Просить о помощи (4)

Закончив разговор с Мари, Оливер вышел из леса и сразу вернулся в мастерскую.

В целом разговор вышел вполне удовлетворительным. Хотя согласится ли Мари — это ещё был вопрос.

Как бы то ни было, к временной мастерской, устроенной в X-зоне, Оливер подошёл в куда более лёгком настроении, чем когда отправлялся в лес дровосека.

— Та-ра-ра-рам!!

Когда он почти дошёл до мастерской, до него донёсся шумный, но знакомый звук. К счастью, похоже, он прибыл вовремя.

— Ну и вырос же ты, я погляжу... Уже указываешь мне, когда приходить и куда.

Голос был наглый, до самоуверенности, и грубый. Это был Эдис.

— Господин Эдис, спасибо, что приехали.

Поздоровавшись, Оливер посмотрел на старика, сидевшего на огромном складном кресле возле автомобиля. Нос у того, кажется, был немного свёрнут набок.

— Впрочем, чего ещё ждать от новой иконы self-made, которая прибрала к рукам не одну улицу, а целый район и сделала его своими владениями?

— Я всего лишь одолжил своё имя.

— В этом-то и суть. Неважно, кто всё строил и кто там рвал задницу. Важно имя. У кого имя — тот и хозяин.

Эдис сказал это, ткнув в Оливера толстым, похожим на сосиску пальцем.

На первый взгляд могло показаться, будто он просто мелет языком что попало, но Оливер чувствовал в этих словах острую проницательность человека, который поднялся с самого дна.

— Стыдоба. Я-то думал, что провернул главную сделку в жизни, когда сбагрил акции компании «Прометей», превратившиеся в мусор, по цене в три раза выше пика. А тут, оказывается, нашёлся кто-то похлеще меня... Так изменить эту помойку под названием X-зона. Впечатляет.

Своей грубой манерой Эдис признавал Оливера. И при этом не забывал язвить.

— Вы меня позвали, чтобы этим похвастаться?

— Нет, Вы меня неправильно поняли. Зачем мне это?

— Кто знает? До сих пор ты так не делал, а тут вдруг в одностороннем порядке сообщил мне время и место. Я уж подумал, не смотришь ли ты на меня свысока — мол, старик, сил нет... Впрочем, что уж тут поделаешь? Моя жизнь у тебя в руках.

Эдис завуалированно напомнил о кровавом эликсире.

О чудодейственном снадобье клана Батори, которое мужчинам возвращало мужскую силу, а женщинам — молодость.

— А, кстати, и правда, уже пора.

Быстро прикинув даты, Оливер тут же протянул Эдису флакон с кровавым эликсиром.

Эдис взял его, но всё равно нахмурился, будто что-то было не так.

— Чтоб тебя... Что за чёрт? Вроде всё как обычно, а всё равно что-то не то. Что случилось?

— Джейн похитили.

Эдис застыл.

Это было всего лишь образное выражение, но Эдис и впрямь будто окаменел под действием ледяной магии.

Румянец, вернувшийся благодаря кровавому эликсиру, в одно мгновение ушёл с его лица, оставив мертвенную синеву, а чувства, обычно бушевавшие в нём как пламя, вдруг холодно осели, будто их окатили водой.

И прежде всего — он не выругался.

Оливер был уверен, что Эдис первым делом разразится бранью, но тот лишь смотрел на него дрожащими глазами.

Словно не знал, что делать.

Реакция оказалась даже сильнее, чем ожидал Оливер.

Смущение, тревога, едва уловимая привязанность, жгучая ненависть, ярость, обида — чувства, которые в принципе не должны были уживаться вместе, переплелись и вспыхнули одновременно.

Он уже читал об этом в книгах по тёмной магии, но сейчас, казалось, понял это не головой, а сердцем.

Щадя Эдиса, Оливер подождал, пока тот заговорит первым, но Эдис так и не открыл рта. В итоге первым заговорил сам Оливер.

Хотя в таких вещах он объясняться совершенно не умел.

— Джейн похитил один из Пальцев Чёрной Руки — Фан, Вечный ребёнок. Она была на одном приёме в Галосе, и там на неё напал Фан, после чего её похитили.

—...

Эдис молчал. Было видно, что сказать ему хочется многое, но гордость — и чувства, которые он не желал признавать, — насильно сдерживали его.

Это выглядело иронично. Он так переживал за Джейн, и всё равно именно гордость мешала ему заговорить...

Оливер продолжил:

— Я тоже был там. Но мне не хватило сил, и я упустил Джейн прямо у себя на глазах... Мне правда очень жаль.

—...

— Но с этого момента я сделаю всё, что в моих силах, чтобы её спасти. Буду благодарен, если Вы подождёте.

Оливер произнёс это сухим, почти канцелярским тоном.

Когда он уже собирался пройти мимо Эдиса, тот вдруг заговорил:

—...Ты ведь близок с Джейн, да?

Оливер остановился и обернулся.

—...Я считаю, что да. Мы друзья.

— Ха... И правда талантливая дрянь. Вся в мать — мужиков крутить у неё в крови.

Пробормотал Эдис, и в его лице одновременно мелькнули ненависть и привязанность. Оливер промолчал.

—...Значит, вы и говорили много?

— Да, конечно.

— Тогда... Джейн. Ты знаешь, кто за ней стоит?

К этому слову Оливер сперва отнёсся с недоумением, но почти сразу понял, о ком речь.

— Разве не госпожа Миранда?

— А, это да, но я не о том. Я о том, кто действительно может за неё постоять... Чёрт, похоже, ты не понимаешь.

— Простите, но я не совсем понимаю, о чём Вы.

— Миранда. Да, эта женщина прикрывает Джейн в делах. Но, если сказать иначе, между ними чистый бизнес. А бизнес существует только пока это выгодно обеим сторонам... Или, если точнее, до тех пор, пока не появится выгода побольше.

— То есть есть кто-то, кому это будет выгоднее?

— Возможно. Если с Джейн что-то случится, её дело просто приберут к рукам. А иначе с чего бы этой сумасшедшей возиться с бабами из Систерхуда?.. Чёрт его знает, но, если не будет законного опекуна, у неё отнимут всё.

—...Это серьёзно.

Оливер ответил совершенно искренне.

Да, сейчас ситуация была куда более неотложной: он даже не знал, останется ли Джейн в живых. Но это не значило, что её дело можно было считать чем-то второстепенным.

Для Джейн это дело значило куда больше, чем просто способ зарабатывать деньги.

Это было доказательство её собственной ценности.

И если такое дело без её согласия перейдёт к кому-то другому, Оливер даже представить не смел, что она почувствует.

Он уже собирался задать вопрос на эту тему, но Эдис поднялся с кресла.

Когда его тяжёлое тело оторвалось от сиденья, складное кресло жалобно заскрипело.

— Господин Эдис. Куда Вы?

— В Дом ангела. Может, Элизабет или Коко что-нибудь знают. Надо проверить. Джейн-то всё равно спасать будешь ты, так?

За тот короткий разговор с Оливером Эдис уже успел немного взять себя в руки. С этими словами он сел в машину.

Оливер спросил через окно автомобиля:

— Вы хотите защитить дело Джейн?

—...Не могу смотреть, как трофей моей мести так по-идиотски унижают. Тогда выходит, и моё достижение — такое же убогое, верно?

Эдис оскалился хищной улыбкой и уехал.

Оливер посмотрел ему вслед и невольно проговорил:

— И всё-таки он впечатляет.

***

Тук. Тук.

В одном кабинете, не слишком роскошном, но и не слишком скромном, кто-то постучал в дверь.

Спустя мгновение охранявший вход секретарь слегка приоткрыл дверь и вошёл.

— Ваше Высочество. Прибыл паладин Галахаут.

— Пусть войдёт.

Арман, который как раз разбирал бумаги — их сегодня было больше обычного из-за недавней суматохи, — отложил работу, потянулся и ответил.

То ли от возраста, то ли просто от усталости — в теле у него приятно захрустело.

— Благодарю, что уделили мне время, Ваше Высочество.

Когда секретарь открыл дверь, внутрь вошёл и поклонился мужчина средних лет.

Аккуратная, как у Армана, причёска, элегантные усы и безупречно подтянутая фигура — настоящий джентльмен.

— Я знаю, кто Вас послал. Садитесь.

Арман не выказал ни радушия, ни холодности — лишь пригласил его сесть.

Галахаут, похоже, и ожидал такой реакции, так что ничем не выразил недовольства.

— Итак, по какому делу Вас прислал Родерик?

Несмотря на то что Арман был кардиналом-священником, одет он был нарочито неофициально. Он сам налил кофе из магического чайника и подал его Галахауту.

Это лишний раз показывало, какой у него необычный нрав: слугами он не пользовался, предпочитая магические приборы.

— Вы уже догадались, Ваше Высочество?

— Если прислали такого человека, как Вы, то это может быть только Родерик. И он послал Вас, прекрасно это понимая.

Арман с таким видом, будто это было сущей мелочью, по одному лишь виду гостя догадался, кто и зачем его прислал.

И всё же он принял его и стал говорить с ним — из элементарного уважения к собеседнику.

Галахаут, желая ответить на это уважение тем же, сразу перешёл к сути.

К делу Родерика — кардинала-священника Святого престола, казначея и бывшего паладина.

— Родерик велел передать, что это выдающийся ход.

— Хм... Я уж столько раз всё вычищал, а крысы, похоже, всё ещё остались... Что именно, по его мнению, выдающееся? Впрочем, я и так примерно догадываюсь. Но спрошу из вежливости.

— Он сказал, что Ваше предложение, сделанное Дейву, решале Ланды, поистине впечатляет.

Так и оказалось.

Арман отпил кофе и тихо усмехнулся.

Легализация чёрных магов.

Он ещё никому не объявлял об этом открыто, но Родерик не только уже всё разнюхал, но ещё и нагло решил поздравить.

Впрочем, нельзя сказать, что Арман был этим по-настоящему поражён.

Чего-то подобного он и ожидал.

— Передайте ему, что поздравлять рано. Дейв ещё не дал окончательного согласия.

— Родерик это понимает, Ваше Высочество. И всё же он полагает, что тот предложение примет.

— Он любит предположения. Точнее, любит, когда всё идёт именно по его предположениям... А Вы что думаете?

Арман спросил мнения паладина, сидевшего перед ним.

Вопрос был внезапным, и Галахаут на миг замялся, но всё же ответил:

— Думаю, примет.

— Почему? Только не потому, что так сказал Родерик.

—...Потому что он человек хитрый.

— Хитрый?

Арман слегка нахмурился, словно услышал нелепость.

— Да. С виду это не так заметно, но если посмотреть на поступки Дейва, всё становится очевидно.

С твёрдой уверенностью в голосе Галахаут начал перечислять деяния решалы Дейва.

Как тот однажды внезапно появился в Ланде, поразил всех своим мастерством и умением вести дела, снискал славу, убил друида-решалу, которого называли живой легендой среди решал Ланды, привлёк всеобщее внимание — и на этой волне основал собственное предприятие.

— Всего за несколько лет он выстроил в этом городе алчности собственную силу.

— Это я и без Вас знаю. Разве не так обычно и поднимаются в Ланде одарённые силой и хваткой сверхлюди?

— Верно. Но Дейв отличается. Те, кто идёт подобным путём, обычно проявляют властную, захватническую натуру, и рано или поздно у них появляются сдерживающие их враги. Но Дейв другой. Обычно он не показывает ни честолюбия, ни жадности, а потом вдруг оказывается, что нужное место уже занято им. Это опасный человек.

Арман промолчал, но этим молчанием отчасти выразил согласие.

В конце концов, для решалы у Дейва и впрямь был необычный путь. Да и в каждый решающий момент он шаг за шагом наращивал свой вес.

Главное же было в другом: силу он накапливал там, где этого никто не ждал.

Файтер Крю, «Выбирающие», переговоры с Комитетом против застройки...

Он усиливался ненормальным способом, и именно поэтому даже этот коварный городской совет Ланды не мог толком его сдержать.

Он всё время рос там, где этого никто не ожидал, и потому реагировать на него удавалось лишь с опозданием на шаг.

Если всё это он делал сознательно, то слова «хитрый» было бы даже недостаточно.

«Хотя если он сделал это не намеренно, то это по-своему ещё страшнее. Тогда выходит, будто такова была сама судьба».

— Поэтому и мы тоже не можем его тронуть. Его прикрывают городской совет Ланды, Башня магии и прочие... Но благодаря Вашей мудрости у нас наконец появился способ его сдержать.

—...И почему же Вы так думаете? Я ведь сделал ему выгодное предложение.

— Легализация чёрных магов. На первый взгляд Вы будто бы открываете перед ним колоссальную возможность, но возможность — это одновременно и риск. Если дать ему власть, наружу выйдет его истинная натура. И тогда будет легче ухватиться за его слабые места, пока он засел в Ланде.

Он попал в точку.

Чтобы понять человека, порой достаточно дать ему власть. И от этого действительно становилось проще взяться за Дейва.

Чем больше человек говорит, тем больше у него оговорок.

Точно так же, чем активнее он действует, тем больше поводов придраться к нему.

Арман и правда учитывал это, когда делал Дейву своё предложение.

Однако...

— Родерик понял это сразу. Он велел передать, что, если дело сдвинется, он окажет Вам поддержку, так что волноваться совершенно не о чем...

— Какой всё-таки выдающийся человек этот Родерик.

— Простите?

Галахаут удивлённо переспросил. В отличие от Родерика, Арман славился крайней скупостью на похвалу.

— Представитель жёсткой линии так любезен со мной, умеренным. Это и вправду впечатляет.

—...Родерик считает, что, когда речь идёт о правильном деле, такие различия не должны иметь значения. И это естественно.

— Да не это я имел в виду. Я говорю о том, как поразительно он умеет делать вид, будто мы с ним заодно. Такая наглость — притворяться близким, заранее зная, что это не сработает, — даётся не каждому.

Арман язвительно отпил кофе. Галахаут тут же вступился за Родерика:

— Это недоразумение, Ваше Высочество. Родерик действует ради безопасности людей. Так же, как и Вы, Ваше Высочество.

— Дейв. Вы и вправду считаете, что он опасен для людей?

— Да, Ваше Высочество.

Ответ Галахаута прозвучал уверенно.

— Он чёрный маг. И теперь за ним ещё и титул Пальца.

— Пальцем его называть нельзя. Он ведь не состоит в Чёрной Руке, разве не так?

— Это ещё не установлено, но...

— Забавно. Презумпция виновности. Впрочем, когда-то это и правда было любимым приёмом нашей Церкви Патера.

Галахаут запнулся.

—...Ваше Высочество. Он убил Бонипу.

— Я слышал только, что он избил его до полусмерти. Но не убил. Потому что не убил. Разве Бонипа не принёс себя в жертву, чтобы вернуть силу ангела? Разве не так?

—...

— Хотя, пожалуй, слово «принесли в жертву» тут тоже не будет ошибкой. В конце концов, ему же круглые сутки читали молитвы, в которых жертву всячески превозносили.

Галахаут едва сдержал желание с размаху ударить по столу.

Ведь перед ним стоял не кто иной, как один из высших санов Церкви Патера, политик с колоссальным влиянием в мирской сфере и представитель умеренного крыла.

Но даже это не могло полностью погасить клокотавший в нём гнев.

Вероятно, потому что с тем, что Бонипу «принесли в жертву», Галахаут и сам в какой-то степени был согласен.

Арман поднялся, подошёл к окну, посмотрел наружу и проговорил:

—...Я сказал лишнее. Вам и без того тяжело после той истории. Но у любого выбора есть цена, так что не стоит слишком уж негодовать. В конце концов, именно Вы решили идти за Родериком.

—...Он по-своему тоже хочет защитить человечество.

— Если Вы так считаете, значит, для Вас это так.

— Тогда выходит, что, предлагая Дейву сделку, Вы имели в виду нечто другое?

Теперь в голосе Галахаута звучал уже не столько вопрос, сколько требование ответа.

И неудивительно. Для него сама мысль о том, что кардинал-священник Церкви Патера собирается заключать сделку с чёрным магом, была абсолютно недопустимой.

—...Мой замысел ровно тот, который вы и пытаетесь выяснить. Через него я хочу успокоить нынешнюю смутную обстановку, в которой распоясались не только чёрные маги, но и всевозможные лжекульты. Если он оправдает ожидания — я с ним буду сотрудничать. Если же, как говорите вы, окажется хитрой тварью — его просто уничтожат. Так что передайте Родерику прямо: пусть не пытается проворачивать свои фокусы через меня.

Выслушав Армана, Галахаут поднялся со своего места.

— Понял, Ваше Высочество. Я передам всё в точности.

Когда Галахаут уже собирался уйти, Арман добавил ещё одно предупреждение:

— И передайте, чтобы мои слова не пропустили мимо ушей. Я уважаю вас — так пусть и вы уважаете меня. Если начнёте мутить что-то лишнее, прежде чем вмешаюсь я, вмешается Архив... Впрочем, вероятно, именно из-за этого вы и не можете сейчас ничего предпринять.

Не сумев ни возразить, ни согласиться, Галахаут поклонился Арману и вышел.

Проводив его взглядом, Арман вернулся за стол и снова взялся за работу.

— Пора бы им уже прибыть.

***

— Это и есть Бин-Сити?

Выйдя вместе с Юэном из расколотого разлома в воздухе, Оливер осмотрелся по сторонам.

Красная земля, холмы, ясное небо.

То тут, то там виднелись пучки ярко-зелёной травы и кусты, будто их мазнули краской.

Не так зелено, как в лесах Галоса, но в этом месте тоже была своя красота.

Юэн, меняя человеческую голову, насаженную на наконечник Дробилки Черепов, ответил:

— Не-е-ет? Похоже, где-то рядом. Но не совсем рядом.

— Не совсем рядом?

— А что, есть претензии?

— Нет... Просто мне показалось странным, что мы оказались не прямо перед Бин-Сити.

— Почему? Ты что, подумал, будто это такси, которое подвозит ровно к нужному месту?

— А разве нет? Вы же говорили, что, если представить нужное место, разлом откроется именно туда.

— Я говорил, что если представить в голове нужные условия, то разлом откроется в месте, которое примерно им соответствует! Эх... Если бы штука работала настолько удобно, я бы уже вывел нас прямо к воротам, которые спрятал Повар-человекоед.

— А...

Оливер невольно выдохнул.

— Ну да, «а»... Почему бы тебе тогда сразу не попросить доставить нас туда, где сидит Фан?

—...А это возможно?

— С чего бы? Если использовать это на остров посреди моря, можно и в воду свалиться. А место, где находится Фан, уж точно не простое. И к чему это приведёт, заранее не угадаешь.

Юэн любезно объяснил и осмотрелся по сторонам.

— Хм... К счастью, здесь всё примерно так же, как я помню. Всё такая же жопа мира.

Оливер не мог с ним не согласиться.

Ланда — это само собой, но даже крупные города Галоса уже всем видом напоминали о том, что настала эпоха магии и индустрии. По сравнению с ними здешние места выглядели до крайности пасторально.

Оливер достал уменьшенный с помощью магии автомобиль и спросил:

— Вы знаете, в какую сторону нам ехать?

— К счастью, знаю. Примерно туда...

— А-а-а-а-а!

В тот самый миг, когда Юэн собирался договорить, далеко за горизонтом послышался крик, и в той стороне мелькнула крошечная человеческая фигурка.

Расстояние было огромным, но вокруг стояла тишина, а крик был таким громким, что его всё равно было слышно — слабо, но отчётливо.

Невооружённым глазом было не разобрать, кто это.

Оливер открыл глаза чёрного мага, а Юэн достал подзорную трубу, к которой были приделаны человеческие глазные яблоки и веки, и посмотрел.

Это был мужчина с котомкой за спиной.

— Вы его знаете?

Спросил Оливер, уловив чувства Юэна. Тот явно отреагировал так, будто узнал человека сразу.

— Ага. Сопляк-контрабандист, работает на Бин-Сити.

— Тогда я схожу и помогу ему.

— Не надо.

— Что?

Оливер переспросил.

Раз уж это знакомый человек, да ещё и связанный с Бин-Сити, причин помочь ему было более чем достаточно.

Но причину отказа Оливер почти сразу понял.

— Только не говорите... Вы и перед ним в долгу?

Юэн промолчал.

Оливер тихо пробормотал:

— Боже мой.