Урок ненасильственного насилия: мягкая подсечка

Молчаливая ведьма: Гайден Том 16.0 Глава 9.0

На закате последнего дня Айзек завершил тренировку. Он выплатил Хьюберту и Норману обещанное вознаграждение, собрал вещи и направился вглубь леса. Ночной лес был тих, но присутствие живых существ — насекомых и зверей — ощущалось здесь острее, чем зимой. Айзеку даже нравился этот воздух летнего леса. В детстве он часто исследовал горы и леса, поэтому сейчас его наполняло чувство ностальгии — хотя, разумеется, стоило сохранять бдительность из-за диких животных.

Внезапно ветка над головой с шумом качнулась. По тяжести звука Айзек сразу догадался, кто это. Среди угольно-черной шерсти, сливающейся с ночной тьмой, на Айзека сверху вниз смотрели золотистые глаза.

— Эй, ты уже закончил с той тренировкой? — спросил Неро.

— Да, — кивнул Айзек. — Неро, могу я попросить тебя помочь мне с практикой атакующей магии?

— Сначала еда! Еда!

— Да-да, хорошо.

Айзек сложил вещи и начал подготовку к лагерю. Уилдиана, до этого прятавшийся в кармане, выскользнул в облике ящерицы и тут же обернулся человеком. Разумеется, в привычном костюме слуги. Спустившийся с дерева Неро тоже принял человеческий облик, и в итоге получилась весьма странная компания: перепачканный грязью юноша, мужчина в ливрее и мужчина в старомодной мантии.

Троица поставила палатку, развела огонь и принялась за готовку. Капризный Неро то помогал, то бездельничал, а вот Уилдиана за последние дни полностью освоился и почти в одиночку собрал палатку. Тем временем Айзек разделывал рыбу, которую Неро наловил по настроению. Крупную рыбу он начинил травами, обернул плотными листьями и положил у костра запекаться. Когда же он начал нанизывать мелкую рыбешку на шпажки для жарки, Неро, болтавший ногами на ветке ближайшего дерева, недовольно проворчал:

— Слушай, ну почему нельзя было добыть мяса?

— Ничего не поделаешь, — отозвался Айзек. — Его долго разделывать, да и убирать потом хлопотно.

— Тогда я сгоняю к тому громкоголосому и куплю уже разделанное!

Неро редко сам вызывался помочь, но у Айзека была причина, по которой он не мог согласиться. Пока юноша медлил с ответом, закончивший с палаткой Уилдиана спросил:

— Мастер, за последнюю неделю вы стали заметно меньше есть. Может быть, вы плохо себя чувствуете? — С этими словами Уилдиану уселся перед костром, обхватив колени руками. Само собой, в своем костюме слуги. Похоже, он решил, что если уж приходится сидеть на земле, то такая поза — самая компактная и удобная.

"Привыкнуть-то я привык, но зрелище все равно впечатляющее..." — подумал Айзек и ответил:

— Со мной все в порядке. Просто я не хочу сейчас налегать на мясо.

— Это потому что на сытый желудок двигаться тяжело? — вставил Неро.

Его слова были не лишены смысла, но главная причина крылась в другом. Айзек поправил шпажки с рыбой у огня и признался вполголоса:

— ...Я не особо полнею, сколько бы ни ел, но если я тренируюсь и при этом плотно питаюсь, у меня слишком легко растут мышцы.

— И в чем же проблема? — не понял Уилдиана.

— От мышц вреда не бывает, разве нет? — поддакнул Неро.

Глядя на недоумевающих нелюдей, Айзек с хмурым видом отрезал:

— Слишком мускулистое тело совершенно не будет сочетаться с лицом Арка.

— ...

Нелюди замолчали, и лишь потрескивание дров в костре нарушало тишину. Айзек поправил полено и, с ловкостью мастера регулируя жар, пробормотал:

— Кажется, Арк восхищался принцем Лайонелом, так что немного мышц не помешает, но баланс ведь важнее?

— ...Прошу прощения, Мастер, я не в силах постичь ваш ход мыслей, — поклонился Уилдиана.

— ...Ни черта я в людях не понимаю, — фыркнул Неро.

Для нелюдей это была загадка, но для Айзека — вопрос жизни и смерти. Если подумать, его покойный отец был довольно крепким мужчиной, а Айзек пошел именно в него. Юноша, переживающий из-за своей склонности к росту мышц, и не подозревал, что в это же самое время его соперник в любви, запихивая ласку под одежду, бормочет: "А что, выглядит вполне солидно..."

— Мастер, рыба уже подрумянилась, — заметил Уилдиану.

— Да, пора снимать.

Айзек протянул Неро шпажку с рыбой, покрытой золотистой хрустящей корочкой.

— Угощайся первым, Неро-сэмпай.

Не успел Айзек договорить, как Неро впился зубами в рыбу. Расправившись с ней за пару укусов, он захрустел костями и проворчал:

— А я все равно хочу мяса.

— Вот закончим магическую дуэль, и я приготовлю что попросишь в награду за помощь в тренировках, — пообещал Айзек.

— Хочу мясо, завернутое в мясо!

— Да-да.

Отвечая на автомате, Айзек и сам взял рыбу. Кожица была хрустящей, мясо — нежным; простая приправа из соли подчеркивала вкус, и это было действительно здорово. Специфический запах речной рыбы Айзека тоже не смущал. Хотя, честно говоря, мяса ему тоже хотелось. Завтра, когда дуэль закончится, он наестся его вдоволь.

— Ну что ж, поедим — и за финальные штрихи. Эту технику... я обязан успеть освоить, — твердо сказал Айзек.

Уилдиана, наблюдавший за рыбой, обхватив колени, обернулся к нему:

— ...Успеете?

— Заставлю себя успеть.

Чтобы на дуэли признали его силу, недостаточно просто выпустить магию и попасть. Нужна изобретательность, достойная мага. И эта изобретательность не должна оставаться лишь теорией в голове — ее оценят, только если она сработает как заклинание. У Айзека была масса идей, которые он хотел проверить, но его нынешних навыков мага пока не хватало.

— Эх, всё идет не так гладко, как хочется, — обронил он.

Уилдиана замолчал, словно подбирая слова. Айзек не стал его торопить и молча доел рыбу. Наконец, когда юноша закончил трапезу, Уилдиана тихо произнес:

— Хоть всё и идет не гладко, вы выглядите счастливым.

— Да, мне весело.

Произнеся это вслух, Айзек повторил еще раз, закрепляя это чувство в сердце:

— Мне очень весело.

Он определенно не хотел бросать путь магии. Именно поэтому завтра на дуэли он покажет результат. Обязательно.

＊＊＊

Глен Дадли терпеть не мог теоретические занятия. Стоило ему увидеть непонятные строчки текста или цифры, как его тут же клонило в сон. Прямо сейчас перед ним стоял Луис и что-то писал на доске:

Удары руками, ногами → ✖
Подсечки → △
Захваты и удушения → ○

— Слушай внимательно. Вот как оцениваются физические атаки в магической битве, — Луис, до этого стоявший спиной, обернулся к ученику.

"И на кой черт я это учу?.." — подумал Глен. Но поскольку за честный ответ можно было получить по лбу, он решил озвучить возникший вопрос:

— Э-э... а что значит треугольник у подсечек?

— Хороший вопрос! — одобрил Луис.

"Надо же, хороший вопрос", — подумал Глен, но похвала его не обрадовала.

— Лично я всегда считал, что подсечка не относится к насилию, однако в правилах магической битвы намеренный сбив противника с ног засчитывается как удар, — пояснил Луис.

"Ну так это логично", — хмыкнул про себя Глен. Луис поправил монокль и продолжил:

— Однако если ты просто поставишь ногу на пути движения противника, это не будет считаться физической атакой. Секрет "мягкой подсечки", которая не признается насилием — в том, чтобы просто зацепить ногу оппонента.

"Насилие, которое не признают насилием... это же все равно насилие", — заключил Глен. В школе он не раз задавался вопросом: "Где мне в будущем пригодятся эти знания?". Но сейчас он впервые встретил знания, которые искренне надеялся никогда не применять.

— Кроме того, вбей себе в голову разницу между реальным боем и дуэлью. В бою достаточно одного точного удара по жизненно важным точкам, но на дуэли урон тем выше, чем больше площадь попадания заклинания. Если видишь, что не увернешься — пригнись или сгруппируйся, чтобы подставиться по минимуму. Использовать деревья как щит тоже не запрещено.

Завтра Глену предстояло сразиться с учениками других Семи Мудрецов. Сам Глен относился к этому легкомысленно: "Ну, повоюю с Президентом, делов-то". Но энтузиазм Луиса был просто запредельным. Он твердил, что это битва за честь наставника, поэтому Глен обязан победить любой ценой, и гонял его на тренировках каждый день. Глену были неинтересны дуэли, да и на честь Луиса ему было плевать. Если Луису нужна честь, пусть сам ее и добывает. В общем, мотивации у парня не было никакой, только усталость.

— Ученик Молчаливой Ведьмы, похоже, не силен в магии воды на расстоянии, так что он наверняка пойдет на сближение. В магической битве поражение почти гарантировано, если тебе не дают произнести заклинание. Опасайся не только магических мечей, но и захватов, так что держи дистанцию и...

— А? Да Президент же запросто может водой пульнуть! — вставил Глен, который до этого слушал наставника вполуха, подперев щеку рукой. Услышав про ученика Молчаливой Ведьмы, он не выдержал и перебил.

Движения Луиса мгновенно замерли, лицо стало абсолютно бесстрастным. Глен тут же зажал рот рукой.

— ...Ой.

Глен никогда не рассказывал Луису, что общается с Айзеком. Наставник заявлял, что терпеть не может Второго принца, и Глен резонно рассудил, что тот только разозлится. К тому же Луис особо не лез в частную жизнь ученика, так что и повода не было. Глен не упоминал ни о том, что Айзек помогал ему готовиться к экзамену, ни о том, что был свидетелем клятвы наставничества между Моникой и Айзеком, ни о том, что они состоят в "Клубе любителей мясных блюд", где недавно горячо обсуждали рецепты колбасок.

— Глен... — голос Луиса был пугающе ровным. Именно это и было самым страшным.

Глен пулей бросился к окну, на ходу выкрикивая заклинание полета. Почти одновременно с его прыжком вдогонку с невероятной силой полетел кусок мела. Снаряд задел ногу Глена, вылетел в окно и в щепки разнес дерево во дворе.

— Я это... пойду отдыхать перед завтрашним днем! Спокойной ночи-и-и!

— Стоять, паршивец!

Луис тоже выкрикнул заклинание и вылетел в окно следом. Той ночью Барьерный Маг и ученик до поздней ночи носились по небу, изматывая друг друга без всякой пользы для дела.