Снежные огоньки ледяных духов

Гора Калуг в автономном округе Вилрая — это место, где, по преданиям, обитает белый дракон, и для народа хайла она является своего рода святыней.

Естественно, если забраться туда без разрешения, то тебя строго накажут. В худшем случае — могут даже линчевать на месте.

Поэтому Моника и остальные решили обойти жилые кварталы автономного округа Вилрая и войти на гору Калуг с незаметной стороны.

— Честно говоря, входить в гору сейчас — это безрассудство, — заявила Мелисса перед тем, как они ступили на склон.

Мелисса и её спутники покинули город Яушука после полудня. К тому времени, как они добрались до подножия горы Калуг, уже миновала вторая половина дня. Вступать в горы в преддверии ночи — это почти самоубийство.

Правильным выбором было бы переночевать в городе Яушука и отправиться в горы с утра пораньше. Но, думая о Сириле, похищенном ледяным духом, они понимали: ситуация не терпит отлагательств. Если Вероника, не учитывая состояние Сирила, вошла в гору, его жизнь может быть в опасности.

После недолгого совета троица решила направиться к храму, расположенному на сравнительно небольшой высоте горы Калуг.

На горе Калуг есть небольшой храм, посвящённый белому дракону. Не факт, что Вероника направилась именно туда, но в храме, связанном с культом белого дракона, могли найтись какие-то зацепки.

Если зацепок не будет — можно будет переночевать там же.

— Уверен, в том храме что-то есть. Моя морковка это подсказывает, — бодро заявил Рауль, поднимая вверх последнюю морковку.

Кругом уже стемнело, и единственным источником света был фонарь. К счастью, снег пока не шёл, но под ногами всё равно было скользко и ненадёжно.

Хорошо, что они вздремнули в повозке по пути. Иначе Моника, у которой не так уж много сил, выдохлась бы ещё до прибытия. Честно говоря, ноги и сейчас были тяжёлыми, а усталость давила на всё тело. Тем не менее Моника молча продолжала шагать.

Лорд Сирил, пожалуйста, пожалуйста, будьте живы и здоровы…

Внезапно подул сильный ветер, подняв в воздух кучи снега.

Моника, уткнувшаяся лицом в шарф, краем глаза заметила слабое свечение и широко раскрыла глаза.

Снежинки, кружившиеся вокруг, слегка светились. Бледно-голубоватое сияние с лёгким оттенком аквамарина было магическим блеском.

Мелисса удивлённо хмыкнула:

— Снежные огоньки ледяных духов, значит?

— Снежные огоньки ледяных духов? — переспросила Моника, наклонив голову.

Мелисса сосредоточила магическую силу на кончике пальца и ткнула им в ближайший сугроб. Тот тут же ярко засветился.

— Это явление происходит только при скоплении низших духов. Низшие духи собираются вокруг снега, пропитанного маной, и светятся вот так.

Когда Мелисса коснулась снега пальцем, наполненным магией, снег засветился бледно-голубым. К магической силе, которую она передала снегу, слетелись ледяные духи.

Духи в общих чертах делятся на высших, средних и низших. Высшие духи принимают формы, близкие к людям или животным, и обладают чётким самосознанием, тогда как низшие духи — это всего лишь комки магической силы с едва заметной искрой воли.

Низшие духи — чрезвычайно хрупкие существа. Словно пламя свечи, гаснущее от дуновения ветра, или снег, тающий под солнцем, они печально исчезают от малейшего колебания магической силы.

Зрелище, когда такие духи заставляют сиять магическую силу в своих телах и собираются в снегу, было поистине эфемерным и фантастическим.

Моника выдохнула облачко пара и огляделась вокруг. Рядом Рауль хлопнул в ладоши.

— Если низшие духи собираются, значит, поблизости есть мощный источник магической силы! Эй, а вдруг Вероника где-то рядом?

— А может, они просто слетелись на твою ману. У тебя её, дурацки много.

Духи не могут жить без магической силы. Поэтому они по природе своей притягиваются к магии. Здесь присутствует двое из Семи Мудрецов — лучших магов страны. Тем более Рауль занимает первое место в стране по объёму магической силы. Неудивительно, что духи слетелись.

Моника инстинктивно проследила взглядом за сиянием. У неё была такая натура: увидев что-то подобное, она невольно начинала искать в нём закономерности. Действительно, вокруг Рауля, у которого много маны, света собиралось больше. Особенно ярко сиял снег, коснувшийся морковки в его руке, — ведь в неё была вложена магия Рауля.

А? Но и чуть в стороне тоже собирается свет…

На земле, немного в стороне от тропы, тоже скапливался свет. Присмотревшись, Моника заметила, что снег там вроде бы слегка вздулся.

И в тот миг, когда она разглядела в снегу что-то вроде серебристых волос, по спине Моники пробежал холод.

— Лорд Сирил!

— Эй, малышка, стой! — крикнула Мелисса, но Моника, не слушая, бросилась к месту, где собирался свет, и начала разгребать снег.

К счастью, снег был рыхлым, так что его легко удалось раскидать.

Из-под снега показались длинные серебристые волосы и бледная, бескровная кожа.

— Сирил здесь?! — воскликнул Рауль.

— Что, правда, лорд Сирил!? — подхватила Мелисса.

Рауль и Мелисса тоже заметили человека, погребённого под снегом, и поспешили на помощь, разгребая снег. Втроём они быстро очистили снег, и перед ними предстал человек, засыпанный им. Человек с бледной кожей и длинными серебристыми волосами. Из-за растрёпанных волос лицо было не видно.

Но Моника сразу поняла: это не Сирил — пропорции рук и ног другие, форма ушей тоже.

Человек с серебристыми волосами застонал и открыл глаза. Глаза, блестевшие под его серебряными ресницами, были медово-золотистого цвета. Присмотревшись, стало ясно, что это ещё молодой мужчина. Худощавый юноша с утончёнными чертами лица. Красивый, но с такой хрупкостью, словно под солнцем мог растаять, как снег. На нём была белая одежда с вышивкой. Похоже, национальный костюм народа Хайла. Никаких меховых или шерстяных курток — для снежной горы одет неестественно легко.

Мелисса слегка толкнула Монику в бок и прошептала:

— Малышка, ты же умеешь технику обнаружения? Проверь-ка его.

— Д-да!

Юноша целиком состоял из магической силы — то есть это не человек, а нечто в человеческом облике.

Высший дух в человеческом облике? Но тогда…

Для высшего духа у юноши было слишком мало маны. Из-за этого точное восприятие не удавалось.

Пока Моника недоумевала, юноша медленно поднял голову и посмотрел на Рауля — нет, точнее, на морковку в руке Рауля.

Заметив взгляд, Рауль почесал щёку и протянул морковку:

— Э-э, хочешь съесть?

Вместо ответа юноша подался вперёд и жадно набросился на морковку, грызя её.

В панике оказалась Мелисса:

— Эй, идиот, а гадание? Гадать как?!

— А, точно.

— Думать надо, безмозглый!

Когда Мелисса стукнула Рауля по затылку, юноша уже доел морковку.

Овощи, насыщенные магией, вредны для людей с низким запасом магической силы. Рауль, с его огромным запасом и устойчивостью к магии, ел их без опаски, но обычный человек мог бы отравиться маной. Но этот юноша, съев морковку с магией, был бодр и свеж. Более того, казалось, он даже ожил.

Если он ожил, впитав ману из морковки, то точно не человек.

Доев морковку, юноша смотрел на них мутными глазами.

От лица всех Рауль бодро заговорил с юношей:

— Привет! Я Рауль! Это моя сестра, а это наша подруга Моника. А тебя как зовут?

— Не знаю.

— Что ты делал в таком снегу? Заблудился?

— Не знаю.

— Морковка была вкусная?

На последний вопрос юноша лишь кивнул.

Рауль улыбнулся, как фермер, довольный урожаем:

— Удалось!

— Не "удалось", идиот. Радоваться, что морковку похвалили, сейчас не время!

Пока Моника косилась на то, как Мелисса стучит Рауля по голове, она робко вышла вперёд и обратилась к юноше:

— Э-э, вы... дух?

— Не знаю.

Юноша ответил всё тем же вялым голосом.

Мелисса в ярости затопала ногой и почесала голову:

— А-а, ну что за размазня! Бесит! Эй, ты. Кроме "морковка вкусная", ещё что-нибудь знаешь?! А?!

— Не знаю.

Мелисса скривилась и достала из кармана конфету. Это была фирменная конфета дома Розенберг с розовым сиропом.

— Ладно, поняла. Сейчас я вложу в неё все бодрящие компоненты, какие есть, и засуну тебе в рот. Запретная конфета: любой соня проснётся бодрым, голова заработает на полную, три ночи без сна — раз плюнуть. Готовься не спать три дня.

Похоже, Мелисса забыла, что перед ней нечеловек.

Когда она взяла конфету и начала произносить заклинание, юноша приподнял сонные веки и уставился на конфету.

Затем с тем же порывом, что и на морковку, он обеими руками обхватил руку Мелиссы вместе с конфетой.

На его бледном, рассеянном лице мелькнул лёгкий оттенок радости.

— Конфета. Это знаю.

— Ну, конфету и ребёнок знает.

— Красивая. Красивая, не тающий лёд.

Юноша вытащил конфету из руки Мелиссы, бережно обхватил её обеими руками и встал.

— Покажу ей. Она точно обрадуется.

Пробормотав это, юноша пошёл. Шаги были шаткими, но неожиданно быстрыми.

Мелисса, ошарашенная, вдруг вскинула брови:

— Эй, стой, вор конфет! Малышка, Рауль, за ним!

Мелисса бросилась бежать, Моника и Рауль поспешили следом.

Снежные огоньки ледяных духов, освещавшие окрестности, начали собираться вокруг сереброволосого мужчины. Словно освещая ему путь впереди.

Преследуя спину, освещённую снежными огоньками, Моника про себя задумалась:

А этот человек, случайно, не…