Созыв советников для обсуждения дел

Се Шиань в полном оцепенении дошёл до ворот поместья князя Гунси.

Когда-то, когда его держали в подземелье, именно князь Гунси спас ему жизнь.

Позже, выбравшись оттуда и вновь попросив аудиенции у князя Гунси, он уже не был принят.

Се Шиань смутно догадывался: вероятно, предложение, которое он тогда выдвинул, столкнулось с трудностями при исполнении, поэтому князь Гунси просто отказался от него.

Но теперь князь Гунси был наказан императором домашним заключением и даже не смог присутствовать на новогоднем дворцовом пиру. Это было его самое тяжёлое и унизительное время, а значит, и свободного времени у него сейчас больше всего.

Наверное, он всё-таки согласится уделить ему немного внимания.

Се Шиань подошёл к главным воротам и объяснил цель визита.

Император лишь запретил князю Гунси покидать поместье, но не запрещал принимать гостей.

Однако, чтобы не вызвать подозрений, почти никто не решался навещать князя Гунси в такой момент.

Поэтому, кроме благородной наложницы Хуэй, Се Шиань оказался единственным человеком, пришедшим сюда за всё это время.

Его, разумеется, впустили.

Пройдя через ворота поместья князя Гунси, он последовал за слугой в кабинет.

Князь Гунси рисовал.

Услышав шаги, он лишь тогда отложил кисть, поднял голову, взглянул на Се Шианя и сразу усмехнулся:

— Выглядишь жалко. Дошёл до тупика и потому пришёл искать этого князя?

Се Шиань поджал губы:

— Когда этот простолюдин впервые оказался в безвыходном положении, мне посчастливилось получить спасение от князя и кое-как сохранить жизнь. Но я до сих пор не смог отплатить за эту милость.

— О? — князю Гунси всё равно было нечем заняться. Откинувшись на спинку кресла, он лениво произнёс: — Значит, молодой господин Се пришёл отплатить этому князю?

Се Шиань опустил голову:

— Милость спасения жизни невозможно отплатить полностью. Этот простолюдин может лишь сделать всё возможное, чтобы помочь князю взойти на высочайший трон.

Лицо князя Гунси мгновенно похолодело:

— Дерзость! Жалкий простолюдин смеет самовольно рассуждать о государственных делах. Неужели тебе надоела жизнь?!

— Пусть князь сейчас и заперт в этом маленьком пространстве, но вы наверняка уже знаете, что старшая законная дочь семьи Юнь, Юнь Чу, скоро войдёт в поместье князя Пинси и станет княгиней Пинси. — Се Шиань поднял голову. — А я — старший сын, которого она когда-то ценила больше всего. Даже сейчас наедине я всё ещё называю её матерью. Поскольку она не может иметь детей, она относится ко мне как к родному сыну. Почему бы князю не сделать меня человеком, внедрённым рядом с князем Пинси?

В уголках глаз князя Гунси мелькнул холодный блеск.

Тем временем во дворце уже закончились новогодние поздравления.

Чу И вывел детей из дворца, отправил их обратно, а затем неожиданно созвал группу советников для обсуждения дел.

Нужно понимать: это был первый день нового года. Если не случалось ничего чрезвычайного, все в это время навещали родственников, друзей и пировали.

Поэтому, внезапно получив приказ князя Пинси явиться в поместье, чиновники, уже успевшие выпить, перепугались. Каждый поспешно влил в себя по нескольку чаш отрезвляющего супа, похлопал себя по щекам и в спешке помчался в экипаже к нынешнему поместью Чу И.

У ворот они встречались один за другим, и на каждом лице отражались тревога и напряжение.

— Почему князь вдруг созывает нас прямо во время новогодних праздников?

— Наверняка случилось что-то важное. Иначе князь не стал бы специально вызывать нас сейчас.

— Может быть, за пределами столицы снова собрались разбойники? Это действительно серьёзное дело.

Чиновники тихо переговаривались между собой, входя во двор.

И тут увидели улыбающегося Чэнсюя:

— Князь знает, как усердно все трудились в этом году, и специально подготовил для господ чиновников новогодние подарки. Прошу следовать сюда.

Услышав это, все наконец облегчённо выдохнули.

Так вот в чём дело.

Князь просто хотел вручить им новогодние подарки.

Это было так заботливо, что чиновникам даже стало неловко.

Но когда они увидели сами подарки, все без исключения были потрясены.

Каждому приготовили по два кувшина превосходного «Дочернего красного» вина, по две большие живые рыбины, целую баранью ногу и огромную корзину свежих зелёных овощей…

Посреди зимы подобные вещи были редкостью редкостей.

А князь подготовил всё это в таком количестве.

Во всей столице не существовало другого дома, который бы готовил советникам настолько щедрые новогодние подарки.

Нет.

Скорее, другие дома вообще не делали советникам никаких подарков.

Князь относился к ним поистине слишком великодушно.

Они обязательно должны быть преданы князю, работать ради него до самой смерти и никогда не предавать…

Чэнсюй с улыбкой продолжил:

— Раз уж господа уже прибыли, почему бы немного не посидеть вместе с князем?

Чиновники и сами хотели лично поблагодарить князя, поэтому сразу последовали за ним в главный зал.

Внутри ярко горели жаровни, было тепло, места давно приготовили, а перед каждым уже стоял горячий чай.

— Не нужно церемоний. Садитесь.

Едва чиновники собрались поклониться, как Чу И уже заговорил.

У всех сразу потеплело на душе.

Каждый раз, входя во дворец, они сперва должны были закончить поклоны, и лишь затем высокие особы произносили: «Не стоит чрезмерных церемоний». Всё это выглядело довольно лицемерно, хотя вслух никто бы не посмел такого сказать…

Самый высокопоставленный из присутствующих, чиновник Чжоу, сложил руки:

— Благодарим князя за столь щедрые новогодние подарки. Мы искренне желаем князю счастливого нового…

На губах Чу И появилась улыбка:

— Брак ещё не утверждён. Не стоит поздравлять так рано.

Чиновник Чжоу: «…»

Он вообще-то хотел поздравить с Новым годом, а не со свадьбой.

— Раз уж вы сами заговорили об этом, отлично. — Чу И сделал глоток чая и продолжил: — Тогда обсудим брак.

Все присутствующие: «…»

Совсем как в прошлый раз.

Тогда князь тоже вызвал их посреди ночи, а в итоге начал расспрашивать, как именно они женились на своих жёнах.

Лишь теперь все смутно поняли: ещё тогда князь уже задумал жениться на старшей дочери семьи Юнь.

Как советники князя, они на самом деле не одобряли этот брак.

В конце концов, этот союз не только не принесёт князю никакой пользы, но ещё и станет поводом для насмешек.

Но прежде чем кто-либо успел заговорить, Чу И произнёс:

— Какие брачные дары вы готовили семьям своих жён перед свадьбой?

Все всё поняли.

Он уже окончательно решил жениться на старшей дочери семьи Юнь.

А раз так, возражать бессмысленно.

К тому же руки, получившие подарки, становятся короткими. Раз князь так щедро одарил их, они, естественно, должны были изо всех сил предлагать советы и решения.

— В ответ князю: более двадцати лет назад, когда этот старый чиновник женился, семья была бедна. Я лично расставил ловушки и поймал оленя, а оленью шкуру использовал как брачный дар, чтобы жениться на своей достойной супруге.

— Брак этого чиновника устроили родители, и дары тоже готовила мать. Там были ткани, золото, серебро и прочее…

— Вообще брачные дары прежде всего показывают искренность жениха, чтобы семья невесты почувствовала, насколько её ценят…

Все один за другим высказывали своё мнение.

Они проговорили почти два часа, прежде чем наконец разошлись.

Чиновники подняли новогодние подарки и уже собирались уходить, когда Чэнсюй с широкой улыбкой снова подошёл к ним:

— Господа чиновники, прошу подождать.

Несколько человек обернулись:

— Что ещё нужно управляющему Чэну?

Чэнсюй почесал затылок:

— Тут такое дело… Я однажды сгоряча обнял одну девушку, а после этого она перестала обращать на меня внимание. Я… что мне теперь делать?

Чиновник Чжоу мгновенно оживился. Он даже поставил подарки обратно и осторожно спросил:

— А почему управляющий Чэн обнял ту девушку? Как она отреагировала? Вы потом извинились? Она что-нибудь сказала?..

Рядом одновременно насторожились больше десятка пар ушей.

Чэнсюй кашлянул.

Разве это не намного полезнее, чем расспрашивать солдат в военном лагере?

Там ещё и платить приходилось, чтобы вытянуть хоть какую-то информацию.

А советники князя все умные люди. Пользоваться случаем и задавать им вопросы было по-настоящему выгодно.