Сестра маркграфа
Гайден 3: Помолвка для жаждущего любви
Маркграф Вальмберк, владевший западными землями империи Шваргард, прославился своей отвагой, смелостью и воинским мастерством, будучи выдающимся мечником.
Когда началась война с соседним королевством Ридилл, маркграф Вальмберк лично возглавил оборону, сдерживая яростные атаки врага на самой границе и внеся немалый вклад в победу имперской армии. Его яростный и неудержимый стиль боя, словно зверь, прорывающийся сквозь вражеские ряды и вгрызающийся в глотки противников, принес ему прозвища "Западный волк»" и "Боевой волк Вальмберка".
В былые времена маркграф Вальмберк мог бы стать независимым правителем собственного государства, но он никогда не стремился к независимости, оставаясь верным империи. Император высоко ценил маркграфа и удостоил его редчайшего титула "Святого меча", которого в истории империи удостаивались лишь единицы.
Но всё это было более пятидесяти лет назад.
"Боевой волк Вальмберка" блистал в эпоху войн. В те времена воинские подвиги щедро вознаграждались, но в нынешнее, относительно мирное время таких возможностей уже нет.
На юге и востоке империи время от времени вспыхивали конфликты с чужеземными племенами, но на западе, после войны с королевством Ридилл, уже несколько десятилетий не велось сколько-нибудь значимых боевых действий.
К тому же земли Вальмберка трудно назвать плодородными, да и набеги драконов здесь не редкость.
Спустя более чем полвека и две смены поколений некогда прославленный маркграф Вальмберк превратился в захолустного провинциального дворянина.
＊＊＊
— Брат, брат, брат! — кричала Фрида Бланке, младшая сестра нынешнего маркграфа Вальмберка, размахивая подолом фартука и сжимая в руке метлу, пока бежала по коридору.
Замок Вальмберка, построенный как крепость, был излишне запутанным и просторным.
Подобрав подол юбки, Фрида с разбегу взлетела по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.
В этом году Фриде исполнилось двадцать. Она была высокой и худощавой, с чуть резким взглядом и коротко стриженными тусклыми светлыми волосами. Деревенские дети нередко дразнили её, говоря, что в мужской одежде её можно принять за парня.
— Бра-а-ат! — крикнула она, с силой распахивая дверь кабинета.
Её брат, нынешний маркграф Вальмберка, Хенрик Бланке, вздрогнул от неожиданности, сидя за рабочим столом с бумагами. Он повернулся к сестре с напряжённым выражением лица.
— Ч-что случилось, Фрида? Почему у тебя такое страшное лицо? — спросил он.
Хенрику, старшему брату Фриды, было двадцать шесть лет. Он унаследовал титул несколько лет назад. Как и сестра, он был высоким и худощавым, с такими же тусклыми светлыми волосами и серыми глазами. Но если взгляд Фриды был суровым и решительным, в Хенрике сквозила какая-то неуверенность.
Казалось, он не понимал, из-за чего сестра так разгневалась, но вдруг, словно вспомнив что-то, широко раскрыл глаза.
— Постой, ты что, злишься из-за того, что я без спросу отправил подарок на рождение первого внука кухарке Эдде? Это было из моих личных сбережений, так что, может, простишь? — спросил он с надеждой.
— Нет, дело не в этом! — отрезала Фрида. — Я злюсь из-за моей! Помолвки!
— Ох… — Хенрик явно отвёл взгляд и начал неумело насвистывать, прибегая к детской уловке.
Фрида решительно подошла к столу брата и с силой ударила по нему обеими руками. Свист оборвался нелепым звуком.
— Ты скрывал от меня, что мне приходили предложения о помолвке, верно? — спросила она.
— Ну, знаешь… Я подумал, раз ты всё равно откажешься, то и говорить тебе не стоит, — промямлил Хенрик.
— Почему это я должна отказываться?! — возмутилась Фрида.
Хенрик надул губы, словно обиженный ребёнок.
— Понимаешь, предложений было четыре… Но все они, скажем так, немного проблемные…
— Четыре?! — Фрида вытаращила глаза, а Хенрик, запинаясь, продолжил:
— Первый — граф Цари, ему в этом году пятьдесят…
— Граф Цари владеет множеством поместий! Разве он не богаче нас? — перебила Фрида.
— Второй — барон Мауриц, у него уже четыре жены, и тебе пришлось бы стать наложницей…
— Барон Мауриц, владелец шахт! Разве он не богаче нас? — снова перебила Фрида.
— Третий — Эйнхард… Он меня терпеть не может, и хочет жениться на моей сестре из вредности, чтобы её изводить…
— Сэр Эйнхард, восходящая звезда императорской гвардии! Разве он не богаче нас?
Хенрик, не выдержав, схватился за голову и закричал:
— Да хватит уже! Почти все дворяне богаче нас!
— Это я и без тебя знаю! — огрызнулась Фрида. — Именно поэтому у меня нет права привередничать в выборе жениха!
— Пожалуйста, выбери кого-нибудь! Я не хочу продавать свою сестру ради денег! — взмолился Хенрик.
Добросердечный Хенрик всегда заботился о сестре и желал ей счастья. Но одной доброты было недостаточно, чтобы поднять из руин обедневший дом Вальмберка.
Его младшие братья, служившие в других домах, подвергались насмешкам за поношенную одежду и старых рабочих лошадей. В замке не хватало средств на слуг, и Фрида, сестра маркграфа, сама убиралась и вела бухгалтерские книги. Чтобы купить братьям приличные мечи, Фрида продала свои немногочисленные нарядные платья и даже отрезала длинные волосы. Теперь у неё не осталось ничего, кроме неё самой.
— Брат, не волнуйся. Я с рождения знала, что, родившись в дворянской семье, не смогу свободно выбирать мужа, — твёрдо сказала Фрида.
— Фрида… — Хенрик посмотрел на неё с болью.
— Будь то немощный старик, похотливый развратник или садист, любящий издеваться над жёнами, я сумею их обхитрить и сыграть роль примерной супруги, — заявила она.
— Не нужно таких жертв! Подумай, как стать счастливой без всего этого! — взмолился Хенрик, закрыв лицо руками и разрыдавшись.
Глядя на жалобный вид брата, Фрида задала вопрос, который её мучил:
— Кстати, ты сказал, что было четыре предложения… Кто четвёртый жених?
Втайне надеясь на богатую семью, Фрида ждала ответа, но лицо Хенрика стало ещё более мрачным. Он переводил взгляд то вправо, то влево, то вниз, и, наконец, после долгого колебания выдавил:
— Четвёртый… Это глава дома Олбрайт из королевства Ридилл…
— Дом Олбрайт? — Фрида нахмурилась, не припоминая такого названия.
Королевство Ридилл было соседом империи Шваргард и противником в войне пятидесятилетней давности. Вальмберк, расположенный на западной границе империи, находился ближе к Ридиллу, чем к имперской столице, и поддерживал с ним торговые связи. Однако Фрида никогда не бывала в Ридилле и не знала его внутренней политики.
— Дом Олбрайт — известная семья? У них есть поместья или шахты? — спросила она.
— Нет, это… довольно необычная семья. Они — род шаманов, служащих королевскому дому, — неохотно ответил Хенрик.
— Шаманы? — Фрида нахмурила брови, услышав непривычное для империи слово.
Внезапно сзади раздался громкий голос:
— Шаманы — это плохо! Очень плохо! — прогремело в комнате.
Фрида обернулась и встретилась взглядом с худощавым стариком, сидевшим в углу. Старик, тощий, как сухое дерево, с длинной бородой, дрожал всем телом, но его глаза сверкали остро. Это был Теодор Бланке, тот самый "Западный волк" и "Боевой волк Вальмберка", герой войны пятидесятилетней давности, один из немногих в империи, носивших титул "Святого меча". Дед Фриды.
— О, дедушка, ты здесь? — удивилась Фрида.
— Шаманы! Это плохо! Абсолютно недопустимо! — повторил Теодор.
— Дедушка, ты знаеешь что-нибудь о доме Олбрайт? — спросила Фрида.
Теодор, дрожавший до этого мелко, вдруг затрясся ещё сильнее, издавая громкие звуки.
— Агх это было… лет десять назад. Мы попали в засаду во время наступления, и под градом стрел, словно ливень, я прорвался вперёд. Тогда появился самый опасный маг Ридилла, "Громовой Маг". Его молниеносные атаки я отразил одним лишь мечом… — начал он.
Фрида, привыкшая к дедушкиным рассказам, в которых он путал даты (война была пятьдесят лет назад, а не десять), вежливо поддакивала, но всё же уточнила:
— Да, да, дедушка, твои подвиги я слышала столько раз, что уши уже звенят. Но что за дом Олбрайт? Они богатые?
— Фрида, ты слишком откровенна, — пробормотал Хенрик с печальным видом.
Но Фрида, проигнорировав брата, шагнула к деду.
— Расскажи, дедушка, кто такие Олбрайты?
— Они… они используют страшные проклятья! Особенно вторая Шаманка Бездны! Ох, как же я настрадался от её проклятий! Она наложила на меня проклятье, которое невозможно снять… — простонал Теодор.
Фрида слышала дедовы рассказы о подвигах с детства, но имя "Шаманка Бездны" услышала впервые и растерялась. Хенрик, словно дополняя слова деда, объяснил:
— "Шаман Бездны" — это страшный шаман, носящий на своём теле более сотни проклятий. В Ридилле он входит в число Семи Мудрецов, вершины магического общества. Кроме того, Семь Мудрецов носят титул магических графов, равный по статусу дворцовому графу*. Нынешний "Шаман Бездны" — третьего поколения, ему двадцать три года. Примерно два года назад он снял проклятье с второго принца Ридилла, за что получил похвалу короля. Его мастерство в шаманских искусствах высоко ценится в стране, — добавил Хенрик.
Двадцать три года — почти ровесник Фриде, и это не звучало как плохое предложение. Но для Фриды важнее всего было не это.
— А дом Олбрайт богат? — спросила она.
— Вот сумма, которую они предложили в качестве приданого, — Хенрик показал число пальцами.
Фрида быстро прикинула в уме. Сумма, предложенная Олбрайтами, была невероятно щедрой за невесту вроде Фриды — не слишком юную и без приличного приданого.
На эти деньги можно отремонтировать замок и конюшни, нанять слуг! На столе вместо печёного картофеля и бобового супа появится ржаной хлеб!
Фрида подняла глаза, посмотрв на брата решительно заявила:
— Я выхожу замуж за Олбрайтов. Спасибо за всё, брат.
— Ты что, так быстро решила?! — вскрикнул Хенрик.
Дед, дрожа, завопил: "Шаманы — это страшно!". Но Фрида их не слушала. Её мысли были заняты новым сельскохозяйственным инвентарем, который она сможет купить.
Прим. пер.: В контексте переводчики довольно худо понимают титул 宮中伯, но, благо, на японской википедии есть статья с таким названием, и это всего лишь обычный пфальцграф/палатинский граф/дворцовый граф.