Сестринский совет

Женщина, представившаяся Мелиссой, с удовольствием грызла варёных креветок прямо с панцирем и удовлетворённо выдохнула.

— Ну конечно, приехав в портовый город, надо лакомиться дарами моря! Креветки, моллюски — в глубине страны такое редко попробуешь. О, и вино, кстати, совсем неплохое.

С довольным видом Мелисса пригубила бокал белого вина, облизнула ярко-красные губы и посмотрела на Монику, сидящую напротив.

— Давай, ешь уже! Я угощаю, хватит и на твою долю, малышка, — сказала она и небрежно навалила еду на тарелку Моники, подтолкнув её к ней.

— С-спасибо… — растерянно поблагодарила Моника и принялась за еду.

Моника до сих пор не понимала, кто эта женщина. Та стояла перед её домом и заявила, что у неё дело к хозяину, но Моника никогда раньше не встречала Мелиссу. Может, она ошиблась адресом? — думала Моника, аккуратно очищая креветку от панциря.

Пока что Моника знала о Мелиссе лишь то, что она много ест, пьёт и болтает. Судя по тому, что она не привыкла к морепродуктам и просила показать дорогу, она явно не из Сазандола. Её яркое платье цвета розы было дорогим, а речь — без акцента. Но манеры выдавали в ней скорее не высокородную аристократку, а, вероятно, представительницу низшего дворянства или состоятельного сословия.

— Простите, Мелисса… э-э, сестрица, по какому делу вы в Сазандоле? — робко спросила Моника.

— По работе, — ответила Мелисса, сморщив усыпанное веснушками лицо и облизав пальцы, испачканные креветочным соком. — Если коротко, какой-то идиот в этом городе портит товар, который я продала, и перепродаёт его. Я здесь, чтобы наказать его и забрать товар обратно.

— А-а… понятно… — протянула Моника, хотя ничего не поняла.

Она задумалась, не сказать ли, что Мелисса, возможно, ошиблась домом, но та, отрывая кусок хлеба, вздохнула:

— Ну и паршивый же мир, аж тошно! Этих идиотов, что портят и перепродают, надо бы всех в кучу собрать, порубить на куски и пустить на удобрение для сада!

С этими жуткими словами Мелисса невозмутимо макала хлеб в ароматный суп с морепродуктами и аппетитно жевала. Моника почувствовала, как её аппетит угасает.

— Ладно, наелась, пора за покупками! — заявила Мелисса.

— Э-э, а как же… товар? — удивилась Моника.

Почему после такого разговора — сразу за покупками? Мелисса посмотрела на неё, как на непонятливого ребёнка:

— Я знаю, что этот идиот где-то в Сазандоле, но где именно — понятия не имею. Придётся обойти город и всё разузнать. А раз так, почему бы заодно не пройтись по магазинам?

Моника, проглотив вместе с хлебом желание возразить, робко взглянула на Мелиссу:

— А… какое у вас ко мне дело?

— Ладно, я оплачу счёт, а ты доедай, и побыстрее! — перебила Мелисса.

— Э-э, п-подождите! — воскликнула Моника, но под напором торопливой Мелиссы в панике затолкала остатки еды в рот.

＊ ＊ ＊

Насытившись морепродуктами, Мелисса решила утолить жажду покупок и направилась на улицу с магазинами одежды. Моника, которую она заставила быть провожатой, явно не разбиралась в таких местах. Но в Сазандоре все магазины одежды были сосредоточены на одной улице, так что найти их не составило труда.

Мелисса заглянула в лавку с аксессуарами и расплылась в улыбке. Сазандор не подвёл: здесь было множество украшений с редкими камнями и необычным дизайном. Она взяла в руки изящное ожерелье и приложила к груди:

— Это ожерелье такое милое! Смотри, смотри, ну разве не прелесть?

— Д-да… — неуверенно ответила Моника.

— А ты сама-то ничего не хочешь? Тут есть вещи, которые даже на твои карманные деньги потянешь!

Моника лишь неопределённо промычала, и Мелисса, недовольная её вялостью, надула губы:

— Ты такая скучная и невзрачная, могла бы хоть одеваться поярче.

— Э-э…

— В твоём возрасте у каждой девушки есть хотя бы один-два парня, которые нравятся, верно?

Моника промолчала, но её худенькие плечи дрогнули. Мелисса, почуяв интересную тему, плотоядно облизнулась и заговорила сладким, как мёд, голосом:

— Оо, так есть кто-то? Расскажи сестрице Мелиссе, какой он?

— Н-нет, у меня… никого нет, — Моника замотала головой, уставившись в пол.

Мелисса вернула ожерелье на полку, присела, чтобы оказаться на одном уровне с Моникой, и, мило улыбнувшись, изо всех сил ущипнула её за щёку:

— Скрывать что-то от меня, Мони-Мони? Какая наглость!

— Аййй! — взвизгнула Моника.

— Ой, какие щёчки у Мони-Мони, прямо как тесто! Давай проверим, как сильно они тянутся? — хихикнула Мелисса.

— Пожалуйста, хватит! — завопила Моника, чуть не плача.

Удовлетворив своё садистское удовольствие, Мелисса отпустила её щёку. Моника, шмыгая носом, тёрла покрасневшую кожу.

— Ну, так кто твой парень? — не унималась Мелисса.

— Я… не скажу! — упрямо ответила Моника.

— Это ещё почему? — Мелисса угрожающе пошевелила пальцами, намекая на новый щипок.

Моника, прижав руки к щекам, со слезами на глазах выдавила:

— Потому что… я ему не пара… только обузой буду…

Её голос становился всё тише, взгляд опускался к полу. Мелисса нахмурилась:

— Он что, женат?

Моника молча помотала головой.

— Тогда, может, у него есть невеста или девушка?

Моника снова покачала головой.

— Ну и в чём проблема? — удивилась Мелисса.

— Но я же… такая… — начала Моника, но Мелисса, цокнув языком, ткнула её в лоб красным ногтем:

— Хватит ныть! Самоуничижение только делает тебя лёгкой мишенью для насмешек. И, честно, меня это бесит. Ещё раз скажешь — ущипну!

— Айй… — Моника задрожала, как маленький зверёк, под суровым взглядом Мелиссы.

Хотя Мелиссе не нравилась её робость, эта девочка идеально утоляла её садистские наклонности.

— Слушай, чего ты вообще так ужимаешься и ноешь, Мони-Мони? — вздохнула Мелисса.

— Потому что… если я… признаюсь в любви… это точно будет ему в тягость, — пробормотала Моника.

— Да какая разница? Любишь — люби, это твоё право. Ничего хорошего не выйдет, если ты будешь подавлять свои чувства, — отрезала Мелисса.

Моника вскинула голову, глядя на неё широко раскрытыми глазами, в которых блестели слёзы. Они казались слегка зеленоватыми в свете.

— Просто быть влюбленным — это… нормально? — спросила она.

— Откуда мне знать? Решай сама, нормально тебе это или нет.

Моника замерла с глуповатым выражением лица, приоткрыв рот. Мелисса не из доброты давала ей советы. Ей было всё равно, сложится ли у Моники любовь или она с треском провалится. Просто покрасоваться в роли мудрой старшей сестрицы и заодно навязать девчонке чувство долга — почему бы нет?

— И ещё, вот тебе совет от сестрицы Мелиссы, основанный на опыте, — добавила она.

— Д-да? — встрепенулась Моника.

— Если другая девица, влюблённая в того же парня, скажет что-то вроде "Мы ведь не делаем подлостей за спиной, договорились? ♡", не верь ей. Такие всегда предадут, — заявила Мелисса.

— Айй… — Моника задрожала, как маленький зверёк.

Её пугливость не знала границ.

— Всё ясно, тебе не хватает смелости, — заключила Мелисса. — Ладно, сейчас будем её в тебе воспитывать. Пошли!

— К-куда? — растерялась Моника.

— Где смелость проверяют? Конечно, в азартных играх! Весело, прибыльно, да ещё и храбрости прибавляет. Трёх зайцев одним выстрелом. Сплошная выгода! — воскликнула Мелисса.

— А-азартные… игры?! — Моника вытаращила глаза.

Не обращая внимания на её потрясение, Мелисса, взмахнув розовым платьем, уверенно зашагала вперёд:

— Пошли, малышка!

— П-подождите, сестрица! Сестрица-а! — закричала Моника, бросаясь за ней.