Местонахождение Се Шианя

Юнь Чу спокойно сидела за жемчужной занавесью и размеренно изложила свой план.

— Уезд Чанган является источником эпидемии. Подавляющее большинство жителей там уже заражено, поэтому начнём лечение именно с Чангана как с основной точки. Прежде всего нужно сосредоточить всех врачей и лекарей в уездном городе. Тогда все заражённые сами будут стекаться в Чанган. Врачи будут централизованно осматривать больных, выписывать лекарства, варить отвары и вести единое управление. У городских ворот нужно установить заставы — впускать людей можно, выпускать нельзя, контроль должен быть строгим.

— У заражённых очень заметные симптомы: покрасневшие белки глаз и почерневшие губы. Проверять таких людей будет несложно. Во всех ближайших уездах и деревнях следует разместить стражу для строгой проверки. Как только обнаружится заражённый, его нужно немедленно отправлять в Чанган на лечение. Людей с подозрением на болезнь следует изолировать отдельно…

Юнь Чу закончила говорить спокойно и последовательно.

Чиновники внизу на мгновение замолчали.

Хотя это тоже не лучший способ, он всё же был куда лучше худшей стратегии. По крайней мере, это не вызовет народного бунта.

Однако реализовать такой план будет крайне непросто.

Кроме того, Чанган был местом, где эпидемия свирепствовала сильнее всего, и ни один чиновник не хотел туда отправляться.

— Этот подданный готов поехать.

Раздался молодой голос.

Все чиновники одновременно посмотрели в ту сторону. Это был бывший Седьмой принц, ныне князь Шунь, которому в этом году исполнилось всего тринадцать лет.

Князь Шунь вышел в центр зала и сложил руки:

— Ваше Величество, вдовствующая императрица, этот подданный готов отправиться в уезд Чанган и заняться управлением эпидемией. Прошу позволения.

Его родной матерью была благородная супруга Шу, находившаяся в хороших отношениях с Юнь Чу. Поэтому Юнь Чу, естественно, полностью доверяла князю Шуню. Но он был слишком молод. Если он заразится…

Когда-то супруга Шу, рискуя собой, лично поила покойного императора лекарством и тем самым оказала Юнь Чу огромную помощь. Если с князем Шунем что-то случится, ей будет не стыдно смотреть в глаза супруге Шу?

— Пусть лучше отправится этот подданный. — вперёд выступил господин Сян. — Этот подданный сейчас занимает должность великого наставника, но поскольку в государстве нет наследного принца, дел у меня немного. Позвольте мне заняться эпидемией.

Юнь Чу заговорила:

— Сегодня прежде всего нужно собрать врачей, лекарей и медикаменты. Завтра на утреннем дворе эта вдовствующая императрица решит, кто именно отправится.

После окончания двора.

Князь Шунь подошёл к Юнь Чу и сложил руки:

— Этот подданный искренне желает отправиться в Чанган. Интересно, что именно беспокоит вдовствующую императрицу?

— Об этом легко говорить, но чрезвычайно трудно осуществить на деле. У тебя пока ещё нет способности справиться с подобным. — сказала Юнь Чу. — Сейчас ты служишь в Министерстве чинов. Сначала как следует учись и набирайся опыта.

— Вдовствующая императрица беспокоится, что в Чангане со мной что-то случится. — князь Шунь поднял голову. — Но я рождён в императорской семье и не могу только наслаждаться жизнью. Я должен нести то, что обязан нести. Его Величество ещё мал, а в тени есть люди, жаждущие трона. Раз я его императорский дядя, то должен помочь разделить его заботы. Прошу вдовствующую императрицу дать мне этот шанс.

Юнь Чу покачала головой.

Эпидемия была куда безжалостнее мечей и копий. Она не пощадит человека только потому, что тот принадлежит к императорскому роду.

В такое время нужно было отправлять опытного человека, а не…

Именно в этот момент до неё донёсся голос супруги Шу:

— Вдовствующая императрица, позволь ему поехать. С самого детства у него были большие стремления — это я всё время сдерживала его.

Супруга Шу тихо вздохнула.

Её род принадлежал лишь к четвёртому рангу — самая обычная семья, неспособная оказать серьёзную поддержку. Она не хотела, чтобы сын оказался втянут в придворные распри, поэтому всегда старалась держаться незаметно.

Но теперь борьба за трон уже подошла к концу. В момент, когда стране нужны способные люди, раз Седьмой сын хочет сделать шаг вперёд, пусть делает.

Юнь Чу взглянула на супругу Шу, затем посмотрела на князя Шуня. Видя, что мать и сын едины в своём решении, она наконец кивнула:

— Князь Шунь ещё молод, ему всё же нужен кто-то опытный рядом. Тогда эта вдовствующая императрица велит господину Сяну и Седьмому сыну отправиться вместе. Как вам такое?

Супруга Шу тут же обрадовалась:

— Это будет лучше всего.

Юнь Чу улыбнулась:

— Седьмой сын, ты князь, и господин Сян, естественно, будет во всём ставить тебя на первое место. Но ты должен помнить: господин Сян куда лучше тебя понимает, как обращаться с больными. Ты должен больше наблюдать, больше учиться и меньше говорить. Понимаешь?

Князь Шунь сложил руки:

— Этот подданный понимает. Благодарю вдовствующую императрицу.

Однако прежде чем на следующий день утренний двор успел окончательно утвердить это решение, из Нинчжоу пришли новые известия.

— Докладываю Вашему Величеству и вдовствующей императрице: возле Нинчжоу появилась женщина-целительница. Она раздаёт больным сладкую росу, и каждый, кто выпьет её, выздоравливает без всяких лекарств. Поэтому народ уже называет её Небесной девой.

— Князь Чэн пригласил Небесную деву раздавать сладкую росу в городе Нинчжоу. Он также раздаёт кашу и лекарства, успокаивая народ. Теперь все простолюдины из окрестностей Нинчжоу стекаются туда, и вопрос с эпидемией будто бы решился сам собой.

— Двору больше не нужно никого отправлять.

Брови Юнь Чу слегка нахмурились.

Небесная дева?

Она никогда прежде не слышала о таком человеке.

Во всей этой ситуации чувствовалось что-то неправильное.

— Господин Сян, князь Шунь, вы всё равно должны отправиться. — сказала Юнь Чу. — Князь Чэн раздаёт кашу и лекарства, а значит ему требуется серебро. Естественно, это серебро предоставит двор. Когда вы прибудете в Нинчжоу, помогите князю Чэну разобраться с последствиями.

Господин Сян и князь Шунь выступили вперёд:

— Да, вдовствующая императрица.

После окончания двора Юнь Чу всё больше ощущала неладное.

Если эпидемия настолько серьёзна и распространяется с такой скоростью, то её никак не могла остановить какая-то неизвестная целительница с одной лишь сладкой росой.

Вернувшись во дворец Каннин, она разложила карту и начала внимательно смотреть.

Её взгляд остановился на ближайшем крупном городе рядом с Нинчжоу — Цзичжоу.

— Цзичжоу… — палец Юнь Чу замер. — Цютун, были ли в последнее время новости о Се Шиане?

Цютун ответила:

— После того как госпожа Юань увезла Се Шиканя и Се Шивэя обратно в Цзичжоу, они поселились в старой резиденции семьи Се. Се Шиань занялся торговлей — закупает товары в других местах, а затем продаёт их в Цзичжоу. В это время он, вероятно, как раз находится в поездке за товаром.

— Не обязательно… — взгляд Юнь Чу потемнел. — Он не из тех людей, кто способен довольствоваться спокойной жизнью.

Среди учёных, земледельцев, ремесленников и торговцев торговцы считались самым низким сословием. С амбициями Се Шианя он никак не мог смириться с тем, чтобы быть всего лишь купцом.

Если он хотел подняться выше собственного положения, ему оставалось только примкнуть к человеку, обладающему властью… А если посмотреть на всю Великую Цзинь, то единственным, кого Се Шиань мог бы убедить своим красноречием, скорее всего был лишь Шестой принц — князь Чэн.

Она предположила, что сейчас Се Шиань должен находиться рядом с князем Чэном.

Но она не понимала, зачем им понадобилось создавать образ Небесной девы — чего именно они добиваются?

Однако очень скоро Юнь Чу догадалась.

В последующие дни слава Небесной девы распространялась всё шире и шире. Даже простолюдины столицы начали обсуждать это.

Господин Сян, прибывший в Нинчжоу, прислал письмо: всё больше и больше людей из других городов стекаются в Нинчжоу, умоляя Небесную деву даровать им сладкую росу.

Слухи о сладкой росе становились всё невероятнее — говорили, что один глоток исцеляет любые болезни, что это святая вода, ниспосланная небесами.

Изначально население Нинчжоу составляло около шестидесяти-семидесяти тысяч человек. Но из-за Небесной девы бесчисленные простолюдины хлынули туда, и теперь население приблизилось уже к двумстам тысячам, продолжая расти.

— Князь Чэн собирается поднять мятеж! — даже Чу Хунъюй, несмотря на детский возраст, понял происходящее. — Под его началом всего тысяча личных солдат, а гарнизон Нинчжоу насчитывает лишь три тысячи человек. Людей слишком мало, поэтому он и придумал этот способ, чтобы собрать всех вместе. Он хочет выступить против столицы?

Чиновники двора тоже были не глупцами. Все взгляды одновременно обратились к господину Юаню.

Господин Юань был старшим братом благородной супруги Юань, а значит родным дядей князя Чэна по матери. Во дворе он занимал должность чиновника третьего ранга.

С глухим стуком он рухнул на колени:

— Прошу Ваше Величество и вдовствующую императрицу тщательно расследовать дело. Этот ничтожный подданный действительно ничего не знал и понятия не имел, что именно замышляет князь Чэн…