Искажённое убеждение (1)

— Что здесь, чёрт возьми, произошло?

Они добрались до одной деревни, следуя указаниям Гавино, верующего Лебединого культа.

Едва увидев деревню, капитан Меро и бросил эту фразу.

Причина была проста: в деревне, до которой они еле-еле добрались, не оказалось не то что кандидата в принцы, попросившего убежища, — не было видно вообще ни единой живой души.

Капитан Меро тут же схватил Гавино за плечо и резко спросил:

— Эй, что случилось? Куда делся кандидат в принцы?

— Я… я и сам не знаю! Когда я уходил, принц ещё был здесь!

Гавино, похоже, был потрясён не меньше остальных и отвечал в явной спешке.

По его эмоциям было видно: он не лгал.

— Здесь есть следы нападения.

Один из бойцов, осматривавших окрестности, поднял руку и окликнул остальных. Капитан Меро почти швырком отпустил Гавино и направился туда.

Оливер, разумеется, пошёл следом. И действительно, как сказал стражник, следы недавнего нападения были налицо.

— Похоже… это не работа кандидата в принцы.

Небольшая хижина, в которой совсем недавно кто-то жил.

Осмотрев обрушенную стену, окна и выбитую дверь, капитан Меро пришёл к такому выводу.

Оливер был с ним согласен. Больше всего это походило не на нападение человека, а на налёт зверя.

«Прежде всего, если бы это был кандидат в принцы, таких следов после него не осталось бы».

Оливер вспомнил того кандидата в принцы из Лебединого культа, с которым столкнулся в прошлом, когда разыскивал наследие Повара-людоеда.

Терновый венец на голове. Плотяное шило-клинок в руке — будто отлитое из комка мяса.

Скорее уж он не оставил бы вообще никаких следов, чем такие мелкие отметины.

Похоже, остальные думали так же, потому что версию с нападением кандидата в принцы сразу отбросили и заговорили о другом. Например:

— Может, на них напали чудовища?

Чудовища, что появляются в проклятых землях.

Оливер и сам однажды видел одно такое — лошадь с человеческим лицом.

Он слышал, что подобные твари рождаются под влиянием проклятых земель.

— Есть одна вещь, которую я не понимаю.

До этого молчавший Оливер слегка поднял руку.

Естественно, все взгляды тут же обратились к нему.

— Если это было не нападение кандидата в принцы, а просто нападение чудовища, я не понимаю, зачем вы бежали. Насколько мне известно, кандидат в принцы довольно силён.

Словно соглашаясь с Оливером, все молча посмотрели на Гавино.

Если бы они бежали не от кандидата в принцы, а просто спасаясь от чудовища, это выглядело бы довольно странно.

Конечно, чудовища проклятых земель опасны, но это касается в основном обычных людей.

Даже обученный солдат способен как-то с ними справиться, а уж сверхчеловек — тем более.

Тот же Оливер мог подавить такую тварь, просто открыв огонь из обычного гатлинга, установленного на машине.

— Наш принц не умеет сражаться.

Ответ Гавино был искренним.

— Не умеет сражаться?

— Да. В отличие от других принцев, он не убивает людей — он их спасает.

И Гавино продолжил объяснение.

Кандидаты в принцы Лебединого культа получают от Лебединой принцессы каждый свой чудесный предмет и проявляют силу, соответствующую этому дару.

Плотяное шило-клинок, которым пользовался первый встреченный Оливером кандидат в принцы, тоже было одним из таких предметов.

— А мой принц получил кольцо исцеления и с его помощью лечил больных. Он из тех, кто спасает людей, а не калечит их.

Гавино говорил с предельной серьёзностью.

Но один из стражников только усмехнулся:

— Тоже мне, святоша. Сами людей в жертву приносят.

— Следите за языком! Там, где нет ни одного нормального врача, он жертвует одним человеком, чтобы спасти десятерых!

И эти слова тоже были совершенно искренними.

Похоже, дело было не только в том, что в борьбе за власть их оттеснили и они обратились за помощью к Бин-Сити.

Голоса уже начали повышаться, но капитан Меро, как ответственный за всю операцию, быстро успокоил людей и вернул разговор в нужное русло.

— Как бы там ни было, по твоим словам выходит, что твой принц не способен сражаться. Так?

— Да. Но всё равно странно. Среди верующих, что служат принцу, есть человек, умеющий с помощью чёрной магии скрывать тело от здешних чудовищ. Не понимаю, как всё могло зайти так далеко.

Гавино пробормотал это так, будто и правда ничего не понимал.

Впрочем, не он один.

Капитан Меро, у которого в голове явно прибавилось забот, яростно поскрёб затылок и спросил, не может ли Гавино хотя бы предположить, куда они отступили.

— Нет. В той ситуации было не до выбора места.

— Чёрт… дело дрянь.

— Что будем делать?

С этим вопросом один из стражников повернулся к капитану Меро. Тот быстро собрался с мыслями и принял решение.

— Эй, Хорхе. Бери ребят и прочеши окрестности. Может, они оставили следы, пока бежали. Остальные — минимум людей на охрану периметра, остальные обыскивают деревню. Вдруг тут найдётся ещё что-нибудь.

Стражники приказу не обрадовались, но и спорить не стали.

Все прекрасно понимали, насколько эта операция важна для безопасности Бин-Сити.

Они тут же быстро разошлись по своим задачам, а Оливер естественно смешался с ними и тоже начал осматривать деревню.

У него было одно место, которое он хотел проверить лично.

***

Дверь часовни со скрипом отворилась.

Пока все прочёсывали деревню и окрестности, Оливер зашёл в часовню на краю деревни и отыскал спрятанный в полу тайный люк.

Он действовал так, будто заранее знал, что искать. И это было недалеко от истины.

Среди демонических книг, найденных им в тайном хранилище Повара-людоеда, была одна, где упоминались эти проклятые земли.

«Кажется, это была та самая высокомерная деревня…»

Впрочем, до объяснений капитана Меро он не мог быть в этом уверен.

С глухим лязгом тяжёлая железная дверь поддалась, и, спустившись вниз, Оливер увидел именно то, что было описано в книге: ещё одну часовню.

Искажённую часовню, созданную жителями деревни, впавшими в религиозную гордыню.

Согласно книге, люди, жившие в проклятых землях, были настолько набожны, что возомнили, будто лишь они одни любимы богом, и из-за этой гордыни совершили множество грехов.

И в подземной часовне действительно остались следы этой искривлённой веры.

Огромный алтарь. Пыточные орудия. Давно застывшая кровь. Разорванные листы бумаги.

Было ли это их собственной волей или происками демона — сказать было невозможно, но фанатичная вера исказилась в поклонение демону и в конце концов перешла черту, которую нельзя было переступать, породив проклятые земли.

У Оливера возникли два вопроса.

Первый — почему история оказалась переврана.

По словам капитана Меро, проклятые земли появились из-за демонопоклонника, проклявшего набожных жителей деревни. Но в действительности всё было ровно наоборот.

Проклятые земли создали не кто иной, как сами местные жители, впавшие в религиозную гордыню.

Можно было бы подумать, что со временем история просто исказилась, но уж слишком ловко её подменили, чтобы списать это на обычную путаницу.

Куда правдоподобнее выглядело то, что кто-то намеренно переписал её.

Второй вопрос касался самих демонов.

Сгоревший. Содержание демонических книг. Эти проклятые земли.

Складывалось ощущение, что демоны исполняют какую-то роль.

«Как будто…»

— А, вот Вы где.

Как раз в тот момент, когда Оливер, приводя мысли в порядок, собирал образцы разорванной бумаги и застывшей крови, снизу донёсся голос капитана Меро.

— Капитан Меро.

— Что это за место?

Спускаясь вниз, капитан Меро оглядывался по сторонам.

— И сам толком не знаю. Случайно обнаружил, пока осматривался.

Оливер ответил настолько естественно, будто и сам верил своим словам.

Никакого злого умысла в этом не было. Просто если бы он начал объяснять, что читал об этом в демонической книге, разговор слишком затянулся бы, вот он и ограничился удобной отговоркой.

— Что-то случилось?

— Люди, которых мы отправили на поиски, вернулись. Они нашли следы — похоже, удалось понять, куда направился кандидат в принцы.

Это было правдой.

Когда они вышли из подземной часовни и Оливер выслушал подробности, выяснилось, что Хорхе, стражник и бывший контрабандист, обнаружил следы, ведущие к соседней деревне.

— Я это место хорошо знаю. Среди контрабандистов тут иногда останавливаются на отдых. По сути, в этом направлении больше и податься некуда: другого места, где человек мог бы передохнуть, тут просто нет.

Аргумент, основанный на опыте. Капитан Меро сразу уловил главное.

— Иначе говоря, это ещё и место, где их проще всего обнаружить, так? Другие кандидаты в принцы ведь тоже прочёсывают округу со своими людьми.

— Скорее всего, так и есть. Поэтому решать нужно прямо сейчас. Если идём — то как можно быстрее. Если нет — отходим. Если замешкаемся, только подвергнем себя опасности и ничего не добьёмся.

Капитан Меро задумался, но на этот раз недолго.

— Продолжаем задание. Раз уж добрались сюда, с пустыми руками возвращаться нельзя. Господин Дейв, сможете снять магию уменьшения и вернуть машине прежний размер?

— Смогу. Но Вы уверены? Вы ведь сами говорили, что если ехать на машине, шум привлечёт чудовищ.

— Да, говорил. Но сейчас скорость важнее осторожности.

Изначально план был таким: тихо вывести кандидата в принцы, прячущегося здесь и просящего убежища. Но этот план уже сорвался.

А значит, его нужно было срочно перестраивать под новую ситуацию.

— У меня будет к Вам ещё одна просьба.

Капитан Меро обратился к Оливеру, пока тот возвращал шестиколёсной военной машине прежний вид.

— Я выделю Вам отдельную машину. Не могли бы Вы двигаться отдельно от нас?

— Боюсь, я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду.

— Это только предчувствие, но, думаю, если мы поедем на машинах, нас очень скоро либо атакуют чудовища, либо мы столкнёмся с Лебединым культом.

Это звучало вполне правдоподобно. Хорхе, объясняя местность, тоже говорил, что вероятность встречи с Лебединым культом очень высока.

— А если столкнёмся, то, нравится нам это или нет, нас неизбежно задержат.

Оливер кивнул.

— Если так и случится, мы станем приманкой и отвлечём их внимание. А Вы тем временем в одиночку доберётесь до деревни и проверите, есть ли там кандидат в принцы, просящий убежища. В такой ситуации, как мне кажется, Вам лучше действовать одному.

— Я не возражаю, но Вы уверены?

Оливер спрашивал совершенно искренне. И не без причины: на кону стояла безопасность Бин-Сити.

Пусть обстоятельства и поджимали, но не слишком ли рискованно было возлагать всё это на него одного?

— Времени нет. И мэр тоже сказал: если дело примет такой оборот, поручить всё Вам. В Ланде верят в репутацию господина Дейва. Так что какой бы ни был итог, его примут.

— Понял… Если по дороге всё сорвётся, я хотя бы сам доберусь туда и проверю. Но лучше бы до этого не дошло.

***

— Я так и думал.

Прошло всего несколько минут с тех пор, как они выехали на машинах, когда Оливер тихо произнёс эти слова.

Словно в подтверждение того, что дурные предчувствия редко ошибаются, вскоре после начала движения на них одно за другим начали нападать чудовища, обитающие в проклятых землях.

Уродливые твари — вроде кричеров и заражённых существ Ланды — выскакивали со всех сторон и пытались опрокинуть машины.

Городская стража Бин-Сити отбивалась как могла, пуская в ход всё, что было при ней.

Поначалу они держались неплохо. Но вскоре в бой вмешались нападавшие, которых можно было принять за людей Лебединого культа, и ход сражения тут же переменился.

Вооружённые чем попало — от огнестрела до кос, пил и мотыг, — люди Лебединого культа вцепились в отряд мёртвой хваткой, опрокинули одну из машин, шедших впереди, и в итоге задержали всех.

Единственным, кого им не удалось остановить, оказался Оливер — только потому, что он ехал на специально подготовленной машине, подаренной Филипом.

Как и было условлено с капитаном Меро заранее, Оливер один направился в деревню.

Сейчас важнее всего была скорость, и это казалось наилучшим решением.

У въезда в деревню загрохотал гатлинг.

Резко развернув машину, Оливер смёл очередью всех чудовищ проклятых земель, что преследовали его сзади, и только после этого вышел наружу.

Сразу же он активировал глаза чёрного мага и окинул деревню взглядом, но не обнаружил ни одного человека.

Зато уловил что-то ещё — тревожную, недобрую ауру.

Оливер машинально направился туда.

Внутри ветхого заброшенного дома он нашёл мужской труп.

Труп с грубо отсечёнными пальцами.

Тело сидело на стуле, и по терновому венцу на голове Оливер сразу понял: это кандидат в принцы.

Он опоздал.

Но сожаления не испытал.

Потому что у двери стоял кто-то, кто тревожил его куда сильнее.

Хонъин с выцветшей пятнистой кожей, тоже в терновом венце.

Оливер посмотрел на него и спокойно поздоровался:

— Давно не виделись, Непреклонное Колено.

***

Поначалу Непреклонное Колено не понимал.

Почему ему нельзя сражаться с Дейвом.

Он сам видел, насколько Дейв силён. Более того, он слышал, что тот сумел одолеть даже Фана. И всё же слова Паппета о том, что нужно не драться, а убеждать, были для него непостижимы.

Пока Дейв становился сильнее, Непреклонное Колено тоже не сидел сложа руки: он убивал кандидатов в принцы Лебединого культа, забирал их чудесные предметы и наращивал собственную силу.

Ему казалось, что хотя бы раз попробовать всё-таки можно.

Точнее, ему хотелось отомстить.

Отомстить Дейву — тому, кто не дал хонъин свершить свою месть и приложил руку к гибели всего племени.

Но Паппет, зная об этом, всё равно приказал ему даже не думать о битве и вместо этого убедить Дейва, действуя строго по его указке.

Чтобы впредь Дейв не мешал им.

Хотя бы чтобы он начал колебаться.

И это несмотря на всю ту обиду, жажду мести, ненависть и ярость, которые кипели в Непреклонном Колене.

Но, как ни странно, в тот миг, когда он вот так оказался лицом к лицу с Дейвом, он наконец понял причину.

Лебединая принцесса заключила сделку с демоном ценой конца света.

И Непреклонное Колено, как кандидат в принцы, всецело принявший её благословение, только теперь смог по-настоящему разглядеть Дейва.

Этот тип… нет, это существо — победить было невозможно.

И побеждать его тоже было нельзя.

Осознав это, Непреклонное Колено активировал кольцо благодати и взыскания, которое только что отнял, и заставил труп произнести его слова вместо него:

— Я. хочу. заключить. сделку.