Золотой Шаман (1)

— Кхе! Кх!

Когда Данкан отпустил ему горло, Клод опустился на одно колено и закашлялся.

Увидев это, трупная кукла «Данкан» клацнула зубами и что-то сказала Оливеру.

— …Что он говорит?

— Просит разрешить ему ударить всего один раз. Похоже, ему очень не понравилось, что его поймали на нить маны.

Оливер перевёл слова Четвёртыйа. Четвёртый, как и Первый с Третьим, прошёл выучку у прислуги Дома ангела и уже мог говорить вполне сносно, но, когда эмоции брали верх, срывался на свой особый крик.

— А, лучше не надо. Так и убить недолго.

— Поэтому я и сказал, чтобы ты не бил. Четвёртый, не принесёшь вон ту паучью трупную куклу, которая там валяется?

Оливер поручил ему дело, заодно пытаясь отвлечь.

По Четвёртыйу было видно, что просьба ему не по душе, но он всё же её выполнил.

— Хе… Впечатляет.

— Всё. И трупные куклы впечатляют, и существо, которое в них входит и управляет ими, тоже. Как оно называется? И как Вы это создали?

— Это называется Чайлд. Я…

Оливер оборвал себя на полуслове. В этот миг он заметил занятное совпадение. Чайлды появились благодаря Паппету.

В самом прямом смысле. Когда Оливер очищал заражённую зону в F-районе, он случайно наткнулся на исследования Паппета об искусственной душе и, применив их, создал Чайлдов.

Он просто добавил жизненность прежним миньонам, сделанным из одних эмоций, и приложил чуть больше старания.

«Даже имя Чайлд я придумал за две секунды. Просто чтобы отличать от миньонов».

Всплывшее воспоминание. Осознав, насколько удачным получился Чайлд при сравнительно небольших затратах сил, Оливер вновь понял, что ему попросту повезло.

— Вот.

Как раз в этот момент Чайлд-Четвёртый приволок паучью трупную куклу и бросил её перед Оливером.

Вид у него был такой, словно он жалел, что не смог пнуть Клода. Второй, сидевший в трупной кукле Дуранс, тоже тихо подошёл и встал на сторону Четвёртыйа.

Похоже, Второй всё ещё злился, что Оливер так и не вытащил его из рук прислуги Дома ангела.

— Второй, Четвёртый.

От этого чуть непривычного тембра оба вздрогнули. Оливер продолжил:

— Спасибо.

Лишь теперь он поблагодарил Чайлдов. За то, что при затраченных силах, времени и ресурсах они вышли слишком уж хороши.

Четвёртый и Второй слегка удивились, переглянулись, а потом их застарелая обида на Оливера растаяла, и они замахали руками, будто говоря, что это пустяки.

— О, как трогательно.

Это заметил Клод и тут же получил в рот пинок от Четвёртыйа.

— А, простите. Вы в порядке?

Растерявшись, Оливер извинился. Клод искренне ответил, что всё нормально.

— Всё в порядке. Я же жив. Хотя больно, конечно.

— Мне правда очень жаль.

Оливер снова извинился, сделал Четвёртыйу замечание, а затем вернул Четвёртыйа и Второго обратно в их колбы.

Лишившись пассажиров, трупные куклы тут же обмякли, словно люди, потерявшие сознание. Оливер уменьшил их магией, снова убрал за пазуху и наложил на них особое заклятие.

Чтобы по сигналу они могли сразу выскочить наружу.

— Значит, всё работает вот так. Хорошо придумано. Расход маны, конечно, должен быть немалый — и на магию уменьшения, и на поддержание заклятия, — но если трупная кукла вдруг выскакивает из ниоткуда, это само по себе застает врасплох, независимо от её силы. А если она ещё и сильная — тем лучше… Скажите, а мне можно использовать этот приём?

спросил Клод. Оливер удивлённо наклонил голову.

— …? Конечно… Но разве Вам нужно спрашивать у меня разрешения? Если есть что-то полезное, разве не лучше это использовать?

Он говорил совершенно искренне. Хотя бы потому, что сам всю жизнь так и поступал.

Миньонов он создал, подражая и дорабатывая кричера Джозефа — Итера. Искусственную душу и трупных кукол он тоже сделал, переняв идеи Паппета.

И подобных случаев было бесчисленное множество. Скорее уж сам факт, что кто-то просит разрешения, был ему непонятен.

— Вообще-то, нужно спрашивать разрешения?

— Нет-нет, не в этом дело. Просто у людей сильнее меня спрашивать всё же стоит. Да и я, признаться, спросил ещё и для того, чтобы немного разрядить обстановку.

— А… Это что-то вроде шутки?

спросил Оливер. Благодаря тому, что он часами читал книги с шутками, в последнее время он стал неплохо их распознавать, и в голосе даже послышалась уверенность.

— Хм… Вы и правда очень необычный человек,

искренне сказал Клод. При такой-то силе — и такой характер. По слухам он кое-что уже знал, но увидеть это своими глазами было совсем другим делом.

— Если говорить о мастерстве, Вы тоже очень сильны, Клод.

Оливер ответил столь же искренне.

Трупные куклы должны были сохранять врождённые способности исходного материала, поэтому, в отличие от обычных зомби, здесь нельзя было ограничиться парой заклятий чёрной магии. Колдуну приходилось лично управлять каждой по отдельности, а это требовало куда большей сосредоточенности.

Движения рук и ног, формулы заклятий, способы атаки — контролировать приходилось слишком многое.

Почти как марионетку.

Поэтому даже для толкового чёрного мага пределом обычно были две-три штуки в одиночку, а если талант был и вправду велик — максимум вдвое больше. Между тем Клод, по крайней мере из того, что уже подтвердилось, управлял шестью.

Будь то талант или упорство — мастерство было выдающимся.

— Но Вы, Дейв, куда удивительнее, не так ли?

— Правда? Мне кажется, что Вы разбираетесь в трупных куклах куда глубже, чем я, который просто жульничает при помощи Чайлдов.

— Это я просто вынужден работать так, потому что не могу использовать такое жульничество.

— Тогда почему бы и Вам не воспользоваться этим способом?

— Ах, простите. У меня есть кое-какой талант к ветви контроля, но вот к созданию — ничего особенного.

Оливер не нашёлся, что ответить. Само понятие таланта или сложности в зависимости от ветви магии было для него чем-то чуждым.

Клод заметил его реакцию и полушутя спросил:

— Тогда, может, Вы хотя бы расскажете, как усилили трупных кукол? От обычной трупной куклы такой выходной мощности не бывает.

Какая поразительная наблюдательность. Оливер ответил:

— Для этого нужно уметь пользоваться магией.

— О, это меня устраивает. Я и сам немного смыслю в магии. Я особый случай.

Неожиданный ответ. Оливер без колебаний достал из кожаного футляра за поясом Бигмауса.

Потом попросил его вытащить несколько книг по школе жизни и свои конспекты.

Бигмаус, мгновенно оценив обстановку множеством глаз, тут же послушно вытащил нужное.

— Куэээээк!

Книги и тетради шлёпнулись на пол. Оливер сам поднял их и протянул Клоду.

— В книгах есть необходимая база, а в конспектах — способы усилить трупных кукол с помощью этих знаний. Думаю, при Вашем уровне Вы сможете разобраться и сами.

Клод, который улыбался даже тогда, когда Данкан держал его за горло, впервые помрачнел.

Он явно не мог принять происходящее; во взгляде вспыхнуло острое подозрение.

Не понимая, в чём дело, Оливер спросил:

— Что-то не так?

— Нет… Ничего такого. Просто мне кажется, будто здесь какой-то подвох. То есть Вы просто возьмёте и научите меня? Передадите мне знания и технику, которые сами копили?

Реакция была более чем естественной. Для магов и чёрных магов знания были главным капиталом и главной силой. Даже маги с их выстроенной системой обучения не любили делиться знаниями, а уж про чёрных магов и говорить нечего.

Обычно они скупо обучали даже тех учеников, которых официально принимали.

А тут Оливер собирался передать эти знания человеку, который ещё совсем недавно, возможно, был ему врагом.

На фоне всей этой нелепости Оливер просто спросил:

— Это странно?

— Вообще-то да. Ладно, это я сам попросил научить меня, но почему Вы вообще хотите это сделать? Честно говоря, мне уже не по себе.

— Хм…

Оливер протянул это и задумался. Ему уже задавали такой вопрос раньше. И ответ, конечно, не мог измениться.

— Вы хотите научиться. Я могу научить. Нужна ли здесь ещё какая-то причина?

Впервые лицо Клода вышло из-под контроля. Ответ слишком далеко выходил за пределы всякого здравого смысла.

И всё же следующая фраза помогла ему снова собрать лицо.

— А, и ещё: я не собираюсь учить Вас бесплатно.

— Ну, это уже радует… Простите, но голосование не в моей власти.

— Нет, я не об этом. Я хочу забрать себе поверженных зомби и трупных кукол.

Оливер указал на паучью трупную куклу.

Эта трупная кукла, сплетённая из четырёх магов, напоминала Арахну из мифов: верхняя половина — человеческая, нижняя — паучье туловище.

Если присмотреться, то нижняя часть, похожая на паучье тело, была составлена из трёх маговских торсов; к ней крепились восемь ног и четыре руки, а к верхней части добавлялись ещё четыре руки.

— Мне интересно. Это первый раз, когда я вижу гибрид трупной куклы и трупного голема. Хочу изучить.

— Но по сравнению с Вашей техникой, Дейв, это ведь лишь более слабый аналог?

ответил Клод, быстро пролистывая записи, которые дал ему Оливер. Судя по всему, слова о том, что он немного разбирается в магии, не были ложью: он сразу понял и клеточное соединение с помощью магии жизни, и усиление трупных кукол на этой основе.

И, возможно, он был не так уж неправ.

Паучья трупная кукла представляла собой чисто физическое соединение, тогда как метод Оливера опирался на химическое соединение через клетки. Что лучше, было довольно очевидно.

— И всё же мне интересно. И вон тот трупный голем тоже.

Оливер указал на трупного голема, поверженного выстрелом трупной куклы Дуранс.

Из всех трупных големов, которых он видел, этот был самым совершенным.

— Хм… Причин отказывать нет. Сделка слишком уж выгодная. Но можно я позволю себе одну маленькую прихоть?

— Говорите.

— Не забирайте, пожалуйста, вон тех барышень.

Клод показал на трупных кукол — чернокнижника, мага, друида, пользователя маны и куклу с магическим снаряжением.

Пять трупных кукол, которые были с ним ещё с портовых времён.

— Это мои самые любимые барышни.

— Хорошо.

Оливер ответил без малейшего колебания. На самом деле его интересовали только паучья трупная кукла и трупный голем, так что уступка ничего ему не стоила.

— Спасибо.

— Это мне следует Вас благодарить.

Как только сделка была заключена, Оливер попросил Бигмауса подобрать паучью трупную куклу и остальных зомби.

Бигмаус, которому паучья трупная кукла казалась раз в шесть крупнее обычной, проглотил её, как змея, — глоть, глоть, глоть. Волков и хаундов-трупных кукол он тоже заглатывал сразу по несколько.

Проблемой оставался трупный голем — здоровенный, как дом.

Оливер уже подумал, не придётся ли разрубить его на части, чтобы Бигмаус мог проглотить, но в этот миг Бигмаус широко раскрыл пасть — рот, чьи зубы сходились, как зубцы молнии, — и, приставив её к трупному голему, стал медленно расширять.

Как змея, заглатывающая добычу больше себя.

Такого Оливер ещё никогда не видел. Он озадаченно наклонил голову.

«Бигмаус же говорил, что не может проглотить вещь крупнее собственной пасти… Неужели потому, что сожрал целых три других мешка-обжоры?»

Так он попытался объяснить увиденное. Версия выглядела вполне правдоподобной. Более того, ничего убедительнее просто не приходило в голову.

Ведь единственное, чем нынешний Бигмаус отличался от прежнего, было именно это. И если дело действительно в этом, то оставалось только пожалеть. Надо было раньше пустить его в бой.

Оливер мысленно досадовал, а Бигмаус вздрогнул всем телом и косо зыркнул на него.

Когда Оливер уже собирался честно озвучить свою догадку, Клод спросил:

— Но Вы и правда уверены, что всё в порядке?

— А? О чём Вы?

— О том, что даёте мне такие знания… Я вообще-то не люблю задавать такие банальные вопросы, но сейчас не удержался.

— Но я ведь не просто так их даю.

— А, верно, поправлюсь. Как бы там ни было, Вы правда не против дать мне такие знания? Я ведь могу развить их дальше и получить технику лучше Вашей.

— Тем лучше. Значит, тогда я смогу поучиться у Вас.

Оливер и на этот раз ответил без малейшего колебания. Потому что говорил от чистого сердца.

Наоборот, именно этого он и хотел. Если встретится кто-то превосходящий его, значит, можно будет узнать больше. Разве это не радость?

Ценности, совсем не похожие на чужие. Поняв, что это не поза, а искренняя правда, Клод невольно усмехнулся. Надо же — снова встретить человека с таким мышлением.

«Нет… всё-таки с хозяином случай иной?»

Клод мысленно сравнил Паппета, своего хозяина, и Оливера. В этот момент Оливер заговорил:

— Кстати, Клод. Теперь Вы можете рассказать мне то самое? Ту интересную информацию, о которой говорили.

— А, точно. Это же ещё осталось. У Вас хорошая память.

— Это работа.

ответил Оливер, и Клод открыл рот:

— Та интересная информация, о которой я говорил, — это…

***

— Хотите сказать, здесь, на Новом континенте, собираются призвать демона? Черные маги хонъин?

В особняке Эдис переспросила. Оливер кивнул.

— Да, именно так. И в качестве бонуса он сообщил ещё кое-что. Сказал, что весь этот переполох начался из-за золотого колдуна, который превращает людей в золото. Это та страшилка, о которой Вы рассказывали мне в прошлый раз, Эдис, но я, честно говоря, не очень понимаю, что это значит.