Посетители (3)

Орден Белого Лебедя.

Одна из сект, основанных чёрным магом. Оливер узнал о её существовании уже после смерти Повара-людоеда — когда искал оставшееся после него наследие.

Тогда Оливер впервые узнал об Ордене Белого Лебедя и впервые встретил одного из его высших людей — кандидата в принцы.

Честно говоря, впечатление он произвёл сильное.

Даже по меркам Оливера его способность к восстановлению, выходящая далеко за пределы обычной регенерации, и клинок в форме шила, сотканный из плоти, были поразительны.

Не менее поразительным был и сам путь Ордена: поклонение демонам, ожидание конца света, использование верующих как материала и даже попытка поглотить Спящую красавицу.

Не говоря уже о том, что они помогали Повару-людоеду в его призыве через человеческие жертвоприношения.

«И вот теперь один из кандидатов в принцы Ордена Белого Лебедя внезапно хочет перебраться в Бин-Сити и просить убежища...»

Испытывая любопытство уже не только личного свойства, Оливер посмотрел на мужчину, сидевшего напротив.

— Капитан Меро.

— Да, Дейв.

Капитан Меро из городской стражи Бин-Сити ответил с подчёркнутой вежливостью.

Сейчас он вместе с Оливером ехал на шестиколёсной военной машине в сторону проклятых земель.

Причина была проста: в проклятых землях находился кандидат в принцы, запросивший убежище.

— Я уже спрашивал, но всё же: раньше бывало, чтобы кандидат в принцы просил убежища?

Не то чтобы Оливеру и вправду было так уж интересно. Скорее он просто хотел ещё раз подтвердить уже известный факт.

На месте собеседника такой вопрос мог бы и раздражать, но капитан Меро не выказал ни малейшего недовольства и ответил со всей добросовестностью:

— Нет. Это впервые.

Впервые. А значит, случай беспрецедентный.

Оливер задал следующий вопрос:

— Если позволите, я хотел бы спросить ещё кое-что.

— Разумеется. Вы приехали помочь по просьбе мэра, так что это самое меньшее, что я должен сделать. Говорите без стеснения.

Меро сказал это совершенно искренне.

И, по правде говоря, он был прав.

Поговорив с верующим Ордена Белого Лебедя, пришедшим просить убежища вместо кандидата в принцы, Джек сразу понял серьёзность происходящего, предложил Оливеру немалое вознаграждение и попросил о помощи.

Оливер принял просьбу без колебаний.

Его и самого в какой-то мере интересовали и Орден Белого Лебедя, и его нынешние действия.

Иными словами, отправился бы он в любом случае, попросил бы Джек о помощи или нет. Но Оливер не стал произносить это вслух.

За несколько лет жизни в Ланде он усвоил: то, что можно не говорить, лучше не говорить.

Поэтому он просто задал вопрос, как и предложил Меро:

— У Ордена Белого Лебедя какие-то внутренние проблемы?

Это был вопрос-предположение. Меро с типично военной сухостью слегка покачал головой.

— Не думаю. Мэр тоже сказал, что нет, и я с ним согласен.

— Но ведь тот, кто пришёл просить убежища, сказал, что новый кандидат в принцы нападает на других кандидатов в принцы?

Оливер посмотрел на другую шестиколёсную военную машину, ехавшую впереди.

Там сидел верующий Ордена Белого Лебедя, просивший о помощи. По его словам, недавно назначенный кандидат в принцы внезапно начал нападать на других кандидатов в принцы.

Судя по его эмоциям, он говорил правду.

Подробностей Оливер не знал, но обстоятельства и правда позволяли предположить раскол внутри Ордена Белого Лебедя.

Однако реакция Меро не изменилась.

— И всё же вряд ли. Орден Белого Лебедя — организация не из числа прославленных, но и не настолько рыхлая, чтобы в ней вспыхнул внутренний раскол.

Он говорил искренне.

— Почему Вы так считаете?

— Они избегают внешней активности, и снаружи о них знают только те, кому положено. Но при этом они долгие годы оказывали колоссальное влияние на Республику Иберинья из-за кулис. Достаточно посмотреть на их след.

Так и было.

Перед выездом Джек рассказал Оливеру, что Орден Белого Лебедя ведёт дела с диктатором Антонио, правящим в слаборазвитой аграрной Республике Иберинья, и потому обладает там огромным закулисным влиянием.

Если Бин-Сити был городом чёрных магов, то Республика Иберинья — страной сект.

Поначалу масштаб этого звучал так дико, что Оливер не мог до конца понять, о чём речь. Но со временем понемногу начал допускать, что такое всё же возможно.

По крайней мере, уже не казалось совершенно невозможным.

И неудивительно. Из-за пасторально-религиозной политики премьер-министра Антонио производительность по всей Иберинье была ниже даже, чем в Ланде, а инфраструктура — куда хуже.

Эдакая огромная деревня.

На таком фоне то, что Орден Белого Лебедя, способный за счёт человеческих жертвоприношений заимствовать силу демонов, обладает там огромным влиянием, уже не казалось чем-то странным. Напротив, это даже выглядело вполне выгодным для них.

И те, кто хоть немного знал об Ордене Белого Лебедя, тоже говорили, что тот глубоко пустил корни по всей Иберинье.

И всё же Оливеру это пока ещё плохо представлялось.

— Похоже, в Бин-Сити Вы многое знаете об Ордене Белого Лебедя.

— Это единственное соседнее государство. Хотим мы того или нет, знать приходится много.

Справедливое замечание. Оливер не стал спорить и задал более полезный вопрос.

Как уже говорилось, в это дело он ввязался не из одного лишь личного любопытства.

У него была и своя цель.

— Если это не внутренний раскол в Ордене Белого Лебедя, то почему один кандидат в принцы нападает на другого?

Оливер задал тот самый вопрос, на который даже Джек, мэр Бин-Сити, не смог дать ясного ответа.

Собственно, они и ехали искать скрывавшегося в проклятых землях кандидата в принцы, чтобы выяснить все подробности.

Потому что беспорядки в Ордене Белого Лебедя вполне могли перекинуться и на соседний Бин-Сити.

— Подробностей я тоже не знаю... Но у меня есть личное предположение.

— Какое именно?

— Это всего лишь догадка.

— Я как раз хочу услышать именно её.

Оливер сказал это прямо.

Судя по серьёзности, которую показывал капитан Меро, даже личная догадка стоила того, чтобы её выслушать.

И, будто ему самому хотелось проверить свою мысль на Оливере, Меро осторожно высказался:

— Думаю, они пытаются стянуть силу в одну точку.

— То есть?

— Сосредоточить её. Изначально кандидатов в принцы у Ордена Белого Лебедя было одиннадцать, но после недавних нападений их стало шесть. Под удар попали сразу семеро.

— Разве не четыре?

— Один из тех семерых не умер, а лишь был ранен. И вдобавок появился новый кандидат.

«Одиннадцать минус семь. Один выжил, и ещё один добавился».

— Понял.

— Но, как ни странно, чем меньше их стало, тем сильнее стали сами кандидаты в принцы. Возможно, они хотят развить этот процесс и вовсе свести всю силу в одну точку. То есть собрать силу нескольких кандидатов в принцы в одном-единственном... Но есть кое-что, чего я не понимаю.

— Что именно?

— Не понимаю, почему Орден Белого Лебедя вдруг начал действовать настолько радикально.

— Хм... Может быть, именно потому, что на них напали?

Это было резонно, но Меро покачал головой.

— Не знаю... В прошлом с Орденом Белого Лебедя уже случалось нечто подобное, но тогда они так не поступали. Наоборот, на время отступали и залегали на дно. Потому-то они и удержались до сих пор.

— Тогда, может, дело в смерти Повара-людоеда?

Оливер предложил другую версию.

Мол, раз умер соседствовавший с Орденом Белого Лебедя Повар-людоед, Орден решил всерьёз нарастить свою силу.

Версия тоже была вполне разумной.

После исчезновения Повара-людоеда чёрные маги, которых он прежде подавлял, и те, кто хотел занять освободившееся место, до сих пор метались друг против друга без всякого порядка.

Похоже, довод показался правдоподобным: Меро на миг задумался. Но вскоре снова покачал головой.

— Не знаю. Орден Белого Лебедя не из тех, кто гонится за мирским богатством и властью... Впрочем, скоро мы и так всё узнаем.

Меро посмотрел наружу, и в этот момент ожило устройство связи.

Чик-чирик — щёлк.

Меро нажал кнопку, и с передовой машины пришло сообщение:

[Похоже, мы скоро войдём в проклятые земли. Дальше придётся идти пешком.]

***

Проклятые земли.

Область между Бин-Сити и Республикой Иберинья, служившая своего рода границей.

Потому что место было опасное: здесь водились самые разные чудовища, а если задержаться слишком долго, можно было заболеть.

Именно здесь, как говорили, скрывался кандидат в принцы, запросивший убежище в Бин-Сити.

— Преследование со стороны нового кандидата в принцы было слишком сильным, поэтому дальше мы идти не смогли.

Это сказал Гавино, верующий Ордена Белого Лебедя, пришедший просить помощи вместо кандидата в принцы.

— Почему тебя не преследовали?

Спросил капитан Меро, выйдя из шестиколёсной военной машины.

— Я ведь не кандидат в принцы.

Гавино ответил так, словно это было само собой разумеющимся. Однако выражение лица у Меро осталось недоверчивым.

На первый взгляд слова Гавино звучали логично, но всё зависело от обстоятельств.

Раз они добрались сюда бегством, было очевидно, что целью был Бин-Сити. А значит, способов заранее отрезать путь у преследователей хватало.

К примеру, достаточно было перекрыть сам проход через эти проклятые земли — и Гавино ни за что не смог бы добраться до Бин-Сити.

Пусть внутри проклятых земель всё и было сложно — холмы, вперемешку с редким лесом, — зато входы и выходы были очевидны.

Но Гавино не уступил:

— Потому что новый кандидат в принцы — краснокожий. Я ведь уже говорил.

—...

— Местной географии краснокожий не знает, вот и не выставил людей. А может, он просто краснокожий и не додумался до такого.

В его голосе сами собой проступали презрение и пренебрежение.

Уменьшая шестиколёсные военные машины магией уменьшения и облегчения, Оливер снова ощутил в чужом краю то же дежавю, что прежде испытывал в Ланде.

Потому что немало людей, видевших Ала, служащего Фореста, или Кевина, ученика Мерлина, излучали точно такие же чувства.

Как ни посмотри, а везде, где живут люди, всё очень похоже.

«Значит, новый кандидат в принцы — краснокожий. Хорошо, что я поехал».

К прежнему интересу Оливера добавилось ещё и личное любопытство. Он убрал уменьшенную машину в сумку и передал её одному из стражников.

К тому времени разговор Гавино и Меро в целом подошёл к концу.

— Вы так и будете стоять здесь и препираться? Или всё-таки поможете?

Понимая, что помощь из Бин-Сити прислали не по доброй воле, Гавино начал подгонять их, и Меро, хоть и чувствовал себя неуютно, всё же решил выполнять задание.

Потому что, как и сказал Гавино, помогать кандидату в принцы они собирались не из одного лишь альтруизма.

— Дейв, можно выступать?

— Да. Все машины уменьшены, можем идти.

Они прикрывали левую и правую стороны, а также следили за передом и тылом.

Гавино, не состоявший в городской страже, встал впереди и повёл их, а Оливер занял место в центре строя, под охраной.

Как главную боевую силу, его поставили в самое безопасное место.

Особой нужды в этом не было, но и отказываться он не стал.

Непосредственно перед выходом Меро обратился к Оливеру:

— Не могли бы Вы присматривать за окрестностями и сказать, если заметите что-то странное?

Меро попросил его не для того, чтобы свалить на него разведку, а просто стараясь проявить максимум осторожности. И Оливер, как когда-то, принимая просьбу Джека, охотно кивнул.

Его заинтересовал этот проклятый лес.

Потому что в нём проглядывало то самое присутствие, которое он почувствовал в подземелье Z-зоны, куда его водил Бартоломью, старейшина Комитета против застройки.

Место, которое одновременно и манило, и не хотелось узнавать ближе.

Следы ада, вышедшие на поверхность.

—...За окрестностями я прослежу. Это нетрудно. Но можно попросить об одном в ответ?

Не ожидавший такого Меро спросил, о чём речь, и Оливер ответил:

— Эти проклятые земли... Не расскажете, какими они были изначально?

— Зачем Вам это?

— Просто здесь какое-то странное ощущение. Или Вы не знаете?

— Нет, кое-что знаю, не меньше других. Когда-то это была священная земля, где жили набожные верующие. До тех пор, пока поклонники демонов не навлекли бедствие.