Пока мы не встретимся снова

Хотя официально было принято решение о длительном пребывании Сесилии в Ридилле, задерживать одного из Семи Мудрецов, самых могущественных магов страны, на длительный период времени не представлялось возможным. С самого начала задача охраны Моники носила скорее дипломатический оттенок. Её миссия завершилась по изначальному плану. Дальше безопасность возьмут на себя Королевская гвардия и Магический корпус дворца — совместно.

С того дня, как Сесилия решила стать святой и выйти замуж за Лайонела, она каждый день была занята по горло.

Продление пребывания и объявление о помолвке с Лайонелом. Чтобы это объявить, нужно было обойти с визитами все стороны, а приглашений на чаепития и вечерние приёмы только прибавилось.

Моника беспокоилась, не переутомляется ли Сесилия, но та больше не держалась за живот после светских мероприятий. Это, наверное, потому, что рядом с Сесилией теперь Лайонел.

Раньше Сесилия и так вела себя на приёмах безупречно, но сейчас в ней чувствовалась новая, ранее невиданная твёрдость.

Мягкая, грациозная, хрупкая… но уже не плывущая по течению. В нынешней Сесилии была сила человека, который смотрит в будущее.

Леди Сесилия, наверное, получила эту силу от Его Высочества Лайонела… от любимого человека.

От этого на душе у Моники становилось как-то странно радостно — наверное, потому, что она сама была такой же.

＊ ＊ ＊

В последний день миссии охраны Сесилии Моника пришла попрощаться, но Сесилия ещё переодевалась.

Подождав немного снаружи комнаты, Моника заметила, как с противоположного конца коридора приближается человек и, увидев её, останавливается.

Это был Маг Снов Каспер Хаттер.

— О-о, это!

Хаттер отвёл взгляд и попытался пройти мимо, но Моника в панике окликнула его. Хаттер остановился, повернул только голову, взглянул на Монику и тут же отвернулся. Почему-то он всегда избегал смотреть ей в глаза. Наверное, ему невыносимо видеть, как такая девчонка занимает пост одного из Семи Мудрецов. А может, её неуклюжие манеры режут ему глаз.

Монике тоже не хотелось особо сближаться, но перед окончанием миссии ей обязательно нужно было ему кое-что сказать.

— Тебе что-то от меня нужно?

Хаттер пробормотал, не глядя на Монику. Всё в его поведении кричало об отказе.

Тем не менее Моника, убедившись, что рядом никого нет, открыла рот.

— Леди Сесилия ни в чём не виновата!

Плечи Хаттера слегка дрогнули.

В ту ночь, когда Сесилия рассказала о своей судьбе и о том, что ждёт впереди, она сказала Хаттеру: "Когда я умру, разрешаю отомстить. Покажи мне самый страшный кошмар".

Сесилия назвала это наградой Хаттеру, но Моника никак не могла с этим смириться.

— То, что зеркало отвергло принцессу, — не её вина. И то, что она никому не могла рассказать… учитывая её положение, это естественно, и она не сама это решила, я думаю. Поэтому…

Сесилия говорила, что гнев Хаттера оправдан и у него есть право на месть. Но гнев Хаттера — это просто злоба на невиновного. Просто не на кого больше выместить, вот он и срывается на Сесилии. Сесилия, наверное, это понимала. Потому и попросила Лайонела выйти в тот вечер.

Жестокий договор между Сесилией и Магом Снов знала только Моника. Поэтому она и решила, что сказать должна именно она.

— Винить только ее — неправильно… поэтому… насчёт того обещания…

— Ты понимаешь разницу между магией иллюзий и магией ментального вмешательства?

Хаттер прервал Монику низким голосом.

Моника растерялась, но ответила на вопрос.

— Магия иллюзий создаёт неосязаемые видения, видимые всем присутствующим, а магия ментального вмешательства напрямую воздействует на разум жертвы.

— Заклинание, которым я усыпил тебя, — из второй категории. Оно принудительно погружает в сон и слегка отражает в нём желания жертвы. В нашей стране его используют, чтобы дать покойную смерть безнадёжным больным.

В королевстве Ридилл и в Империи разные правила насчёт магии ментального вмешательства. В Ридилле её разрешают только в особых случаях, например при допросе преступников, а в Империи условия мягче. Разрешение на использование для тяжёлобольных — часть этого.

— Это единственная магия ментального вмешательства, которую я умею.

— Э?

Моника широко раскрыла глаза, а Хаттер пошёл дальше. Его спина словно отталкивала все слова.

— Постойте… это… э-э-э!

Маг Снов Каспер Хаттер — иллюзионист высшего класса.

Он может показать такие ужасы, от которых волосы дыбом, и свести взрослого с ума, но иллюзии не действуют на бессознательных. На бессознательных действует только магия ментального вмешательства.

Какое заклинание он применит в конце жизни святой?

Ответа пока нет, но спина Хаттера, словно с плеч свалился груз, сама по себе казалась ответом.

＊ ＊ ＊

Попрощавшись с Сесилией, Моника гуляла по саду дворца Аусархорн. Почему-то ей показалось, что, придя сюда, она точно кого-то встретит.

Предчувствие сбылось мгновенно.

В солнечном уголке клумбы с весенними цветами сидела служанка с чёрными волосами, собранными в пучок, — Карина. Она что-то рисовала, используя большой камень вместо стула.

— Карина.

Моника окликнула, но Карина, похоже, полностью ушла в рисунок.

Секунд через три она остановила руку с угольком и, как испуганная кошка, вскинула голову.

— Уаа, Моника-чан! Прости-прости, совсем не заметила! Ты давно здесь?

— Нет, только что окликнула.

— Уф, хорошо. Когда я в работе, иногда вообще ничего не слышу. Бывает, десятки раз зовут — не реагирую.

Моника почувствовала родство душ. Когда она погружается в мир чисел и магии, с ней то же самое. Тогда Моника считает до изнеможения или пока Неро не ткнёт лапкой в щёку.

— Эм, Карина. Сегодня мой последний рабочий день… я возвращаюсь в Сазандол. Поэтому… хотела попрощаться напоследок…

Моника подняла сумку. К ней болтался деревянный котик — подарок от Карины.

— Это… спасибо. Очень, очень обрадовал…

Моника смущённо поблагодарила, а Карина растянула щёки, как кошка, дорвавшаяся до рыбы.

— Такие вещи приятно слышать. Моника-чан— первый человек вне семьи, кому я подарила что-то, сделанное своими руками.

Карина хихикнула, показав белые зубы. Улыбка была искренней, без прикрас.

— Раньше мне было всё равно, что с моими вещами делают… но да, когда они радуют — это приятно.

— Эм, Карина ещё надолго останется в стране?

С продлением пребывания принцессы Сесилии часть имперской делегации, слышала Моника, возвращается в Империю.

Карина говорила, что работы мало, — наверное, уедет, подумала Моника с грустью, но Карина неожиданно покачала головой.

— Нет, ещё немного побуду. Начальство сказало: осмотрись и узнай что-то новое.

— Я… э-э… иногда приезжаю в столицу по работе… так что… э-э…

Моника задумалась, нервно переплетая пальцы.

В таких случаях говорят "давай погуляем"? Но что значит "погуляем"…? Я и столицу-то плохо знаю, не смогу провести… что же сказать…

Как только начала волноваться, мысли полезли: не помешаю ли, не обижу ли, — и спина Моники всё больше округлялась.

Но Карина весело рассмеялась и разрешила всё сама.

— Тогда давай встретимся ещё! В следующий раз обойдём столицу вместе! И вкусно поедим, и… а, кстати, в столице есть художественный музей, да? Хочу сходить!

Моника энергично закивала на слова Карины.

В итоге нужные слова простые.

— Да! До встречи!

＊ ＊ ＊

Молчаливая Ведьма Моника Эверетт вышла из замка чуть более уверенной походкой, чем пришла.

Этот случай снова дал ей осознать кое-что.

Мне нужно ещё усерднее стараться.

На светском приёме её выручила Мелисса, а на задании охраны — если бы не подоспел Луис, она не спасла бы Сесилию.

И от поведения Лайонела с Сесилией Моника могла многому научиться.

Сев в карету, Моника достала из сумки маленький листок. Это "Список дел после возвращения в Сазандол", который она вчера вечером серьёзно составила.

Перечитав ещё раз, Моника тихо фыркнула носом.

В последнее время она только и чувствует свою незрелость, но унывать нельзя.

Вернувшись в Сазандол, нужно сразу браться за дело.

Ведь я — наставница Айка… Молчаливая Ведьма.