Праздничная буря

Сирил Эшли, наследник маркиза Хайоуна, вышел из кареты неподалёку от особняка лорда Рейнфилда и нахмурился: ветер дул с такой силой, что волосы вставали дыбом.

Две ласки — Туле и Пике — сидели у него на плечах. Боясь, что их унесёт, Сирил поспешно запихнул обеих в дорожную сумку.

— Похоже, надвигается буря. Оставайтесь внутри, это опасно.

— Буря идёт? Ура, как весело! — радостно пискнул Туле.

— Надо будет вдоволь наиграться! — подхватила Пике.

Странный ответ Туле и Пике ошеломил Сирила. Похоже, драконы и духи воспринимали бури совсем иначе, чем люди.

— Вас же просто унесёт ветром.

— Правда?

— Тогда сделаем вот что.

Не слушая возражений, оба выпрыгнули из сумки и в мгновение ока приняли человеческий облик. Туле стал спокойным юношей с серебристо-белыми волосами, Пике — девушкой с аккуратно подстриженными до подбородка светло-золотыми прядями. В человеческом виде их действительно не сдует. Однако национальные наряды, в которых они материализовались, выглядели настолько экзотично, что привлекали взгляды. В качестве сопровождающих их точно не возьмёшь. Сегодня Сирил прибыл поздравить лорда Рейнфилда с началом праздника от лица маркиза Хайоуна. Лишнее внимание было совершенно ни к чему.

Подумав, он предложил:

— Мне нужно в особняк нанести визит. А вы двое найдите нам постоялый двор.

Благодаря официальному контракту Сирил всегда примерно чувствовал, где находятся Туле и Пике, даже на расстоянии. Разговаривать на дальних дистанциях он, конечно, не мог, зато мог передать простую команду "вернитесь".

— Значит, просто найти постоялый двор? — уточнил Туле.

— Поняла, сейчас найдём, — кивнула Пике.

Оба весело кивнули и, будто дети, которым не терпится поиграть в ливень, умчались в сторону города под порывами ветра. С неба уже начали падать первые редкие капли. Скоро разразится настоящий ливень.

Сирил прижал ладонью растрепавшиеся волосы и постучал в дверь особняка.

Лорд Эллиот сейчас находился в храме в лесу за городом — там в полдень начиналась торжественная церемония. Можно было бы отправиться туда и посмотреть, но в такую погоду разумнее дождаться хозяина в доме.

Заместитель лорда провёл Сирила в просторный зал. По залу стояли диваны, на столиках — лёгкие закуски и напитки. Здесь гости должны были коротать время до возвращения лорда из храма.

Людей куда меньше, чем я ожидал...

От приёмного отца Сирил слышал, что десять лет назад праздник был грандиозным: особняк ломился от гостей. Сегодня же, похоже, почти все предпочли переждать бурю в гостиницах. Тех, кто, несмотря на непогоду, пришёл поздравить лорда в первый же день, включая самого Сирила, набралось всего несколько человек.

Отчасти причиной была молодость нового лорда: Эллиот только недавно унаследовал титул и, судя по всему, пока не пользовался особым уважением.

Сирил вежливо поддакивал разговорам гостей, когда один из них вдруг вспомнил:

— Кстати, слышал, магическое подношение в этом году проводит сама Молчаливая Ведьма из Семи Мудрецов! Та самая юная героиня, что одолела двух великих злых драконов! Хорошо бы после церемонии удалось с ней поздороваться…

Моника?

Сирил невольно повернулся к окну. За стеклом уже вовсю хлестал ливень, капли барабанили так, что стекло дрожало. От воя ветра у него защемило сердце. В голове мелькнула картина: крохотную Монику подхватывает порывом и катит по земле, как сухой лист.

С ней точно всё будет в порядке?

Он напряжённо всматривался в серую завесу дождя, когда сквозь шум бури послышался странный звук — будто кто-то сыплет песок.

Остальные гости тоже его услышали и недоумённо завертели головами.

— Вам не показалось? Только что был какой-то странный звук, — спросил один.

— Да, вроде бы снаружи, у окна… — отозвался другой.

В этот миг шорох прекратился, и чёткий, звонкий голос разнёсся по залу.

＊ ＊ ＊

Певица Рози Мур в белоснежном платье стояла у окна храма. За окном лило как из ведра, ветер раскачивал верхушки деревьев. В такую погоду никто не станет ставить ярмарочные палатки и сцену. Все уличные представления перенесут на завтра. И всё же церемония подношения песен пройдёт по расписанию: старики-священники слишком чтут календарь, та и задерживать занятого Мудреца и знаменитого музыканта дольше положенного невозможно.

Самое нелепое — песнь Королю Духов Ветра по древнему обычаю должна звучать под открытым небом. Упрямые жрецы стояли на своём.

— Ха, — мрачно усмехнулась Рози.

Петь под таким ливнем было бы сущим наказанием, но внутри она даже обрадовалась. Теперь провал можно будет списать на бурю: и мало зрителей, и настроения нет — всё из-за погоды.

Отлично. Спою кое-как, отбуду номер и вернусь в тёплую комнату.

Десять лет назад, глядя на мать-певицу на сцене, Рози мечтала: "Когда-нибудь я тоже выйду туда и заставлю людей плакать от восторга".

Когда мать умерла, а её саму назначили следующей певицей, Рози тренировалась до изнеможения. Чем больше она старалась, тем яснее понимала: никто от неё ничего не ждёт. Когда новый лорд пришёл в храм с визитом, она хотела спеть ему лучшее, что умела, и гордо спросить: "Ну как, милорд?" Но молодому лорду фестиваль был явно неинтересен. Храм он, судя по всему, считал бесполезной тратой денег. Поболтал со священниками пару минут — и ушёл, даже не упомянув певицу.

Этому лорду я тоже до лампочки.

Тогда зачем убиваться? Зачем стараться изо всех сил, если всё равно опозоришься? Тем более в такой ливень: инструменты промокнут, звук будет глухой. Даже гениальный музыкант наверняка махнёт рукой.

Значит, и я спою тяп-ляп.

Пора. Рози подняла подол платья и вышла в прихожую. У дверей её ждали жрецы и молодой лорд Эллиот Говард в парадном наряде: блестящий чёрный камзол, ярко-зелёный плащ, на котором болтались дорогие украшения. Рози едва сдержала смешок. Выглядит смехотворно. Сейчас выйдем под ливень — и всё это великолепие улетит к чертям.

Эллиот заговорил торжественным басом:

— Объявляю начало церемонии подношения песен. Певица Рози Мур, выйди вперёд.

По обычаю она должна была встать на колени, а лорд возложил бы ей на голову венок из цветов.

Но Рози лишь сделала шаг и посмотрела Эллиоту прямо в глаза.

— Венок не нужен. Всё равно сразу сдует.

— …

— Давай закончим быстрее, пока буря не разыгралась ещё сильнее, милорд?

Священники побелели от ужаса. Рози мысленно хихикнула над их реакцией, но тут Эллиот вдруг ухмыльнулся.

— Ну-ка, повтори это, когда увидишь вот это.

Он резко распахнул двери храма.

Рози зажмурилась, ожидая удара ветра и дождя, но… ничего. Ни капли, ни дуновения. Шум ливня доносился будто сквозь толстое стекло.

Перед храмом лежал огромный зелёный ковёр. На нём — рояль, за роялем — знаменитый Бенджамин Мординг. Пальцы музыканта уже бегали по клавишам, лёгкая мелодия звучала чуть иначе, чем в помещении.

Вокруг барьер…

В центре ковра стояла миниатюрная девушка в роскошно расшитом одеянии, с золотым посохом в руках — Молчаливая Ведьма. Это она создала защиту от непогоды.

Несмотря на титул одной из Семи Мудрецов, выглядела она почти ровесницей шестнадцатилетней Рози. Но аккуратная причёска и макияж придавали её лицу торжественную строгость, достойную легендарной волшебницы.

Молчаливая Ведьма заговорила чистым, звонким голосом:

— Сейчас начнётся магическое подношение. Прошу всех поднять глаза к небу.

В сером небе засверкали белые искры. Они собрались в одну точку и образовали врата.

Такие же врата Рози видела десять лет назад, только тогда их было сразу четверо.

— Откройтесь, врата!

Медленно распахнувшиеся врата выпустили мощный порыв ветра, искрящегося жёлто-зелёным светом. Порыв разогнал тучи, и сквозь разрывы хлынули солнечные лучи.

— Явись из края тишины, Король Духов Ветра Шефилд!

В тот же миг перед Рози взвился вихрь лепестков — их выдуло из большого ящика у входа. Бенджамин заиграл лёгкую, радостную мелодию, будто весенний ребёнок скачет по солнечным лугам. Искристый ветер кружил лепестки в волшебном танце.

Молчаливая Ведьма снова подняла голос:

— Сейчас Король Духов Ветра обойдёт весь город. Пусть жители примут вместе с ним этот дар — цветы и музыку.

Рози ошеломлённо открыла рот.

Что она сказала…

Эллиот с ехидной улыбкой пояснил:

— Молчаливая Ведьма наложила чары на весь город. Всё, что прозвучит внутри барьера, услышат все жители.

Желудок Рози болезненно сжался.

Нет… пожалуйста, нет!

Великолепная магия, великолепная музыка… Она не достойна стоять с ними на одной сцене.

Рози застыла у порога, как вдруг на голову ей легло что-то лёгкое. Венок. Подняв глаза, она увидела лорда с торжествующе-злой улыбкой.

— Ну как? Классная сцена, правда? Аудитория — весь город.

— …

— И всё равно найдутся те, кто скажет: "Десять лет назад было лучше".

Он пожал плечами и продолжил саркастично:

— Тебя будут сравнивать с прежней певицей. И ты боишься выложиться на полную, чтобы не опозориться ещё сильнее, верно?

— …!

Щёки Рози вспыхнули от стыда. Молодой лорд смотрел на неё сверху вниз взрослым, почти жестоким взглядом.

— Но даже зная, что опозоришься, нужно выложиться до конца. Это мой долг лорда и твой долг певицы.

Между священниками появилась золотоволосая служанка и протянула Эллиоту чёрный футляр.

Он открыл его — внутри лежала скрипка.

— Поэтому я тоже выйду и опозорюсь вместе с тобой.

— Что?

Эллиот взял инструмент, вышел на ковёр и встал рядом с роялем. Затем крикнул почти отчаянно:

— Гениальный Бенджамин Мординг и полный профан — я! — будут играть дуэтом! Есть что-то позорнее?!

Рози смотрела на него, не веря ушам. Эллиот продолжал:

— Лорд этого города сказал: я разделю с тобой позор! Никаких больше отговорок, певица Рози Мур! Выкладывайся на полную!