Сон, который видела Молчаливая Ведьма

Моника видела сон. Перед ней стоял стол. На нём аккуратно расставлена посуда. Когда Моника ела в одиночестве, она обычно обходилась хлебом или орехами и редко утруждала себя расстановкой посуды. Стол она накрывала только тогда, когда Айзек готовил что-то особенное.

— Моника, еда готова! — раздался голос.

Подняв глаза, она увидела Айзека, который, надев фартук, приближался к ней.

В его руках была суповая тарелка, на которой лежала горошина размером с человеческую голову.

— Сегодня моё лучшее блюдо! Суп из гороха! — объявил он.

Можно ли вообще назвать горошиной этот шар размером с голову? К тому же самого супа нигде не было видно.

— П-постой, Айк… это… это…

Перед бледной и дрожащей Моникой Айзек зачерпнул горошину ложкой. Он протянул ложку Монике, каким-то чудом удерживая огромную горошину на крошечной ложке. Её ученик, искусный в кулинарии, сладко улыбнулся.

— Вот, открой рот, а-а-а!

— Нет, нет, я не могу… п-подожди… подожди-и-и-и!!

И в этот момент она проснулась.

У-у-у… где я?

Тяжёлые веки с трудом приподнялись, но перед глазами была лишь кромешная тьма.

Тело казалось ватным, даже шевельнуть пальцем стоило огромных усилий. Голова невыносимо отяжелела, мысли путались. Это из-за истощения магической силы.

Точно… меня поглотил горох… что было дальше? Лорд Сирил и Ведьма Шипов они в порядке?

Надо скорее выбираться отсюда. Но, несмотря на эту мысль, тело не слушалось. Стоило расслабиться, как сознание снова начинало ускользать.

— Эй! Эй! Моника! Если слышишь, ответь! — раздался голос Рауля из-за гороховых лоз.

Она попыталась ответить на его зов, но из губ вырвалось лишь слабое хриплое дыхание, далёкое от голоса.

Я должна ответить… сказать, что я здесь…

Но, вопреки её желанию, голова становилась всё тяжелее, а едва приоткрытые веки медленно закрывались.

Нет… так хочется спать…

И в тот момент, когда сознание снова начало ускользать, Моника услышала резкий окрик:

— На перекличке отвечай немедленно! Казначей Нортон!

＊＊＊

Как найти Монику, поглощённую горохом? Рауль Розенберг, один из семи мудрецов, известный как Ведьма Шипов, предложил следующий способ:

— Эй! Эй! Моника! Если слышишь, ответь! — кричал он во весь голос, ожидая отклика.

Крайне простой и примитивный метод.

Буйствующий горох сдерживал "Белый ураган №1" Рауля. Если и спасать Монику, то сейчас.

Но сколько бы Рауль ни звал, ответа от Моники не было. Возможно, она потеряла сознание. Истощение магической силы особенно тяжело сказывается на тех, у кого её много. Моника, как один из Семи Мудрецов, обладала огромным запасом маны, и её исчерпание должно было вызвать серьёзное недомогание. Магическая сила со временем восстанавливается, но, пока Моника внутри гороха, поглощающего ману, на это надеяться не приходилось. В худшем случае это могло стоить ей жизни.

— Тьфу! — пробормотал Сирил и бросился к гороху.

Набрав полные лёгкие воздуха, он крикнул изо всех сил:

— На перекличке отвечай немедленно! Казначей Нортон!

В порыве он выкрикнул её старое прозвище. Рауль удивлённо переспросил:

— Казначей Нортон?

Ох, я облажался.

Сгорая от стыда, думал Сирил, но тут сверху раздался слабый, тише жужжания насекомых, голос.

— Здесь… — прозвучал голос.

Эту жалкую попытку ответа невозможно было не узнать. Это была Моника.

Голос доносился чуть выше головы Сирила. Присмотревшись, он заметил маленькую руку, выглядывающую из гороховых лоз. Эта крошечная, почти детская рука слабо шевелилась, словно прося о помощи. Она была на грани досягаемости.

— Нашёл!

Осторожно разрезав лозы ледяным копьём, он схватил руку Моники и резко потянул. Словно репа из земли, тело Моники выскочило из гороха и рухнуло прямо на Сирила. Он поймал её маленькое тело и, не удержавшись, шлёпнулся на землю.

— Л-лорд Си-рил... — послышался слабый голос из его объятий.

Моника, с лицом, как у только что проснувшегося ребёнка, смотрела на него затуманенным взглядом. Её сознание было помутнено, глаза не фокусировались.

— Теперь всё в порядке, — сказал Сирил.

Крепко держа Монику, он быстро отскочил от гороха. Убедившись, что они на безопасном расстоянии, Рауль закатал рукава.

— Монику спасли, теперь можно заканчивать, — заявил он.

Рауль приложил ладонь к белому дракону из роз. В тот же миг лозы, составлявшие "Белый ураган №1", сжимавшие горох, резко увеличились в объёме. Как мышцы человека напрягаются при усилии, так и переплетённые лозы белых роз вздулись. Дракон из роз взмахнул мощной лапой и раздавил горох.

Сок травы, словно кровь, закапал из раздавленного и перекрученного гороха.

— Выдерни его! "Белый Ураган №1"!

Дракон из белых роз схватил горох и медленно вытащил его из земли. Словно выдергивая огромное дерево, почва вокруг вздыбилась и потрескалась. Какая неимоверная сила!

Сирил, держа Монику, отступил, чтобы их не задело. К этому времени горох был полностью вырван из земли и перестал двигаться.

Рауль, вытирая пот со лба, облегчённо выдохнул:

— Ну вот, дело сделано!

— Хм? — скептически хмыкнул Сирил, оглядывая окрестности.

Поле, как и следовало ожидать, было полностью разорено. Вдобавок повсюду валялись обломки гигантского гороха и дракона из белых роз.

Сказать, что дело сделано, было явно преждевременно.

— И ты называешь это "дело сделано"? — язвительно спросил Сирил.

— Растения, зачарованные магией, сами засохнут, когда мана иссякнет, так что всё нормально, нормально. Очистим почву, а уборку оставим на завтра. Пойдём домой! — беспечно ответил Рауль.

— Ладно, — вздохнул Сирил.

Мысль о предстоящей уборке вызвала волну усталости. Он опустился на землю, всё ещё держа Монику.

— Что, выдохся? — поддел Рауль, который, несмотря на использование мощного заклинания, выглядел бодрым.

Наверное, это из-за постоянных сельскохозяйственных работ. Несмотря на утончённую красоту, Рауль обладал внушительным телосложением.

Сирил с завистью посмотрел на его крепкие руки. Тем временем Рауль быстро закончил очищение почвы и подтащил стоявшую неподалёку тележку.

— Залезай. Я спущу тележку с горы.

— Пожалуй, воспользуюсь твоим предложением.

Раньше он счёл бы кощунственным заставлять одного из Семи Мудрецов, сокровище нации, тащить тележку, да ещё и везти его самого. Но сейчас у Сирила не было ни малейшего желания отказываться. К тому же он не был уверен, что сможет спуститься с горы, неся Монику. Так что он без колебаний решил воспользоваться предложением.

Тележка была загружена сельскохозяйственными инструментами и оказалась тесной, но двум людям усесться всё же было возможно. Сирил усадил Монику, прислонив её к краю тележки, и сел рядом, поддерживая её, чтобы она не упала.

— Ты в порядке? — спросил он.

Моника что-то невнятно пробормотала:

— Лорд Сирил… бюджет на этот месяц здесь, список поставщиков для школьного фестиваля тут…

Похоже, Молчаливая Ведьма видела во сне работу студсовета.

Сирил, охваченный ностальгией, прислонился к тележке и выдохнул.

Вскоре тележка тронулась, громыхая и сильно трясясь, но Моника даже не пошевелилась.

— Эй, кстати, — начал Рауль, оборачиваясь к Сирилу, пока тянул тележку.

— Что? — отозвался тот.

— Тот венок, что мы использовали для "Белого Урагана №1", был аккуратно упакован в красивый мешок. Неужели это был подарок?

Сирил замолчал. Рауль, будто что-то сообразив, воскликнул:

— Погоди… это что, подарок для меня?!

— Стой.

— Венок перед зимним солнцестоянием! Классно, это так по-дружески!

— Да кто бы тебе… — начал Сирил, но, замолчав, бросил взгляд на Монику.

Она всё ещё спала, бормоча во сне цифры. Сирил отвернулся и замолчал.

Рауль, полный энергии, продолжал болтать, таща тележку:

— Прости, что испортил такой символ дружбы. Ладно, в этом году я сделаю тебе шикарный венок в подарок, так что жди! Кстати, в твоём венке были белые розы. Ты любишь белые розы?

Ответа не последовало.

Рауль обернулся и увидел, что Сирил и Моника, перепачканные землёй и травой, спят, прислонившись друг к другу.

— Это круто, я уже чувствую, что мы боевые товарищи, — удовлетворённо кивнул Рауль и тихо пошёл дальше, стараясь не разбудить спящих друзей.