Непонимание (1)

— …Я просто хотела хоть раз увидеть Вас лично.

Так сказала Пандора. Она хотела увидеть Оливера своими глазами.

Услышав это, Оливер замолчал. Точнее, ему вдруг вспомнилось прошлое, и он ненадолго погрузился в раздумья.

Он вспомнил приют. Самый первый приют в его жизни.

Сирот нередко бросали сразу после рождения, как и Оливера, но бывало и так, что родители какое-то время растили ребёнка, а потом всё же отказывались от него.

По эту сторону приютской стены все они были одинаковыми сиротами, но разница между этими двумя случаями всё же существовала.

Разница настолько явная, что её понимал даже Оливер, не отличавшийся особой чуткостью.

И разница эта заключалась в надежде.

В надежде снова увидеть родителей. Дети, которых бросили собственные родители, по иронии всё равно верили, что однажды те за ними вернутся. В отличие от детей, от которых отказались с самого начала.

Хотя в действительности разницы почти не было.

— Ах… Это ведь слишком уж самовольно с моей стороны, да?

Пандора, наблюдавшая за молчаливым Оливером и пытавшаяся понять по его лицу, что он чувствует, откинула назад тёмно-каштановые волосы и заговорила.

— …Нет, не беспокойтесь. Мне это не неприятно. Просто вспомнилось кое-что из прошлого.

Он сказал это не для того, чтобы утешить Пандору. Для такой тонкости Оливер пока не был достаточно чуток.

Он говорил искренне.

Глядя на Пандору, он вспомнил одну девочку, с которой жил когда-то в приюте.

Её собственные родители лично привели в приют. Девочка была взрослой не по годам и умной, но, как и остальные дети, твёрдо верила, что однажды снова встретит родителей и вернётся домой.

Разумеется, до этого не дошло: она умерла раньше — от издевательств других детей и горячки.

И, конечно, Оливер ей не помог…

И тут ему вдруг стало любопытно.

— Если это не невежливо, можно спросить, почему Вы хотели со мной встретиться?

— ……

— Я просто не очень понимаю. Похоже, Вы и правда появились из-за меня, но я даже не знал о Вашем существовании, и, если честно, даже сейчас не чувствую ничего особенного. Просто… это любопытно.

— ……

— Допустим, Ив слегка воспользовалась моей помощью. Но у Вас, Пандора, есть ещё и помощник по имени Хеймдаль. Так зачем же Вы, рискуя собой, пришли искать меня?

— …Наверное, это что-то вроде инстинкта.

Пандора ответила лишь после долгих размышлений.

— Как цыплёнок, едва вылупившись, идёт за своей матерью-курицей. Как лосось возвращается туда, где родился. Инстинкт творения, которое хочет увидеть своего создателя.

— Хм… Всё равно не понимаю. Простите.

Оливер кивнул, пытаясь понять, но в итоге так и не смог.

На самом деле, в отличие от других сирот, он никогда особенно не тосковал по родителям… Нет, ещё раньше — он ими вовсе не интересовался.

Он же никогда их не видел.

Более того, ему было непонятно, как другие дети могут скучать по родителям, чьих лиц даже не знают.

Как можно тосковать по тому, кого не знаешь?

— Всё в порядке. Вам не нужно передо мной извиняться.

Пандора сказала это, стараясь его поддержать, а Оливер, попеременно глядя то на почти доеденный стейк, то на людей, которые всё внимательнее следили за ними, заговорил:

— У меня к Вам очень много вопросов, Пандора.

— Как я уже сказала, если это в пределах того, на что я могу ответить, я отвечу на всё.

— Спасибо. Тогда спрошу. Скажите, Вас устроит, если какой-то незнакомец схватит Вас, лишит всякой свободы движений и крепко свяжет?

— Мм?.. Нет.

— Второй вопрос. У Вас правда нет ни средств защиты, ни способа сбежать?

— Есть, конечно. Если как можно быстрее добраться до Мирового древа и переместиться туда, думаю, всё было бы в порядке… но против Пинкмэнов это вряд ли сработает.

Пинкмэны.

Услышав это слово, Оливер быстро окинул взглядом людей, которые уже какое-то время наблюдали за ними.

Большой запас маны, плотная жизненная сила, безупречно выбранные позиции, спокойные и холодные эмоции — всё указывало на то, что это профессионалы своего дела, Пинкмэны.

Намазывая соусом последний кусок стейка, — пусть и довольно большой, — Оливер спросил:

— Если Вы не против, позвольте мне помочь Вам хотя бы до того момента, как Вы подключитесь к Мировому древу.

— …Вас это правда не затруднит?

Пандора явно не ожидала такого ответа и удивилась. Внешне она оставалась спокойной, но удивление было совершенно искренним.

— Да. Я сам этого хочу.

Ответ был коротким, но в нём чувствовалась твёрдая решимость.

Пандора переплела пальцы, потом кивнула. С радостью и тронутая до глубины души.

Услышав её ответ, Оливер отправил в рот последний кусок стейка и принялся жевать.

Мягкое мясо, сочный сок. В последнее время он всё яснее понимал: еда — это всё-таки приятно.

Положив на стол плату за еду и чаевые сверху, Оливер вытер рот салфеткой и поднялся со своего места.

После этого он уверенно, без малейших колебаний, направился к сидевшему в углу господину средних лет и вежливо с ним поздоровался.

— Здравствуйте, сэр.

Крепкий мужчина, евший рыбное блюдо, удивился, когда Оливер внезапно к нему обратился. По крайней мере, внешне.

— Да? Вам что-то нужно?..

— Да. Случайно не Вы отвечаете за людей, которые здесь находятся? Похоже, что Вы, но я не уверен.

Оливер указал на нескольких посетителей ресторана.

Занятой с виду делец, влюблённая парочка, пожилой господин с внуком — все они были Пинкмэнами.

Когда он безошибочно указал на скрывавшихся Пинкмэнов, лицо господина средних лет застыло.

И неудивительно. Люди, замечавшие, что Пинкмэны скрываются, ещё бывали. Но чтобы кто-то вот так точно определил, кто есть кто, — такое случалось почти никогда.

Даже если учесть, что Оливер был тёмным магом, это выглядело поразительно.

Господин средних лет предложил ему сесть напротив.

— Благодарю. Но мы тут разговариваем, так что давайте без этого. Прошу Вас.

Несколько Пинкмэнов, улучив момент, попытались взять на прицел Пандору, и Оливер вежливо попросил их воздержаться.

При этих словах замерли все Пинкмэны, которые уже собирались действовать. Господин средних лет, которого Оливер счёл их начальником, тоже велел им остановиться.

— Что Вам нужно?

— Не могли бы Вы сегодня не трогать эту девушку?

— Похоже, Вы меня неправильно поняли. Я не торговец людьми.

— Я знаю. Эта девушка ведь тоже не человек.

Сказано было спокойно, но прозвучало резко. Господин средних лет подался вперёд.

— Вы знаете, кто она такая?

— Да.

— Тогда, выходит, знаете и кто мы.

— Полагаю, что да.

— И всё равно говорите со мной так… Кто Вы такой?

Господин средних лет тонко выпустил наружу богатую ману, чтобы надавить на Оливера.

Как и подобает магу, управлял он маной мастерски. Несмотря на то что гостиничный ресторан был полон людей, давлению подвергся ровно один Оливер.

Грррррррр.

Это не было смертельно опасно, но вполне годилось, чтобы подавить чужую волю.

Стул, на котором сидел Оливер, жалобно скрипнул под обрушившейся на него тяжестью.

Вот только на самого Оливера это не подействовало никак.

— Ах, прошу прощения. Мне следовало сначала представиться. Что-то сегодня я слишком часто ошибаюсь.

Оливер сказал это так, словно действительно допустил оплошность.

Потому что именно так он это и воспринимал.

Он снял наложенные на своё тело формулы и развеял маскирующее заклинание — одну из техник магии чистой маны.

Словно стирая рисунок ластиком, открытые участки — руки, лицо, шея — вернулись к своему прежнему, худому облику.

— Дейв… Вы ведь Лесоруб Дейв? Решала из Ланды?

— Да. Вы меня знаете?

— Ещё бы не знать. Вы же тот самый человек, который сломал нос своему нанимателю. Даже в нашем деле такое обычно не делают.

— А… Я не собирался заходить так далеко.

Оливер попытался оправдаться. Он правда всего лишь собирался дать ему по лицу, а вовсе не ломать нос.

То, что удар пришёлся именно в нос, было просто инстинктивной ошибкой.

— Что Вас связывает с Лесной девой?

— С Лесной девой?

— Я имею в виду Ив.

Господин средних лет, видимо, больше не собирался ничего скрывать и сразу задал вопрос в лоб.

Услышав его, Оливер на мгновение посмотрел на Пандору.

— …Одно могу сказать наверняка: мы познакомились только что.

— Я слышал доклады о Вас от Пинкмэнов из ландского филиала.

— Вот как?

— Информация — это сила. Но я не думал, что Вы ещё и шутить умеете.

— А, спасибо за похвалу. Я каждый день по часу читаю книги по юмору… Только это не шутка.

Господин средних лет, будучи магом, не мог, как Оливер, видеть чужие эмоции насквозь, но благодаря свойственным магам знаниям, опыту и отточенной за годы службы в Пинкмэнах сноровке он сразу понял: Оливер говорит всерьёз.

Немного подумав, он, будто приняв решение, открыл рот:

— Не хотите продолжить разговор снаружи?

— Конечно. Только минуту… Не могли бы Вы пойти со мной?

Оливер обратился к Пандоре, которая тревожно поглядывала в их сторону.

Пандора тут же поднялась со своего места, но господин средних лет её остановил.

— Нет. Пойдёт только господин Дейв.

— Простите, но так не пойдёт. Если пока меня не будет, Вы её уведёте, и это будет весьма неудобно.

Оливер мгновенно раскусил замысел Пинкмэнов. Господину средних лет оставалось лишь бросить одну фразу и отступить.

— Вы и правда совсем не такой, как о Вас говорят.

***

Вместе с Пандорой Оливер последовал за господином средних лет в широкий, мрачный переулок неподалёку от отеля.

Первый Степ производил странное впечатление: вроде бы развитый город, но, как и положено городу, построенному под вполне определённую цель, местами он зиял пустотами.

И этот огромный тёмный переулок совсем недалеко от роскошного отеля был тому наглядным доказательством.

— Вы в чём-то не похожи на слухи о Вас, а в чём-то — очень даже похожи. Я и правда не ожидал, что Вы пойдёте за мной.

— Но Вы ведь сами предложили идти за Вами?

Так ответил Оливер на слова господина средних лет.

Того сбивало с толку неестественное спокойствие Оливера, но уверенность в расставленной им западне он всё же не утратил.

И, оглядевшись, он понимал, что уверенность эта не беспочвенна.

Тук. Тук. Тук. Тук. Стоп.

Дойдя до намеченного места, господин средних лет с тростью остановился.

— Господин Дейв, а Вы знаете, что мы, Пинкмэны, Вас искали?

Оливер лишь повёл глазами, осматриваясь по сторонам.

Пинкмэны, которые в ресторане изображали посетителей, проследовали за ними и перекрыли путь к отступлению, а те, что ждали в самом переулке, бесшумно пришли в движение и заняли позиции.

О такой слаженности уличные банды не могли даже мечтать.

Но ещё сильнее в глаза бросалось качественное оружие и доспехи, которыми были оснащены Пинкмэны.

Бронежилеты с видимой устойчивостью к мане, магическое огнестрельное оружие, усиленные магией топоры и мечи.

Даже по меркам Пинкмэнов каждая единица снаряжения была весьма серьёзной.

«Но сильнее всего бросаются в глаза предметы священного искусства».

Так подумал Оливер, глядя на предметы священного искусства, которыми был снаряжён примерно каждый пятый.

Они были опасны даже для обычных магов, а для тёмных магов и вовсе становились чистым ядом.

Это были дорогие вещи, да и продавались они лишь под контролем храма, так что достать их было совсем непросто. И всё же здесь их оказалось сразу пять.

Для тёмного мага ситуация была весьма пугающей.

Сила святого искусства была абсолютной, вне зависимости от того, насколько сильна или слаба была тёмная магия.

— Вам известно, что паладины тоже Вас ищут?

— Я этого не знал, но осторожность всё равно соблюдал.

— Ещё бы. Потому Вы и скрывали свою личность маскирующей магией.

— Да. Это место не кажется особенно дружелюбным к тёмным магам.

— Правильно понимаете. Поэтому скажу прямо. Передайте нам Лесную деву, которая стоит рядом с Вами.

— Я ведь именно потому и пошёл за Вами, что это затруднительно. Чтобы мы могли поговорить и найти общее решение.

— Потому я и говорю: разговоры тут — пустая трата дыхания и времени. Мы пришли схватить Лесную деву… Вы ведь понимаете, какова ценность Ив?

Разумеется, он понимал. Ив была высшей сущностью, способной произвести переворот в совершенно неизведанной области, связанной с Мировым древом.

Именно из-за Ив Шеймус, сорвав на афере ABC более трёх триллионов, не покинул Ланду сразу, а окопался в лесу. Иначе говоря, сама ценность Ив составляла не меньше трёх триллионов.

Поэтому Оливер и не особенно задавался вопросом, почему Пинкмэны нацелились на Пандору.

Продадут ли они её или используют иначе — уже не важно. Само её существование было сплошной ценностью.

Но при этом он никак не мог отделаться от чувства, что всё это всё равно неправильно.

Потому что и Ив, и Пандора обладали собственной волей.

А если у существа есть собственная воля, разве правильно связывать его силой?

Оливер как раз собирался спокойно объяснить это, когда господин средних лет из Пинкмэнов заговорил первым:

— Если Вы добровольно передадите нам Лесную деву, мы больше не будем угрожать господину Дейву. По правде говоря, нам тоже не хочется вступать с Вами в конфликт.

— Да?

— Наш наниматель не слишком высокого о Вас мнения. Вы подозрительны, непонятно, что вообще здесь делаете, да ещё и избили своего прежнего нанимателя.

Оливер никак особенно не отреагировал. Эдис предвидел это давным-давно, так что удивиться теперь было даже труднее, чем не удивиться.

— Однако если Вы сейчас посодействуете нашему делу, я обращусь к нанимателю, и Вас не будут считать врагом. Такие полномочия у меня есть. Если захотите, я и паладинам за Вас словечко замолвлю.

— Как любезно.

— Что?

Пандора удивлённо переспросила.

А господин средних лет продолжил:

— Но если Вы и дальше будете нам мешать, тогда я ничего обещать не могу. Подумайте как следует. Вам ведь стоит учитывать и тот бизнес, который Вы развернули в Ланде, не так ли?

— …Что?

Оливер слегка замялся и переспросил.

— Я говорю, что как деловому человеку Вам следует учитывать риски… У нашего нанимателя сейчас весьма серьёзная сила и влияние. Если Вы продолжите мешать, столкновение между Вашей только что созданной компанией и нами станет неизбежным. Нам бы этого тоже не хотелось.

Любезная угроза, замаскированная под заботу. Вполне достойный приём — зловещий, в духе Объединённого королевства.

Обычно он срабатывал.

Проблема была лишь в том, что противник на сей раз был не совсем обычным.

— Вы сейчас угрожаете мне, беря в заложники людей вокруг меня?

Чтобы не оставить места ни недоразумению, ни двусмысленности, Оливер спросил об этом прямо.