Женская интуиция

Вернемся немного назад.

Мелисса, покинувшая зал вместе с молодым человеком с каштановыми волосами, едва войдя в отдельную комнату, тут же засунула в рот мужчине конфету собственного изготовления.

— Лучше бы ты дала её мне с поцелуем, — сказал он, приблизив своё лицо.

Мелисса одарила его очаровательной улыбкой.

— Ох, извини, что не додумалась. Но, знаешь, прости, конечно…

В следующий момент мужчина, проглотивший конфету, рухнул на пол.

Сонный эффект, приданный конфете с розой, начал действовать.

Мелисса посмотрела на него сверху вниз, откинув свои сухие рыжие волосы.

— Я не люблю нетерпеливых мужчин.

Убедившись, что мужчина, лежащий на полу, полностью потерял сознание, Мелисса проверила количество конфет в своём запасе.

Представители семьи Розенберг способны временно наделять розы или изделия из них мощными магическими эффектами. Эффекты могут быть разными: сон, возбуждение, паралич или даже противоядие.

Конфета, которую она дала Монике, была наделена эффектом противоядия. Пока та конфета находится во рту, она нейтрализует действие любовного зелья.

— Пожалуй, стоит сделать побольше конфет с эффектом противоядия, — пробормотала Мелисса.

Она приложила пальцы к конфете и быстро произнесла заклинание.

Сила временного наделения магией, свойственная семье Розенберг, заключается в возможности мгновенно придавать мощный эффект. Однако этот эффект временный и ограничен по времени.

В зависимости от вложенной маны действие длится примерно от тридцати минут до часа. После этого конфета становится просто конфетой.

К тому же, употребление магических зелий, естественно, сопряжено с риском магического отравления. Мелисса тщательно следит за количеством маны, но всё же старается избегать употребления более пяти конфет.

Поэтому нужно закончить всё быстро.

Открыв дверь, Мелисса поманила рукой Феодора, который прятался за углом коридора и наблюдал за происходящим.

— Иди сюда, Хлюпик.

— Не Хлюпик, а Феодор! — возмутился он.

— Да какая разница — Хлюпик или Нюня? Всё равно подходит. А теперь веди меня в комнату Слоуса, живо!

— Ладно, — вздохнул Феодор с покорным видом и пошёл вперёд.

Здание состояло из трёх этажей: на первом находился большой зал, на втором — гостевые комнаты, а на третьем — комнаты для персонала. Сейчас Мелисса и Феодор находились на втором этаже.

Внутреннее устройство здания было довольно запутанным. Без знания пути добраться до третьего этажа было непросто.

Наконец поднявшись на третий этаж, Феодор, украдкой поглядывая на Мелиссу, спросил:

— Слушай, а какой смысл собирать магические зелья? Их же уже распродали направо и налево, тут ничего не поделаешь, разве нет?

— Ошибаешься. Я пришла не за зельями.

Обычные магические зелья, которые продаются на рынке, создаются с помощью магии постоянного наделения. Но из-за строгих законов такие зелья не могут быть слишком сильными. В отличие от них, секретные зелья семьи Розенберг создаются с использованием временного наделения магией, не подпадающего под юридические ограничения. Только Розенберги могут создавать такие мощные зелья, наделяя их сильным эффектом.

Однако это всё равно временное наделение. Эффект зелья исчезает через час после его создания. Поэтому "любовное зелье ведьмы" хранится в специальных магических сосудах.

— Мои зелья хранятся в особых магических бутылочках. На вид — обычные бутылки, но они сохраняют эффект зелья, — объяснила Мелисса.

Обычно временное наделение магией не даёт сильных эффектов, и никто не стремится их сохранять. Но магические сосуды семьи Розенберг — это уникальная разработка, возможная только благодаря их мастерству. Естественно, Розенберги не сообщают клиентам, что эти бутылки — магические инструменты.

Клиентам говорят лишь: "Используйте любовное зелье в течение тридцати минут после открытия крышки, иначе его компоненты испарятся". А после использования пустые бутылки забирают обратно.

Таким образом, нынешняя ситуация — это результат небрежности Мелиссы, которая продавала зелья направо и налево, но не удосужилась вовремя забрать бутылки.

Конечно, Мелисса не из тех, кто мучается угрызениями совести. Она просто отмахнулась, заявив: "Виноваты те, кто использует мои зелья во зло".

— Без этих бутылок зелья теряют силу. Если я соберу или уничтожу эти бутылки, Слоусу конец. Пусть этот третьесортный маг пожалеет, что связался с первоклассной семьёй!

Мелисса злорадно усмехнулась, искривив красные губы, а Феодор тихо пробормотал:

— Если бы вы были по-настоящему первоклассными, до такого бы не дошло…

— Заткнись! — рявкнула Мелисса, широко раскрыв руку и вцепившись в лицо Феодора.

Её накрашенные красным лаком ногти безжалостно впились в его кожу.

— Ай! Больно, больно, больно! Ты страшнее драконихи в брачный период! — завопил Феодор.

— Тише ты, не ори! — цыкнула Мелисса, отпуская его лицо.

Не из милосердия, а потому что вопли Феодора её раздражали.

Феодор, хлюпая носом, потёр следы от её ногтей.

— У-у, ты ужасна… кровь идет…

— Сам виноват, что меня злишь. В любом случае, ты же какой-то третьесортный неудачливый биолог, да?

— Ого! Как ты узнала, что я биолог? — удивился Феодор.

Мелисса просто брякнула первое, что пришло в голову, но, похоже, попала в точку. Восхитившись собственной интуицией, она на ходу придумала правдоподобное объяснение:

— Ты обращался к Мони-Мони, как к маленькому зверьку. Сразу видно — ты из тех чудаков, что любят болтать с животными.

— Ага, точно! Мони-Мони похожа на белку или кролика, правда? А ты — на красного дракона в брачный период.

— Хочешь, чтобы я тебя придушила?

Феодор побледнел и яростно замотал головой. Мелисса фыркнула.

— Хватит трепаться. Вон та дверь выглядит подозрительно. Это не комната Слоуса, случайно?

Мелисса указала подбородком на внушительную дверь перед ними. Феодор закивал:

— Да, да, это она.

Впечатление Мелиссы о том, что дверь выглядела так, будто принадлежала главарю преступного синдиката, похоже, оказалось верным.

— Отлично, идём на штурм. За мной, Хлюпик!

— П-погоди, мне-то зачем туда лезть?! — запаниковал Феодор.

— О, ещё как зачем. У тебя важная роль, — улыбнулась Мелисса, крепко схватив его за шиворот, и добавила: — Живой щит.

— Не-е-ет! — завопил Феодор.

Раз уж он так громко орёт, смысла красться уже нет. Мелисса, всё ещё держа Феодора за воротник, с размаху выбила дверь ногой.

— А ну, руки вверх и на колени! Сопротивление — и я устрою кровавую баню! — прокричала она, ворвавшись в комнату, словно грабитель.

Но в комнате никого не оказалось.

Получилось, что её громогласная угроза прозвучала впустую, и Мелисса почувствовала себя глупо. Чтобы скрыть неловкость, она откашлялась и оглядела помещение.

Комната, похожая на приёмную, была, мягко говоря, безвкусной. Дешёвая мебель соседствовала с дорогими предметами декора, создавая дисгармоничное впечатление. Даже если смешивать дешёвые и дорогие вещи, можно добиться единства стиля, но здесь всё выглядело так, будто кто-то просто накидал дорогих предметов в дешёвую комнату, надеясь, что это добавит роскоши.

— Похоже на комнату бывшего бедняка, который только-только дорвался до денег, — прокомментировала Мелисса.

— Сурово сказано, — раздался голос слева.

В тот же момент справа послышался лёгкий шум. Мелисса, не раздумывая, подняла правую руку, выставив щит.

Её интуиция не подвела. Один из стульев в комнате, словно живой, полетел прямо в неё. Стул врезался в импровизированный щит — лицо Феодора — и разлетелся на куски.

Феодор жалобно вскрикнул, падая с кровоточащим носом.

Мелисса отпустила потерявшего сознание Феодора, сорвала розу с заколки в волосах и начала читать заклинание. Не дожидаясь его завершения, столы и стулья в комнате задрожали, поднялись в воздух и ринулись на неё.

Закончив заклинание, Мелисса выставила розу вперёд. Роза мгновенно выпустила лозы, которые крепко оплели нападающую мебель.

— Что это? Магические столы и стулья? — насмешливо спросила она.

— Столы и стулья, которые двигаются по воле хозяина. Моя работа. Неплохо, правда? — ответил голос.

Левая стена медленно отъехала в сторону, открывая потайную комнату, из которой вышел мужчина.

Ему было чуть за тридцать. Крупный, с тёмно-каштановыми зачёсанными назад волосами, он был одет в кричащую одежду с яркими узорами и увешан множеством побрякушек. Но даже это не могло скрыть присущую ему убогость.

Мелисса усмехнулась, глядя на мужчину, словно воплощение этой комнаты, и пнула опутанный лозами стол.

— Магические столы и стулья? Полезно разве что для переезда или перестановки мебели. Если ты гордишься такими поделками, то неудивительно, что дом Слоусов пришёл в упадок, — съязвила она.

— Ха, не зря говорят о высокомерии Розенбергов, — ответил мужчина.

Он знал, кто такая Мелисса.

И всё же его уверенный тон говорил либо о наглости, либо о чём-то ещё…

— Высокомерие делает тебя уязвимой, бывшая Мудрец, — добавил он.

Мелисса почувствовала холод за спиной и быстро переместила оплетённый лозами стол позади себя. В столе появилась трещина — его поразила какая-то атака. В воздухе ощущался слабый след ледяной магии.

Обернувшись, Мелисса увидела женщину с бледно-золотыми волосами в меховом пальто. В руках у неё было два пистолета.

Ещё один магический инструмент?

— Добей её, Вероника! — рявкнул Слоус.

Вероника молча направила дула на Мелиссу и спустила курок.