Джейн (3)

Плеск...

Едва увидев фигуру, вынырнувшую над почерневшим озером, Джейн почувствовала почти физическое, инстинктивное отвращение, от которого по спине пробежал холодок.

Для женщины, выросшей в Систерхуде и повидавшей всякое, это была довольно редкая реакция.

Впрочем, стоило присмотреться к фигуре, вынырнувшей над озером, и всё сразу становилось понятно.

Тело у неё было человеческое, а голова — рыбья. Это существо будто и было человеком, и не было им, и потому вызывало глубинную брезгливость и отвращение.

Так что реакция Джейн была совершенно естественной.

Оливер, разумеется, тоже отреагировал. Просто иначе, чем Джейн.

— Ч-что это?..

Находясь в объятиях Оливера, Джейн, забыв о своём недавнем хорошем настроении, спросила это почти сразу.

— Кричер Фана.

— Фан? Вы про того Фана, которого знаю я?

— Если Вы имеете в виду Фана, Пальца Чёрной Руки, Вечного ребёнка, то да.

В отличие от голоса Джейн, голос Оливера оставался невозмутимо спокойным.

Но это не значило, что он и правда был спокоен. У него в голове уже возникло сомнение.

В Новом Свете он насмотрелся на кричеров Фана до тошноты, однако те кричеры и эти были разными.

У прежних тоже было нечто жуткое, но вместе с тем в них ощущалась какая-то детская наивность, какая-то детская чистота. Сейчас этого не было.

Жуткого стало откровенно больше, и в куда более тяжёлой форме. Неизвестно, насколько удачно это сравнение, но ощущение было такое, будто сказку сменил роман ужасов.

На первый взгляд перемена могла показаться пустяковой, но, если учитывать природу созидательной ветви чёрной магии, так считать было нельзя.

Созидательная ветвь — самая трудная и запутанная из всех видов чёрной магии — сильнее прочих отражала натуру заклинателя, так что изменить её по своему желанию было невозможно.

Если изменились кричеры, это значило, что — в хорошую сторону или в плохую — сильно изменился и сам Фан. А значит, переменных стало куда больше.

«Впрочем, как ни крути, он ведь соприкоснулся с демоном... Неужели и эта сила, что сейчас накрывает всё вокруг, тоже его влияние?»

Вспомнив события Нового Света, Оливер уловил чёрную магическую силу, кольцом окружившую всё вокруг.

Она походила на Спящий лес, но всё же была иной. Словно не желая никого выпускать, она взяла в кольцо особняк и начала разъедать пространство снаружи внутрь.

И масштаб, и сама формула были на весьма высоком уровне. Из-за расстояния и того, что он сосредоточился на разговоре с Джейн, Оливер обнаружил это на шаг позднее.

Похоже, противник всерьёз всё подготовил, и Оливер сомневался, сумеет ли он одним лишь своим чистым мастерством чёрной магии перехватить контроль.

—...!

Пока Оливер за считаные секунды оценивал обстановку, придавленный ногой рыбочеловек, у которого была размозжена одна рука, выбросил в его сторону ладонь с перепонками.

Рука, покрытая чешуёй и когтями, похожими на шипы, была ничуть не хуже оружия, но двигалась медленнее, чем ожидалось, и Оливер без труда среагировал благодаря рефлексам, отточенным бесчисленными боями.

Пуля Ненависти

Стоило ему вытянуть руку, как извлечённая эмоция мгновенно оформилась в пулю. Та рванула вперёд быстрее звука и пробила широкий лоб рыбочеловека ровно между глаз.

Бах!

То ли из-за напитавшейся влаги плоти, то ли ещё почему, вместе с огромной дырой раздался влажный звук, будто что-то лопнуло.

Рыбочеловек рухнул навзничь, подняв рябь.

Джейн с облегчением выдохнула, но, к сожалению, слишком рано.

— Это ещё не конец.

—...Похоже на то.

Хотя на миг Джейн поддалась страху и отвращению, она всё же удержала рассудок до конца и ответила, глядя на десятки силуэтов, приближавшихся по прогулочному настилу над озером.

Под водой к ним скользили тени размером с человека — как крокодилы, подбирающиеся к добыче.

Увидев это, Джейн поняла, что, оставаясь в объятиях Оливера, только мешает ему, и, собравшись с духом, отстранилась и встала рядом.

Она понимала, что без защиты не обойтись, но хотя бы мешать не хотела.

Глазами чёрного мага Оливер прочитал это чувство Джейн и, ничего не сказав, обрушил на приближавшихся под водой рыбочеловеков пули ненависти.

Пули, доработанные так, чтобы не терять силу даже в воде.

Пу-бу-бу-бу-бух!!

Когда выпущенные, будто из пулемёта, пули ненависти ударили по поверхности, вверх взметнулись десятки водяных столбов, и вокруг загрохотало.

Большинство намеченных целей были пробиты пулями ненависти и рассыпались в воде, однако часть особей почувствовала опасность. На миг показалось, что они просто стремительно разошлись в стороны, но затем высунули из воды верхние половины тел и завопили в сторону Оливера.

Это была атака ударной волной с физическим воздействием.

Оливер ответил сразу.

[Выкрик]

Переработанные в его ладони эмоции превратились в десятки разгневанных лиц и испустили вперёд вопль ярости.

Сперва казалось, что две ударные волны просто взаимно поглотят друг друга, но Выкрик Оливера пересилил, оттеснил волну, выпущенную рыбочеловеками, и ударил по ним самим.

Он не уничтожил рыбочеловеков, но встряхнул им мозг и внутренности, на время парализовав. А этого Оливеру было более чем достаточно, чтобы засыпать их пулями ненависти и проделать дыры в головах.

Кья-а-а-а-а-а-а!!

В тот миг, когда Оливер уже выставил указательный палец, словно ствол, чтобы выстрелить, сверху раздался чудовищный звук — будто смешались женский визг и крик хищной птицы.

Это кричала чудо-птица с женским лицом, крыльями насекомого и птичьим телом. Кричер Фана. Оливер уже видел такую раньше, а потому узнал.

Похоже, до этого она наблюдала за ходом боя и только теперь вмешалась. Единственное, что утешало, — она нацелилась на самого Оливера.

«Сначала мне показалось, что она рвётся сюда, чтобы схватить мисс Джейн... Я ошибся?»

Тем временем чудо-птица уже подобралась почти вплотную к нему со спины. Но Оливер даже не обернулся и продолжил целиться в рыбочеловеков.

— Минион.

Минион, сидевший у Оливера на руках, выскочил наружу и со своей характерной жутковатой подвижностью переместился ему за спину. А затем выстрелил в приближавшуюся чудо-птицу сжатой пулей ненависти.

Тьфу! Тунк!

Раздался звук, будто кто-то сплюнул, а за ним — тяжёлый удар. Одно плечо чудо-птицы оторвало, и в тот же миг на лбах десятков рыбочеловеков, наступавших спереди, появились дыры.

Атаку с двух сторон он подавил без всяких крупных техник — только базовой чёрной магией и чистым мастерством.

Настолько безупречно, что это можно было принять за одно законченное движение искусства.

Однако Оливер остался Оливером и вместо того, чтобы упиваться собой, тут же занялся следующим делом.

Снова обхватив Джейн за талию, чтобы она не мешала, он переставил её в более безопасное место, а затем взмахнул квартерстаффом и ударом перебил шею чудо-птице, которая ещё не успела окончательно испустить дух.

Кяк!

Издав короткий предсмертный крик, чудо-птица исчезла, словно рассыпавшись в прах.

За неполную минуту произошло столько всего, и всё же это был ещё не конец.

— Для начала надо отсюда уходить.

Оливер сказал это, глядя на рыбочеловеков, которых не становилось меньше, хотя он успел убить уже несколько десятков.

Неизвестно, откуда они вообще взялись, но в огромном озере их было самое меньшее несколько сотен.

Многие из них приближались к ним, а остальные снаружи озера рыли землю, расширяя его пределы.

Что именно они задумали, было непонятно, но при таком раскладе правильнее было не ввязываться в бой на воде, а сменить позицию.

Боевой стиль Фана строился на численном давлении через кричеров. Незачем было играть по его правилам.

Джейн, похоже, тоже это понимала, потому без всяких возражений согласилась.

— По-моему, это хорошая мысль. Для начала давайте вернёмся в особняк.

Оливер кивнул, сформировал на себе Чёрный доспех, снова подхватил Джейн на руки и легко оттолкнулся.

Доски прогулочного настила разлетелись вдребезги, и Оливер с Джейн в один прыжок вырвались от озера.

Рыбочеловеки, упустившие Оливера, издали странные разочарованные вопли, но вскоре тоже нырнули обратно и, как остальные, принялись рыть землю вокруг озера.

Будто расширяли свою территорию.

***

«Быстро».

Так подумал Оливер, несколькими скачками перебравшись с прогулочного настила над озером к особняку, где всё ещё шёл приём.

Быстрой была не что иное, как скорость распространения чёрного магического пространства, развернутого Фаном. Ещё совсем недавно оно только окружало всё вокруг, и Оливер полагал, что до полного поглощения потребуется время, но теперь оно уже успело глубоко внедриться.

Похожий, но всё же иной воздух, чем у Принцессы Спящего леса.

Искажённый пейзаж, перекосившийся почти незаметно.

И прежде всего — всевозможные кричеры, осаждавшие громадный особняк.

— Что это ещё за хрень?! Откуда тут монстры?..

— А-а-а-а! Сукины дети!!

— Не расслабляться! Их тут до хрена!!

Охрана особняка и телохранители, которых привели с собой аристократы, отражали натиск кричеров Фана и перекрикивались на бегу.

Неизвестно, где они прятались раньше, но их было немало, и навыки у них оказались серьёзные — держались они даже лучше, чем можно было ожидать.

Пользователи маны, вооружённые холодным оружием, выстроили оборонительный строй и сковали продвижение кричеров, а стрелки и маги в тылу, вооружённые тяжёлым оружием и магическим огнестрелом, обеспечивали огневую поддержку и наносили реальный урон.

Тактика простая, но действенная.

Видимо, сказалось и то, что на приёме собрались люди высшего общества: общий уровень у них был заметно выше обычного.

Но и противник был не кто иной, как Фан, Палец Чёрной Руки.

Среди более-менее однотипных кричеров появилось нечто по-настоящему опасное.

— Кииииииинг...

Из леса вокруг особняка вышел огромный олень с рогами, похожими на ветви, причём шагал он на двух ногах.

Тут и там по его телу лежал иней, а плоть несла следы разложения. Будто перед ними была замёрзшая туша.

Похоже, он и правда подгнил: от оленя шёл тяжёлый трупный смрад, и даже очередь из пулемёта не вызвала у него почти никакой реакции.

И в этот миг в тело оленя ударил огненный снаряд мага. Вверх взметнулся столб пламени и поглотил зверя.

Такой огневой мощи хватило бы, чтобы вмиг обратить в пепел почти любую органику.

Но едва успела возникнуть эта мысль, как вокруг оленьего тела закружилась снежная буря и погасила пламя.

После этого он снова издал свой жуткий протяжный крик и выдохнул струю, в которой смешались холод и болезнь.

Холод в магии и болезнь в чёрной магии — оба действовали как яд.

Смешавшись, эти два элемента породили мощную синергию. Они начали холодно разъедать даже саму землю и накрыли бы разом всю охрану, державшую оборону у особняка.

Но в этот момент из особняка разлился характерный жёлтый свет священного искусства и одновременно очистил проклятое дыхание, смешавшее холод и болезнь, а заодно попытался уничтожить и самих кричеров.

— Ккаа-а-а-а-а-аанг!!

Правда, для кричеров это обернулось лишь лёгкими ожогами кожи и болью.

Что было совершенно естественно.

Обычно кричеры, будучи искусственной жизнью, созданной чёрной магией, должны были исчезать от такого воздействия, но кричеры Фана были сделаны из человеческих тел и душ, а потому обладали некоторой стойкостью к священному искусству.

Оливер, уже усвоивший это на собственном опыте, ничуть не удивился.

Гораздо сильнее его удивило другое: паладины не растерялись.

Если священное искусство, которое обычно обеспечивает подавляющее превосходство, не действует как надо, они должны были бы поколебаться. Но паладины сохраняли спокойствие. Будто чего-то подобного и ждали. Будто у них был какой-то козырь.

К счастью, ответ нашёлся быстро.

Один из паладинов вышел вперёд, держа в одной руке тяжёлый гатлинг.

Знакомое зрелище.

Паладин нажал на спуск, и жёлтые пули, напитанные святой силой, градом посыпались вперёд, превращая кричеров, наступавших на особняк, в решето.

Ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду-ду!!

Даже кричеры Фана, выдерживавшие воздействие священного искусства по большой площади, не устояли, когда сжали вместе святую силу и физическую мощь пули: в их телах начали появляться дыры.

Следом паладины, сконцентрировавшие святую силу в холодном оружии, прочертили в воздухе жёлтые дуги и в считаные мгновения добили оставшихся кричеров.

Сразу становилось ясно, почему паладины — это паладины.

Но...

— Проблем не будет?

Тихо спросила Джейн у Оливера.

— Простите?

— Как Вам кажется, Дейв, всё в порядке? Я просто совсем не разбираюсь в боях.

Поразительно, но, хоть рыбочеловеки и напугали её совсем недавно, Джейн железной волей взяла себя в руки и попыталась трезво оценить ситуацию.

Это было естественно лишь на словах, а на деле — очень трудно. Оливер мог только восхищаться.

— Есть одна проблема.

— Какая?

— Долго так они не продержатся. Они просто сжимают в атаках больше силы, чтобы поднять разрушительность. Это очень мощно, но по выносливости у такого способа есть предел.

— И Фан наверняка это понимает.

— Ещё как. Пространственный контроль и численное давление через кричеров — один из его коронных методов. По несчастливому совпадению сейчас мы видим именно это.

— Значит, долго держаться не выйдет... Есть какой-нибудь способ переломить ситуацию?

На вопрос Джейн Оливер не смог дать подходящего ответа сразу.

Лучшим решением было бы перехватить контроль над этим пространством и развеять его, но отобрать контроль над местом, где смешались созидательная чёрная магия, пространственная магия и барьерные формулы, было трудно даже для Оливера.

Хороший пример — то, как он блуждал в Спящем лесу, не сумев сразу найти Принцессу.

Позже он всё же сумел завладеть контролем над Спящим лесом и встретиться с ней, но тогда это стало возможным только потому, что он использовал в качестве проводника собственную кровь. Иначе говоря, это был обходной приём, а не чистое проявление его личного мастерства.

Конечно, можно было повторить тот же трюк ещё раз, но Оливеру этого совсем не хотелось.

Потому что противником был именно Фан.

Дело было не в том, что Принцесса Спящего леса уступала Фану в силе. Просто нынешний Фан уже соприкоснулся с демоном в Новом Свете, и было невозможно предсказать, какие переменные это принесло.

Особенно для Оливера, который собственными глазами видел подавляющую мощь демона.

Вот почему ему не хотелось использовать свою кровь.

А вдруг он пустит кровь в ход, а Фан сумеет этим воспользоваться? Как Гранд-Мастер школы жизни Теодор.

Информации было мало, а поводов для тревоги — слишком много.

Тщательно всё обдумав, Оливер честно сказал:

— Способ выбраться есть один.

— Какой?

— Добраться до самого края пространства, созданного Фаном, вызвать там трещину и тайком ускользнуть.

— У этого пространства есть край?

— Да. Можно исказить пространство и чувства так, чтобы оно казалось больше своего настоящего размера, но край у него всё равно есть. Захватить контроль над всем пространством целиком будет сложно, но у самого края я, вероятно, смогу побороться за контроль и открыть брешь, через которую можно будет выбраться.

— О, это уже звучит неплохо.

— Проблема в том, что этим способом нельзя вывести слишком много людей.

—...Сколько именно?

— Двоих, включая меня. Я подхватываю ещё одного человека и одним рывком добираюсь до края пространства.

Именно так. План Оливера состоял в том, чтобы схватить одного человека и, пока Фан ничего не заметил, быстро достичь границы пространства.

Полностью перехватить над ним контроль он не мог, но, опираясь на знания, полученные от Принцессы Спящего леса, и на прошлый опыт перехвата контроля, был в состоянии незаметно устроить там помеху и запутать противника.

Такой удар-отход малой группой, возможно, ещё сработал бы.

Но если людей станет больше, разговор, само собой, пойдёт уже совсем другой.

Закончив объяснение, Оливер спросил:

— Если пожелаете, я сперва выведу мисс Джейн.

Джейн немного помедлила, а затем покачала головой.

— Если бы дело касалось только моего желания, я бы так и сделала. Но я ещё немного вложилась в Галос, так что мне этого не хочется. Если на таком приёме я одна сбегу, моим инвестициям это выйдет боком.

Она пошутила — пополам из бравады и искренности.

— Поэтому... можно я позволю себе одну нахальную просьбу?

— Разумеется.

— Если воспользоваться чем-то вроде автомобиля и быстро передвигаться, мы сможем добраться до края пространства?

— Не знаю. Если постараться, возможно, получится.

— Это уже вселяет надежду... Тогда остаётся одна проблема: как защитить вон тех людей от нападения монстров. Сейчас они ведь еле-еле держат оборону.

Обеспокоенно сказала Джейн. Даже ей, человеку далёкому от боя, было ясно, что сил не хватает.

Да и неудивительно. Охрана особняка была рассчитана лишь на чёрных магов или беззаконников, способных устроить беспорядок. На такую орду кричеров её никто не готовил.

Ещё у особняка у них был шанс, но если попытаться увести всех этих людей и по дороге попасть под атаку кричеров, оборону удержать будет почти невозможно.

И тут Оливер, будто что-то вспомнив, произнёс:

—...Проблему нехватки бойцов, кажется, можно решить.

Сказав это, Оливер посмотрел на кожаный чехол, закреплённый у него на поясе сзади. Точнее — на Бигмаус.