Побег (3)

Над виллой, где собрались дворяне, начали сгущаться огромные чёрные тучи.

Их размер и скорость. С первого взгляда было ясно, что это не природное явление, а порождение чьей-то силы. А вскоре между тучами заметались синие молнии, похожие на змей.

Грохот. Грохот. Грохот…!!

Содрогались и небо, и земля, и всякий раз Фан чувствовал, как дрожат от страха кричеры, которых он спрятал вокруг виллы.

И это было вполне естественно.

Кричеры были искусственной жизнью, созданной тёмной магией, но всё же жизнью.

А всякое живое существо, столкнувшись с бедствием, инстинктивно испытывает страх.

«Но это ещё не значит, что я позволю вам сбежать. Ни за что».

Фан пробормотал это про себя, будто одержимый. И тут—

— Ух ты… Вот это да.

Один из Близнецов, стоявших рядом с Фаном, глядя в небо, ошеломлённо пробормотал это.

Ничего странного в этом не было. Величественные чёрные тучи и молнии, раскинувшиеся над головой, и правда завораживали. Сама по себе великая сила излучает огромную притягательность.

Но всему есть время и место.

Стоило Фану резко обернуться на слова Близнеца, как Слайтли в лисьей накидке поспешно зажал ему рот.

А Кёрби в медвежьей накидке с размаху врезал Близнецу кулаком по голове и яростно рявкнул:

— Совсем дурак, что ли?! Чего тут такого великого?! Главарь в сто, в тысячу раз круче этог—

— КВАРАРАРАРАРАРАРАРАРАРА-А-А-АНГ!!!!!

Чёрная вспышка молнии рухнула на землю и проглотила его голос на полуслове.

Десятки чёрных разрядов безжалостно посыпались вокруг виллы.

Каждый удар вызывал чудовищный взрыв и пламя, а вместе с ними — такой удар и жар, что сам воздух перекашивало.

Это было больше похоже не на обычную молнию, а на исполненную злобы бомбардировку. И это было не просто ощущение.

Доказательством служили сотни кричеров, только что сметённых и уничтоженных этими ударами.

Все невольно сглотнули.

От этого зрелища молча сглотнули не только Близнецы, не к месту раскрывшие рот, но и Кёрби со Слайтли, которые только что восхваляли Фана. После этого они молча уставились на него.

— Г-главарь?..

— Впечатляет, да?

— А?

— Впечатляет? Ну вот это вот… только что.

От внезапного вопроса Фана мальчишки лишь захлопали глазами и не смогли ответить.

Они просто не понимали, какой ответ будет правильным.

Скажи что-нибудь не то — и кто знает, что может сделать Фан, ставший ещё более капризным.

Некоторые мальчишки уже поплатились за это жизнью.

И тут Фан снова заговорил:

— Я же спросил… впечатляет или нет?!

Фан нахмурился, и мальчишки вздрогнули, поспешно замотав головами.

От тонкой морщины, внезапно проступившей на лице Фана, он стал казаться ещё страшнее, чем обычно.

— Н-нет! Главарь! Совсем не впечатляет!! Потому что главарь ещё круче!!

— Да! Да!

— Правда?

— Да!

— Точно?

— Да!!

— Странно. А по-моему, впечатляет.

Фан, который почти никогда никого не признавал, высоко оценил ту недавнюю молнию.

Зрелище редкое. Мальчишки осторожно раскрыли рты.

— П-правда?..

— Ага! Мало кто вообще способен творить магию такого масштаба. Но знаете, почему тот ублюдок может использовать такую магию?

— Нет…

— Потому что он фальшивка, пусть и принц. Фальшивка, настолько искусная, что способна обмануть даже демона.

— Фальшивка?

— Ну да, фальшивка. Потому что настоящий принц — это я. А раз так, значит, он фальшивка. Разве не так?!

От Фана хлынула чисто детская, но от этого не менее жестокая свирепость, и мальчишки закивали так быстро, словно их ударило током.

— Д-да! Главарь и есть принц! Хозяин Неверленда и принц ада!

— Вот именно! Принц — это я! Но из-за этой фальшивки меня стали отрицать.

— ……

— Поэтому сегодня я заполучу Венди и заодно врежу как следует этой фальшивке. Пусть пожалеет, что посмел смотреть на меня свысока! Так что вы уж постарайтесь.

— А мы справимся?

— Ещё как справитесь. У этого ублюдка есть одна странная слабость.

Фан улыбнулся. Из-за проступивших морщин эта улыбка выглядела до крайности жутко.

***

— Ха-ха-ха-ха-а…

Десятки чёрных молний обрушились на землю, в буквальном смысле превращая всё вокруг виллы в руины.

Земля ходила ходуном, а чудовищный удар и жар крошили и сжигали бесчисленных кричеров, спрятавшихся в лесу и среди деревьев.

От них не осталось ничего, кроме пепла и обугленной земли.

Даже дворяне, телохранители и паладины были потрясены этим зрелищем.

— Прошу.

Пока все вокруг не могли прийти в себя, Оливер, будто это вовсе его не касалось, обратился с просьбой к волкам-кричерам.

И те, едва услышав её, огромные, больше автомобиля, рванули вперёд, рассекая ветер, и в мгновение ока проскочили участок, куда падали молнии.

Они неслись так быстро, что гигантская вилла уже стала размером со спичечный коробок. И это было хорошо.

Чем быстрее они двигались, тем скорее могли добраться до края пространства, созданного Фаном, и тем выше был шанс выбраться живыми.

Конечно, одной только скорости было недостаточно.

— Прошу, направление на четыре часа.

Оливер окликнул вспомогательные трупные куклы на четырёх часах.

Из-за свиста ветра они могли бы и не расслышать его, но трупные куклы немедленно отреагировали и начали готовить магию.

Одна из них подняла ураганный порыв воздушной магией школы Энлиля, другая добавила к нему пламя — и в одно мгновение родился гигантский огненный вихрь.

С рёвом вспыхнул столб пламени.

Огромная огненная колонна, где смешались оранжевый и багряный, рванулась вперёд и перехватила стаю кричеров, подбиравшихся к ним.

Доказательством были гигантский огненный взрыв и вопли кричеров.

Началось нападение.

— У-у…

— Господи…

При виде кричеров некоторые дворяне застонали, а некоторые взмолились богу.

— Прошу, направление на девять часов.

Оливер же, не обращая на них внимания, просто делал своё дело, осматривая окрестности на несколько сотен метров своим зрением тёмного мага.

С девяти часов приближались кричеры-хонъины — словно сошедшие с карикатуры мужчины с неестественно красной кожей и огромными носами.

Они мчались на лошадях, уже беря их на прицел из луков.

Трррррррррк!

В тот самый миг, когда хонъины-кричеры собирались выпустить стрелы, трупные куклы на девяти часах совместно применили ледяную магию школы Скади и заморозили хонъинов вместе с землёй под ними.

Разумеется, хонъины-кричеры в одно мгновение заледенели.

Но, к изумлению, их тела вспыхнули, и лёд начал таять.

Это выглядело точь-в-точь как расистская шутка о том, что хонъины легко загораются из-за своей красной кожи.

Прежде чем хонъины успели окончательно растопить лёд, Оливер применил тёмную магию.

[Ледяной некроз]

Ледяной некроз. Тёмная магия ветви болезней, разрушающая клеточные ткани цели, подвергшейся воздействию холода.

Когда Оливер наложил её поверх льда, созданного трупными куклами, пламя на телах хонъинов-кричеров ослабло, и те один за другим начали валиться на землю.

Но стоило только подумать, что вторая атака отбита, как сверху раздался пронзительный визг.

— А-а-а-а-а-а!!

— А-а! А-а-а!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!

Это были чудовищные птицы с женскими лицами, птичьими телами и крыльями насекомых.

И на этот раз трупные куклы, не дожидаясь команды Оливера, сами ударили в небо электрической магией и сбили этих тварей.

— О-о-о-о-о-о!!

От непрерывных громовых раскатов, пламени, льда и каменных столбов несколько телохранителей и дворян даже разразились ликующими криками.

Это было не так уж плохо. Возбуждение приглушало людской страх.

И именно поэтому, хотя кричеры нападали как безумные, Оливеру удавалось отражать их без особого труда.

Потому что в этой операции самыми опасными были перепуганные союзники и всё, что могло из этого последовать.

— Прошу, направление на восемь часов.

Оливер мог сосредоточиться только на своём деле.

Он осматривал окрестности зрением тёмного мага и всякий раз просил трупных кукол, а те выполняли его просьбы.

С помощью режущего ветра они вместе с деревьями рассекали бугименов, спрятавшихся в кустах.

Цыплячьих солдатиков в военной форме и куриного генерала они поражали электричеством, превращая в жаркое.

А в орехокола, нёсшегося прямо на них, выпускали гигантский снаряд из земли и огня, превращая его в дрова.

Как Оливер и предполагал, магия высокой огневой мощи отлично действовала против кричеров Фана.

В каком-то смысле им ещё и везло.

Будь это обычные трупные куклы, не получившие пересадку клеток Теодора, у них просто не хватило бы мощи, чтобы сдерживать такие атаки как следует.

«Хотя и сейчас мы не перекрываем всё полностью».

— Двое прорвались, Ваше Высочество.

То ли они уже раскусили схему атак, то ли просто повезло, но два единорога-кричера резко рванули в стороны, уклонились от удара и проскочили между трупными куклами.

Их целью были дворяне.

— Знаю.

Отозвался Арман и отдал приказ одним движением руки.

В тот же миг телохранители обстреляли единорогов-кричеров из тяжёлого вооружения, сбили им темп, а паладин мечом срубил их толстые шеи.

У паладинов тоже было огнестрельное оружие, но боеприпасы были ограничены, и они берегли их.

— Хм?

Не успело это маленькое происшествие закончиться, как Оливер, глядя далеко вперёд, тихо издал звук удивления.

На первый взгляд впереди ничего не было.

Но Оливер разглядел скрытое за этой видимостью, извлёк немалое количество эмоций, сжал их в форму метательного копья и метнул.

Тунг!

С ударной волной разнёсся звук, будто выстрелила баллиста, и копьё из эмоций устремилось вперёд.

А прямо перед тем как достичь цели, с хлопком взрыва оно распалось на десятки частей.

Пабабабабат!

Множество чёрных копий вонзилось в землю, накрыв её сплошной сетью.

И вскоре наружу показались клоуны-кричеры, скрывавшиеся под землёй.

Они устроили засаду, пользуясь тем, что могли проходить сквозь стены и грунт.

Большинство так и рухнуло, будучи насквозь пробитыми Блэк Джавелином.

И всё же часть из них, по-видимому, избежала удара.

Размахивая гигантскими косами, они поплыли под землёй прямо к ним.

Огромные косы надвигались угрожающе, как акульи плавники.

Оливер уже собирался ударить снова, когда Арман, направив волка-кричера, как коня, промчался мимо него.

— Следи за окружением.

Сказав это, Арман, с длинным мечом в одной руке и дробовиком в другой, встретил рвущихся вперёд клоунов-кричеров выстрелом из дробовика, наполненного святым искусством, нанеся им широкий урон.

А затем, когда клоуны, не выдержав боли, выскочили наружу, он с невидимой глазу скоростью чисто и безупречно разрубил их.

Плавно, естественно, будто так и должно было быть.

После чего вернулся на своё место так, словно ничего не произошло.

— Благодарю.

— Я лишь сделал то, что должен был. Лучше скажи, долго нам ещё идти?

— Ещё немного осталось, но мы уже довольно близко. К счастью, похоже, он не может растягивать само пространство, как в Спящем лесу.

— Это уже хорошо.

Сказал Арман, окидывая взглядом окрестности.

Оливер и сам это понимал.

На первый взгляд вокруг почти ничего не изменилось, но чем дальше они удалялись от виллы, тем чаще замечали странные вещи.

Гигантские цветы в форме человеческого рта.

Деревья, на которых росли леденцы.

Клетки, куда едва мог втиснуться ребёнок.

И что-то вроде гильотины.

Похоже, таковы были особенности пространства, созданного Фаном.

Прямой угрозы они пока не представляли, но и тревога никуда не исчезала.

Как ни крути, если это пространство создал Фан, ничего выгодного для них в нём быть не могло.

«И кричеров, похоже, не становится меньше. Наоборот, их всё больше».

Подумал Оливер, вновь отбив очередную волну тварей, координируя трупных кукол.

Похоже, они уже перебили несколько сотен.

Это и правда вызывало вопросы.

Как вообще можно создать столько кричеров?

Если для них используются человеческие тела и души, изготовление должно быть крайне сложным.

— Можно задать один вопрос?

Арман, который командовал паладинами и телохранителями, отражая тех кричеров, что прорывались мимо вспомогательных трупных кукол, подъехал ближе к Оливеру со спины и заговорил с ним.

Обычно Арман ограничивался только необходимыми словами, и Оливер уже подумал, что случилось что-то серьёзное.

Но вопрос оказался неожиданным.

— Почему ты не используешь тень?

— А?

— Твоего теневого кричера.

Сначала Оливер не понял, о чём речь, но быстро сообразил.

Однажды, в Спящем лесу, он уже выпускал теневого кричера.

Тогда он, подражая Повар-людоед, обезглавил всех кричеров Спящего леса, а потом добил остальных теневым кричером.

И Арман тогда тоже был там.

— Как по мне, против кричеров тень куда эффективнее магии. Есть причина, по которой ты не пускаешь её в ход?

Оливер мысленно цокнул языком.

Кто бы мог подумать, что, увидев теневого кричера всего один раз, Арман сумеет так точно уловить его природу.

Оливер и так знал, что тот очень хорошо разбирается в тёмной магии, но это удивило его ещё сильнее.

И он ответил:

— …Во время быстрого перемещения её неудобно использовать.

— А, вот как.

Арман быстро принял ответ. Отчасти это было правдой.

На таком ходу и впрямь было трудно использовать тень.

Чтобы раскрыть всю свою силу, тень должна была закрепиться в устойчивом участке света и тьмы.

Но лишь отчасти это было правдой.

Главная причина, по которой Оливер не выпускал свою тень, заключалась в другом: сейчас он насильно усыпил её.

Видимо, потому что в густом лесу он скормил ей куда больше кричеров, чем ожидал, её сила и самосознание разрослись настолько, что без отдельного приказа Оливера она уже могла двигаться сама по себе.

И потому, ради безопасности, Оливер усыпил собственную тень с помощью тёмной магии.

С обычным кричером до такого бы не дошло.

Но теневой кричер, созданный на основе тени самого мага, по самой своей природе требовал особой осторожности.

«Потому что тень сильнее всего отражает свойства своего хозяина».

— Курурук!

Казалось, орда кричеров наконец отступает, но в следующий миг высоко в небо взмыл гигантский жабий кричер.

Не шутка — он был размером с дом.

И Оливер, как и прежде, попросил трупных кукол атаковать.

Вспыхнул магический свет, и гигантский взрыв накрыл жабу.

Однако та выдержала удар с выносливостью, подобающей её туше, и продолжила надвигаться. Хотя—

[Блэк Джавелин]

— её тело уже было пронзено снарядом, который выпустил Оливер.

— Ку-у-у-у-у…

В брюхе жабы зияла огромная дыра.

Её щёки раздулись, и она издала звук, похожий на предсмертный вопль.

Накопившийся внутри звук вырвался наружу вместе с тем, что сидело у неё в пасти.

Это были мальчишки в медвежьей, лисьей и енотовой накидках.

Ситуация была совершенно неожиданной, и Оливер, уже собиравшийся выстрелить пулей ненависти, на миг замешкался.

И в эту долю секунды толстый мальчишка, использовав свою медвежью накидку как посредник, превратился в громадного медведя, вскинул дубинку, висевшую у него на поясе, и обрушил её на Оливера.

Дубинка была почерневшей от мощной тёмной магии, но Оливер тоже взмахнул квартерстаффом и принял удар.

БАХ!

Когда дубинка и квартерстафф столкнулись, по воздуху разошлась чёрная ударная волна.

Из-за превращения в медведя мальчишка был не по возрасту силён, но недостаточно, чтобы Оливер не смог его отшвырнуть.

Однако, едва отбросив его и собираясь продолжить путь, Оливер услышал, как волк-кричер под ним взвыл.

Его поразили выстрелы из ружей ветра и дерева, которыми ударили Близнец в енотовой накидке и мальчишка в лисьей накидке.

На первый взгляд эти штуки казались игрушками.

Но их мощь была весьма серьёзной.

К тому же в пули была вплетена сильная болезнь, и волк-кричер, которого Оливер создавал с немалой тщательностью, рассыпался, будто прах.

Оливер на мгновение завис в воздухе и опустился на землю.

Из-за этого и все, кто следовал за ним, тоже были вынуждены ненадолго остановиться.

— Сейчас!!

Едва мальчишка в медвежьей накидке выкрикнул это с воодушевлением, как из леса со всех сторон внезапно полезли орды кричеров.

Те, кого ещё миг назад невозможно было засечь, объявились внезапно, словно гром среди ясного неба.

Если бы они всё ещё были в движении, это было бы одно.

Но сейчас, когда их на миг пригвоздили к месту, положение становилось довольно опасным.

Даже обстрелом трупных кукол такую массу было бы трудно сдержать полностью.

Оливер коротко протянул, словно раздумывая вслух:

— Хм… Второй, Четвёртый. Не поможете?

На зов Оливера из его одежды выскочили трупные куклы Дункан и Дуранс.