Загрязненная территория (1)

Эржебет Уннер.

Она была ученицей и приёмной дочерью Матери Батори, погибшей от руки Оливера, а теперь — нынешней хозяйкой фэмили Батори.

В Ланду она приехала, чтобы укрыться и отомстить, но после ряда событий теперь состояла в подшколе магии крови при школе жизни Магической башни.

Как и подобает хозяйке фэмили Батори, истока магии крови, она передавала знания по магии крови подшколе магии крови, которой этих знаний сравнительно недоставало, и так укрепляла свои позиции в Башне. И, к счастью, использовала это влияние ради Оливера.

— Значит, госпожа Уннер была права.

На заднем сиденье машины, прямо рядом с Оливером, сидела Мари — в рубашке, брюках, подтяжках и плаще поверх них.

— Вам и правда спихнули зону скверны.

Голос Мари звучал на удивление ровно, но Оливер видел: под этим спокойствием скрывается гнев.

И понять её было нетрудно.

У зоны скверны в секторе F были свои причины и своя история, но по сути это было настолько хлопотное место, что от него отступились даже Магическая башня и сам Город.

И вот именно Оливеру Башня велела её зачистить.

Причём речь шла не об обычной периодической уборке, а о полной, окончательной зачистке. Иными словами, от него требовалось выгнать из зоны скверны зомби, мутантов, загрязнённые существа и незаконных жильцов, которые там скрывались, а затем вернуть эту территорию под власть Башни.

Точную причину, по которой это поручили ему именно сейчас, установить не удалось, но Уннер предположила, что тут приложили руку силы, враждебные Оливеру.

— Похоже, слух уже пошёл.

— О том, что Вы собираетесь основать в Башне школу?

— Да. По словам главы администрации, из-за этого внутри Башни сейчас смута. Одни спорят, правильно ли вообще включать чёрную магию как дисциплину в состав Башни, другие — правильно ли принимать меня как её полноправного члена.

«Какое самомнение».

Мари промолчала, но чувства её говорили именно это. С её точки зрения такая реакция была совершенно естественной.

Да, в Ланде положение Магической башни было очень высоким, но и положение Оливера теперь уже никак нельзя было назвать незначительным.

Среди фиксеров его вполне можно было считать лучшим. Он был фактическим владельцем предприятия, державшего в руках целый сектор. Некоторые чёрные маги и вовсе называли его новым Пальцем.

И это не всё. Оливер состоял с Городом в неофициальном союзе, имел широкие связи и в подмирье — с Крайм Фирм, Мильё, Бин-Сити, — а вдобавок ещё и вёл дела с чумным жрецом.

И такого Оливера Башня решила испытать?

Для кого-то это могло выглядеть не просто обидно, а по-настоящему возмутительно.

Сам Оливер, впрочем, так не считал.

— А я, наоборот, благодарен. Как ни крути, само по себе уже важно, что они всерьёз рассматривают возможность того, что я создам школу.

Несмотря на всё, чего он добился, Оливер по-прежнему держался как самый обычный человек.

Кого-то это могло бы раздражать, но Мари давно к этому привыкла. Ей было лишь досадно. Поэтому она спросила:

— Дейв, если Вы разберётесь с зоной скверны, Вам позволят основать школу?

— Нет, не позволят.

— Что?

— Глава администрации сразу сказал: одного этого будет недостаточно.

Так и было. Когда Оливер официально получил от Башни поручение зачистить зону скверны, глава администрации Башни Берк Пост прямо сказал ему: даже успех в этой операции не даст ему права основать школу.

Причём сказал это сам, ещё до того, как Оливер успел спросить.

«Создать школу — огромное дело даже по меркам магического общества. Так что одного решённого дела для этого недостаточно. Хотя я и понимаю, что дело это далеко не рядовое».

Берк отлично знал, насколько трудно вернуть зону скверны под контроль, но всё равно не стал давать пустых обещаний, будто этим можно решить всё сразу. Он лишь пытался убедить Оливера.

Создание школы — не то, что можно устроить, если несколько влиятельных фигур в Башне просто скажут «да». Для этого нужно шаг за шагом доказывать себя.

«Несправедливо — да, но тут ничего не поделаешь. Мир вроде бы устроен так, что за старание следует достижение, а за деньги — награда. Но порой он устроен и не так. Я не стану тебя принуждать. Если провалишься, риск будет велик. Но и в случае успеха я не могу обещать большой отдачи. Обязательно найдутся те, кто начнёт тебя принижать. И всё же — ты согласен?»

— И Вы всё равно согласились?

спросила Мари, услышав от Оливера слова главы администрации.

— Да. Если я откажусь даже от этого, у меня не будет вообще никакого шанса.

— Всё равно это несправедливо.

Мари пожаловалась, но не потому, что не умела владеть собой.

Ни когда она руководила Избранными, ни когда она руководила «Выбирающими», Мари ни разу не позволяла себе жалоб.

Она выросла в трущобах, терпела притеснения, шесть лет прожила во фэмили Джозефа в статусе временной ученицы — её терпение не было настолько слабым, чтобы сломаться из-за подобного.

И всё же Мари заговорила так потому, что возмущалась за Оливера.

После того как его зрение ещё усилилось, Оливер ясно видел её чувства и потому постарался её успокоить.

— Есть и хорошие стороны. Во-первых, глава администрации всё-таки относится ко мне скорее благожелательно. Он не потому сказал мне всё как есть, что я умею видеть эмоции, а потому что действительно хотел сказать мне правду.

— Правда?

— Да. Я видел это по его эмоциям.

Мари перестала сомневаться. Магам из высшего общества Ланды она могла и не доверять, но глазам Оливера — доверяла.

— И потом, раз мне решили устроить испытание, значит, по крайней мере, мои слова не намерены просто игнорировать. А это уже неплохо. Если говорить откровенно, создать целую школу — дело очень трудное.

Это и правда было так. Основание полноценной школы — событие такого масштаба, что оно способно войти в историю.

Обычному человеку не то что не удавалось такое — он даже попробовать не смел. А если и смел, то чаще всего не удостаивался даже насмешки.

Но если внутри Башни это стало предметом спора — уже одно это было огромным достижением.

Если повезёт, то даже не создав школу, он всё же сможет получить налоговые льготы Башни.

И это уже было бы неплохо. Изначально ведь он и хотел основать школу именно ради этих льгот.

— Так что не будем смотреть слишком далеко и не будем слишком много думать. Сосредоточимся на том, что перед нами сейчас.

сказал Оливер, глядя в окно на пейзаж сектора F.

Сектор F, соседствовавший с сектором G — районом для богачей, — был исследовательским хабом, где теснились самые разные и своеобразные здания, подобающие месту, полному научных учреждений.

Но чем ближе они подъезжали к зоне скверны, тем быстрее эта своеобразность исчезала.

Вместо неё вокруг множились серые картины: бетонные стены, колючая проволока, солдаты, вооружённые стрелковым оружием.

Когда мир вокруг окончательно посерел —

тук. Тук.

машина остановилась, и в окно постучал вооружённый солдат.

С жужжанием стекло опустилось, и солдат, заглянув внутрь, проверил лицо Оливера.

— Мы получили официальное уведомление. Добро пожаловать, господин Зенон Брайт.

Под приветствие солдата машина, в которой ехал Оливер, и ещё пять машин позади неё проехали через КПП внутрь.

В зону скверны.

***

Зона скверны сектора F была закрытой территорией под контролем Города, и точная история её появления никому не была известна.

Одни говорили, что она возникла из-за провалившегося магического эксперимента.

Другие — что это след Великой катастрофы, который так и не удалось стереть до конца.

Одно было ясно наверняка: зона скверны была настолько опасным местом, что Город был вынужден держать её под контролем.

И неудивительно. В зоне скверны время от времени резко возрастало число загрязнённых существ и полчищ зомби, из-за чего страдали окрестности.

Причиной было то, что множество незаконных компаний-спекулянтов свозили туда трупы, списанные экспериментальные образцы и мусор. Но и этим опасность не исчерпывалась.

Город фактически махнул на это место рукой, а потому там пряталось множество преступников и беженцев.

— Иными словами, это место можно считать похожим на сектора Y и Z.

Всего их было тридцать: пятнадцать из «Выбирающих» и пятнадцать из Бойцовской команды. Все — чёрные маги.

Большинство были знакомы с Оливером, а с некоторыми он был знаком особенно хорошо.

Со стороны Мари пришёл Лоренс — её ученик и человек, безответно в неё влюблённый.

Со стороны Бойцовской команды — Сэм-Два-Пистолета и Оуэн-Железная-Дубина. Оба уже работали вместе с Оливером.

Все — из числа лучших бойцов в своих организациях.

Оливер оглядел людей, пришедших ему на помощь, и продолжил:

— Как и в секторах Y и Z, здесь хватает опасных людей. Беглецы, преступники, беженцы, чёрные маги и прочие.

Никто из слушавших даже не дрогнул.

Не потому, что они слушали вполуха.

Наоборот — они знали достаточно. Тому, кто жил в подмирье Ланды, о зоне скверны не знать было невозможно. И всё же их спокойствие означало лишь одно: они были уверены в себе.

«Выбирающие» после переезда в Ланду не только оправились от урона, который им нанесли паладины, но и успели набрать силу.

Бойцовская команда тоже окрепла благодаря адским тренировкам Оливера и теперь признавалась в Ланде полноценной вооружённой группой.

Более того, под влиянием Оливера обе организации объединились в одну — Коалицию редевелопмента, — и их общая сила стала ещё выше.

Поэтому они не особенно боялись зоны скверны, этой ухудшенной версии секторов Y и Z.

Хотя сам Оливер, главный источник их уверенности, смотрел на такое настроение без восторга.

— Уверенность — это хорошо, но всё равно прошу вас быть осторожными.

Все едва заметно вздрогнули. Оливер не создавал ни «Выбирающих», ни Бойцовскую команду, но его влияние на них было не меньше, чем у их основателей.

— Помимо зомби, загрязнённых существ и незаконных жильцов, в зоне скверны хватает и других угроз: эпидемии, заражённые вещества и так далее. К тому же когда-то здесь обосновался господин Паппет.

Оливер перевёл взгляд на Джо и Сэма-Два-Пистолета, и лица у них сразу помрачнели.

Это было естественно. Они вместе с Оливером уже попадали под удар зомби-армии Паппета и едва не погибли в окружении.

— Городские силы обороны провели разведку и пришли к выводу, что господин Паппет исчез. Но раз он исчез внезапно, то может и появиться внезапно. Поэтому прошу вас не терять бдительности. Мне действительно нужна ваша помощь, но это не значит, что я хочу, чтобы вы пострадали.

сказал Оливер, которому Башня поручила зачистку зоны скверны, но не дала никакой поддержки.

Джо поднял руку.

— Шеф. Если смотреть узко, то это дело Башни. Но если шире — это и дело нашей Коалиции редевелопмента. И потом, все, кто пришёл сюда сегодня, вызвались сами.

Джо говорил искренне, и все вокруг, включая Мари, излучали согласие.

— Так что не беспокойтесь о таких мелочах. Лучше сосредоточьтесь на цели. Думаю, для главы организации это как раз самый правильный настрой.

Это было разумное замечание. Оливер кивнул и собрался.

— Спасибо... Вы ведь помните, ради чего мы пришли сюда сегодня?

— Разведка.

Оливер ещё раз проверил — все помнили.

Башня действительно приказала зачистить зону скверны, но конкретного срока не назначила. Поэтому Оливер решил действовать не спеша, шаг за шагом.

Конечно, во многих отношениях было бы лучше решить вопрос как можно быстрее, но масштабы зоны скверны и число засевших внутри сил были слишком велики, чтобы торопиться.

Поспешишь — понесёшь лишние потери.

— Поэтому наша первая задача — осмотреть зону скверны, изучить местность и понять, какие силы в ней сидят: незаконные жильцы, загрязнённые существа, преступники, чёрномагические фэмили и прочие. Карты все получили?

На вопрос Оливера все достали из-за пазухи карты зоны скверны.

Они охватывали не всё, но некоторые участки были нанесены довольно подробно. Их составила Ив.

Оливер попросил её об этом сразу после того, как получил поручение зачистить зону скверны, и Ив, в пределах досягаемости взгляда Мирового древа, обследовала местность, составила карту и передала её Оливеру.

— Возможно, мы столкнёмся и с незаконными компаниями-спекулянтами, и с людьми, связанными с Башней, но не вступайте с ними во вражду.

— А если они нападут первыми?

спросил кто-то.

— Если это преступники, чёрные маги или загрязнённые существа, и вы сочтёте, что можете победить, — вступайте в бой. Если поймёте, что тяжело, — отходите или запрашивайте поддержку. Мы поставим лагерь в центре района поисков и сразу выдвинемся к вам.

Когда Оливер сказал, что прикроет их с тыла, все кивнули.

— А если это просто беженцы, которые незаконно там живут?

— Хм... пока будем только наблюдать. В конце концов, сейчас у нас задача именно осмотреться.

Все снова кивнули.

После этого Оливер, Мари, Джо и ещё тридцать человек вошли в зону скверны.

Внутри всё выглядело точно так же, как несколько лет назад, когда Оливер бывал здесь в прошлый раз.

Словно руины Ланды.

Повсюду валялись разбитые дороги и тротуары, кое-где ещё стояли здания, едва сохранившие форму. Даже среди бела дня здесь было так пустынно, что иначе как брошенным это место не назовёшь.

Ощущение было таким, будто он уже это видел.

И дело было не только в пейзаже.

То же чувство дежавю исходило и от самой атмосферы.

От этой пустой, безжизненной атмосферы, в которой не ощущалось ни единого признака людей.

Это было странно.

Да, зона скверны и правда была заброшенным местом. Да, вид у неё и правда был пустынный. Но это вовсе не значило, что людей здесь не было.

Потому что в переулках, внутри зданий, а порой даже под землёй, гнездились те, кто больше не мог выдерживать жизнь в Ланде.

После визита Паппета прежние силы здесь действительно были сметены, но когда он исчез, их место заняли новые. А значит, нынешняя тишина выглядела крайне странно.

Будто зону скверны снова захватила какая-то внешняя сила.

Чтобы проверить это своими глазами, Оливер двинулся вперёд — и очень скоро понял, что его предчувствие оказалось верным.

— Там, внизу, чужаки убивают всех без разбора. Мы и сами едва унесли ноги.

***

Под землёй, под зоной скверны.

Глухо раздавался стук кирок, будто где-то в шахте.

И действительно — кто-то работал кирками. Только вот добывали они не руду, а вырубали целиком саму стену.

Но странным было не только это.

Кирками орудовали не дети и не рабы, а крепкие мужчины в камуфляжных штанах расцветки woodland.

Все они когда-то состояли в независимых бандах Ланды, а теперь, перебравшись в небольшие города неподалёку от неё, превратились там в местных военных вождей.

То есть людьми они были далеко не последними.

И всё же сейчас, в подземелье, куда не проникал ни единый луч солнца, они махали кирками как рабы.

Под надзором мужчин в розовых костюмах.

Один из мужчин в розовом костюме подошёл к старику.

Старик тоже был одет в розовый костюм.

— Уан-мастер.

— Я же сказал, ушёл в отставку. Теперь зови меня начальником отдела.

— Прошу прощения, начальник отдела. Мне нужно доложить.

— Что там?

— Наверху появились посторонние.

— Посторонние? Кто именно?

— Дейв. Тот самый, о ком в Ланде сейчас больше всего шумят.

Старик знал, о ком идёт речь.

Он слышал это имя ещё тогда, когда состоял в традиционной школе и был сосредоточен только на собственных достижениях.

— Тот, кого называют новым Пальцем?

— Да. Смешно, правда?.. Что будем делать?

Старик ненадолго задумался.

Совсем ненадолго.

— Оставь. Наша задача — забрать здешние исследовательские записи. Пока они не спустятся под землю, не обращай внимания.

Мужчина кивнул: приказ был предельно ясен.

Когда он отошёл, старик слегка выпустил наружу старую, колючую ману и прикрикнул на мужчин, рубивших стену кирками:

— Молодёжь вечно спешит. Хочет выбить себе ещё хоть немного поддержки.

Тон у него был властный.

Но мужчины, обливаясь потом и продолжая бить кирками, не осмелились даже поморщиться.

Они уже видели его силу.

И потому лишь молча глотали свои вопросы и ускоряли работу.

Всем было любопытно.

Что, чёрт возьми, это за стена, покрытая жуткими узорами, раз вокруг неё подняли такую возню.