Вена (5)

— Вау… Да как это вообще возможно?

В приёмной мэрии Бин-Сити.

Юэн с изумлением разглядывал Бигмауса.

— Скажи-ка ещё раз.

Больше всего его заинтересовало то, что сразу после переговоров с Джеком Бигмаус заговорил по-человечески.

«Бигмаус. Достань, пожалуйста, немного золота».

«А? Не хочу».

Даже Юэн, до этого лежавший с видом потерявшего сознание, от такого рывком поднял голову. И его любопытство до сих пор не угасло.

Вполне в духе мастера.

— Куруруру.

Сам Бигмаус, который и был объектом всеобщего интереса, только смотрел на Оливера с видом полного раздражения, будто просил поскорее убрать всё это.

— Что он говорит?

— Говорит, что ему надоело.

— Как и положено чёрномагическому предмету, наглый. Почему он не говорит по-человечески, а издаёт какие-то жабьи звуки?

— Не знаю. Я и сам не очень понимаю… Возможно, просто не в настроении.

— Не в настроении?

— Да… Когда я попросил его достать золотые слитки, он выказал очень сильное нежелание.

Так и было. Когда ради компенсации за вдребезги разнесённую таверну и соседние здания его попросили выдать золото, Бигмаус совершенно искренне воспротивился.

К счастью, Оливер сумел его уговорить, и на этом всё закончилось мирно.

— Значит, у него есть эмоции…

Уловив главное, Юэн всерьёз задумался.

Тоже вполне по-мастерски.

Долго ломав голову, он в итоге выбрал подход, который, по его мнению, тоже был вполне профессиональным.

— Тычок в глаз.

Выкрикнув название «приёма», Юэн без предупреждения ткнул указательным пальцем в одно из бесчисленных глазных яблок Бигмауса.

По приёмной разнёсся его вопль.

— Кьяаааааа!

— Отлично. Значит, если ткнуть в глаз—

— Кьяаааааа!

В тот миг, когда Юэн радостно щёлкнул пальцами, Бигмаус выставил указательный и средний пальцы и ткнул ими ему прямо в оба глаза.

Юэн, зажав лицо руками, покатился по полу. Бигмаус тут же начал его пинать, а Оливер спокойно пил кофе.

— Больно! Больно! Останови его! Да останови же!!

Бигмаус, отточивший навыки в драках с другими мешками-обжорами, бил тяжёлыми лапами так, что Юэн заорал во весь голос. Только тогда Оливер его успокоил.

— Курурурурук!!

— Что он говорит?

Юэн с трудом поднялся, протёр глаза и кое-как восстановил зрение.

— Спрашивает, почему, раз дело уже сделано, его не уберут обратно, а продолжают мучить… Бигмаус, потерпите ещё немного. У нас ещё есть дела.

Оливер мягко попросил Бигмауса потерпеть.

Тому это явно не понравилось, но он нехотя сдержался и ушёл сидеть в угол.

— Юэн, и Вы тоже, пожалуйста, не мучайте Бигмауса слишком сильно.

— Ты что, не видел, кого тут только что избивали? …Это правда Смит сделал?

Смит. Ученик Юэна и чёрномагический артефактор, с которым Оливер познакомился на Греймаркете.

Именно ему Оливер и заказал Бигмауса.

— Да. Я попросил сделать его ещё в самом начале, когда только дебютировал в Ланде как фиксер. Хотелось хранить вещи поудобнее.

— Ха… Тогда я тем более ничего не понимаю. Смит просто не способен создать нечто подобное.

— Почему Вы так думаете? Я, конечно, не специалист, но мне казалось, что господин Смит — весьма умелый мастер.

Оливер сказал это совершенно искренне. И это подтверждалось делом: объединившись с Форестом, Смит открыл в X-районе чёрномагическую мастерскую и успешно ею управлял.

Причём обзавёлся не только работниками, но и несколькими учениками.

— Он хороший мастер, но в нём нет ничего особенного. Вот в чём проблема.

— Особенного?

— Именно. Основа у него крепкая, и трудится он добросовестно. Но, с другой стороны, в нём нет той самой искры. Чёрная магия тоже сильно зависит от таланта. Как и ветвь созидания. Понимаешь, о чём я?

Оливер кивнул.

По сравнению с обычной магией чёрная магия считается более доступной для низших слоёв и потому будто бы менее зависимой от таланта. И в этом есть доля правды. Но если подняться до определённого уровня, талант начинает играть огромную роль и здесь.

Для ветви огня важны боевой дух и жажда убийства, для ветви манипуляции — интеллект и ловкость рук, для ветви болезней — выдающееся тело и чувствительность, а для ветви созидания — творческое начало, воля и склад натуры.

— С созданием чёрномагических предметов то же самое. Тут тоже нужна особенность. Базовые функции ещё можно худо-бедно воспроизвести, но особые свойства — совсем другое дело. Если бы речь шла просто о вместимости мешка-обжоры, я бы ещё понял. Но говорящий мешок-обжора Смиту не по силам.

Договорив, Юэн покосился на Оливера.

— Почему Вы так на меня смотрите?

— Потому что всё это подозрительно. Если дело не в том, кто его сделал, значит, проблема в том, у кого он сейчас. Давай начистоту. Что ты с ним сделал?

Немного подумав, Оливер покачал головой.

— Не знаю. Мне ничего не приходит в голову.

— Преступник всегда всё отрицает.

— То, что Бигмаус говорит, настолько удивительно?

— Ещё бы!

Юэн вложил в ответ всю душу.

— Это как свинья с крыльями. Вроде бы мелочь, но такого просто не бывает… Хотя, если речь о тебе, уже не так уж и удивляет.

— Хм… Не знаю. Я ведь ничего особенного не делал. Я просто всегда относился к Бигмаусу с уважением и иногда просил его помочь, когда было нужно.

И Юэн, и Бигмаус одинаково прищурились.

— …Почему Вы оба смотрите на меня с таким подозрением?

— А сам как думаешь?

— Курук!

Юэн и Бигмаус, уже действовавшие как единое целое, насели на Оливера.

Тот поспешил пожаловаться на несправедливость.

— Да, я иногда прошу его хранить чуть больше вещей, чем следовало бы, и поручаю ему работу, но такая реакция всё равно несправедлива. Я ведь каждый раз ему плачу.

— Сколько?

— Одну банкноту в одну Ланду.

— Вот уж Скрудж так Скрудж. И что же ты там хранишь, если сам говоришь, что перебарщиваешь?

— Ничего особенного. Деньги, огнестрельное оружие, золото, драгоценности, зелья, лекарственные травы, большое количество крови, куски плоти Теодора, множество резервуаров разных размеров, пробирки, всевозможные рабочие и лабораторные инструменты, несколько десятков трупов, включая труп Повара-людоеда, эмоции, магическую силу, книги по чёрной магии и обычной магии, прочие книги общего характера, книгу демона, сорок коробок калорийных батончиков, большое количество ветчины и бекона, вяленое мясо, мясо, обрывки плоти призванного существа, которого вызвал кандидат в принцы Лебединого культа, овощи, яйца, походную кухонную утварь, шоколад, печенье, кофе, кофейные чашки, чайник—

— Погоди.

Не дослушав, Юэн вдруг резко оборвал его.

— Там среди этого «ничего особенного» мне послышалось несколько вещей совершенно ненормальных.

— О чём именно Вы говорите?

— Что значит «о чём»?! Не делай вид, что не понимаешь. Ты только что сказал: книга демона, труп Повара-людоеда и ещё какие-то куски плоти!!

— …Если объяснять, это выйдет долго… В общем, так уж получилось…

На фоне перечисленного он сказал это даже не спокойно, а как-то совсем без сил.

Юэн выругался и принялся массировать переносицу обеими руками.

А затем, что совсем было на него не похоже, на какое-то время вообще лишился дара речи.

И как раз в тот момент, когда он уже собирался начать разбор, послышался скрип ржавых петель.

Киииииг.

Дверь плохо обслуживаемой приёмной мэрии распахнулась, и все — включая Оливера — невольно посмотрели в ту сторону.

В щели показалась женщина с шрамом на одном глазу.

Обычная чиновница мэрии, но одета она была для чиновницы на удивление неформально.

— Хааа… Мэр уже прибыл.

***

Цок. Цок. Цок.

Тук. Тук. Тук.

Топ. Топ. Топ.

Бум. Бум. Бум.

Мэрия, стоявшая на окраине Бин-Сити.

Оливер шёл по её коридору.

В отличие от общественных зданий Ланды, здесь всё было очень скромно, а сотрудники одевались свободно и не соблюдали никаких формальностей.

— Где этот грёбаный ублюдок?! Куда делся этот сукин сын?!

— Сбежал, чтобы начальник отдела его не застал.

— Сволочи, зарплату только воровать умеете! А эта стерва Барбара где?!

— Сказала, что устала, и пошла немного отдохнуть.

— В этом чокнутом городе есть хоть кто-то, кто нормально работает?!!

Свободы здесь и правда было хоть отбавляй. Пока Оливер наблюдал за этим, Юэн заговорил с ним.

— …Если свалить в одно место такую дрянь, неудивительно, что мешок-обжора заговорил. Засунь ты всё это в деревянный ящик — и деревянный ящик тоже начал бы разговаривать.

— Что Вы имеете в виду?

— Я сейчас язвлю по поводу того, как вообще можно было додуматься хранить в одном месте книгу демона, труп какого-то бандита и куски плоти призванного существа из сектантского культа, поклоняющегося демону.

— Не знаю. Но книга и трупы и так изначально лежали у Бигмауса.

— Есть такая удивительная мебель — книжный шкаф. В нём хранят книги. Не думал о таком варианте?

— Не беспокойтесь. Книжный шкаф тоже лежит в Бигмаусе.

— …Похоже, мешок-обжора правда заговорил именно из-за тебя. От безысходности.

— Бигмаус.

— Что?

— Его зовут Бигмаус. Мешок-обжора — это вид. Пожалуйста, называйте его Бигмаусом.

Юэн посмотрел на идущего позади Бигмауса, потом снова на Оливера.

— С чего бы это?

— Бигмаусу больше нравится, когда его зовут по имени. Когда мы впервые встретились, он и имя себе попросил.

Оливер объяснил это, вспоминая их первую встречу.

Юэн уже было снова заинтересовался, но в этот момент раздался типично чиновничий ленивый голос.

— Хааам… Пришли. Кабинет мэра.

Женщина-чиновница указала на дверь, куда более роскошную, чем все прочие.

Оливер, Юэн и мешок-обжора вошли внутрь, и перед ними открылось странное зрелище: жалкий с виду кабинет, уставленный дорогой мебелью.

— Простите, что заставил ждать.

Стоявший внутри молодой человек с простоватой внешностью подошёл к Оливеру и сразу протянул руку.

Зачёсанные набок каштановые волосы, худощавое телосложение, возраст — максимум чуть за двадцать.

Оливер без колебаний пожал ему руку и поздоровался:

— Ничего страшного, господин Джек. Благодарю уже за то, что Вы согласились встретиться.

Он пожал руку так, как когда-то учили в Доме ангела, — ровно настолько, чтобы не вызвать у собеседника неприятия.

Неизвестно, что именно задело Джека, но он слегка усилил хватку и приподнял одну бровь.

— …Вы не удивлены.

— Удивлён. Просто Вы оказались ещё моложе, чем я ожидал.

— А… Но при этом Вы сразу поняли, что я — Джек.

— Эмоции были точно такими же, как те, что я видел через трупную куклу.

Внешне Джек этого не показал, но внутри немало удивился. Человека, способного так тонко различать эмоции, даже в Бин-Сити было непросто найти.

Да и само по себе умение отличать людей по эмоциям казалось чем-то невозможным.

— Чем дальше, тем больше я убеждаюсь, что правильно поступил, решив вести переговоры. И ещё раз прошу прощения за опоздание. Я отходил проверить гусей, которых выращиваю.

— Вы сами выращиваете гусей, господин мэр?

— Да… Это один из ключевых видов деятельности города.

— …?

Оливер слегка склонил голову набок. Ему было трудно понять, как разведение гусей может быть одним из основных городских промыслов.

Тем временем Джек поздоровался и с Юэном:

— …Дядюшка-бобовщик, давно не виделись.

— Да, давно. Завидую — ты совсем не изменился.

— И Вы тоже.

Разговор прозвучал многозначительно.

И неудивительно: история Бин-Сити насчитывала около шестидесяти лет, и всё это время пост мэра с самого основания города занимал Джек.

Как ни посмотри, он уже должен был быть глубоким стариком. Но Джек не просто сохранял облик молодого человека — его жизненная сила тоже была ненормально мощной. Почти как у гиганта.

Сплошные загадки.

— Неудобно разговаривать стоя. Может, присядем?

По предложению Джека Юэн и Оливер молча опустились на диван.

Оливеру, конечно, было любопытно, но это оставалось лишь личным интересом. Сейчас у него были дела поважнее.

— Вот кофе… Если Вы не против, можем сразу перейти к делу?

Джек сам приготовил кофе и сразу предложил перейти к сути. Оливер согласился.

— Благодарю. Если честно, после недавнего переполоха люди напуганы, так что лучше уладить всё поскорее… Для начала ещё раз уточним условия сделки. Господин Дейв, Вы хотите, чтобы я вызвал капитана Хука и помог Вам помириться с дядюшкой-бобовщиком, верно?

— Да.

— А взамен Вы обещали достаточно щедрую денежную компенсацию и решение продовольственной проблемы города.

— Да.

Оливер ответил коротко и ясно. Так, словно речь шла о пустяке.

Но именно это и поставило в тупик даже Джека, который сам основал город, будучи едва за двадцать.

— Прежде всего… Вашим словам о компенсации я верю. Я видел золотые слитки.

Он говорил о тех самых слитках, которые Оливер уговорил Бигмауса выдать и потом раздал владельцу таверны и прочим пострадавшим. Благодаря подавляющему богатству Оливер мгновенно вытравил из людей, лишившихся крова, обиду и заменил её благодарностью.

— Я слышал, что Вам досталась значительная часть наследства Повара-людоеда. Похоже, это правда. К тому же Ваш бизнес в X-районе растёт день ото дня… Но вот второе предложение вызывает у меня сомнения.

— Вы о продовольствии?..

— Да. Только не поймите меня неправильно. Я не сомневаюсь в Вашей надёжности, господин Дейв. Просто даже если у Вас много денег, обеспечить едой целый город трудно поверить. И дело даже не в деньгах — как Вы собираетесь доставить сюда такое количество продуктов?

Вопрос был более чем разумный.

Купить еду и перевезти её — разные вещи.

Время и расстояние. Здесь деньги не всесильны.

К тому же сейчас логистика Бин-Сити была нарушена из-за морских чудовищ. Именно поэтому и начался продовольственный кризис: контрабандисты перестали ходить в море.

Но ответ Оливера оказался до неприличия прост.

— У меня есть несколько свитков с портальной магией. С их помощью я и собираюсь всё закупать.

— …

Джек умолк.

Портал — один из видов пространственной магии. Перевозка грузов через портал была именно той мечтой, от которой все в конце концов отказались.

Причина проста: чем больше вес, размер и масса того, что проходит через портал, тем выше затраты на его открытие и поддержание.

И всё же Оливер то ли не знал об этом, то ли уже решил проблему — иначе объяснить такой ответ было невозможно.

— Хм… У меня ещё много вопросов, но куда Вы собираетесь складывать все эти объёмы продовольствия?

Оливер указал на Бигмауса:

— В Бигмауса.

— Курук?!

Бигмаус оцепенел от ужаса.

И не только он. Джек тоже был явно поражён, а Юэн сразу заинтересовался.

— Один этот мешок-обжора?

— Да… Бигмаус.

Лучше один раз увидеть. Оливер попросил Бигмауса показать.

Тот, хоть и был недоволен тем, что его снова нагрузили работой, всё же посмотрел на лицо Оливера и нехотя начал извергать наружу содержимое своего нутра.

— Куэээээээээээээээээээээк!

Его вопль тянулся долго, и с каждым новым звуком в кабинете мэра одна за другой появлялись вещи.

Сорок коробок калорийных батончиков трёх вкусов, шоколад, печенье, бекон, вяленое мясо, сосиски, ветчина, мясо, всевозможные овощи, хлеб, перец, соль, всевозможные приправы и многое другое.

По разнообразию и количеству всего этого хватило бы, чтобы заполнить четверть кабинета.

Даже с учётом размеров мешка-обжоры это было за пределами здравого смысла.

Юэн спросил:

— Ты что, к эвакуации готовишься?

— В последнее время… у него аппетит разыгрался. Но если постараться, можно набить в него ещё больше. Так что, если я буду двигаться быстро, думаю, смогу хотя бы немного помочь с продовольственным кризисом. Что скажете?

Джек не ответил сразу.

На самом деле вопросов оставалось много. Даже если грузить еду в Бигмауса, при проходе через портал всё равно пришлось бы платить цену, пропорциональную объёму перевозимого. Как именно Оливер собирался это решить?

Но вместо того чтобы цепляться к каждому сомнительному моменту, Джек предпочёл перевести разговор в более продуктивное русло.

— Этот мешок-обжора… Его Вам сделал дядюшка-бобовщик?

— Нет, его сделал мой ученик. Смит.

— Должно быть, у Вашего ученика выдающийся талант? Раз он создал мешок-обжору с такой вместимостью.

Джек сравнил количество еды, которое выдал Бигмаус, с размерами самого Бигмауса.

Даже по одному только объёму выходило, что он хранил в себе как минимум в сто раз больше собственного размера. И при этом, судя по всему, запас места ещё оставался.

Для мешка-обжоры это было немыслимо.

— Нет, он, конечно, умелый парень, но не настолько. Я сам не смог бы сделать мешок-обжору такого уровня. Если только случайно.

— Тогда…

— Этот тип сам всё знает.

Юэн без малейших колебаний указал на Оливера.

Взгляд Джека естественно переместился к нему, и Оливер как ни в чём не бывало ответил:

— Я усилил мешок-обжору. Мне хотелось, чтобы он мог вмещать больше.

— Как именно Вы его усилили?

— Давал ему поедать других мешков-обжор такого же размера.

Джек и Юэн вздрогнули одновременно.

Способ, о котором говорил Оливер, действительно использовался для усиления чёрномагических предметов. Но в то же время он считался опасным и потому оставался почти запретным.

Чёрномагический предмет, усиленный пожиранием сородичей, обычно вместе с мощью резко увеличивает интеллект и агрессивность, а затем начинает угрожать хозяину.

Именно поэтому даже в Бин-Сити, городе чёрных магов, таким способом почти не пользовались.

И вот теперь сам мэр Бин-Сити спросил:

— Вы правда стравливали мешки-обжоры друг с другом и заставляли их пожирать друг друга?

— Да. Я усиливал его постепенно: один на один, двое на одного и так далее.

Оливер даже любезно пояснил, что не просто устраивал драки, а шаг за шагом загонял их во всё более жестокие условия.

— Тогда ясно, откуда у него такие характеристики. Ну и дьявол же ты.

— Что?

— Что значит «что»?! Ты стравливал мешки-обжоры и заставлял их пожирать друг друга!

— Это было согласованное решение.

Сказал Оливер, а Бигмаус тут же замотал головой.

Юэн ещё не раз обозвал его чудовищем, а Оливер принялся отстаивать свою невиновность.

И тут Джек спросил:

— Он Вам не угрожает?

— В каком смысле?

— Чем выше характеристики чёрномагического предмета, тем хуже он слушается хозяина. А иногда и вовсе начинает угрожать его жизни.

— Я знаю.

— Именно поэтому предметы стараются не усиливать через пожирание сородичей. После такого они становятся ещё агрессивнее к владельцу… Как Вы его приручили?

Во взгляде Джека снова вспыхнула та же жадность, что раньше, когда он смотрел на Юэна.

Его привлекали и возможности мешка-обжоры, усиленного пожиранием сородичей, и сам способ его укрощения.

Оливер ответил:

— Уважением и вознаграждением.

— То есть никак.

— Я серьёзно, Юэн. С самого момента, как я получил Бигмауса, и до сих пор он ни разу мне не угрожал. Наоборот, он мне очень помогал.

— Куруруру…

Бигмаус тяжело вздохнул. Так, словно столкнулся с неотвратимым бедствием.

Джек тоже понял, что никакого конкретного метода, похоже, не существует. На его лице мелькнуло разочарование.

И тогда Оливер предложил:

— Я не уверен, но, кажется, знаю один способ приручить другого мешка-обжору, усиленного пожиранием сородичей.

— Какой?

Джек тут же оживился.

— Нужно заставить его сразиться с Бигмаусом.

Сказав это, Оливер большим пальцем указал на Бигмауса.

Все взгляды обратились к нему.

По его виду было ясно: он всем своим существом спрашивает, что это за чушь собачья.

***

Неделю спустя.

— Бигмаус, вперёд.

На трибуне импровизированной арены «Кодок» (蠱毒), устроенной в Бин-Сити, сидел Оливер и подбадривал Бигмауса.

Перед Бигмаусом стояли десять мешков-обжор, усиленных пожиранием сородичей.

И тогда Бигмаус выкрикнул:

— Вот же су-!