Золотой Рыцарь хочет, чтобы им помыкали
Эйнхард Бергер, рыцарь второго отряда императорской гвардии, был в этом году двадцати шести лет от роду — высокий, статный красавец.
Густые тёмно-золотистые волосы, благородные черты лица с резкими скулами. И лицом хорош, и родом знатен, и мечом владеет виртуозно — потому дамы империи и прозвали его "золотым рыцарем", с восторгом вздыхая при одном упоминании.
На сей раз ему выпала честь сопровождать принцессу Сесилию в её поездке в королевство Ридилл и охранять её лично.
Сегодня он нёс службу в коридоре дворца Аусархорн, ведущем к покоям принцессы.
Красота Эйнхарда нисколько не уступала роскоши дворца: он стоял навытяжку, с сурово сдвинутыми бровями, бдительно оберегая покой прелестной госпожи. Вид его был поистине достоин "золотого рыцаря", пленяющего сердца всех окрестных дам.
— Хм.
Тщательно оглядевшись, Эйнхард Бергер наклонился к стоящему рядом младшему товарищу Киршнеру и прошептал:
— Эй, Киршнер.
— Да, чем могу, сэр Бергер?
— В королевстве Ридилл красавиц хоть отбавляй, а?
Несмотря на неодобрительный взгляд Киршнера, Эйнхард продолжил с серьезным выражением лица, словно докладывая сведения, собранные во время вражеской разведки.
— Только что видел невероятно горячую горничную! Высокая, в очках, профиль мелькнул всего на миг, но я сразу понял: снимешь очки — и вау, настоящая скрытая жемчужина.
Киршнер, младше Эйнхарда на год и куда серьёзнее, бросил на него косой взгляд, в котором сквозило откровенное раздражение.
— А как же та красавица-секретарша при третьем принце, в которую вы так влюблены были ещё недавно?
— Слушай и рыдай. Третьего принца на этот раз во дворец не вызвали. Естественно, и его красавица-секретарша не приехала. Я от горя на пиру по полу катался, а маркграф, с которым мы пили, смотрел на меня, как на отброса.
К слову, тот самый маркграф Хенрик Бланке вполне серьёзно заметил: "Хотел бы я, чтобы Его Величество скорее казнил тебя".
"Совсем ничего не смыслят в любви", — пробормотал Эйнхард себе под нос.
Кстати, принцесса Сесилия, объект его охраны, тоже была красавицей, но… не в его вкусе. Эйнхарду нравились женщины с искрой в глазах, с характером — строптивые, властные.
— Жаль, что не увижу божественную Бриджит, но надежда ещё теплится! Слышал, к охране леди Сесилии приставят юную леди из Семи Мудрецов! Девятнадцатилетнюю Молчаливую Ведьму Монику Эверетт-чан!
Слава о Молчаливой Ведьме докатилась даже до соседней империи Шваргард. В пятнадцать лет ставшая одной из Семи Мудрецов, юная героиня, одолевшая чёрного дракона и проклятого дракона. Говорят, даже сам император Черный Лев относится к ней с почтением.
— По моим прикидкам, Моника Эверетт-чан — высокая брюнетка с узкими глазами, холодная красавица. Надменная, смотрит на ухажёров, как на мусор.
— А вам, случайно, не нравится, когда с вами обращаются как с мусором? — съязвил Киршнер.
Киршнер и впрямь смотрел на него, как на мусор. Эйнхард в ответ цокнул языком и погрозил пальцем:
— Завоевать сердце такой строптивицы и заставить её сходить по мне с ума — вот это достижение… хотя, признаться, и помыкать мною тоже неплохо! Понимаешь, Киршнер?! — воскликнул он.
— Ничегошеньки не понимаю, — отрезал Киршнер.
— Э-э-э… — раздался тоненький голосок чуть поодаль.
Оглядевшись, Эйнхард увидел, как из-за угла коридора выглядывает миниатюрная девчушка и нервно мнётся. Светло-каштановые волосы заплетены в простые косы, личико скромное, юное. Лет шестнадцать-семнадцать, не больше. Тёмно-синяя мантия, в руках посох — явно маг из дворца. Судя по возрасту, ученица.
Эйнхард расчётливым движением откинул прядь со лба и одарил девушку улыбкой, достойной гвардейца-красавчика.
— Привет, юная леди. Вы где-то по поручению?
— Э-э… ну… слышала, что леди Сесилия уже готова, так что…
Эйнхард недоуменно склонил голову. Какое отношение эта девчушка имеет к готовности принцессы? Потом вспомнил: вскоре к Сесилии должна явиться на аудиенцию магическая графиня Моника Эверетт, Молчаливая Ведьма из Семи Мудрецов.
— Ага, понял. Ты ученица Молчаливой Ведьмы? Наставница велела разведать настроение леди Сесилии?
— А?
— Ну, говорят же: "У имперских дам крутой нрав ". Попадёшь к высокородной в дурном расположении духа — добром не кончится. Но не волнуйся: леди Сесилия мягка и нежна, как лунный свет. Я ни разу не видел, чтобы она капризничала, — заверил Эйнхард.
— Эм… ладно…
Девушка кивнула, но явно хотела что-то сказать: то и дело косилась на Эйнхарда, теребя пальцы.
"Наверняка стеснительная крошка хочет узнать имя бравого гвардейца", — решил он, понимающе кивая и расплываясь в самой доброй улыбке.
— Я — тот самый "золотой рыцарь" Эйнхард Бергер. А это мой младший товарищ Киршнер.
— Э-э… я… это…
Девушка, прячась за углом, смущённо теребила пальцы, но вскоре решилась и вышла полностью.
Вблизи она оказалась ещё миниатюрнее. Зато мантия и посох — высший класс. Особенно посох, почти в её рост, украшенный роскошно. Кстати, в Ридилле длина посоха определяет ранг мага, верно?
— Я — Молчаливая Ведьма Моника Эверетт… Извините, что я не крутая холодная красавица.
Эйнхард невольно пробормотал себе под нос: "Уф!" Видимо, она подслушала его разговор с Киршнером.
Семь Мудрецов — прямые советники короля Ридилла. И он только что оскорбил одного из них. Голову с плеч — и никто не пожалуешься.
— Вот я влип, — пробормотал Эйнхард.
Киршнер снова бросил на него неодобрительный взгляд.
— Поздравляю. Теперь капитан будет обращаться с вами как с мусором.
— Беда. Капитан не в моём вкусе.
Шепнув это Киршнеру, Эйнхард одарил Молчаливую Ведьму самой ослепительной улыбкой из своего арсенала.
В безвыходных ситуациях — улыбайся и дави напором: таков жизненный опыт Эйнхарда.
— Молчаливая ведьма, наш с коллегой разговор — всего лишь имперская шутка. Буду премного благодарен, если не доложите моему начальству…
— Эм, не переживайте… Мне часто говорят, что я не похожа на Мудреца…
Молчаливая ведьма явно не обиделась и даже замахала руками.
Хорошая девочка. Хорошая, но…Семи Мудрецам положено быть посолиднее.
Неужели эта кроха и вправду одолела двух злых драконов? Явно слухи приукрасили.
Сдерживая сомнения, Эйнхард театрально прижал руку к груди и возопил прочувствованно:
— О маленькая богиня! Ты спасла меня. Благодаря тебе я избежал нагоняя от капитана.
— Эм, насчёт аудиенции…
— Провожу. Сюда, пожалуйста.
Эйнхард пошёл впереди. Молчаливая ведьма глубоко вздохнула, сжала губы и выпрямилась.
Почему-то она напомнила ребёнка перед первым выступлением. Эйнхард втайне усомнился: справится ли такая малышка с охраной?
＊＊＊
Аудиенция у принцессы Сесилии, объекта охраны.
Ради этого момента Моника в особняке Олбрайтов раз за разом оттачивала приветствие.
Войдя в покои, она опустила посох к ногам и склонила голову.
— Одна из Семи Мудрецов, Молчаливая ведьма Моника Эверетт. Добро пожаловать издалёка, леди Сесилия.
Приветствие без запинок — первый этап пройден.
Дальше сложнее. Если принцесса Сесилия окажется болтушкой и засыплет вопросами — как отвечать? Заранее с Раулем, Реем и Фридой они проработали кучу вариантов.
Хм, захочет цветов — поведу к клумбе с новыми сортами, которые рекомендовал господин Рауль. Захочет по магазинам — посоветуюсь с капитаном гвардии…
Пока Моника мысленно повторяла заготовки, послышался шорох платья.
— Приятно познакомиться, леди Молчаливая Ведьма. Меня зовут Сесилия Шарлотта Фиби Бельшвайг Кревинг… Пожалуйста, поднимите голову.
Голос нежный, хрупкий, словно звон стеклянного колокольчика.
Моника подняла голову.
Перед ней стояла хрупкая на вид принцесса с прямыми серебристыми волосами. Голос её соответствовал её впечатлению – хрупкая и нежная. На ней было элегантное светло-фиолетовое платье, украшенное красивым кружевом.
Хотя одежда в какой-то степени ей подходила, она выглядела более сдержанной, чем цвета и фасоны, которые предпочитают большинство молодых женщин.
Это… младшая сестра Императора Черного Льва…
Полная противоположность брату, чья жизненная сила переливает через край.
Сесилия приподняла подол и грациозно присела.
— Леди Молчаливая ведьма, на некоторое время вверяю себя вашей заботе.
— Д-да!
— …
— …
Разговор оборвался. Неловко.
Моника, не нарушая приличий, украдкой разглядывала принцессу из-под чёлки.
Сесилия тоже опустила взгляд, словно ей было неловко. Похоже, болтушкой она не была.
Неуместно было бы начинать разговор с принцессой, которая не хотела общаться. Пока Сесилия молчала, Монике ничего не оставалось, как тоже молчать.
— …
— …
До следующего пункта программы они так и просидели в неловкой тишине.
Золотой рыцарь Эйнхард Бергер впервые появился в Том 3 глава 16.2. Он большой поклонник брата и сестры Бланке.