй слегка шлёпнул пухлую ручку. — Ты теперь князь Янь. Нельзя больше быть таким невежественным, понял?

Малыш вовсе не понимал, что значит князь Янь. Он поднял пухлую руку и хлопнул Чу Хунъюя по лицу.

— Ах ты мелкий негодник! — возмутился Чу Хунъюй. — Ты вообще знаешь, кто я? Я теперь император! Ты ударил императора! Понимаешь, какое это преступление?!

— Хе-хе, я-я...

Цзюээр решил, что они играют, и снова хлопнул брата по лицу.

Чу Хунъюй: «…»

Он, должно быть, самый добродушный император под небом.

Чу Чаншэн не удержалась и рассмеялась.

— Хватит уже. — Юнь Чу поймала беспокойные руки младшего сына. — Будь умницей и пей кашу. Не балуйся.

Кормилица быстро подошла и унесла малыша кормить кашей.

— Завтра у тебя первая утренняя аудиенция. Сегодня ложись пораньше. — серьёзно сказала Юнь Чу. — Я назначила Амао твоим личным телохранителем. Стража в Зале умственного совершенствования — все теневые стражи, оставленные твоим отцом. Тебе не нужно беспокоиться о заговорах. Спи спокойно.

Чу Хунъюй надулся:

— Зал умственного совершенствования так далеко от дворца Каннин. Мама, я больше не хочу жить в Зале умственного совершенствования.

Чу Чаншэн с удовольствием подлила масла в огонь:

— Дворец Куньнин ближе к дворцу Каннин. Если старший брат возьмёт императрицу, то сможет удобно жить во дворце Куньнин.

Чу Хунъюй: «…»

Он ребёнок, которому ещё нет и восьми лет — какая ещё императрица?!

Он возмущённо сказал:

— Чаншэн, когда ты вырастешь, тебе придётся переехать в резиденцию старшей принцессы. Посмотрим тогда, как легко тебе будет попадать во дворец!

Чу Чаншэн парировала:

— Когда отец вернётся, ты уже не будешь императором. Посмотрим тогда, будешь ли ты таким высокомерным!

При упоминании Чу И лица всех в комнате слегка помрачнели.

Хотя они и не верили, что Чу И мёртв, но прошло уже столько времени. Даже если он жив, то, вероятно…

— Завтра первое, что я сделаю на дворе — отправлю подкрепление. — Чу Хунъюй сжал кулаки. — Если отец жив, я хочу увидеть его живым; если мёртв — хочу увидеть его тело. Я обязательно верну отца в столицу!

— Хороший ребёнок. — Юнь Чу погладила его по голове. — Но ты должен понимать: ты новый император с неустойчивым положением. Очень трудно идти против мнения большинства. Когда большинство против — откладывай вопрос на потом. Не действуй поспешно.

С момента происшествия с Чу И прошло почти два месяца.

Юнь Чу постепенно перешла от первоначальной паники к спокойствию… Её отец уже отправил людей на восточный фронт для расследования…