Резюме (2)

— …

После вопроса Оливера в зале вновь воцарилась тишина.

Впрочем, винить членов городского совета было нельзя.

Они были политиками, а значит — людьми, имеющими дело с проблемами реального мира.

Они ещё могли как-то разбираться с беспрецедентным скандалом вокруг сговора Паппета из Пальцев и кронпринца, но конец света относился к области непостижимого.

Ведь конец света был одновременно и тем, что происходит в реальности, и тем, что выходит за её пределы.

Оливер этого, конечно, тоже не мог не понимать.

Пусть в те времена, когда он родился сиротой и жил шахтёром, ему недоставало здравого смысла, но, выйдя в большой мир и став решалой, он уже успел кое-что понять о жизни.

Это была не та сфера, с которой политики могли что-то сделать.

И всё же Оливер спросил.

Как члены городского совета собираются реагировать на приближающийся конец света.

В каком-то смысле вопрос был до крайности несправедливым, но именно поэтому он его и задал.

Порой важнее не то, можешь ты или не можешь, а то, есть ли у тебя воля.

— Трудно ответить, не понимая, что именно представляет собой этот конец света…

После долгих раздумий заговорил один из членов совета — в цилиндре и длинном сюртуке.

Оливер тут же парировал:

— И всё же бывают моменты, когда приходится решать. Для Ланды это ведь обычное дело, разве нет?

Члены совета, пытавшиеся уклониться от ответа и выудить побольше сведений, разом прикусили языки.

Оливер был прав. В городе вроде Ланды через это проходит каждый: приходится терпеть несправедливый кризис, пришедший извне твоей сферы.

И одновременно они поняли ещё кое-что: с решалой Дейвом такие уловки больше не работают.

— Хм… Полагаю, пришлось бы эвакуироваться. Я не знаю, что именно означает конец света, но если против него нельзя сражаться, то лучший выход — бежать. Например, под землю… А… министр Пол. Неужели вы предвидели эту ситуацию?

Все взгляды обратились к Карверу.

Причина была проста: последние три дня он был по горло занят — возвращал контроль над городом, успокаивал граждан, восстанавливал стабильность через связи с королевским двором, центральным советом и дипломатами, — и при этом вдруг подал какой-то совершенно неуместный доклад.

Назывался он «Бункеризация подземелий Ланды на случай бедствия» и, если по-простому, предлагал использовать огромные подземные пространства под Ландой и в случае нужды превратить их в бомбоубежище для эвакуации всего города.

Разумеется, члены совета, прочитав доклад, сочли его сумасшедшим.

И без того дел невпроворот, а он ещё пишет такой вздорный документ.

Если бы не Карвер стоял в авангарде всей текущей работы, его, возможно, уже сняли бы с должности.

Даже безумные идеи хороши только ко времени и к месту. Но теперь выяснилось, что дело было вовсе не в этом.

Карвер занимался не ерундой — он заранее готовился к тому, что должно было случиться.

— Ха-а… Надо было догадаться уже по тому, что такой доклад невозможно состряпать за день-два.

В каком-то смысле положение стало ещё головнее, чем три дня назад, и члены совета один за другим схватились за головы.

Увидев это, Карвер попытался оправдаться:

— Я лишь допускал, что такое возможно. Я не был в этом уверен. Прошу это учесть.

— Разумеется.

Вот только поверили они ему не слишком.

Пока члены совета и Карвер обменивались несколькими фразами, Оливер вмешался:

— Значит, вы будете эвакуироваться под землю? Я хочу услышать чёткий ответ.

— …На данный момент, похоже, другого выхода нет.

Члены совета ответили не сразу и очень осторожно. Они инстинктивно чувствовали, что так просто отвечать нельзя. Но Оливер продолжал настойчиво давить:

— Вы собираетесь эвакуировать всех жителей Ланды? Или только часть?

— Что значит — часть?

— Толстых похотливых богачей. Я и сам понимаю, что эвакуировать не всех, а только часть — тех самых толстых похотливых богачей, — куда проще. И ещё я знаю, что в такие моменты обычно выбирают лёгкий путь.

— …

— Я не пытаюсь вас упрекнуть. Мне правда любопытно. Какой бы ответ вы ни дали, я его приму.

— Это… не тот вопрос, на который можно ответить легко.

— Можете ответить и трудно. Легко или трудно — мне нужен ответ сейчас.

— Вы ставите нас в крайне неловкое положение.

— У меня тоже не так много времени.

Члены совета изо всех сил старались уклониться от ответа, но Оливер продолжал теснить их, будто загоняя. В конце концов один за другим они достали сигареты и зажали их в губах.

Это словно наглядно выражало всё их удушливое раздражение.

— Фух… Во-первых, ещё неизвестно, хватит ли места, чтобы укрыть всех жителей Ланды.

— Хватит.

Оливер тут же снял этот вопрос. Он сам видел.

— …Проблема ещё и в припасах. Мы не знаем, сколько продлится конец света. Нельзя просто взять и увести вниз всех подряд. Вы хоть представляете, сколько в Ланде жителей? Даже объём припасов, который они расходуют за один день, колоссален—

— Будет колоссален, но мы найдём способ.

Министр внутренних дел Ланды Пол Карвер прямо посреди ответа перебил члена совета и самовольно договорил за него.

Разбредшиеся было взгляды снова сошлись на Карвере. Прежде он никогда не позволял себе такой грубости.

— Министр Пол?

Потрясённый член совета окликнул Карвера, но тот не ответил.

Он смотрел только на Оливера.

Сейчас важнее всего был именно Оливер.

И член совета не стал спорить дальше. Полномочия по этому вопросу уже были переданы Карверу.

— Почему? — спросил Оливер.

— О чём именно вы?

— О том, что вы сказали: найдёте способ. Разве вы и сами не считаете, что эвакуировать всех невозможно?

— Разумеется, считаю. Я реалист.

— И всё же?

— Именно потому, что я реалист, я и выбираю этот вариант. Я не могу объяснить это подробно, но мне кажется, что в итоге так будет безопаснее.

Карвер честно высказал то, что думал на самом деле.

Как он сам только что признал, он тоже считал, что спасать не всех граждан, а только часть — то есть нужных городу людей, — правильнее.

Спасти весь мир невозможно, а значит, в первую очередь нужно спасать тех, кто отвечает общественному благу.

Таково было суждение Пола Карвера как министра. И его убеждение тоже: признавать реальность и строить меры, исходя из неё.

Но сейчас его интуиция говорила прямо противоположное, и, как ни смешно, Карвер решил последовать именно ей.

Глядя на Оливера, он почему-то пришёл к выводу, что трудное решение — спасти всех — в итоге даёт больше шансов на успех, чем лёгкое — спасти лишь часть.

— Будет много трудностей. Те же припасы. Вы уверены, что всё в порядке?

— Если конец света и правда приближается, тут уже не до того, в порядке всё или нет. Надо хотя бы постучаться в дверь — и верить, что она откроется.

— Ха. Ха. Ха.

В этот миг Оливер засмеялся.

Точнее, изобразил смех.

И, как и следовало ожидать от слова «изобразил», смех вышел неестественным, так что все уставились на него с изумлением.

Казалось, даже кукла засмеялась бы натуральнее.

Увидев их реакцию, Оливер спросил:

— Я так неловко смеюсь?

— …Да. Очень.

— Хм, жаль. Я тренировался. Но, судя по вашей реакции, мне до этого ещё далеко.

Сказал Оливер, глядя на людей, которые уже не просто удивились, а почти перепугались.

Впрочем, его это, похоже, не слишком заботило. Он тут же поднялся с места и вытащил из кожаного чехла на пояснице толстый кожаный свёрток.

— Это…

Знакомый кожаный ком.

Когда Оливер положил его на пол, тот начал раздуваться, как поднявшееся хлебное тесто, а затем у него выросли две конечности и множество глаз.

Это был Бигмаус, прожорливая сумка Оливера.

— Курурурурук…!

— Давно не виделись, Бигмаус.

Оливер поприветствовал Бигмауса, который поднялся, потягиваясь.

И правда, как он и сказал, прошло немало времени с тех пор, как он вот так его доставал.

Похоже, Бигмаус думал о том же: множество его глаз, похожих на створки раковин, быстро зашарили по сторонам.

Так он и заметил членов совета и Пола Карвера, которые смотрели на него с изумлением.

— Курук.

Едва увидев Карвера, Бигмаус помахал ему рукой.

Когда-то, во время смертельной схватки Бигмауса с другой прожорливой сумкой, Пол Карвер тоже присутствовал на месте, так что они были знакомы.

И когда Бигмаус помахал, Карвер машинально помахал в ответ.

— А Бигмаус зачем?

— Потому что Бигмаус поможет… Бигмаус?

— Курук?

— Не поможете ненадолго господину Карверу? Если он скажет, что ему нужны какие-то вещи, просто доставайте их.

— Гурурук?

— Пожалуйста.

Оливер официально попросил Бигмауса.

Тот немного подумал и кивнул.

Однако Карвер по-прежнему смотрел с недоумением. Пусть у Бигмауса и было много припасов, но запасов, способных обеспечить всех жителей Ланды, у него по здравому смыслу быть не могло.

И тут Оливер, прочитав сомнение Карвера, сам выступил вперёд и развеял его:

— Справится.

— Что?

— С нужными вещами. Стоит вам назвать постельные принадлежности, одежду или еду — Бигмаус всё достанет. Словно из рога изобилия.

Оливер сказал это без каких-либо объяснений.

И, что удивительно, Карвер и все остальные в зале ему поверили.

Если Оливер говорил, что это возможно, значит, так и будет.

— Значит, самая большая проблема решена. Тогда позвольте откланяться. Возьмите.

Оливер протянул Карверу кожаный чехол для Бигмауса.

Карвер помедлил, но всё же взял его.

— Позже я вернусь за ним, так что рассчитываю на вас.

— Нет… Вы правда можете доверить это мне? Ведь нет никакой гарантии, что я непременно сдержу слово.

— Что ж, такое тоже возможно. Если честно, меня это не беспокоит.

— …

— Сдержите вы своё слово или нет — это тоже будет выбор.

Карвер несколько мгновений обдумывал слова Оливера.

— Ха… Пожалуй, это самые страшные слова, которые я слышал в жизни.

— Забавно. Я думаю так же. Это страшно.

Оставив после себя многозначительную фразу, Оливер выпустил из рук кожаный чехол.

И тот окончательно перешёл к Карверу.

Попрощавшись с ним, затем с членами городского совета, Оливер вышел через ту же дверь, через которую вошёл.

И удивительное дело: за дверью оказался не коридор мэрии, а какая-то улица.

Это была тридцатая улица T-сектора Ланды, и всего в нескольких шагах от него виднелся ресторан Фореста.

Новый ресторан, куда Оливер перебрался после стремительного взлёта в роли решалы, был куда больше и роскошнее прежнего ресторана Фореста, но, что любопытно, перед ним выстроилась длинная очередь людей в потрёпанной одежде.

Это была очередь за бесплатной едой, которую раздавал ресторан.

Идею эту предложил—

— Вы заняты, Ал?

Это был Ал, который вместо Фореста управлял рестораном Фореста и исполнял роль посредника.

Вместе с другими хонъин, такими же, как он сам, Ал раздавал бесплатную еду.

— Г-господин Дейв?!!

Заметив Оливера, Ал в буквальном смысле подскочил к нему с совершенно ошеломлённым лицом.

Похоже, остальные ещё не успели его заметить.

Оливер позаботился о том, чтобы, кроме Ала, никто его не воспринимал.

— Хорошим делом занимаетесь.

— А… да нет. В такие времена надо проявлять щедрость, тогда потом будет легче… Что-то вроде усвоенной на чужом примере житейской тактики… Нет, не то. Главное — Вы целы, господин? Хотя я, конечно, и так знал, что с Вами всё будет в порядке…

Увидев Оливера, Ал заговорил сбивчиво и без всякого порядка.

Ещё бы: герой, который за один день освободил Ланду, исчез, а потом вдруг снова появился.

А сам виновник всего этого вёл себя так, будто ничего особенного не произошло.

— Со мной всё хорошо. Спасибо, что беспокоились.

— А… вот как.

Посмотрев на лицо Оливера, Ал сам не заметил, как принял это без возражений.

Лицо у того было таким же бесстрастным, как всегда, и всё же в нём ощущалась некая глубина.

Такая, которую Ал не смел даже пытаться измерить.

Поэтому он не смог добавить больше ни слова.

И тут Оливер, глядя в глубь ресторана Фореста, спросил:

— Внутри господин Форест и Мари, верно?

— А, да… да! Они там!!

— Не могли бы Вы меня проводить? Я бы хотел сразу зайти к ним, но, думаю, без предупреждения это будет невежливо. Мне ещё нужно кое-что им передать.

Ал исполнил просьбу Оливера и вскоре провёл его в кабинет, где находились Форест и Мари.