Несчастный человек

Комната, в которой смешались роскошные предметы, явно стоившие немалых денег, — экзотическая лампа, шкуры редких животных, — и дешёвая мебель, вроде дивана и стола, очень походила на своего хозяина, человека по имени Слоус.

Слоусу было около тридцати пяти, волосы тёмно-каштанового цвета он зачёсывал назад. На нём был дорогой бархатный сюртук, но рубашка и обувь — откровенно дешёвые. При этом всё его тело было увешано побрякушками: кольцами, серёжками и прочими украшениями.

Рядом со Слоусом стояла наёмница Вероника, с двумя пистолетами на поясе. Её светло-золотистые волосы были аккуратно подстрижены до линии подбородка, а на плечах лежал плащ из меха, напоминающий национальный костюм. Она стояла позади Слоуса и без всякого выражения смотрела на посетителя — Феодора.

— Э-э, вот… выручка за вчера… — пробормотал Феодор, ставя на стол кожаный мешочек, набитый монетами.

Слоус, покачивая сигарой во рту, принялся пересчитывать монеты пальцами, унизанными кольцами.

Пока Слоус считал, Феодор разглядывал предметы, украшавшие комнату. Особенно его внимание привлекла курильница в углу, покрытая замысловатой резьбой в восточном стиле. От неё исходил приторно-сладкий аромат.

Что это за запах? Розы? И какая-то примесь... Хм, для меня слишком резкий.

Поймав на себе суровый взгляд Вероники, он, напуганный, съёжился на диване, мысленно причитая: "Ох, какая страшная!"

Тем временем Слоус закончил подсчёт.

— Ну что ж, неплохая выручка, — сказал он. — Передай Даяну, чтобы продолжал в том же духе.

— Д-да, хорошо… А, э-э, моя шкатулка… когда мне ее вернут? — робко спросил Феодор.

Слоус нахмурил брови и выпятил нижнюю губу:

— Что-о? Слушай, по словам Даяна, ты только и делаешь, что бьёшь посуду, когда моешь, и проливаешь напитки, когда их несёшь. От твоей работы только убытки! Хватило бы, чтобы оплатить разбитые тарелки.

— Н-но… без неё мне беда! Пожалуйста, верните… — взмолился Феодор, чуть не плача.

Слоус, поглаживая щетину, холодно ответил:

— Хочешь, чтобы вернул? Покажи, что можешь работать как следует. Сегодня вечером будет большая вечеринка с конфетами. Приведи клиентов, которые хорошо платят. Это ты хоть можешь?

＊ ＊ ＊

Когда Феодор вышел и дверь за ним закрылась, Слоус достал из кармана маленькую черную шкатулку, украшенную золотыми узорами и россыпью драгоценных камней. Замочной скважины не было, но крышка, похоже, не открывалась без какого-то секрета.

— Эй, Вероника, как думаешь, что это? — спросил Слоус.

— Коробка, — ответила та.

— Поумнее ответь. Это же явно магический артефакт.

Слоус прищурился, разглядывая камни на коробке. На каждом был вырезан магический символ, но они казались размытыми — артефакт был запечатан. Артефакт был запечатан, причём печать была сложной — открыть её можно было, только влив в неё магическую силу того, кто её наложил.

Слоус был магом, специализирующимся на магии наделения, и обычно мог с первого взгляда определить, какие чары наложены на предмет. Но эта шкатулка не поддавалась — печать мешала. К тому же она была наложена не одним человеком, а, похоже, двумя или даже тремя высшими магами.

Шкатулка явно была не простой. Его чутьё подсказывало, что она стоит целое состояние. Отдавать её Феодору он, конечно, не собирался. Если тот начнёт слишком ныть, можно просто избавиться от него — утопить в море, и дело с концом.

Размышляя об этом, Слоус потряс шкатулку у уха. Никакого звука внутри не было — видимо, она пуста.

— …голод… — послышался слабый голос.

— А? — Слоус насторожился. — Вероника, ты что-то сказала?

— Нет. Но мне есть что сказать, — ответила она, глядя на него своими серо-голубыми глазами, холодными, как зимнее озеро.

— И что же? — нахмурился Слоус.

— Когда ты выполнишь нашу сделку?

Между Слоусом и Вероникой была договорённость. Вероника искала человека, соответствующего «определённым условиям». Слоус помогал ей в поисках, а она, в свою очередь, работала на него. Он вздохнул, вынул сигару изо рта и посмотрел на неё.

— Не торопись. Ты же знаешь, что нужные тебе качества — редкость. Найти человека, который подходит по обоим параметрам, не так-то просто.

— Я тороплюсь. Поторопись и ты, — холодно ответила Вероника.

— Ладно, если на сегодняшней вечеринке найдётся кто-то подходящий, я тебе его отдам, — бросил Слоус, добавив про себя: "Хотя вряд ли такого найдёшь".

Он убрал шкатулку обратно в карман, не заметив, как из её глубины раздался тонкий, детский голос: "ГОЛОДЕН…"

＊ ＊ ＊

— Эх, опять не вернули… — вздохнул Феодор, плетясь обратно в таверну Даяна, где он сейчас работал.

Таверна Даяна, расположенная в западном районе Сазандола, была одновременно и кабаком, и игорным домом. Самое оживлённое время было ночью, но и вечером уже появлялись первые посетители. Когда Теодор вошёл за стойку, хозяин, бородатый Даян, рявкнул на него:

— Долго шляешься!

— П-простите! — пискнул Феодор.

— Живо! Отнеси это на тот стол! — Даян указал на стол, за которым сидели две девушки: яркая рыжеволосая и скромная с светло-каштановые волосами.

Рыжеволосая развалилась на диване, закинув ногу на ногу, в одной руке держала карты, а другой тискала щёку младшей. Что за странный ритуал?

Подойдя с напитками, он услышал их разговор:

— Сестрица, хватит… щёки…

— Да ладно, я же не щипаю, просто мну. Что такого?

— Зачем… мять…

— Твои щёчки успокаивают мою душу. Сиди и не трынди.

Похоже, это были сёстры, и младшая страдала от выходок азартной старшей.

— Вот, напитки, — сказал Феодор, ставя кружку пива.

Рыжеволосая молча схватила кружку и одним махом осушила её.

— Ха! Нет ничего лучше, чем азартные игры с выпивкой! — воскликнула она.

— Сестрица… ты уже много проиграла… — робко заметила младшая.

— Проигрыш — это только начало! Обожаю отыгрываться! О, чёрт, опять перебор! — выругалась старшая, с досадой отбрасывая карты и снова принявшись мять щёки сестры.

Феодор поставил перед младшей стакан с фруктовой водой и добродушно сказал:

— Держи. Тяжело тебе с ней, да?

— Э-э, спасибо… — промямлила девушка, принимая стакан.

На столе начиналась новая игра. Феодор не особо разбирался в таких играх, но знал, что раздают по две карты, и цель — набрать число, близкое к двадцати одному. Карты от десятки и выше считались за десять, а туз — за один или одиннадцать.

Значит, двадцать одно — идеально, а больше — проигрыш?

Рыжеволосая постоянно перебарщивала, жадно тянув карты и превышая лимит. Феодор с тревогой подумал, что в этой таверне проигравших могут обобрать до нитки или даже отправить к Слоусу, откуда не возвращаются. Ему не хотелось, чтобы эти сёстры попали в беду.

Вдруг старшая воскликнула:

— Всё, сейчас будет крупный выигрыш!

Она двинула вперёд все свои фишки. Ей достались тройка треф и десятка кубков — итого тринадцать. У дилера было четырнадцать. Старшая, горяча, хотела взять ещё карту, но младшая внезапно схватила её за руку.

— Что за фигня? — рыкнула старшая, сверкнув зелёными глазами.

— Нельзя брать, — тихо, но твёрдо сказала младшая.

Феодор, делая вид, что убирает пустые стаканы, придвинулся ближе, прислушиваясь.

Лицо младшей, обычно робкое, стало серьёзным, глаза сосредоточенно смотрели на карты.

— Дилер обязан брать карты, пока не наберёт семнадцать или больше. Остались только тройка треф, четвёрка червей и двойка бубен. Вероятность перебора — 88%.

Феодор обомлел. Неужели она запомнила все использованные карты?

Как и предсказала младшая, дилер взял девятку пик. Его сумма достигла двадцати трёх — перебор. Старшая сестра ликовала:

— Молодец, Мони-Мони! Куплю тебе конфет! — она расхохоталась и потрепала младшую по голове.

— Ох, как же круто! Выиграли напоследок, да ещё и добычу нашли! — сказала она, подзывая Теодора.

Думая, что её зовут за добавкой, он подошёл, но девушка внезапно схватила его за воротник и резко дёрнула к себе.

— Эй, что такое? Я что-то сделал? — запаниковал Феодор.

— Не дёргайся, — отрезала она и, принюхавшись к его шее, хищно ухмыльнулась. — Так и есть, запах от тебя. Наконец-то нашла.

Не отпуская воротник, она мило улыбнулась. Феодор растерянно улыбнулся в ответ, а она крикнула в сторону стойки:

— Хозяин, этот парень пролил вино на моё платье! Я разберусь с ним на улице!

— Чтооо?! — завопил Феодор.

Девушка, крепко держа его за шиворот, потащила к выходу. Он умоляюще посмотрел на Даяна, но тот лишь вздохнул, будто говоря: "Опять?". В отчаянии Феодор обратился к младшей сестре:

— Что я сделал?! Эй, ты, Мони-Мони, скажи своей сестре хоть что-нибудь!

— Я… я не Мони-Мони… — пискнула девушка.

— Заткнись и иди за мной! — рявкнула старшая, и Феодор с младшей сестрой синхронно втянули головы в плечи.