Божественное Око
В солнечный день, за месяц до визита принцессы Сесилии в королевство Ридилл, Карина Барр пришла в мастерскую Хельмфрида Кольвица и застала хозяина за безэмоциональным танцем.
Честно говоря, назвать эти движения танцем было спорно: он просто топал ногами и поочерёдно выбрасывал кулаки к небу. Но в глазах Карины это выглядело как танец, и Кольвиц действительно выражал радость всем телом.
Кольвиц был худым, высоким мужчиной; в этом году ему исполнилось сорок. Стального цвета волосы, доходившие до спины, он свободно собирал в пучок, а нервное лицо прятал за круглыми очками. На нём был тонкий рабочий костюм, повсюду усеянный обрывками ниток. Видимо, до самого последнего момента он трудился.
Перед Кольвицем на рабочем столе лежало кружево, белое, как чистый снег. При ближайшем рассмотрении нежный, прекрасный цветочный узор обнаруживал магические формулы, вплетённые в каждый лепесток.
— Ва-ха! Неужели новое кружево готово? Покажи, покажи, пока-а-ажи!
Карина с невинным любопытством подошла к столу, но Кольвиц, прервав танец радости, выпучил глаза и рявкнул:
— Не смей трогать мою Адельхайд грязными руками!
Карина вздрогнула, словно обруганная кошка, и резко вскинула обе руки вверх.
— Не трону, не трону! Только посмотреть, только посмотреть. Кстати, Кольвиц, ты опять дал изделию имя?
— Что плохого в том, чтобы дать имя дочери, которую я создал всей душой?
Кольвиц слыл гением кружевоплетения и вышивки, не имевшим равных во всей империи, но имел привычку души не чаять в своих творениях, словно в родных дочерях. Эта любовь порой заходила слишком далеко: он ненавидел расставаться с изделиями, а если с ними обращались хоть немного небрежно — ругал виновного, пока тот не падал духом.
Говорили, однажды любовница покойного императора небрежно обошлась с кружевом Кольвица; разъярённый мастер ворвался в её резиденцию и обрушил шквал брани. В итоге он навлёк на себя гнев императора и угодил в тюрьму. Поистине человек с необыкновенной биографией.
Карина тоже была мастером своего дела, но к собственным творениям не испытывала ни привязанности, ни одержимости. Если коротко — её мало волновало, как используют сделанное ею; конечно, видеть, что изделие ценят, было приятно, но не более.
В этом они с Кольвицем друг друга не понимали.
— Значит, эта Адельхайд-чан — подарок для королевства Ридилл?
— Нет, Вирджиния уже сдана. Адельхайд станет накидкой для госпожи Сесилии.
Кольвиц взглянул на кружево — на Адельхайд-чан — и вздохнул от восторга.
— В этой стране нет женщины, которой кружево подошло бы так, как госпоже Сесилии. Нежная, очаровательная Адельхайд идеально подходит чистосердечной принцессе Серебряной Луны. Адельхайд наверняка будет счастлива выйти замуж за госпожу Сесилию.
Называть дарение кружева "браком" — вот до чего доходила любовь Кольвица к своим изделиям. К тому же он был ярым поклонником принцессы Сесилии: стоило взглянуть на неё — и в голову приходили новые идеи узоров. Но главное — Сесилия всегда с большой заботой относилась к его кружевам. Это, несомненно, радовало мастера.
— Да, госпоже Сесилии точно подойдёт~ Ух ты, какая преле-е-есть!
— Ого, при ближайшем рассмотрении лепестки превращаются в крылья феи. Отличная работа. Примите мои комплименты.
Голос раздался прямо за спинами; он был чуть громче бормотания, но звучал тяжело и отдавался в ушах.
Карина, словно испуганная кошка, обернулась и увидела черноволосого мужчину: скрестив руки, он ухмылялся.
Несмотря на скромную одежду для инкогнито, аура его выдавала с головой. Император Черный Лев Леонхард.
Заметив его, Карина быстро переглянулась с Кольвицем. Пора показать плоды тренировок. Кольвиц едва заметно кивнул; Карина мгновенно встала перед ним, расставила ноги чуть шире плеч и вскинула правую руку к потолку.
— Держим красную печь высоко в небесах, вершину мастерства, выкованную в пламени!
Кольвиц, стоя позади, прижал правую руку к очкам, левую вытянул далеко в сторону и прогремел:
— Освещая будущее империи, четыре алые звезды!
Карина опустила руку к глазам, глядя сквозь растопыренные пальцы. В тот же миг Кольвиц скрестил руки на груди.
— Божественное Око Барр!
— Волшебные Пальцы Кольвиц!
И наконец, хором:
— Мы — Четыре Мастера Небесного Пламени Имперского Магического Креста!
Ученик Кольвица, случайно выносивший мусор, сделал вид, что ничего не заметил, и на цыпочках прошмыгнул мимо. А император Черный Лев кивнул с глубоким удовлетворением:
— Мощное представление. Движения стали резче. Однако поза рассчитана на четверых, верно? Вдвоём баланс нарушается.
Кольвиц серьёзно склонил голову:
— Прошу прощения, ваше величество. Рассмотрю вариант, адаптированный под количество участников.
— Эй, Кольвиц, а что если я сначала вытяну руку вправо, а не вверх? Получится красиво и симметрично, правда?
— Нет, длина рук слишком разная — равновесие нарушится. Лучше использовать разницу в росте: я сверху, ты снизу — вертикальный силуэт.
— О, точно! Реквизит! Многие до сих пор не знают, кто такие Четыре Мастера Имперского Магического Креста Небесного Пламени. Чтобы было понятно — мы техники! — возьмём инструменты, катушки с нитками, что-нибудь в этом роде?
— Отличная идея. Немедленно приступим к подбору.
— Я возьму стамески~! Зажму несколько между пальцами — будет круто!
— Только не урони мне на ноги.
Четыре Мастера Имперского Магического Креста Небесного Пламени — грозное название, но по сути группа техников, подчинённых напрямую императору.
На самом деле, неподходящее имя стало предметом долгих споров между императором Леонхардом и его приближенными. В конечном итоге император одобрил имя, сказав лишь одно: "Звучит мощно!"
Многих озадачивало, зачем техникам "мощь", но Карина была в восторге: "Круто же!"
Кроме Карины и Кольвица в группе ещё двое. Кольвиц, на удивление добродушный дядька, от души участвовал в постановке, а вот остальные двое к подобным вещам относились прохладно.
— Кстати, Кольвиц, твоя Вирджиния — настоящий шедевр. Выражаю признательность.
— Глубоко благодарен за добрые слова, Ваше Величество.
Кольвиц сидел в тюрьме при покойном императоре; Черный Лев освободил его и дал почётную должность. С тех пор мастер предан императору всей душой.
— Вирджинию я плёл, предполагая использование на свадьбе госпожи Сесилии. Она не только подчёркивает чистую красоту невесты, но и содержит высший защитный барьер, какой я только способен создать: ни один злодей не протянет к принцессе руку. К тому же она устойчива к жаре и холоду — церемония пройдёт комфортно в любой погоде. Шедевр, созданный ради счастья и удобства невесты.
Карина сочла идею фаты с высшим барьером странноватой, но гении часто демонстрируют загадочные одержимости, недоступные пониманию других.
— Хм, жаль отдавать такой шедевр Ридиллу.
— В связи с этим, Ваше Величество, прошу позволить мне сопровождать Вирджинию в сокровищницу. Если какой-нибудь негодяй небрежно обойдётся с моей дочерью, я точно задушу его голыми руками.
Император нахмурился:
— Логично, тебе лучше пойти лично… Но сроки? У тебя уже запланирована следующая работа.
— Это…
У Кольвица много учеников, за которыми нужно присматривать; покидать страну на недели он не мог.
Тогда отправить с кружевом надёжного ученика? — подумала Карина. Но император, похоже, придумал иной план: в глазах его мелькнул озорной огонёк. Свирепо, но с ноткой веселья он повернулся к Карине.
— Карина, ты сейчас свободна, верно?
Карина только что закончила копию Зеркала Берна и, ожидая нового заказа, занималась хобби — резьбой по дереву. Недавно она увлеклась вырезанием крошечных магических формул на тонких дощечках.
Выпрямившись, она выслушала приказ:
— Божественное Око Карина Барр! Именем Черного Льва повелеваем: доставь кружево Кольвица в сокровищницу Ридилла… и своими глазами узри тамошние сокровища, а затем воспроизведи их!
＊ ＊ ＊
До вербовки в Четырёх Мастеров Небесного Пламени Имперского Магического Креста Карина Барр работала в одной из имперских мастерских поддельщицей. Мастер, зная, что она женщина, всё же дал ей работу; Карина была благодарна уже за это и делала всё, что поручали.
Клиенты были разные: высокопоставленные особы империи, иностранцы.
Украшения, произведения искусства, скульптуры — Карина создавала копии, не задумываясь, для чего они нужны. Её волновало лишь собственное удовлетворение от процесса; судьба изделия её не интересовала.
Так прошло несколько лет; однажды Карину арестовали за сбыт подделок.
Она лишь делала, что просили, а продавал мастер. Но все преступления свалили на Карину.
"Ах, меня кинули", — подумала она, но злости не почувствовала. Возможность творить в своё удовольствие уже была благословением.
— Говорят, это ты сделала?
В комнату допросов внезапно вошёл молодой человек и ткнул в Карину рубиновой брошью. Роскошная одежда и осанка выдавали дворянина.
Карина, сидя на стуле и болтая ногами, кивнула:
— Ага, я.
— Невероятно. Даже эту незаметную царапину воспроизвела.
— Ва-ха, ты заметил? Да, с возрастом царапины пришлось повозиться!
Солдат попытался осадить болтушку, но молодой человек отмахнулся:
— Ничего.
— Но…
— Не заставляй повторять.
Заставив солдата замолчать, он вперился в Карину. Взгляд был властным, притягательным.
— Поддельщица Карина Барр. По показаниям, ты воспроизводишь почти любой предмет, увидев его лишь раз.
— Ага. Узоры, цвета, формы — обычно не забываю. Ва-ха, зато сказанное людьми часто вылетает из головы. Мастер сколько раз ругал за забытые сроки…
Мужчина молча слушал, явно забавляясь.
— Кстати, Карина Барр, знаешь, что это за брошь?
— Не-а. Не интересно.
Её волновали цвет, форма, дизайн; происхождение и стоимость — нет.
Мужчина усмехнулся:
— Одна из реликвий рода Кревинг, проданная при покойном императоре. Царапина — детская шалость Нами допущеная в юности.
Кревинг. Даже Карина, далёкая от светских дел, знала это имя.
А человек, называющий себя "Нами", в империи мог быть только один.
— Карина Барр, даруем тебе титул Божественное Око. Служи своими глазами и руками Черному Льву.
＊ ＊ ＊
В сокровищнице Ридилл Карина с сияющими глазами устанавливала стеклянную витрину для кружев Кольвица.
Ва-ха! Невероятно, невероятно, неве-е-ероятно!
В тускло освещённом зале стояли национальные сокровища.
Магические формулы без приближения не разглядеть, но узоры Карина старательно запечатлела в памяти. Для качественной подделки хотелось бы осмотреть обратную сторону и внутренности, но это уже слишком.
Хочу ещё! Ещё, ещё, ещё-е-е!
К счастью, хранитель и солдаты не ругали её за любопытство, а смотрели с теплотой.
В этом смысле выбор Чёрного Льва был верен. Карина — техник высшего класса, но доверчивая, рассеянная, легкомысленная. Император как-то сказал: "Ты — наша главная гениальная недотёпа".
Интересно, есть ли в других странах такие же "гениальные недотёпы"? Хотелось бы подружиться.
Выросшая среди мастеров, Карина почти не общалась с ровесницами.
Его величество велел: "Ты недотёпа — веди себя тихо, притворись незаметной служанкой". Но пока миссия идёт гладко, да? Угу, угу.
В Ридилле, говорят, есть могущественные маги — Семь Мудрецов. Черный Лев предупреждал остерегаться их.
Цитируя: "Умного Барьерного Мага Мы уберем из охраны, поставим к Сесилии кого попроще. Но всё равно будь начеку. К Семи Мудрецам не приближайся".
Э-э-э, как же её звали… Тихая Ведьма? Безмолвная Ведьма? Неважно. Не видела — значит, его величество зря беспокоился.
Аккуратно разложив кружево в витрине, Карина ещё раз проверила формулы на стекле.
— Угу, отлично. Теперь проверить, не мешает ли витрина соседним магическим артефактам.
Осматривая экспонаты, она понимала: это последний шанс запечатлеть сокровища.
Взгляд упал на витрины напротив; глаза загорелись.
Это… древние магические артефакты! Ух ты, ух ты, ух ты!
В Ридилле семь древних артефактов; два хранились здесь. Солнечный Меч Атлас и Прожорливая Зои.
Солнечный Меч Атлас вопреки названию был простым, грубоватым клинком, но нёс печать истории. В рукоять вделан единственный бриллиант с формулами, недоступными современной магии. Жаль, нельзя рассмотреть под лупой.
Рядом — Прожорливая Зои, шкатулка размером с ладонь, чёрная, усыпанная самоцветами.
Хм?
Карина нахмурилась. Солнечный Меч Атлас прост, но подлинный. А вот…
Почему Прожорливая Зои — подделка?
Прим. пер.: «余» (yo) - архаичное королевское обращение, как и у наших монархов говорить о себе в множественном числе. И хоть бы один переводчик на него среагировал все делали просто "я"... Анлейт тоже не запаривался сунув везде обычнейшее "I". Из-за этой главы пришлось переделывать его фразы в прошлых. В прочем вы изначальный вариант не видели, а сразу исправленный я просто жалуюсь в пустоту.