Переломный момент судьбы: морковный компас
Выйдя из таверны, Мелисса свернула в тёмный переулок, схватила добычу за воротник и прижала к стене.
— А-а-а! Что за дела?! Я против насилия! Не надо боли, умоляю-ю-ю! — завопил мужчина.
— Будет тебе больно или нет — зависит от твоего поведения, — ответила Мелисса, одарив его зловещей ухмылкой.
Моника, наконец догнавшая их, запинаясь, пробормотала:
— Сестрица, не надо грубости… — но Мелисса, не отпуская мужчину, прижатого к стене, бросила на неё суровый взгляд.
— Мони-Мони, помолчи-ка немного. А ты, — она повернулась к мужчине, — как звать?
— Я? Я Феодор, — промямлил он сквозь слёзы.
Феодор, как он представился, был худощавым мужчиной лет тридцати. Его неухоженные рыжевато-каштановые волосы и слабовольное лицо выдавали в нём человека, далёкого от уверенности. На нём была одежда с высоким воротником, какую любят носить учёные. В таверне, полной грубых завсегдатаев, этот мужчина выглядел откровенно чужеродно.
Мелисса наклонилась к его шее и принюхалась.
Так и есть, этот запах…
Мелисса, увлечённая составлением духов, обладала исключительным обонянием. И сейчас оно ясно уловило нечто особенное.
— Ты знаешь про "Ирену", не так ли? — спросила она.
Ирена — в мифах это имя богини, управляющей райскими садами. Но в данном случае речь шла не о богине.
— Ирена? Кто это? Я ничего не знаю! — запротестовал Феодор.
— Не прикидывайся. От тебя пахнет. Пахнет тем самым зельем, что сейчас в моде в этом городе.
Речь шла о сильнодействующем наркотике, вызывающем эйфорию и зависимость. Его курили в курильницах или принимали внутрь. Это и была Ирена — опасное вещество, названное в честь богини рая. А её основа? Любовное зелье, которое Мелисса когда-то создавала и продавала направо и налево, — секретный препарат дома Розенбергов.
Тот факт, что их фамильное зелье превратилось в нелегальный наркотик, был недопустим. Поэтому Мелиссе и поручили разобраться с этим.
— И-Ирена? Я не совсем понимаю, но… ты про тот ладан с запахом роз? — промямлил Феодор.
— Именно, — кивнула Мелисса.
— Я-я не употреблял, честно! Это всё из-за того, что я был в комнате у одного типа… Слоуса!
— Слоус? Ты сказал, Слоус? — переспросила Мелисса, и Феодор торопливо закивал.
Она хмыкнула, её зелёные глаза загорелись. Слоус — имя из знатной семьи магов специалистов в магии наделения соседнего королевства Рэндалл. Однако в Рэндалле, где механические технологии преобладали над магическими, семьи магов постепенно угасали. По сравнению с домом Розенбергов из королевства Ридилл, Слоусы были явно ниже рангом.
— Выходит, захудалый аристократишка из маленькой страны, нуждаясь в деньгах, приехал подзаработать в большое королевство, да ещё и решил бросить вызов настоящей знати? Смелости тебе не занимать, — усмехнулась Мелисса, и её улыбка не предвещала ничего хорошего.
Феодор и Моника, оба выглядящие слабохарактерными, дружно задрожали под её взглядом.
— Так ты подручный Слоуса? — уточнила Мелисса, вперившись в Феодора.
— Я-я не по своей воле! Они забрали у меня кое-что важное, и мне пришлось… — промямлил он.
— То есть ты работаешь на Слоуса против воли? — переспросила она.
Феодор энергично закивал. Мелисса облизнула губы. Это было ей на руку.
— Отлично. Тогда ты поможешь мне, — заявила она.
— Ч-что? Почему я?! — взвизгнул Феодор.
Мелисса наклонилась к нему так близко, что их лица почти соприкоснулись, и угрожающе прошептала:
— Хватит скулить, взрослый мужик. И учти: даже не думай меня предать. Если предашь, я выжму из тебя всю кровь для косметического эликсира.
— А-а-а! — Феодор задрожал ещё сильнее.
Мелисса отпустила его и задумалась. Теперь план по изъятию наркотика начал вырисовываться. Осталась одна проблема — маленькая Моника, которая всё ещё нервно теребила пальцы.
Если идти на штурм к Слоусу, Моника явно станет обузой. Но Мелисса ещё не освоилась в этом городе и не знала дорог, в том числе пути к дому, который посещал Сирил. А Сирил был её целью — через хозяина Моники она хотела с ним сблизиться. Значит, отпускать Монику нельзя. Но если взять её в опасное место, это точно испортит впечатление о Мелиссе у её хозяина.
Ну, в крайнем случае, я просто надавлю, упомянув имя Розенбергов.
В конце концов, Розенберги — ведущий магический род в королевстве Ридилл. Мало кто из магов осмелится бросить им вызов, кроме разве что дома Олбрайт или Семи Мудрецов.
— Решено, малышка, ты идёшь с нами, — заявила Мелисса. — Тот недавний игорный долг — это был тест на смелость для новичков. Теперь начинается продвинутый уровень: налёт на логово плохих парней. Пройдёшь это — и у тебя будет железный характер, который не сломить ничем.
Моника, бледная как полотно, подняла на неё взгляд, теребя пальцы:
— А… а средний уровень?
— Не трать время на ерунду! Пошли! — отрезала Мелисса.
＊ ＊ ＊
Рауль, шагая по улицам Сазандола вместе с Сирилом, жевал орехи в карамели и вдруг спросил:
— Слушай, а где мы вообще?
— Ты что, всё это время просто шатался наугад?! — воскликнул Сирил, округлив глаза.
Рауль с серьёзным видом покачал головой:
— Я же не пьяный, чтобы шататься без дела. Я шёл уверенно, разве нет?
Иными словами, этот человек с полной уверенностью вёл их в никуда. Сирил, решивший, что Рауль знает дорогу, схватился за голову.
Накануне праздника улицы были полны народу, но теперь прохожих почти не осталось. Видимо, этот район не славился безопасностью.
В родном городе Сирила тоже были неблагополучные кварталы. Мать строго запрещала ему туда ходить, но однажды юный Сирил нарушил запрет. Он увидел, как отец после работы направился в такой район, и тайком последовал за ним.
В таверне, куда пришёл отец, тот напился и громко жаловался на жизнь. Тогда отец ещё не был таким пьяницей дома, и его пьяный вид — мутные голубые глаза, потеря разума, потоки брани — потряс Сирила. С тех пор он твёрдо решил: "Я никогда не стану таким". И каждый раз, когда ему говорили, что он похож на отца, Сирил испытывал отвращение.
Погрузившись в горькие воспоминания, он поморщился. Рауль, не замечая этого, весело предложил:
— Давай решим, куда идти, с помощью морковного гадания!
— Что за чушь? Не надо, не объясняй, — отмахнулся Сирил.
Он знал, что такие знания в его жизни точно не пригодятся. Но Рауль, не слушая, вытащил из кармана морковку.
— Берёшь морковку, заряжаешь её магией… — начал он.
Сирил, хоть и любил морковь, не собирался доверять ей своё будущее. Молча он свернул направо. Рауль, догоняя, размахивал морковкой:
— Морковное гадание — стопроцентный способ завоевать девчонок! Рей, кстати, слушал меня с таким серьёзным видом…
Сирил мысленно возразил: "И это один из семи мудрецов?!" — и ускорил шаг.
— Моя морковка говорит, что нам туда! — крикнул Рауль.
Но Сирил, убеждённый, что будущее выбирает он сам, а не овощ, пошёл в противоположную сторону. Если бы он тогда послушал морковку, его судьба могла бы сложиться иначе. Но Сирил Эшли, полагаясь на интуицию, продолжал плутать до самого вечера… и увидел.
Яркий, в восточном стиле, фонарь освещал вход в заведение, напоминающее бордель. И туда вошла Моника.
— Эй, ты чего встал? — спросил Рауль, доедая морковку и глядя на Сирила.
Сирил, не отрывая взгляда от здания, пробормотал:
— Только что… туда вошла Моника.
— Чего? В этот бордель? — удивился Рауль, округлив глаза.
Заведение, куда указал Сирил, явно было либо дорогим борделем, либо тайным клубом для богатых с необычными вкусами. Моника там смотрелась совершенно неуместно.
— Ты уверен, что это была она? — недоверчиво спросил Рауль.
Сирил кивнул. Рядом с Моникой были рыжеволосая женщина и мужчина с каштановыми волосами — оба незнакомые. Может, они из этого заведения?
Рауль, жуя морковку, задумчиво сказал:
— Моника… она же в последнее время была чем-то расстроена, да?
На вечеринке в доме Ведьмы Звездочета Моника плакала, словно её что-то тревожило. Именно поэтому они с Раулем приехали в Сазандол, чтобы поддержать её. Но Моника отсутствовала дома, а теперь вошла в подозрительное место.
— Неужели она, отчаявшись, пустилась во все тяжкие? — предположил Рауль.
Сирил напрягся. Обычно он отмахнулся бы от такой шутки, но он видел, как Моника собственной персоной вошла в это заведение!
— Идём за ней, Рауль, — холодно сказал он, излучая ледяной гнев.
— Эй, Сирил, твой взгляд пугает! — Рауль потёр руки, но Сирил, не слушая, решительно направился к зданию.
Рауль, доев морковку, поспешил за ним.
Когда Шаман Бездны попытался провести гадание на морковке перед своей невестой, она сказала: «Не трать еду зря» и тут же забрала морковку.
— Если так подумать, то только красавчикам такое сходит с рук. У меня бы точно не получилось… Чёрт возьми, будьте вы все красавчики прокляты…
Однако морковный суп, приготовленный его невестой позже в тот же день, был, по-видимому, очень вкусным.