Захватывающее выступление Гордона Смита (46 лет, кузнец)

Норман, двенадцатилетний мальчик из деревни Сечен в землях Лаготта, имел две важные обязанности. Одна из них — сопровождать путешественников, посещающих деревню.

Сечен издавна славился своими горячими источниками, особенно зимой, когда угроза драконов была минимальна. В это время года дворяне приезжали сюда на лечебные ванны, и сопровождение таких знатных гостей было важной работой для Нормана.

В тот день в Сечен прибыла явно состоятельная юная леди. Ей было, вероятно, около восемнадцати, с яркими рыжими локонами и эффектной внешностью.

Её сопровождали трое: две женщины, похожие на служанок, и мужчина-охранник с поразительно красивым лицом. Его блестящие золотые волосы и утончённые черты лица выделялись особенно сильно.

Вот это да! Прямо как настоящий принц!

Юная леди с рыжими волосами весело болтала со своими служанками, а охранник слушал их с улыбкой.

На карете, из которой они вышли, не было герба, так что, скорее всего, они путешествовали инкогнито. Для дворян не редкость тайно посещать горячие источники, иногда даже ради запретных романов.

А вдруг эта юная леди и её златовласый охранник — любовники?

Норман, чьё воображение было чуть более живым, чем у других, задумался о запретной любви между знатной дамой и её охранником простолюдином. Пока он предавался мечтам, группа подошла к нему.

— Добрый день! Какая очаровательная деревня! — улыбнулась ему рыжевоволосая леди. В её манерах и одежде чувствовалась изысканность. Наверняка она была дочерью какого-то именитого рода.

Общение с дворянами немного нервировало Нормана, но это был не первый раз. Чтобы выполнить свою важную задачу, он надел улыбку для гостей.

— Здравствуйте, уважаемые путешественники! Добро пожаловать в деревню горячих источников и Молчаливой Ведьмы!

＊ ＊ ＊

П-почему моё имя… упоминают наравне с горячими источниками?!

Косо взглянув на Изабель и остальных, она заметила, что Изабель, Агата и даже Айзек улыбаются безмятежными улыбками обычных путешественников. Их идеальные улыбки, честно говоря, пугали.

Пытаясь скрыть дрожь, Моника вспомнила, как они оказались в деревне Сечен.

＊ ＊ ＊

Говорили, что в деревне Сечен появилась самозванка, выдающая себя за Молчаливую Ведьму. Как только эта новость дошла до Изабель и остальных, они действовали молниеносно.

Сначала Изабель приказала молодому кучеру (его звали Алан, он был братом-близнецом Агаты) отправить остальных слуг обратно в графство Кербек, а затем раздобыть карету без герба. Алан, судя по его выражению лица, будто говорил: "Ну вот, опять", — но молча и чётко выполнил все указания. Похоже, в Кербеке такие ситуации были обычным делом.

Тем временем Айзек, пока готовили карету, молча собирал вещи для путешествия. Однако до последнего момента он размышлял, стоит ли брать с собой охотничье ружьё. Что он вообще собирался охотиться?

— Эм… п-пожалуй, лучше взять поменьше вещей… — робко предложила Моника.

Айзек, мягко улыбнувшись, положил чехол с ружьём на пол.

— Ты права. Для захвата небольшой деревни хватит и меча, — сказал он.

Монике послышалось что-то крайне зловещее, но она сделала вид, что ничего не услышала. Главное, ей удалось отговорить его от ружья.

Моника облегчённо вздохнула, но тут Изабель бодро заявила:

— Не волнуйтесь, сестрица! Хоть и не скажешь по виду, но Агата — мастер старинного искусства владения копьем!

Моника растерялась. Как это должно её успокоить? Она умоляюще посмотрела на Агату. Та взяла метлу, прислонённую к стене в доме Моники, и легонько взмахнула ею. Свист, раздавшийся в воздухе, явно не был случайным.

— Не переживайте, леди Моника, — весело сказала Агата. — Я могу справиться с любым противником, будь у меня в руках швабра, бельевая верёвка или любая другая палка!

Моника снова не поняла, как это должно её успокоить.

Не в силах оставить эту троицу, излучающую весёлую, но тревожную энергию, Моника покорно собрала свой дорожный чемодан.

Так настоящая Молчаливая Ведьма вместе с друзьями прибыла в Сечен.

На первый взгляд, Сечен казался самой обычной маленькой деревушкой, похожей на ту, где Моника жила в горной хижине. Разве что здесь в воздухе витал лёгкий запах серы, а из разных мест поднимался пар от горячих источников.

У входа их встретил мальчик. Изабель, с видом наивной барышни, спросила:

— Я впервые в этой деревне. Что значит "деревня Молчаливой Ведьмы"?

В ответ черноволосый мальчик улыбнулся и достал из кармана четыре карточки.

— Сейчас объясню. Но сначала возьмите по одной!

На карточках было шесть крупных клеток, а по краю надпись: "Собери шесть штампов и получи памятный приз!"

Моника растерянно разглядывала карточку, когда дверь ближайшего дома открылась, и оттуда вышел мужчина.

Ему было около сорока пяти лет. Это был крепкий, мускулистый лысый мужчина. Над дверью висела вывеска кузницы, так что, вероятно, он был кузнецом. На его руках и запястьях виднелись характерные для кузнечного дела ожоги. Однако на нём была тёмно-синяя мантия, а в руке он держал длинный посох.

Этот громила, выглядящий как маг, вышедший из кузницы, взглянул на Изабель и её спутников и громогласно объявил:

— Ха! Здравствуйте, здравствуйте! Я — один из Семи Мудрецов Ридилла, Молчаливая Ведьма!

Монике понадобилось время, чтобы осознать смысл его слов.

Не только она была ошеломлена. Изабель, Агата и даже Айзек замерли, уставившись на лысого самозванца.

Тот, кашлянув, посмотрел на них и ухмыльнулся с пугающей уверенностью.

— Ну что ж, позвольте показать путешественникам моё искусство безмолвной магии! — заявил он.

С этими словами лысый "Молчаливая Ведьма" высоко поднял посох и громко закричал:

— Кьяяяяя! Узрите! Моя секретная техника! Высшее искусство — безмолвная магия!

Что же, чёрт возьми, означает слово "безмолвная"?! — подумала Моника. И, вероятно, не она одна.

Мужчина, напрягая вены на лысой голове, с яростным криком опустил посох:

— ХААААА!

В тот же момент на кончике посоха вспыхнул огонёк.

На секунду Монике показалось, что в посохе спрятан какой-то механизм, но нет. Это была настоящая магия. Скорее всего, кто-то другой, скрываясь, колдовал за него.

Лысый "Молчаливая Ведьма" повернулся к ошеломлённой Монике и её спутникам и достал из что-то кармана.

— Добро пожаловать в Сечен! Ну, юная леди, держи штамп! — сказал он и поставил печать на карточке Моники. Надпись на штампе гласила: "Первая Ведьма".

Первая Ведьма?

Она робко посмотрела на суровое лицо мужчины и спросила:

— Э-э… это что?

— В этой деревне есть шесть "Молчаливых Ведьм". Собери штампы от всех, и получишь приз. Старайся! — ответил он, громко рассмеялся и хлопнул Монику по плечу. Поставив штампы на карточки Изабель и остальных, он вернулся в кузницу.

Моника, сжимая карточку, посмотрела на Айзека.

— Я-я-я... м-меня что, шестеро?!

— Моника, успокойся. Похоже, это местная затея для привлечения туристов, — ответил Айзек.

— Т-туристов? — переспросила Моника, моргая.

В этот момент дверь таверны под вывеской "Петушок" открылась, и оттуда выбежала девочка лет десяти. На ней была такая же тёмно-синяя мантия, как у лысого кузнеца, а в руках она крепко сжимала вырезанную из ветки очаровательную палочку.

— Здравствуйте, путники! Я — вторая "Молчаливая Ведьма"! Соберите шесть штампов, и в нашем магазине вам дадут приз! А, вот, держите штамп! — сказала она.

Моника молча протянула карточку и получила второй штамп.