Ветер, уносящий отчаяние

Айзек произнёс это имя с горечью, которая осталась на языке:

— Чёрный Дракон Минервы.

Феодор, чья истинная сущность была раскрыта, не дрогнул и не испугался. На его лице — лице Феодора Максвелла — появилась даже какая-то детская, искренняя радость. Он улыбнулся широко и тепло, словно услышал лучший комплимент в жизни.

— Так ты знал, что я чёрный дракон, и всё равно заговорил со мной? Ты классный парень.

Он радовался по-настоящему, от всего сердца — просто тому, что с ним вообще кто-то захотел разговаривать. Айзек, не отвечая на эту улыбку, молча прикинул расстояние. Три шага его ногой — достаточно, чтобы подсечь, схватить руку, вырвать Прожорливую Зои. Реально. Но чёрный туман, уже поднимавшийся выше колен, заставлял нервничать. Если эта субстанция вдруг оживёт и кинется, как тень, — уклониться будет почти невозможно.

Айзек продолжил, не сводя глаз с Феодора:

— Три года назад, когда появился Чёрный Дракон Воргана, стая виверн вышла из-под контроля. Низшие драконы имеют привычку собираться вокруг особенно сильного высшего дракона, признавая его вожаком и следуя за ним стаей.

Он сделал паузу, перевёл взгляд на водяных драконов, кишевших в гавани, и продолжил:

— Эти водяные драконы… и те низшие драконы, что напали на столицу несколько недель назад… это ты их призвал?

— Эм… не совсем понимаю, — Феодор почесал щёку, — но похоже, они услышали мой крик "помогите!" и прибежали.

Неро как-то говорил: с низшими драконами почти невозможно нормально общаться. Во время беспорядков в Воргане стая виверн без спроса признала Неро вожаком, взбудоражилась и начала бесчинствовать — пока Молчаливая Ведьма не уничтожила их всех. Айзек считал, что и нападение на столицу, и нынешнее поведение водяных драконов — результат случайного присутствия рядом этого существа: Феодора, он же Чёрный Дракон Минервы. Его аура просто стимулировала низших драконов поблизости. Но тогда оставался вопрос: почему восемь лет назад, когда его сбросили с Эванджелины, ни один низший дракон не пришёл на помощь? Может, рядом просто не оказалось драконов. Может, тогда его сила как чёрного дракона ещё не проявилась в полной мере. Но у Айзека была ещё одна гипотеза.

— Ты ведь ещё очень молодой дракон, верно?

— Ага. Тело пока небольшое, и магии во мне не так уж много.

— А Прожорливая Зои, которую ты держишь, управляет тёмной магией. И чёрные драконы тоже относятся к тьме.

Айзек указал на артефакт, прижатый к животу Феодора. Тот слегка приподнял шкатулку и стал её разглядывать — и Айзек мысленно отметил: осталось совсем немного.

— Когда печать на Прожорливой Зои была снята, огромное количество тёмной магии, вырвавшееся из неё, смешалось с твоей аурой чёрного дракона. Низшие драконы почувствовали эту силу и приняли тебя за могущественного чёрного дракона… Вот моя теория.

— Ого! Ты реально умный!

Туман, вытекающий из Прожорливой Зои, всё прибывал. Если раньше он доходил только до щиколоток, то теперь уже покрывал колени. Что именно означает этот чёрный туман — неизвестно. Но одно ясно: чем его больше — тем хуже. И главное — если тянуть время, начнётся призыв Короля Духов Тьмы.

Айзек собрал всё внимание на руках Феодора и произнёс жёстко:

— Чёрный Дракон Минервы. Ты натворил слишком много зла.

Взлом сокровищницы. Кража древнего артефакта. Катастрофа с Эванджелиной. Освобождение Прожорливой Зои и массовые жертвы — худшие в истории. Мелисса, Сайлас и Рей уже знают, кто он такой. Как ни крути — Чёрный Дракон Минервы будет признан злым драконом. Люди не судят драконов. Не слушают оправданий. Не дают смягчающих обстоятельств. Злого дракона — уничтожают.

— Мне жаль тебя. Я сочувствую твоей судьбе. Но даже несмотря на это… я убью тебя здесь, Чёрный Дракон Минервы.

Айзек сказал это холодно, с твёрдым взглядом. Феодор — лицо Чёрного Дракона Минервы — лишь грустно улыбнулся. Это была улыбка человека, который от чего-то окончательно отказался.

— Мне больше не нужны ни сочувствие, ни жалость. Я встретил Феодора… Этого одного маленького чуда мне достаточно.

Не успел он договорить — Айзек рванулся вперёд. Из Прожорливой Зои один за другим вылетали чёрные стрелы. Айзек уклонялся, изгибаясь всем телом. Внутри него вспыхнула знакомая горечь.

Я был таким же.

Ради того, чтобы имя Феликса Арк Ридилла осталось в истории, он пошёл на всё. Ради одной-единственной цели отказался от всего остального — от других людей, от самого себя.

— Но это неправильно, — слова осуждения горчили на языке. Осуждая Чёрного Дракона Минервы, он одновременно осуждал и себя прежнего.

— Надо было посмотреть вокруг. Понять, что своими действиями причиняешь боль другим. И тебе. И мне.

Убитый врач Артур — чтобы заставить его молчать. Маг самоцветов, погибший в интригах между Айзеком и герцогом Крокфордом. Много людей пострадало в тени фальшивого принца, гонявшегося за звёздами. Многие погибли там, где Айзек даже не знал. Отец Моники — один из них. Девочка, потерявшая отца, оказалась загнана в мир цифр.

Айзек поморщился. Феодор же лишь растерянно пробормотал:

— То, что ты говоришь… сложно понять.

— Жаль, что у тебя нет времени подумать.

Прожорливая Зои снова выпустила чёрные стрелы. Айзек отступил на несколько шагов, уходя от атаки. Раздражённый Феодор вытянул руку с артефактом вперёд, готовясь к новому удару.

Сейчас!

Из тени деревянного ящика в порту молнией вылетел чёрный кот — Неро. Феодор широко распахнул золотые глаза, уставившись на него. Молодой дракон, возможно, не обладал особо острым чутьём, но на таком расстоянии даже он почувствовал: сородич. Который прожил гораздо больше лет.

— Ты…

В тот же миг Прожорливая Зои выпустила огромный сгусток теней. Он превратился в три копья и полетел в Неро, чтобы пронзить его. Неро мяукнул и легко запрыгнул на одно из копий. Тени Прожорливой Зои могли разъедать любое живое тело при малейшем касании. Поэтому с ними можно было либо отбиваться зачарованным оружием, либо уклоняться, как делал Айзек. Но Неро эти тени не трогали. Он сам об этом предупреждал.

Неро пробежал по чёрному копью, целясь прямо в Прожорливую Зои. Пока Феодор был сосредоточен на Неро — Айзек снова сократил дистанцию.

— Уааааааа!

Феодор закричал. Прожорливая Зои выбросила огромный объём теней. Они взлетели вверх, а потом обрушились вниз в виде столбов, образовав чёрную клетку, отрезавшую Неро и Айзека от Феодора. Теперь всё внимание Феодора и Прожорливой Зои было приковано к ним.

Поэтому они не заметили, как сзади, из слепой зоны, на огромной скорости приближался Сайлас — используя магию полёта. На конце его посоха сверкало лезвие молнии. Он целился прямо в правое плечо Феодора. Феодор ничего не подозревал. Это был верный удар — но в этот миг краем глаза Айзек увидел нечто чудовищное.

Водяные драконы выползали на берег.

Какого?!

Несмотря на шок, Айзек мгновенно оценил обстановку. Чёрный туман, который теперь доходил уже выше колен, — водяные драконы плыли прямо в нём. Туман — это сгусток магии. А драконы обожают мощную магию. Они терпеливо ждали в гавани, пока туман не поднялся достаточно высоко. А потом, услышав крик Феодора, разом ринулись на берег.

Один из водяных драконов врезался в Сайласа, который уже снижался для удара. Сайлас издал сдавленный звук и покатился по земле. Его фигура исчезла в чёрном тумане — словно утонула в ночном море. А следом на него набросилась целая стая водяных драконов.

— Сайлас!!

Айзек знал. Как легко дракон давит человека ногой. Как когти разрывают тело, словно бумагу. Как клыки дробят кости в кашу. Мольбы о пощаде бесполезны. Это чистое, жестокое, безжалостное стихийное бедствие. Для Айзека драконы всегда были воплощением ужаса. Он смог преодолеть этот страх только после того, как увидел, как Молчаливая Ведьма сбила стаю виверн. То чудо, сотворённое великой ведьмой, спасло его от детских кошмаров. Но страх никуда не делся.

— Братец Сайлас! Ответь! Пожалуйста!

До Сайласа — десять шагов. Но теневая клетка мешает подбежать. Атака Айзека не пробьёт чешую водяных драконов. У Уилдиану — не боевая магия. Он умрёт. Прямо на глазах у беспомощного Айзека погибнет ещё один дорогой человек.

Детский ужас, отчаяние, бессилие — всё нахлынуло разом, сковав тело.

И в этот миг подул ветер.

С неба прямо вниз ударил копьевой порыв ветра. Он разметал водяных драконов вместе с чёрным туманом, окружавшим Сайласа. Сайлас стоял на коленях. Видимых ран не было. Его окружал защитный барьер. Но ведь у него не было времени его поставить…

Не может быть…

Айзек оторвал взгляд от Феодора и Прожорливой Зои и оглядел небо. В вышине что-то сверкнуло, отразив утреннее солнце. Слева-сзади от Айзека в воздухе парил человек в синей мантии — Глен, использовавший магию полёта. А на его спине сидела девушка в мантии Семи Мудрецов, крепко сжимавшая посох. На шее у неё сверкал перидот, отражая солнце, словно звезда.

Горло Айзека задрожало.

Перед ним стояла та, кто всегда приходила и разгоняла его отчаяние.

Одна из Семи Мудрецов. Молчаливая Ведьма, Моника Эверетт.