Милье (3)

Оливер заговорил.

Он попросил извиниться. Очень спокойно, почти бесстрастно.

При этих словах Люсьен и его охранники, стоявшие у него за спиной, а также остальные люди семьи, тихо наблюдавшие за происходящим из углов здания, разом расхохотались.

Словно увидели какую-то жалкую, нелепую сценку.

Не смеялись только те, кто пришёл вместе с Оливером.

Мёрфи, тётя Мёрфи Мэгги, его двоюродный брат Моррисон, замаскированная Ярели, охранники и Джейн.

Общее у них было одно: все они были из Ланды и знали репутацию Оливера. И его характер тоже.

Повода для смеха тут не было. Никакого.

Люсьен, заметив, что Мёрфи ведёт себя как-то не так, перестал смеяться и заговорил:

— А-а... Прошу прощения. У меня со слухом плохо. Что Вы сейчас сказали?

— Я сказал: прошу извиниться, Люсьен.

— Извиниться?

— Да.

Оливер ответил тем же голосом, с той же интонацией, с той же атмосферой, что и прежде.

Настолько тем же, что казалось, будто говорит не человек, а машина.

В этом было что-то жуткое, и это странно действовало людям на нервы. Было и неуютно, и неприятно, и в то же время страшновато...

В воздухе разлилось какое-то липкое, странное напряжение. Все уже готовы были почувствовать эту неправильность, но тут Люсьен расхохотался — своим обычным, развязно-добродушным смехом.

— Ха-ха-ха! Вот уж это неожиданно. Давно мне не требовали извиниться! А Вы занятный.

— Благодарю за похвалу. Мне приятно слышать, что Вы находите меня занятным.

— Вот как?

— Да. Я хочу стать забавным человеком, поэтому каждый день по полчаса читаю книги по юмору. Перед сном... Но сейчас я не шучу. Прошу извиниться.

— И с какой стати мне это делать?

— Потому что так велит вежливость. Если Вы повели себя грубо, то, разумеется, должны извиниться.

Женщина, с которой всё и началось, резко потребовала ответа у Мёрфи. Впрочем, она была не так уж неправа. Сейчас Оливер и правда был нанят Мёрфи. С его стороны это действительно было чересчур.

Мёрфи тоже это понимал, поэтому на миг взглянул на Оливера, собираясь его остановить, но тут же передумал.

Чутьё, которое возвело его до Короля алкоголя Ланды, велело ему заткнуться и не вмешиваться.

И всё же первой попыталась остановить Оливера не он, а оскорблённая Джейн.

Натянув улыбку, она мягко сказала:

— Послушайте... Я в порядке.

Как ни странно, Оливер, до этого стоявший чужеродно и неподвижно, словно каменная статуя, сразу отреагировал и повернул голову.

— Вы правда в порядке?

— Да.

— Вас это не задевает, хотя оскорбили Ваш труд, Ваши достижения и Ваших товарищей по Систерхуд?

Оливер снова спросил Джейн, точно ли с ней всё в порядке. Он уже знал, что она лжёт, но если бы и на этот раз она сказала, что всё хорошо, он был готов отступить.

Потому что это был бы выбор Джейн.

Похоже, Джейн и сама инстинктивно почувствовала, какой вес могут иметь её слова, и на миг замялась.

— Я...

— И что ты сделаешь, если она не в порядке?

Во время разговора Джейн и Оливера подошла женщина и вмешалась.

Она злилась на Оливера уже не просто из желания его поддеть. Похоже, сочла его наглецом.

— Я спросила, что ты сделаешь, если не извинюсь?

Она приблизила своё лицо почти вплотную к лицу Оливера. Тот ответил:

— Хм... Об этом я ещё не думал.

— Что?

— Я полагал, что если вежливо попросить и объяснить причину, Вы, возможно, извинитесь.

— Ага... Да ты просто псих.

— Некоторые люди и раньше так говорили. Не знаю, почему... Не могли бы Вы сказать, что нужно сделать, чтобы Вы извинились, мисс?

Оливер задал вопрос, и женщина перед ним, будто ей нанесли тяжкое оскорбление, вспыхнула сильнейшим раздражением.

— Мисс?

— Эм... Да. Вы ведь мисс.

—...Хочешь, я скажу, при каком условии извинюсь?

— Был бы благодарен.

— Отец?

Женщина посмотрела на Люсьена, и тот, быстро всё прикинув, кивнул.

Получив ответ, она сказала:

— Решим это по старой традиции Галлоса... Если ты победишь, так и быть, я извинюсь. Ну что?

— О, а что нужно делать?

— Хм... Эй! Принесите меч!

***

Женщина крикнула, чтобы принесли меч. А потом передала его Оливеру и предложила поединок.

Сказав, что таков обычай Галлоса.

— Строго говоря, это уже мёртвая традиция.

— И насколько давно она умерла?

Оливер, разглядывая полученный длинный меч, спросил у Мёрфи.

Он не разбирался в мечах, но этот выглядел самым обычным. Твёрдый, холодный и острый.

— Лет пятьдесят, думаю. Он исчез, когда после революции смело культуру аристократов.

— О боже. С ума сойти.

Глядя на то, с каким спокойствием Мёрфи всё это объясняет, стоявшая поодаль Мэгги тихо пробормотала себе под нос.

Её можно было понять. Вообще-то они пришли сюда договариваться о цене на магвино. А в итоге вдруг оказались посреди поля боя.

Лучшим доказательством были люди семьи Мюра, которые уже успели стянуться вокруг.

В худшем случае здесь можно было лишиться жизни, а даже если до этого не дойдёт, будущим сделкам почти наверняка будет нанесён серьёзный ущерб.

И всё же глава организации не только не остановил виновника этой каши, но ещё и помогал ему надевать латную перчатку и отвечал на вопросы. Реакция Мэгги была более чем понятна.

Оливер извинился:

—...Простите, Мёрфи. Вы меня наняли, а я устроил проблемы.

— Я и правда жалею, что не нанял Решалу Дейва. Но уж как есть. В конце концов, решение нанять именно мистера Зенона принял я сам. Не беспокойтесь.

— Благодарю за добрые слова.

— Но могу я считать, что Вы теперь должны мне одну услугу?

Мёрфи мгновенно сменил тон. Это было впечатляюще. Он не стал зацикливаться на том, что всё пошло наперекосяк, и даже сейчас пытался что-то выгадать.

Оливер ответил с искренним восхищением:

— Разумеется.

— Рад слышать. Тогда позвольте спросить: Вы умеете обращаться с мечом?

Мёрфи посмотрел на меч, который Оливер держал в руке как попало. Уже по хвату было ясно: с клинком он явно не в ладах.

— Когда готовлю еду, иногда пользуюсь.

— А для чего-нибудь ещё?

— Не знаю.

— Здесь нельзя использовать ни магию, ни тёмную магию. Можно лишь усиливать магической силой тело и оружие. Вас это устроит?

— Ну, мне кажется...

— Эй, вы ещё не закончили?

Женщина крикнула Оливеру, пока тот разговаривал с Мёрфи.

Теперь на ней снова был корсетный доспех, на руках — латные перчатки, а в одной руке она держала тяжёлую рапиру.

Судя по тому, как плотно магическая сила струилась по клинку и броне, обращаться с ней она умела мастерски.

«Так это делается?»

Оливер вложил в длинный меч магическую силу, хранившуюся в его теле. Так же, как когда-то вкладывал её в тонфу.

— Будьте осторожны. Если бы Вам было можно использовать тёмную магию, я бы не беспокоился, но... та женщина — Сара. В Мильё она довольно известна. Из-за своей свирепости её зовут Безумной Сарой.

Оливер пристально посмотрел на Сару.

— На безумную она не похожа.

Он высказал своё честное мнение. Вела она себя грубо, но была похожа на Люсьена. Снаружи одно, внутри другое.

— Вот как? В любом случае будьте осторожны. Её внезапные атаки кинжалом довольно опасны.

— Спасибо за предупреждение.

Ответив, Оливер шагнул вперёд и встал на расчищенное от вещей место.

Напротив Сары.

Когда он вышел вперёд, собравшиеся вокруг бойцы семьи Мюра разразились криками и по-галлосски заорали, чтобы этой наглой ландайской сволочи преподали урок.

В зале мгновенно стало шумно.

Посреди этого шума Сара, со свистом рассекая воздух клинком, спросила:

— В чём твоя обычная специализация? Не знаю, откуда у тебя такая наглость, но по тому, как ты тут дерзишь, видно, что ты вроде как не промах.

Оливер посмотрел на длинный меч в своей руке. Всё такой же обычный клинок. Острый стальной меч.

— Немного умею пользоваться тёмной магией. И обычной магией тоже.

— Значит, ни то ни сё, сборная солянка. По хвату не скажешь, что ты вообще когда-либо пользовался мечом... И тебя это, похоже, не смущает?

— Если честно, меня это как раз очень смущает.

— Что?

— Лично я не люблю мечи. Они слишком острые... Ими можно разрубить даже то, что резать не хотел бы, так что мне от них не по себе.

Не успел Оливер договорить, как Сара собрала текущую по телу магическую силу в ногах и, оттолкнувшись от пола, в один миг сократила дистанцию.

Это был приём, который он уже видел раньше. Не совсем такой же, но чем-то похожий пользовались ученики Повара-людоеда.

Это было довольно любопытно. Что Мильё, что ветвь Повара-людоеда — соперники, а приёмы у них похожие... Впрочем, возможно, в этом не было ничего удивительного.

Как бы то ни было, в мгновение ока оказавшись рядом, Сара направила тяжёлую рапиру в плечо Оливера и рванула вперёд —

— Вот так.

Оливер произнёс это, просто стоя на месте и небрежно взмахнув лишь одной рукой, в которой держал меч.

С первого взгляда его стойка вообще не подходила для удара мечом, и всё же почему-то пополам оказалась разрублена только рапира Сары.

Чисто.

Только что шумевший зал мгновенно затих, словно на него плеснули водой. Сара тоже никак не отреагировала — лишь распахнула глаза.

Словно не поняла, что сейчас произошло, и не могла в это поверить.

Пока все вокруг были так поражены, что, казалось, забыли даже дышать, лишь Оливер оставался таким же, как всегда.

Глядя на лезвие, он с неловкостью пробормотал:

— Всё-таки слишком острый.

— Что... ты сейчас сделал?

—...Вы атаковали, и я отбил удар. Если точнее, я собирался его отбить.

Оливер указал на ровно срезанную рапиру. Хорошо ещё, что это был меч. Будь у него в руке что-то другое, он по неосторожности мог натворить куда более серьёзных дел.

—...Ты хочешь, чтобы я в это поверила?

— Я не прошу Вас мне верить. Я просто говорю, как было... Кстати, не могли бы Вы теперь извиниться? Я не очень разбираюсь, но, кажется, победил именно я.

— Да ты...

Едва Сара выхватила кинжал с пояса, как Оливер снова взмахнул длинным мечом и разрубил кинжал пополам.

Как и в прошлый раз, движение было неловким и небрежным — всего один взмах одной руки. И всё же кинжал оказался отсечён начисто. До жути.

Поняв, что дело принимает скверный оборот, люди семьи Мюра уже перестали смеяться. Один за другим они неловко поднялись с мест и потянули из-за пояса мечи, топоры, булавы, а кто-то и переделанные ружья.

Само собой, люди Мёрфи тоже сбились в кучу, стараясь прикрыть друг друга.

Оливер недоумённо спросил:

— Почему вы все так себя ведёте?

— Ты ещё спрашиваешь после того, как сам устроил такое?

Сара задала вопрос, и в ней перемешались упрямство, ярость, страх, тревога и ещё множество чувств. Оливер смог прочесть между ними правду.

— Ясно... А, вот оно что. Вы и не собирались держать слово.

Лишь теперь Оливер это понял.

До этого Сара и мысли не допускала, что проиграет, поэтому этого чувства в ней не было. Но теперь он ясно это увидел. С самого начала она и не собиралась выполнять обещание.

—...Если хоть пальцем меня тронешь, люди здесь этого так не оставят.

Сара указала на окруживших их бойцов семьи Мюра. Все они умели пользоваться магической силой, и притом на весьма высоком уровне.

Выслушав предупреждение, Оливер, немного подумав, спросил:

— Хм, такого я не ожидал... Что будет, если я убью всех присутствующих?

—...Что?

— Похоже, Вы не извиняетесь только потому, что здесь стоят эти люди. Если я убью всех присутствующих, что тогда будет?

Он произнёс это равнодушно, но содержание его слов равнодушным не было нисколько.

Люди семьи Мюра разом пришли в ярость от того, что их настолько ни во что не ставят, и вскинули оружие. Лицо Сары тоже исказилось от гнева. Подобного унижения ей не приходилось испытывать никогда.

— Да как ты смеешь, даже в Мильё...

— Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос. Что будет, если я убью их всех?

Оливер спросил снова. Тем же ровным голосом, с той же интонацией, что и прежде. Изменилось только одно — атмосфера.

И в этой необъяснимой атмосфере было нечто такое, что не смогли проигнорировать даже эти свирепые люди из Мильё.

Под этим давлением все замолчали, и напряжение натянулось до предела.

Решив, что получил ответ в виде этого молчания, Оливер уже собирался шагнуть вперёд, но тут один человек поспешно заговорил:

— Прошу прощения.

Это был не кто иной, как Люсьен Мюра. Один из самых влиятельных людей Мильё и босс семьи Мюра.

Он вежливо извинился перед Оливером и одновременно приказал своим людям:

— Все убрали оружие... Я сказал, убрать.

Он выглядел так серьёзно и собранно, что трудно было поверить, будто это тот же самый человек, который совсем недавно встречал Мёрфи. И вёл себя он очень естественно. Словно именно это и было его настоящим лицом.

—...Как Вас зовут? Я ведь даже не спросил.

— Сейчас меня зовут Зенон.

— Сейчас Вас зовут Зенон... Забавное имя.

— Благодарю за похвалу.

—...Как бы то ни было, прошу прощения. Перед переговорами мы обычно либо подмасливаем собеседника, либо выводим его из себя — такой у нас способ. Похоже, на этот раз мы зашли слишком далеко. Бывают люди, с которыми так поступать нельзя. Ещё раз прошу прощения.

В его словах была искренность. Но Оливера это не устроило.

— По-моему, извиняться следует не передо мной, а перед мисс Джейн.

Люсьен без промедления попытался извиниться перед Джейн, хотя Сара шагнула вперёд, чтобы его остановить.

— Отец.

Люсьен звучно ударил Сару по щеке и сказал:

— Молчи.

От его твёрдого тона Сара закрыла рот, а Люсьен вновь повернулся к Джейн и извинился перед ней — очень, очень почтительно.

— Мисс Джейн, мне искренне жаль. Не могли бы Вы простить грубость мою и моей дочери? Если Вы это сделаете, я никогда не забуду Вашего великодушия.

Постукивая пальцем себе по лбу, Люсьен просил об этом с удивительным смирением.

Для человека с таким весом в Мильё это было почти чрезмерно.

Джейн ответила:

— Благодарю за Ваши слова. Я принимаю извинения.

— Благодарю за Ваше великодушие.

Услышав ответ, Люсьен посмотрел на Оливера. Будто спрашивал, нет ли теперь проблемы.

Оливер ответил:

— Спасибо, что извинились... Вообще-то я пришёл сюда работать телохранителем... А в итоге невольно доставил всем хлопоты.

Оливер огляделся по сторонам. Все вокруг стояли с совершенно ошеломлённым видом.

Они не понимали, что вообще здесь произошло: почему Люсьен, человек, выживший и в суровом Мильё, и в хаотичном Галлосе, так поступился своей гордостью и извинился, и кто такой Оливер, сумевший заставить Люсьена это сделать.

— Хм... Пожалуй, мне лучше удалиться. Что Вы об этом думаете?

Когда Оливер спросил Мёрфи, тот, оставаясь настороже, всё же кивнул — с интересом и даже с лёгким удовольствием от сложившейся ситуации.

Когда Оливер спросил, не пойдёт ли тот с ним, Мёрфи отказался.

— Переговоры ещё нужно закончить.

— Понимаю... А Вы, мисс Джейн?

— Я тоже останусь. Я пришла сюда по делу.

Оливер понимающе кивнул. Как и он сам с Мёрфи, она тоже пришла сюда работать.

Выслушав всех, Оливер попрощался с Люсьеном, Мёрфи и Джейн и удалился.

Так вежливо и осторожно, что трудно было поверить, что это тот самый человек, который совсем недавно так прямо требовал извинений.

Замаскированная Ярели, скрывавшая лицо иллюзией, тоже вышла вслед за Оливером. И как только они ушли, воцарившееся в зале молчание словно развеялось, точно с него сняли заклинание, и со всех сторон поползли шёпот и гул голосов.

Атмосфера была такая, будто все только что побывали под наваждением.

Пока никто не мог понять, что к чему, заговорили глава организации Люсьен и Мёрфи. Только они двое действительно понимали, что сейчас произошло.

— И что Вы хотите взамен?

— Если представите нас друг другу, то в переговорах по магвину я приму любые Ваши условия.