Рядом (1)

Между Старым и Новым континентами.

Там был небольшой остров в форме пики, над которым вечно стоял туман.

Местоположение острова держали в строжайшем секрете. Никто, кроме двоих, не знал, где он находится. И даже один из этих двоих не знал его точного положения.

На острие этого тайного острова тьма собралась, словно роса, и вскоре там раскрылся огромный портал в форме вихря.

Раздался резкий свист.

И под этот характерный звук, будто рассекавший само пространство, оттуда вышли четверо мальчишек, огромный кричер и женщина, схваченная этим кричером.

Это были Фан, Палец Чёрной Руки, его подручные. И Джейн.

«Где я?..»

Схваченная уродливым кричером, Джейн оцепенела от внезапности происходящего, но рассудка не потеряла и спокойно огляделась по сторонам.

Воздух, пейзаж, сама атмосфера — всё было ей чуждо. И всё же Джейн отчаянно водила глазами, пытаясь собрать как можно больше сведений.

«Остров. Это остров... Туманный остров. Кругом одни деревья... и на них висят куклы. Очень много кукол».

Джейн собирала информацию постепенно, сначала охватывая взглядом всё вокруг, а потом сужая поле зрения.

Она увидела береговую линию со всех сторон, густой туман, стелющийся вдоль побережья, самые разные деревья без малейшего намёка на порядок — и тряпичных кукол, висящих на ветвях.

Даже из вежливости назвать этот пейзаж приятным было нельзя.

— Главарь!

Пока Джейн изо всех сил пыталась выжить, вдруг закричал какой-то мальчик.

Дети вообще часто шумят, но Джейн, выросшая в Систерхуде и в последнее время посетившая не один приют, сразу поняла: кричит он не просто так.

И это предчувствие не подвело.

— Кажется, мы одного забыли.

Это сказал мальчик в плаще из енотовой шкуры — сбивчиво, по-детски.

Одно было ясно наверняка: он был до крайности растерян. Понаблюдав за ним, Джейн быстро поняла почему.

Мальчик в енотовом плаще. Несомненно, один из близнецов — но второго рядом не было.

Его оставили в лесу.

— Главарь, кажется, мы его забыли. Надо сейчас же вернуться за ним.

Половинка близнецов в енотовом плаще схватилась за край одежды Фана и умоляюще потянула. Но Фан не отреагировал вообще никак.

«Ему всё равно».

От такого равнодушия на лице енотового мальчика проступило отчаяние, и вскоре он расплакался.

— Главарь... Я же говорю, надо сейчас же за ним идти-и!

Потерявший брата мальчик, с залитым краской лицом, вцепился в Фана.

Он выглядел так по-детски, что трудно было поверить: ещё совсем недавно эти самые дети напали на них как чёрные маги.

Хотя, пожалуй, «по-детски» — не совсем верно. Мальчики перед её глазами и были детьми.

Детьми, обученными чёрной магии.

У Джейн вдруг поплыло в голове. Лишь теперь до неё по-настоящему дошло, в каком безумном мире она живёт.

Наконец Фан всё же отреагировал на мольбы енотового мальчика.

— Я специально его оставил.

Раздался голос, слишком холодный для ребёнка.

До того холодный, что даже енотовый мальчик, только что рыдавший так, будто у него вот-вот лопнет лицо, от неожиданности сразу умолк.

Ошеломлённо уставившись на него, мальчик спросил:

Он и вправду не понимал. Поэтому Фан коротко пояснил:

Джейн не поняла, о чём именно речь, но остальные мальчики, похоже, что-то уловили.

Толстый мальчик в медвежьем плаще, дрожа от страха, опустил глаза. Мальчик в лисьем плаще отвёл взгляд, словно виня себя.

И только енотовый мальчик, с лицом, полным обиды, продолжал спорить.

— Н-но это... ошибка... Это просто... ошибка. Ошибка, говорю я...!!

Но Фан лишь равнодушно смотрел на него.

А половинка близнецов всё цеплялась за него.

— Поэтому надо подобрать новых близнецов... таких, как вы.

—...А?

Половинка близнецов тупо переспросила — и в ту же секунду кричер, державший Джейн, высоко поднял огромную лапу и раздавил мальчика.

Хрясь!

Раздался звук, будто лопнул гигантский мясной пузырь, и Джейн как будто сама, через чужое тело, ощутила, что значит — когда ребёнка живьём разрывает на куски.

Это было очень. Очень. Омерзительно.

— Фу, ну и грязища... Эй, Кёрби.

— А, ага?!

От окрика маленького тирана Кёрби вздрогнул и поспешно отозвался.

Теперь Джейн, кажется, поняла, почему эти мальчики так его боятся.

— Иди и подбери новых близнецов. На этот раз — нормальных.

— П-понял, главарь... П-подберу!

Мальчик в медвежьем плаще, запинаясь, ответил и тут же исчез с быстротой, совсем не вязавшейся с его толстым телом.

— Слайтли, приведи фальшивую Венди. Она уже совсем никуда не годится.

Мальчик в лисьем плаще кивнул и тут же побежал исполнять приказ Фана.

Так Фан и Джейн остались вдвоём.

Они молча смотрели друг на друга.

Первым заговорил Фан.

— Венди... тебе интересно, где это место?

— Да... Где мы?

Фан самовольно назвал её Венди, но Джейн не стала ни спорить, ни переспрашивать — просто подыграла.

Этому её научила жизнь в Систерхуде: так выживают женщины.

К счастью, Фану, похоже, понравилась такая реакция. Он осклабился, показав морщинистое лицо.

— О... Похоже, я тебе не противен?

— Я не сужу людей по внешности.

Джейн ответила без малейшего колебания. Она и правда не любила, когда людей делили по внешнему виду.

— Это очень дурно.

— Ха-ха! А ты ничего! Вот такой и должна быть Венди! Не то что вон та.

Фан указал на девочку, которую дети тащили сюда, схватив за руки.

Она была младше Джейн — хорошенькая девочка с волосами цвета мёда и в небесно-голубом платье.

— П-подождите, куда вы меня ведёте? Хоть скажите. Нам же было хорошо вместе, правда? А? Ребята?

Правда, её красота уже сильно поблекла от усталости, страха и стресса.

Девочка, которую силой притащили дети, вскоре заметила Фана.

— Фан?

— Привет, Венди.

Фан встретил её улыбкой на своём морщинистом лице, и девочка, увидев это лицо, на мгновение исказилась от отвращения.

Ничего странного в этом не было. Нынешнее лицо Фана сочетало в себе что-то детское и старческое одновременно — и оттого казалось особенно чуждым и гадким. Пусть и невежливо, но реакция была естественной.

Разумеется, самому Фану не было до этого никакого дела.

— А, точно. Ошибся. Давай ещё раз... Ты ведь фальшивая Венди. Привет, фальшивая Венди.

Словно это было неким условным словом, девочка вздрогнула от одного этого обращения и торопливо заговорила, умоляя:

— П-подождите, Фан! Не надо так! Я буду стараться лучше! Я правда могу лучше неё! Так что...

— Пока-пока.

Фан помахал ей рукой, прощаясь по собственному почину. И в тот же миг с уродливо искривлённого дерева опустился мешок и в одно мгновение проглотил девочку.

Огромный мешок мгновенно обтянул её тело, плотно прилип к нему и превратил в подобие тряпичной куклы. Следом с дерева опустилась верёвка, обвила её шею и резко дёрнула вверх.

Трень!

Верёвка натянулась, ноги девочки взмыли в воздух — и в лесу на дереве повисла ещё одна кукла.

— Венди. С этого момента ты будешь заботиться о детях. Как их мать.

— Да, хорошо.

Джейн уже примерно поняла, что такое Венди. Саму Венди можно было заменить в любой момент, но роль Венди при этом должна была существовать обязательно.

Это было хорошо. По крайней мере, прямо сейчас ей ничто не грозило.

Её спокойствие, похоже, развеселило Фана, и он захихикал своим обычным смехом.

— Кхихихихихи! А ты и правда занятная. Хотя да, Венди ведь должна быть занятной... Или ты, может, надеешься, что тот самозванец придёт тебя спасать?

Привыкшая к чужим разговорам, где собеседник думает только о себе и не считается с другим, Джейн ответила так, будто подстраивалась автоматически:

—...Кто знает?

— Тогда тебе лучше поскорее с этим расстаться. Как только он появится, я его сразу сожру.

— Не беспокойтесь. Я тревожусь не об этом.

— Да?

— Да.

Так ответила Джейн, вспоминая, каким в последний раз видела Оливера.

Казалось, он вот-вот взорвётся.

***

Среди развалин, где всё ещё клубилась пыль, Оливер стоял неподвижно, как сломанная заводная кукла.

Причина была проста: у него на глазах похитили Джейн.

Его второго друга.

Оливер испытывал чувство, которое было для него одновременно незнакомым и до боли привычным.

Это было бессилие. Бессилие от того, что он ничего не может сделать.

Для Оливера, выросшего в приюте и на шахте, это чувство было слишком хорошо знакомо. Но для нынешнего Оливера, ставшего чёрным магом, оно было почти чужим.

И перед этим противоречием он не понимал, как ему реагировать.

В голове разом вспыхнули десятки мыслей.

Куда увели Джейн, зачем её забрали, охотились ли за ней с самого начала, какова их цель, жива ли она, почему всё обернулось именно так.

Ни на один из этих вопросов у него не было ответа. И тут он заметил мальчика в енотовом плаще, которого оставили одного.

Именно из-за этих мальчишек всё и случилось.

Из-за них Оливер тогда остановился. И в итоге всё закончилось вот так.

Если бы он продолжил ехать на волке-кричере, Джейн бы у него не отняли.

И когда мысль дошла до этого места, Оливер ощутил нечто, чему трудно было дать имя.

Это чувство было похоже на прежнее.

На то, что он испытал в Мартеле во время исповеди. И на то, что почувствовал, увидев Кента с рукой, отрубленной подручным Шеймуса.

Бессилие. И рождённый этим бессилием гнев.

— Хи... хиик!

Испуганный вскрик привёл Оливера в себя, и он понял, что мальчик уже стоит прямо перед ним.

Оливер сам того не заметил, как подошёл к нему.

Мальчик, который ещё совсем недавно, не понимая, что произошло, плакал и звал Фана, теперь в ужасе кричал уже из-за Оливера.

— Главарь...

Ноги у него подломились, и он осел на землю.

— Главарь...?

Сидя на земле, он начал отползать назад.

Оливер шагнул вперёд.

— Главарь...! Главарь!..Гла-а-аварь!!

Мальчик, сидя на земле, всё звал Фана и отползал назад, а Оливер шаг за шагом приближался к нему.

Так начались самые медленные догонялки на свете — и в конце концов мальчик оказался загнан в угол у дерева.

Дальше отступать было некуда.

Поняв это, мальчик покрылся холодным потом, а из глаз и носа у него потекло ручьём.

А расстояние между ним и Оливером всё сокращалось.

Наконец Оливер остановился прямо перед его лицом.

Охваченный невыразимым чувством, он медленно протянул руку к мальчику, а тот, широко распахнув глаза, смотрел на него не мигая.

И в этот миг Оливер увидел в его зрачках самого себя.

Странным образом этот образ напоминал директора приюта и надзирателя шахты.

Тех, кого Оливер боялся больше всего.

От этой непостижимой игры судьбы Оливер вздрогнул, и в его голове эхом зазвучали слова из прошлого.

«Мне нравится твой характер. Поэтому прошу, не дай подобным вещам окрасить тебя жаждой мести, гневом или ненавистью. Эти чувства... вызывают страшную зависимость. Не хотелось бы, чтобы ты стал таким».

«Потому что вы мой... нет, наш герой».

«Тогда я буду верить вам. Что бы ни случилось, я буду верить вам, поддерживать вас и помогать».

«Я научилась этому у Дейва... И потому хочу сказать: я бы не хотела снова видеть вас таким, как тогда, на приёме».

Разговоры с Кентом, Джо, Иоанной и Джейн. Слова, которые всякий раз удерживали Оливера, когда он готов был переступить черту или пошатнуться.

И, вспомнив их, Оливер в последний момент всё же сумел отдёрнуть руку, почти коснувшуюся мальчика.

Это и правда было к лучшему. Значит, даже сам по себе он всё ещё способен держать себя в руках. И всё же...

— На этом мальце срывать злость бесполезно.

К Оливеру обратился Арман.

Словно не находившее выхода желание наконец нащупало себе новый выход, Оливер резко повернул голову, и двое паладинов, сопровождавших Армана, невольно вздрогнули.

Их можно было понять. Директор приюта и надзиратель шахты, рядом с которыми вырос Оливер, были страшными людьми.

Но Арман, похоже, не испугался. Он не выказал никаких особых эмоций — более того, даже отослал прочь паладинов, стоявших по обе стороны от него.

— Ступайте, помогите остальным.

— Но, Ваше Высочество...

— Всё в порядке. Идите.

Мягкий, но твёрдый тон. Повинуясь воле Армана, оба паладина отсалютовали и отступили.

Оливер безучастно посмотрел им вслед и спросил:

—...Почему бесполезно?

— Всё просто. Виноват тот, кто нажал на спуск, а не пуля.

— Пуля?

Оливер понял, что тот имеет в виду, и всё же переспросил. Хотел хоть как-то отвлечься.

— Да, пуля. Неужели в твоих глазах этот малец — нечто большее?

Оливер не смог ничего ответить. Какова бы ни была причина, он своими глазами видел, что Фан бросил этого мальчика.

Для Фана он был не больше и не меньше, чем расходный материал.

Тук. Тук. Тук.

Словно околдованный, Оливер упёр квартерстафф в землю и подошёл к Арману.

И всякий раз, когда древко касалось земли, казалось, будто воздух становится тяжелее. Но Арман не отреагировал никак.

—...Похоже, вы хорошо это понимаете.

— Я паладин. Такое уж я понимать обязан. В любом случае мисс Джейн пока что в безопасности.

Он говорил искренне.

—...Спасибо, что сказали. Но разве вы не обещали защитить Джейн?

— За это мне жаль.

И это тоже было искренне.

— И всё же вы её не защитили... Разве вы не говорили, что приставите к ней паладинов?

— Я думал, у тебя зоркие глаза. Видимо, ошибался.

Так ответил Арман на нажим Оливера и повернул голову назад.

Оливер машинально проследил за его взглядом и увидел пять трупов с ранами, словно нанесёнными кинжалом.

Это были паладины, охранявшие Джейн в первую очередь.

— Нет, не туда смотри... Смотри шире.

От слов Армана, будто видевшего его насквозь, Оливер машинально расширил взгляд и увидел аристократов и их телохранителей, кричавших от горя после смерти мужей, друзей и товарищей. Увидел и паладинов, лечивших их.

— Мне жаль тебя, и я понимаю, что тебе больно... Но сейчас здесь скорбишь не только ты.