Решимость святой / Плач Звездочета
В одной из комнат казармы Магического корпуса в столице черноволосый юноша Норман оторвал взгляд от письменного стола и нервно посмотрел в окно.
Напротив него мастер Хьюберт Ди бесцеремонно закинул ноги на стол, откинулся на стуле и широко зевнул.
— Что такое? Окрестности беспокоят?
— Да… С вчерашнего дня в оперативной комнате суета…
Норман, не имеющий никакого отношения к Магическому корпусу, оказался в одной из комнат казармы только потому, что его мастер Хьюберт сотрудничал в проверке и отработке техники снятия теней Прожорливой Зои.
Благодаря этому Норман в общих чертах знал, что происходило в столице последние несколько недель.
Опасный древний магический артефакт Прожорливая Зои, способный вводить в состояние мнимой смерти множество людей, а иногда в качестве цены отнимать у кого-то самое ценное, по пророчеству должен был принести королевству самую страшную в истории драконью катастрофу.
Именно для её предотвращения сейчас пришли в движение Семь Мудрецов и множество других людей.
Норман не мог скрыть беспокойства, но Хьюберт, тонко улыбаясь, произнёс:
— Проблем нет, правда? Ведь на этот раз в деле сильнейшее поколение класса Резерфорда.
— Сильнейшее поколение класса Резерфорда?
По словам Хьюберта, людей, принадлежавших к исследовательской лаборатории одного из лучших специалистов Минервы, Мага Фиолетового Дыма профессора Гидеона Резерфорда.
А среди них поколение, которое называют сильнейшим, — это прежде всего та, к кому Хьюберт проявлял столь яростный интерес, Молчаливая Ведьма Моника Эверетт.
— Сильнейшее поколение… это эпоха, когда училась Молчаливая Ведьма?
— Не-а. Это ещё до поступления Моники в Минерву… когда я только-только поступил. Тогда проводились соревнования между лабораториями — магические битвы. Профессора и студенты объединялись в команды и сражались… и вот тогда класс Резерфорда был просто жутким.
Хьюберт, не убирая ног со стола, раскачивал стул и, ностальгически глядя в потолок, продолжил:
— Карла Максвелл, одновременно управлявшая семью видами магии. Луис Миллер, врывавшийся в передовые линии. А если добавить к ним профессора Резерфорда — эта троица была просто опасна до чёртиков.
Говоря "опасна", Хьюберт при этом смотрел с блаженным выражением.
Учитель Нормана обожал всё, что связано с опасностью и жестокостью.
Вдруг Норман кое-что заметил.
— Учитель Ди. Ведь специальность Барьерного Мага — это барьерная магия, верно? Почему же он бросался в передовые линии?
— Тогда его ещё не называли Барьерным Магом. Скорее, он был тем, кто врывался в стан врага и молотил всех подряд.
Барьерный Маг Луис Миллер до того, как стал одним из Семи Мудрецов, служил в Магическом корпусе.
Лишь после того, как он начал командовать, основным стилем боя стало загонять врага в барьер и расстреливать подчинёнными.
— Увы, увидеть, как эти трое сражаются вместе, уже вряд ли получится. Сосредотачивать такую силу в одном месте — слишком большая роскошь.
Как и сказал Хьюберт, в нынешней операции Маг Фиолетового Дыма, Ведьма Звёздного Копья и Барьерный Маг действовали по отдельности.
В столице остался только Маг Фиолетового Дыма Гидеон Резерфорд.
— Всё ли будет в порядке… Все Семь Мудрецов покинули столицу…
Норман не мог скрыть тревоги, но Хьюберт лишь прищурился и усмехнулся:
— Это мудрое решение. Старики в кризис норовят забаррикадироваться в столице… но те, кто понимает реальную ситуацию, сумели сдвинуть с места власть имущих.
— Эм… Значит, Ведьма Звёздного Копья на основе материалов Библиотечного общества точно предсказала места будущих драконьих бедствий, а принц Лайонел и герцог Крокфорд убедили всех в необходимости действий… верно?
Хочешь продвигаться как маг — изучай политику. Это ещё одно правило, которое вдалбливал ему этот коварный и жестокий учитель.
Норман с гордостью продемонстрировал результаты нескольких дней сбора информации в свободное время. Хьюберт, напевая, ответил:
— М-м-м-м… девяносто баллов.
— У-у-у… а где минус десять?
— Первый принц тоже носился как угорелый… но за ним стояла принцесса, которая расчищала ему путь. Женщины, способные на подлость, — это прекрасно. Обожаю.
＊＊＊
Невеста первого принца Лайонела, Серебряная Луна Империи Сесилия, последние несколько дней при любой возможности сидела за столом и писала письма.
Как только пророчество о самой масштабной в истории Ридилла драконьей катастрофе стало известно народу, она немедленно написала брату — Императору Чёрному Льву.
Ответ пришёл очень быстро.
Если коротко, письмо сводилось к следующему: "Когда я думаю о бедственном положении Ридилла и о моей самой любимой младшей сестре Сесилии, сердце разрывается. В случае чрезвычайной ситуации окажу любую поддержку".
Практически то же самое, но в официальной форме, он отправил королю Ридилла.
Я знаю. У брата нет "самого любимого" члена семьи.
У Императора Чёрного Льва множество братьев и сестёр помимо Сесилии. И всё же он специально употребил "самая любимая сестра". Это сделано, чтобы Ридилл почувствовал себя обязанным за то, что ему «отдали» самую любимую сестру. Одновременно это можно трактовать так: "Если ради защиты самой любимой сестры — я готов помочь Ридиллу".
Похоже, мне удалось втянуть брата.
Если он назвал её "самой любимой", значит, он будет на её стороне, пока она приносит ему пользу.
Благодаря личному письму Императора Чёрного Льва неповоротливые столичные аристократы Ридилла наконец начали шевелиться — лучше самим всё решить, чем допустить вмешательство другой страны.
Его Величество Эмброуз на первый взгляд кажется мягким… но он умеет пользоваться людьми. Король Ридилла Эмброуз Крейдл Ридилл, помахав этим письмом перед знатью, заставил их действовать. Благодаря этому Лайонелу стало гораздо легче отправлять Семь Мудрецов в провинции.
Теперь нужно разобраться с приглашёнными на садовую вечеринку…
Она уже разослала письма гостям отложенной садовой вечеринки, выражая сожаление о переносе.
"Мне очень жаль, что пришлось отложить садовую вечеринку. Когда всё уляжется, пожалуйста, давайте насладимся ею вместе" — примерно такой текст, плюс небольшая добавка "надеюсь, это хоть немного утешит ваше сердце" и скромный подарок.
Ещё несколько лет назад знать Ридилла была резко разделена на сторонников первого и второго принцев. Поэтому между фракциями накопилось много обид и противоречий.
Сесилия считала своим долгом хотя бы немного сгладить эту пропасть. То есть она сама должна была демонстрировать позицию: "Давайте, представители фракций первого и второго принцев, возьмёмся за руки и сделаем страну лучше".
Даже если это красивые слова, а под ними скрываются расчёты, — определённое количество людей легче двигать именно красивыми лозунгами.
Одним моим письмом нельзя просто так взять и сдвинуть чьё-то сердце.
Доверие не завоёвывается одним письмом. Но Сесилия знала: маленькие взаимодействия накапливаются, из них рождается доверие, а доверие двигает людьми. Поэтому она продолжала писать письма. Чтобы накапливать маленькие крупицы доверия.
— Прошу прощения.
Пока Сесилия усердно водила пером, вошёл её главный телохранитель, Маг Иллюзий Каспер Хаттер, неся пачку писем.
Похоже, начали приходить ответы на разосланные ею письма.
— Спасибо, Хаттер. Как только закончу текущее, сразу посмотрю. Есть что-то срочное?
Хаттер оглядел комнату, убедился, что они одни, и тихо произнёс:
— От герцога Ахенваля.
— Ох.
Герцог Ахенваль — дед Сесилии, тот самый, кто приказал Хаттеру убить её.
Письмо от деда выражало беспокойство о её нынешнем положении и настоятельно просило вернуться домой.
Сесилия тонко улыбнулась — зная, что по возвращении её ждёт убийство, — и взяла перо.
— Поняла. Тогда напишу дедушке от всего сердца. Примерно так: "Я достойно послужу Ридиллу и Империи, поэтому, пожалуйста, не беспокойтесь. Маг Иллюзий, присланный вами, полностью поддерживает меня". Как вам?
— Как и следовало ожидать от внучки Его Превосходительства. Нервы стальные.
На язвительность человека, который её ненавидел, Сесилия ответила прекрасной улыбкой.
Несмотря на хрупкую внешность — взгляд был твёрдым.
— Конечно. Святая — Серебряная Луна Империи — не станет паниковать из-за таких мелочей.
Продолжая водить пером, она подумала о своём женихе — первом принце Ридилла Лайонеле Брем Эдуард Ридилле.
Сейчас он носится, пытаясь разослать Семь Мудрецов и Рыцарей Дракона по регионам с высоким риском драконьих бедствий, вместо того чтобы держать силы в столице.
Я хочу быть полезной ему.
А ещё — одна из Семи Мудрецов, Молчаливая Ведьма Моника Эверетт. Человек, подаривший Сесилии крошечную крупицу смелости.
Пожалуйста, будьте в безопасности…
Когда всё закончится, она хочет устроить с Моникой тайное чаепитие.
Тогда она расскажет ей о себе и Лайонеле, а Моника — о том, кого любит она.
＊＊＊
Ведьма Звездочет Мэри Харви медленно открыла глаза, ощущая тупую боль в затылке.
Размытое зрение показало, что это не её спальня. Похоже на отдельную больничную палату. На стуле рядом с кроватью сидел кто-то и смотрел на неё сверху вниз.
Мальчик лет пяти. Глаза слишком острые для возраста, брови очень выразительные.
Лица она не узнала, но брови показались знакомыми.
— Йо, Мэри. Доброе утро.
Мэри попыталась заговорить — не получилось. Всё тело ужасно ломило.
Лишь несколько раз с усилием дёрнув горлом, она выдавила:
— Кто…
Вместо ответа мальчик достал знакомую тонкую курительную трубку и покрутил её в пальцах — без огня.
Этот жест Мэри помнила.
— Господин Резерфорд?
— Ага, трудно поверить, но это я — Маг Фиолетового Дыма Гидеон Резерфорд. Расскажу, как я дошёл до такой жизни и что сейчас творится в стране. Лежи и слушай.
К концу длинного рассказа Резерфорда Мэри уже немного могла двигаться. Она приподнялась на кровати, сделала глоток воды из кувшина и выдохнула.
После нападения Прожорливой Зои и впадения в кому в стране начался хаос. Сейчас в Сазандоле Прожорливая Зои накапливает силу и пытается открыть врата призыва Короля Духов Тьмы — возможно, они уже открыты.
Если призыв состоится — начнётся масштабное загрязнение маны, а следом по всей стране ударят драконьи бедствия. Предсказанная Мэри самая страшная в истории Ридилла драконья катастрофа вот-вот станет реальностью.
— Ах… почему…
Мэри закрыла лицо белыми руками и закричала полным боли голосом:
— Почему Прожорливая Зои не напала на Дариуса-чана!!! Я так хотела увидеть помолодевшего Дариуса-чана!!!
Из рук невольно помолодевшего Разерфорда выпала трубка.
Мэри из обоих глаз закапали прекрасные, словно хрусталь, слёзы.
— Я хотела увидеть Дариуса-чана в его прекрасном детском возрасте…
— Какие же откровенные желания в дреме...
Резерфорд выглядел ошарашенным, но Мэри говорила серьёзно.
Её друг детства Дариус Найтли в детстве был красавчиком, который крепко держал её сердце. После всей этой истории с отцом он постепенно становился всё более диким, и сейчас от того мальчика не осталось и следа.
— Я хотела надеть на помолодевшего Дариуса-чана короткие штанишки… Ах, коленки Дариуса-чана — моя давняя мечта… В детстве он был таким немилым и таким милым…
— От твоего такого милого Дариус-чана подарок.
Разерфорд, хмурясь, сунул Мэри лист бумаги.
Разумеется, там не было никаких слов соболезнования.
— Вот. Разрешение на использование древнего артефакта Звездной Ткачихи Миры.
Звёздная Ткачиха Мира — древний артефакт, способный вытягивать и выпускать ману из загрязнённых земель. На протяжении поколений им управляет семья Харви.
Когда Мэри впала в кому после атаки Прожорливой Зои, в семье Харви, похоже, долго спорили, назначать ли временного пользователя.
В этой ситуации герцог Крокфорд вырвал разрешение, чтобы Мэри могла сразу использовать артефакт после пробуждения.
— Это было блестяще сделано, без права на возражения. Так что — за работу, Ведьма Звездочет.
— Прислать работу в качестве подарка на выздоровление — это слишком, Дариус-чан…
Мэри взяла документ и надула губы, как обиженный ребёнок.
Дариус Найтли — мужчина, которого никогда нельзя было просто так заставить делать то, что хочешь.
Стоило Мэри сказать "а дальше сам", как он всеми средствами втягивал её в дело и заставлял помогать с уборкой последствий.
Мэри приложила руку ко лбу, запрокинула голову к потолку и закричала:
— Правда! Он такой немилый, что это делает его невыносимо милым!
Прим. пер.: Резерфорд (-сама) четвертый человек после Аделины (-сама), Громового Мага (-сама) и Мага Аквамантии (-доно), к кому Мэри обращается без -чан
пов первое упоминание звездной ткачихи миры в вебке, а лайт/аниме она уже в первых томах