Красная книга (2)

Администрация Магической башни.

Как и следовало из названия, это было место, отвечавшее за управление всей огромной организацией под названием Башня магии.

Это был первый собственный отдел Башни магии, не принадлежавший ни к одной школе, и его задачей было помогать школам сосредоточиться на своей работе.

Администрация ведала расплывчатыми и мелкими делами в разных сферах, в мирное время выражала позицию Башни магии, не давала замкнутым школам окончательно изолироваться и враждовать друг с другом — словом, брала на себя бесчисленное множество обязанностей.

Однако, если отбросить все мелкие пояснения и сказать самую суть, администрация была дворецким Башни магии, а если выражаться грубее — её прислугой.

И сама администрация не могла этого отрицать. Потому что так оно и было. Поэтому маги, которых туда распределяли, были людьми во многом неопределёнными.

Не в том смысле, что они были слабыми. Если вспомнить, какую роль выполняла администрация, туда никак не могли назначать бездарей.

Просто это были люди способные, но не выдающиеся, и при этом не обладавшие каким-то исключительным происхождением.

Семь-восемь баллов из десяти. Люди, которым можно найти замену.

Вот почему, хотя полномочия администрации Башни магии со временем и расширились по сравнению с тем, что было вначале, сама она всё равно оставалась в двусмысленном положении, когда дело доходило до того, чтобы что-то возглавить.

К примеру, у неё было право вызывать руководство каждой школы в чрезвычайной ситуации, однако на деле этим правом пользовались так редко, что случаи можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Но если посмотреть на это с другой стороны, то это означало, что, когда администрация всё же пускала в ход свои полномочия, школы всё равно подчинялись. А значит, речь шла уже явно не об обычной ситуации.

Именно поэтому в столь неопределённое время, как четыре часа дня, влиятельные представители школ Башни магии явились сюда, в административную башню.

Первыми пришли мастера школы стихий. Мастера малых школ Агни, Скади, Гайи, Энлиля и Мьёльнира.

Пусть школа стихий уже и не обладала прежним весом, она всё ещё оставалась крупнейшей и древнейшей школой, а потому её невозможно было не учитывать, когда речь заходила о влиянии внутри Башни магии.

Вторыми прибыли представители школы чистой маны.

По сравнению со школой стихий она, может, и уступала, но школа чистой маны тоже имела долгую историю и весьма внушительное влияние. Прежде всего потому, что её контролировал дом Лоэр, стоявший в основе королевской армии, а значит, обсуждать важные дела Башни магии без неё было нельзя.

Третьей прибыла школа Мойраи.

Специалисты по Мировому Древу были школой небольшой и молодой, однако их невозможно было игнорировать уже потому, что они занимались областью знания, в которой эпоха нуждалась больше всего. Особенно если вспомнить о недавно полученной Ив.

Последней явилась школа пространства.

Она, как и школа Мойраи, стремительно набрала силу, и одного лишь её потенциала было достаточно, чтобы пользоваться внутри Башни магии огромным влиянием.

Вообще-то здесь должна была присутствовать и школа жизни, но после грехов Лейк-Виллиджа она всё ещё не оправилась, поэтому принять участие в собрании не могла.

«Вот почему ключевые маги и убыли».

Так подумал Берк Пост, глава администрации, сидя в зале заседаний административной башни Башни магии.

Он уже перешагнул возраст, когда человеку за сорок, и подбирался к пятидесяти, и потому сейчас особенно ясно ощущал простую истину: никогда не знаешь, как повернётся жизнь.

Прошло уже какое-то время, но в то же время не так уж и много. Казалось, совсем недавно в этой самой комнате обсуждали судьбу Дейва Лайта, нет, Зенона Брайта, а теперь им предстояло говорить совсем о другом.

— Кхм... Похоже, больше никто не придёт. Может, начнём? —

нарушил молчание один из мастеров школ.

Следом другой подхватил:

— Да, Дейв... то есть Зенон. Что именно Вы хотели обсудить по его поводу? —

Те, кто откликнулся на вызов Берка, один за другим выказывали любопытство. О теме созыва — Зеноне Брайте — им намекнули, но подробностей не раскрыли.

Но сделано это было не для того, чтобы помучить их любопытством. А чтобы не допустить неразберихи.

— Он хочет основать школу чёрной магии.

— Что?! —

Вот именно поэтому.

— Вы сейчас серьёзно? —

— Основать школу? —

— Вы вообще понимаете, что это значит? —

— Вы правда собрали нас только из-за этого? —

За исключением считаных людей, все отреагировали примерно одинаково. Как на нечто невозможное — и такое, что должно оставаться невозможным.

Это была вполне понятная реакция. Основать не какую-нибудь уличную псевдошколу, а настоящую, полноценную школу — дело совсем не рядовое.

Это было совсем не то же самое, что какому-нибудь сверхчеловеку создать наёмный отряд, а предпринимателю — открыть фабрику. Скорее это было сродни основанию государства.

Тут одних только денег и силы было недостаточно. Требовалось признание со стороны уже существующих, легитимных сил вокруг — дело куда более тонкое и сложное.

Поэтому за всю долгую историю магического общества новые школы появлялись редко.

И дело было не в людях. Дело было во времени.

Если только речь не шла о древности, когда магия ещё не была чётко оформлена, или о нынешней эпохе стремительного развития, появление новой школы было почти невозможным. Потому и случалось, что веками не возникало ни одной.

Но и это было ещё не всё.

— Я впервые слышу, чтобы школу основывал один-единственный человек.

Даже если эпоха сама к этому располагала, школы не возникали вдруг по чьей-то личной воле.

Обычно всё происходило постепенно: маги, открывшие новую область знания, собирались вместе, наращивали влияние, определяли направление учения, выбирали лидера — шаг за шагом, поступательно.

Примерно так же, как при строительстве здания: сначала укрепляют грунт, потом закладывают фундамент, потом возводят сверху колонны.

Какой бы силой и славой ни обладал один человек, случаев, чтобы он по собственной воле основал школу, почти не было — если не считать редчайших легендарных исключений.

Самый наглядный пример — даже Архив не основывал школ. Максимум, что делал Мерлин, — объединял уже существующие школы или делил их.

И вот теперь какой-то тёмный маг заявляет, что собирается основать школу, а говорит об этом не кто иной, как глава администрации.

Так что реакция собравшихся представителей школ была до крайности здравой — и до крайности предсказуемой.

— Нелепость.

— Это даже обсуждать не стоит.

— Надеюсь, Вы не всерьёз созвали нас именно из-за этого?

Школа стихий, обладавшая самой долгой историей, сразу жёстко отсекла такую возможность. Школа пространства, одна из самых востребованных школ настоящего времени, открыто выразила недовольство. Остальные были не лучше.

Относительно спокойными оставались только мастер школы из дома Лоэр, представлявший школу чистой маны, и Альберт Хант, мастер школы Мойраи.

«Глава дома Лоэр дружен с Зеноном, да и школа Мойраи тоже с ним связана».

Берк мысленно повторил сведения, добытые администрацией. Зенон уже в одиночку успел пустить корни влияния внутри Башни магии.

— Неужели Вы, глава администрации, и правда рассматриваете это всерьёз? —

обратился к молчавшему всё это время Берку один из магов, до того долго изливавший недовольство.

По тону это было уже ближе не к вопросу, а к допросу, и Берку это не понравилось.

— Я тоже считаю, что это нелепо. С точки зрения здравого смысла такое вообще не подлежит обсуждению.

Ха-а...

Раздался вздох облегчения.

— Но если это уже происходит, то и не обсуждать причин нет.

— Что Вы хотите этим сказать? —

Один из магов вытаращил глаза.

— Именно то, что сказал.

В ответ на этот наглый взгляд Берк отбросил вежливый тон.

— Разве не из-за Зенона вы все явились на этот созыв?

— Мы пришли сюда лишь потому, что подчинились полномочиям администрации.

— Но явились без опоздания вы именно из-за Зенона, —

сказал Берк, глянув на часы, и маги не смогли возразить.

Они делали вид, будто это не так, но факт оставался фактом: на созыв администрации, которую считали ступенью ниже себя, они столь добросовестно откликнулись именно из-за Зенона.

За пределами Башни магии он действовал как решала по имени Дейв, а внутри — под именем Зенон, и под обоими именами успел проявить себя в целой череде крупных и мелких событий. Однако главная причина была в другом.

— Он ученик Архива Мерлина.

Кто-то возразил:

— И что с того? Кевин тоже ведь был подопытным. Да и потом, Архив, насколько нам известно, не интересуется делами Башни магии... да что там, мирскими делами вообще. Даже другой его ученик, Кевин, подвергаясь в Башне магии несправедливому обращению, не дождался от него ни слова.

— А вот говорят, что этот самый Кевин в последнее время способен обращаться со всеми атрибутами духов.

Кто-то дёрнулся.

— Возможно, это благодаря особенностям хонъин, которые он увидел. Но, скорее всего, Архив тоже приложил руку. И ты правда думаешь, будто Архив совсем не прикрывал Кевина? Да если бы совсем не прикрывал, Кевин бы даже в Башню магии не вошёл, не то что не удержался бы в ней.

—...Но это же вообще не одно и то же, что основание школы?

— Я тоже согласен. Основать школу — задача не из лёгких даже для Архива. Хотя, если уж честно, не то чтобы это было трудно — скорее он просто не хочет этим заниматься.

— Да, но при чём тут...

— А суть в том, что, если сложатся нужные условия, он, возможно, поможет.

— Что это значит?

— Похоже, вы плохо следите за новостями. Неужели не слышали, что творится в Галлосе?

— Вы о том, что Зенон уничтожает тёмных магов, которые были головной болью Галлоса?

— Точнее, он помогает паладину уничтожать тёмных магов. И ключевое слово здесь не «уничтожать тёмных магов», а «паладин».

— И что?

— Кардинал-священник, командующий тем паладином, внёс в орден одно предложение. Признать часть надёжных тёмных магов именем ордена и поручить им контроль над тёмными магами. Ловить крыс крысами.

— Это правда?

— Неужели я стал бы тут нести чушь? К тому же предложения кардинала-священника обычно по обычаю рассматривают благосклонно. Положение у него достаточно высокое. А это значит, что у Зенона высоки шансы получить признание Церкви Патер. Причину, полагаю, разъяснять не нужно?

В ответ им вернулось молчание — а это и было согласием.

Из-за своей особой гордости маги Башни магии порой казались людьми твердолобыми, но идиотами они всё же не были.

Они тоже умели читать течение времени и держали ухо востро, следя за новостями мира.

Поэтому они знали и о том, что Зенон занимается редевелопментом X-зоны, и о том, что на Новом континенте работает вместе с паладинами, и о том, что недавно отыскал наследие Повар-людоед, и о том, что в Море Забвения помог Архиву уничтожить морское чудовище.

А может, именно поэтому они и стремились сдержать Зенона ещё сильнее. Стоило снять даже кандалы дискриминации с такого человека, полного силы и таланта, — и уже невозможно было представить, что он начнёт творить в Башне магии.

— Если он получит признание Церкви Патер и выдвинет предложение заново основать школу, мы сможем это проигнорировать?

— Разумеется, сможем. Он ведь тёмный маг, не так ли? Вы что же, собираетесь утверждать, что тёмная магия — это тоже магия?

— И это тоже вполне возможно. Да, и мы можем попытаться это проигнорировать. Но что, если вмешается Мерлин? Думаете, если вмешается Мерлин, мы и тогда сможем просто сделать вид, будто ничего не происходит? Вы же все слышали, что он за человек.

И снова вернулось молчание.

Нынешний Мерлин выглядел обычным стариком, каких можно встретить где угодно. Но те маги, что были хотя бы немного постарше, знали: это вовсе не его подлинный облик.

В молодости Мерлин был евгенистом похлеще Теодора, а о его воинственности и говорить не приходилось.

Когда ему показалось, что школа стихий может прийти в упадок, он созвал Гранд-Мастеров тогдашних школ и предложил им поединок. А затем силой вдавил их в землю и объединил в нынешнюю школу стихий. Безумный завоеватель — вот кем он был.

Естественно, маги, чей ранг после этого опустился на ступень, затаили недовольство, но никто не посмел показать его открыто.

Таков был Мерлин. И именно поэтому все его остерегались.

Они боялись не только Архива, но и самого человека по имени Мерлин. Потому что никогда не знаешь, когда этот сумасшедший снова станет сумасшедшим.

Когда им напомнили эту жестокую реальность, представители школ тяжело вздохнули.

— Ха-а... Так в чём суть?

По залу прокатилось глухое мычание.

— Можно один вопрос? На чьей Вы стороне, господин глава администрации? Судя по всему, Вы знали об этом заранее.

— На второй вопрос отвечу сперва: да, знал. Но счёл это пустой болтовнёй и на время выбросил из головы. А когда дело зашло так далеко, я уже сам поднял этот вопрос.

— Вот как. Тогда что насчёт первого вопроса?

— Я на той же стороне, что и вы.

—...

— Я считаю правильным то, что выгодно Башне магии. Особенно как её глава администрации. Именно поэтому я и собрал вас здесь.

Берк говорил искренне.

Доходя уже до возраста, когда за сорок осталось далеко позади, а до пятидесяти рукой подать, Берк всю жизнь проработал в администрации и хотел быть честным перед делом всей своей жизни — думать о пользе Башни магии. И потому он созвал магов, стоявших сейчас перед ним.

Чтобы, как и просил Зенон Брайт, заложить основу для создания школы. Стоило лишь сообщить об этом — и по Башне магии неизбежно поползут слухи. Станет ясно, кто за, кто против и по каким причинам выступает против.

И если Зенон и правда тот человек, который способен основать школу, тогда и ответить ему можно будет соответственно.

Тук. Тук. Тук.

Глядя на растерянных мастеров школ, Берк чувствовал, как колотится сердце.

Он не мог даже представить, какие перемены принесёт Башне магии появление столь выдающегося человека, как Зенон, тёмного мага, сумевшего заключить сделку с Церковью Патер.

Не мог представить и того, как в этих переменах изменится сама администрация — прислуга Башни магии.

Одно он знал наверняка: последствия будут даже сильнее, чем после основания школы Мойраи.

Берк был уже в том возрасте, когда люди мечтают о мирной отставке, но вдруг поймал себя на мысли, что пережить нечто подобное в последние годы жизни — не так уж и плохо.

Поразительно. Неужели в одном молодом человеке может быть сосредоточено столько силы? И вдруг ему стало интересно, чем этот молодой человек занимается прямо сейчас.

— Революция! Революция!!

— Пусть правящие классы дрожат перед революцией!

— Сплотитесь! Потеряете лишь цепи, а обретёте — весь мир!!

— Труд! Отчуждение! Эксплуатация!

— Курурурук!!

Зал заседаний Коалиции редевелопмента X-зоны. Кричали Чайлды и Бигмаус.

Зал накрыла тяжёлая тишина, и Джо, одетый в костюм, почтительно протянул Оливеру дубинку FRP-105 для разгона рабочих.

Оливер сам не заметил, как принял дубинку FRP-105 для разгона рабочих, и спросил:

— И что это должно значить, Чайлд, Бигмаус?