Холодный гнев

Два с половиной года назад, когда Луис явился к Монике, живущей в горной хижине, с заданием охранять второго принца, Моника, дрожа Дрожащая Моника задавалась вопросом: "Ох, почему всё так сложилось??"

Оглядываясь назад, можно сказать, что тот год был годом множества вопросов "почему всё так сложилось?".

Пройдя через этот бурный год, Моника считала, что немного повзрослела. Она уже не так легко поддавалась влиянию… или ей так казалось. По крайней мере, она так думала.

Почему!? Почему всё так сложилось!?

В просторном зале, таинственно освещённом лампами в восточном стиле, дамы и господа в дорогих нарядах возлежали на диванах, неспешно потягивая вино или перекусывая фруктами, и вели светские беседы.

В заведении в нескольких местах курились благовония, и сладковатый белый дым лениво плыл по залу.

На одном из таких диванов, скромно примостившись, сидела Моника, а рядом с ней расположился черноволосый мужчина в одежде, напоминающей наряд пустынного народа. Несмотря на то, что он был мужчиной, его одежда в стиле танцора была откровенно открытой, а лицо частично скрывала вуаль.

– Ты здесь впервые? Тебя сюда привела старшая сестра? – спросил он.

– Э-э… ну… – замялась Моника.

– Я Мишель. А ты кто?

Мишель обнял Монику за плечи, и та, нервно озираясь, не знала, куда деть взгляд.

– Эм… ну…

Моника, которая всегда терялась при встрече с незнакомцами, совсем оцепенела. Но Мишель, похоже, не обиделся. Улыбнувшись под вуалью, он взял виноградину с тарелки.

– Ха, засмущалась, какая милашка! На, держи, а-а-а.

– М-мф!

Тонкие пальцы Мишеля засунули виноградину прямо в рот Монике.

Жуя виноград, Моника украдкой посмотрела на Мелиссу, сидевшую рядом. Та развалилась на диване, позволяя светловолосому юноше наливать ей вино. Её манера держаться была настолько уверенной, что это выглядело как идеальная иллюстрация к картине "злодейка, окружённая красавцами".

Что задумала сестрица Мелисса?

По словам Мелиссы, хозяин этого заведения, некий Слоус, был тем самым негодяем, который портил её товары и продавал их. Мелисса, угрожая некоему Теодору, проникла сюда под видом гостьи, чтобы, как она выразилась, "разведать обстановку". Но Моника невольно заподозрила, что, возможно, Мелисса просто хотела выпить, – уж слишком весело она опрокидывала бокал за бокалом.

Зал наполняли запахи алкоголя, табака и какого-то приторно-сладкого аромата. Глубокий вдох грозил вызвать тошноту.

Проглотив тёплую виноградину, Моника заметила, как светловолосый юноша, сидевший рядом с Мелиссой, открыл крышку маленького горшочка на столе. Похоже, это была конфетница, полная круглых леденцов.

– Леди, леди, угощайтесь конфетами! Специально для сегодняшнего вечера мы приготовили особенные! – предложил он.

— О, как мило! Я возьму. Малышка, ты тоже бери, — ответила Мелисса.

Мелисса взяла две конфеты из горшочка и одну тут же закинула себе в рот. Держа вторую конфету в руке, она другой рукой обняла Монику за щёки.

Пальцы Мелиссы быстро перетасовали что-то. Она незаметно спрятала белую конфету в рукав, а вместо неё достала розовую, которую, видимо, прятала с самого начала.

Моника чуть не выдала своего удивления, но Мелисса приблизила к ней лицо.

– Слушай внимательно: не смей брать конфеты, которые предлагают эти парни. Если хочешь лизнуть, бери вот эту, – прошептала она так, чтобы слышала только Моника, и сунула ей в рот розовую конфету.

– На, малышка, а-а-а.

– Д-да… – промямлила Моника.

– Ой, какая вкуснятина! Ещё одну возьму! Давай, малышка, бери тоже!

Мелисса с преувеличенным восторгом схватила ещё три конфеты из горшочка, незаметно спрятала их в рукав платья, а вместо них подсунула Монике другие.

Похоже, она имела в виду, что если предложат конфету, надо брать только эту.

То есть… конфеты в этом заведении опасны?

Розовый леденец, катавшийся во рту, начал таять, и из него потёк сироп. Сладкий сироп с насыщенным ароматом роз. Пока этот запах наполнял рот, странным образом дым благовоний вокруг переставал раздражать.

Так это благовоние…

Моника внимательно разглядывала курильницы, расставленные по всему залу, когда Мелисса вдруг прильнула к светловолосому юноше.

– Ох, кажется, я немного перебрала-а-а! Милый, не проводишь меня в твою комнату-у-у?

Юноша, ухмыльнувшись, ответил:

– Конечно, – и, обняв Мелиссу за плечи, поднялся.

– Э-э, сестрица! – воскликнула Моника.

– Малышка, ты пока побудь тут, хорошо? – пропела Мелисса сладким голосом, но последнее слово прозвучало с низкой, почти угрожающей интонацией.

Моника кивнула, и Мелисса, удовлетворённо хмыкнув, встала. Шатаясь, словно от выпитого, она опёрлась на юношу, который, обняв её за талию, повёл её из зала.

Куда они идут? Моника провожала их взглядом, когда Мишель, сидевший рядом, обнял её за плечи.

– Эх, сестрица ушла. Скучно тебе?

– Эм… э-э… х-х!

Пока Моника мямлила, Мишель надавил ей на плечо. Её спина соскользнула по спинке дивана, и она с лёгким звуком плюхнулась на сиденье. Мишель, загадочно улыбаясь, схватил её за запястье.

– Давай повеселимся. Первый раз в таком месте? Не бойся, я буду о-о-очень нежным.

＊ ＊ ＊

Рауль и Сирил, преследуя Монику, вошли в заведение, которое с первого взгляда казалось весьма сомнительным. Их проводили к дивану в зале.

Зал был размером с небольшой банкетный, и повсюду виднелись состоятельные дамы и господа, покуривающие трубки, потягивающие вино или перекусывающие. Их обслуживали юноши и девушки в экзотических нарядах, напоминающих костюмы пустынных танцоров, – настолько откровенных, что они казались нижним бельём.

– Что это за место такое? – пробормотал Рауль.

Рядом с ним Сирил хмурился так, что между бровей можно было зажать спичку.

– Сирил, ты уверен, что Моника вошла именно сюда?

– Да, точно, – твёрдо кивнул Сирил, оглядываясь в поисках Моники.

Но зал был тускло освещён, а дым от нескольких курильниц создавал белую дымку, ухудшая видимость. Рауль слегка нахмурился, уловив необычный сладковатый аромат дыма.

Этот запах… Неужели?

Если его подозрения верны, в этом аромате использовалось магическое зелье. Похоже на афродизиак, ослабляющий контроль над эмоциями и разумом. По сравнению с приёмом внутрь эффект был слабым, но длительное вдыхание могло быть опасным.

– Сирил, давай выйдем. Этот запах опасен…

Но не успел Рауль договорить, как Сирил вскочил. Его взгляд был прикован к дивану, где на маленькую девушку навалился черноволосый мужчина. С позиции Рауля лица девушки не было видно, но светло-коричневые волосы и лента, свисающие с дивана, были ему знакомы.

Сирил быстрым шагом направился к дивану. Его лицо оставалось бесстрастным, но голубые глаза зловеще сверкали.

Рауль побледнел.

Погодите-ка. Если подумать, у Сирила гиперпоглощение маны…

Сирил, чьё тело впитывало магию сильнее, чем у других, был особенно уязвим к этому аромату. Обычные благовония не представляли угрозы, но этот дым содержал магическое зелье, и организм Сирила поглощал его быстрее.

– Сирил! Стой! Остановись!

Рауль бросился за ним, но…

– Ой, какой красавчик!

– Милый, не купишь меня на ночь?

– Эй, я первая!

Девушки, принёсшие к их столу вино и фрукты, окружили Рауля. Несмотря на его порой нелепое поведение, он унаследовал красоту от Первой Ведьмы Шипов. Официантки, заметив это, с горящими глазами набросились на него, прижимаясь пышными формами.

Окружённый и обездвиженный, Рауль завопил:

– Эй, погодите минутку! Мой друг сейчас в беде!

＊ ＊ ＊

– Я больше не могу терпеть… Пойдём ко мне в комнату?

Мишель, нависая над Моникой, одной рукой прижал её запястье к дивану, а другой достал ключ, на котором висела бирка с номером комнаты. Поигрывая ключом, он соблазнительно улыбнулся и приблизил губы к её уху…

– Тсс, не кричи, ладно?

– Что?

– Тебя сюда сестра затащила, да? Пойдём, я выведу тебя через мою комнату.

Мишель убрал своё обольстительное выражение и дружелюбно улыбнулся. Моника, не зная, верить ли ему, колебалась, но он подмигнул с озорным видом.

– Сегодня будет… немного шумная ночь.

Погоди, где-то я это слышала…

Моника пыталась вспомнить, где слышала эти слова, как вдруг Мишель с криком "Ой!" скатился с дивана. Кто-то грубо схватил его за плечо и стащил вниз.

– Прошу прощения.

Низкий голос сверху заставил сердце Моники подпрыгнуть. Лёжа на диване, она подняла округлившиеся глаза и замерла, увидев холодный взгляд Сирила.

– Э… ах!

– Почему… – начала Моника, но Сирил, схватив её за запястье, заставил подняться с дивана. Затем он яростно посмотрел на Мишеля.

– Она со мной.

– Ой, ха-ха, так у тебя есть парень? Ну, тогда мне тут не место. Хотите, берите комнату, – хихикнул Мишель, протягивая ключ.

Сирил выхватил ключ, а Мишель, всё ещё посмеиваясь, добавил:

– Совет от доброго братишки: до утра из комнаты не выходите.

Сирил, не отвечая, потянул Монику за запястье и пошёл прочь.

– Э-э, лорд Сирил! – растерянно позвала Моника.

Но он не обернулся. Моника не видела его лица, но чувствовала его ярость. Его рука, сжимавшая её запястье, была горячей, но от всего его тела веяло ледяным холодом, словно отражая бурю его эмоций.