Моя песня становится твоим кораблём

Когда Моника поднялась на ноги, из-под её руки раздался всхлипывающий голос.

— Дурак… Идиот...

Только сейчас Моника заметила: на её левом указательном пальце надето чёрное кольцо — это же Ключ Хранителя Знаний Софокл.

Почему древний артефакт, который всегда был на пальце у Сирила, теперь оказался у неё?

Сирила здесь не было видно. Моника предположила, что он эвакуировался вместе с Гленом и Сайласом. Но отчаянные рыдания кольца вызвали у неё очень плохое предчувствие.

— Эм… а где… лорд Сирил?

— Холодный парень? Он упал в море вместе с шкатулкой, — безжалостно ответил Неро.

— Ээээ!?

Моника округлила глаза. Она повернулась к Айзеку, ища подтверждения или опровержения.

Айзек заговорил спокойно, словно успокаивая ребёнка:

— Доложу обстановку. Глен и Маг-Истребитель Драконов вышли из боя. Сирил упал в море, держа запечатанную Прожорливую Зои. Его контрактные духи уже отправились на спасение. Чёрный дракон Феодор поглотил часть силы Прожорливой Зои и открыл врата призыва Короля Духов Тьмы. В таком состоянии обычными заклинаниями его не убить.

Пока Моника была без сознания, всё стало намного хуже. Как же так… Только очнулась — и сразу хочется плакать.

Лорд Сирил...

"Не плачь", — строго сказала себе Моника.

Человек, которого она любит, наверняка сказал бы именно так: "Сделай всё, на что способна".

Моника крепко сжала в кармане бумажную розу. Сдерживая панику и слёзы, она заставила себя сосредоточиться на текущей ситуации.

Сейчас две главные угрозы: чёрный дракон Феодор и врата призыва.

Врата находились неподалёку на земле — широко распахнутые, они продолжали изливать тёмную ману. Море в гавани Сазандола было чёрным и мутным от вытекшей тьмы. Чуть выше поверхности воды сияла золотая сеть молний — она удерживала чёрного дракона Феодора.

Айзек продолжил с мрачным выражением лица:

— Похоже, чёрному дракону Феодору всё ещё нужна Прожорливая Зои.

Дракон выпускал из пасти чёрное пламя и медленно прожигал сеть молний. Кроме того, тени на его теле превращались в лезвия и резали сеть изнутри. Это была часть силы Прожорливой Зои, которую он поглотил.

Глядя на это существо — дракона, получившего и свою силу, и силу древнего артефакта, — Моника подумала:

Он похож на проклятого дракона.

Когда-то зелёный дракон добровольно поглотил созданное людьми проклятие и стал проклятым драконом. Этот чёрный дракон сделал то же самое: по собственной воле принял силу созданного человеком артефакта и превратился в нечто иное.

— Значит, нужно уничтожить чёрного дракона Феодора и закрыть врата призыва, верно?

Моника подняла посох.

— О Король Наставления, Бесформенный. Внемли моему призыву и яви проблеск Своей силы.

Над головой Феодора возникли врата из жёлто-зелёного света.

— Во имя Молчаливой Ведьмы Моники Эверетт — Откройтесь, врата!

Из врат хлынул сияющий ветер, наполненный огромной маной. Это была частица силы великого Короля Духов Ветра.

— Явись из края тишины — Король Духов Ветра Шефилд!

Моника превратила этот ветер в копьё и точно направила его в лоб чёрного дракона. Для неё попасть дракону в лоб было несложно. Даже при первой встрече с Неро она не считала его угрозой.

Но чёрный дракон, получивший силу Прожорливой Зои, раскрыл тени как дополнительные крылья. Три, четыре огромных крыла из тьмы закрыли его тело щитом. Ветряное копьё Моники легко разорвало тени, но сам дракон почти не пострадал. А разорванные тени мгновенно восстановились и снова стали крыльями.

Тени регенерируют с невероятной скоростью. Пока они служат щитом, призыв Короля Духов не пробьёт.

Моника отпустила врата и посмотрела на Неро — с лёгким колебанием.

— Я уже развернул широкомасштабную иллюзию вокруг гавани, — сказал Айзек. — Ещё несколько минут она продержится.

Моника удивлённо расширила глаза.

Айзек сделал всё возможное, чтобы подготовить для неё и Неро идеальную сцену — даже когда она потеряла память.

Моника сморщила лицо в неловкой улыбке:

— Мой ученик — потрясающий.

— Для меня это честь, моя госпожа.

Моника снова повернулась к своему напарнику.

Неро смотрел на неё с видом "ну сколько можно ждать".

[18+] — Неро… Позволь мне сесть на тебя.

[18+] — О, с удовольствием.

Чёрный кот ухмыльнулся — и его тело окуталось чёрным туманом.

В темноте остались только золотые глаза, смотревшие вверх на Монику.

— На моей спине могут ехать только те, кого я признал! Ну ладно, для младшего сделаю исключение.

— Это большая честь, — ответил Айзек.

Туман резко разросся и принял форму гигантского существа — даже больше чёрного дракона Феодора. Толстые конечности, острые когти, огромные чёрные крылья, закрывающие солнце. В пасти — ряды клыков, способных разорвать человека пополам.

Неро запрокинул голову и издал оглушительный рёв.

Айзек легко поднял Монику на руки, посмотрел на белую ящерицу на своём плече:

— Уилл, сделай платформы.

— Да, Мастер.

В воздухе возникли несколько плоских водяных площадок. Айзек использовал их как ступени и запрыгнул на спину Неро.

Уилдиану вытянул воду в две верёвки и закрепил их на рогах Неро.

Айзек посадил Монику перед собой и взялся за водяные поводья.

— Поехали.

— Да! Неро… прошу!

В ответ на голос Моники чёрный дракон довольно рыкнул и взмахнул крыльями.

Огромное чёрное тело оторвалось от земли. Сильный ветер взъерошил волосы двоих всадников.

В этот момент кольцо на пальце Моники снова запричитало:

— В-второй чёрный дракон?! Как?! Почему?! Что со мной будет?!

Айзек, словно только что вспомнив, пробормотал:

— Кстати, я же не объяснил.

— Кто ты вообще такой?!

Человек, который только что дал Монике чёткий и подробный отчёт о ситуации, теперь посмотрел на кольцо с холодной, почти зловещей улыбкой.

Хотя если бы это было лицо принца Феликса — выглядело бы как обаятельная улыбка.

— Извини. Времени на объяснения нет.

— Тогда найди время! Объясняй! Уаааааа!

＊＊＊

Молодой человек медленно погружался в чёрное, отравленное маной море.

Даже в начале лета утренняя вода была ледяной. Она безжалостно отнимала тепло тела, а густая тёмная мана проникала в кожу, словно яд. Для человека это было всё равно что тонуть в ледяном озере с ядом. Без воздуха, без тепла, с ядовитой маной в венах слабый человеческий организм всё равно отчаянно боролся. Но в конце концов силы кончились — тело обмякло, глаза закрылись.

Но даже потеряв сознание, он не разжал рук — крепко прижимал к груди шкатулку.

— Человек.

— Молодой мужчина.

— Заберём?

— Но там уже водяные драконы кишат. Морока.

Под водой, где звук не должен распространяться, раздались весёлые девичьи голоса. Много голосов.

— У него что-то в руках.

— Артефакт? Ого, очень древний.

— Может, из-за него море и наполнилось маной?

— Нам-то приятно, а человеку, наверное, больно.

Девушки беззаботно хихикали, словно обсуждая сплетни.

Но вдруг одна из них вскрикнула:

— Подождите… У этого человека благословение песни нашей старшей сестры!

— Чтооо?

— Чтооо?

— Чтооо?

Вода забурлила пузырями — так сильно они заволновались.

— Сколько лет прошло с тех пор, как нас изгнали из реки и мы ушли в море…

— И вот так, случайно, найти здесь человека с благословением сестры…

— Позволить такому человеку утонуть — позор для всех Лорелей.

Нежные пальцы коснулись бледной щеки юноши.

Пальцы расчесали мокрые серебристые волосы.

Губы запели — беззвучно, но мелодия разнеслась по всему морю.

— Если твой путь окутан тенью — моя песня разорвёт облака.

— Если твой путь обрушится — моя песня станет мостом.

— Если твой путь утонет — моя песня станет твоим кораблём.

Огромный пузырь окутал тело юноши.

Он давал немного воздуха и защищал от тёмной маны и водяных драконов.

— Пусть в конце твоего пути ждёт слава. Слава тебе…

Юноша медленно поднимался в огромном пузыре.

А под ним появилась огромная тень. Крылатое существо. На его спине сидела молодая девушка.

Девушка, несмотря на отравленную маной воду, выглядела совершенно спокойно. Одной рукой она держала поводья, другой протянула к юноше.