Праздник фонарей
Старая дама не могла не запаниковать.
Кто-то, может, и не знал, но она точно знала — болезнь шестой девушки была притворством!
Это был императорский врач, специально назначенный для лечения супруги Юй.
К счастью, пережив множество потрясений, связанных с внучкой, старушка накопила значительный опыт в решении внезапных кризисных ситуаций. Она поблагодарила его, не выказывая никаких эмоций, а затем лично сопроводила доктора Вана в павильон Лэнсян.
В павильоне витал запах лекарственных трав, а служанки и матроны суетились, выполняя свои обязанности с упорядоченной эффективностью.
Доктор Ван, движимый любопытством и следуя указаниям супруги Юй, наконец увидел Цю Хэн.
Девочка лежала неподвижно, ее черты лица были изможденными и хрупкими, как тонкое стекло, а дыхание было настолько слабым, что его едва слышно было.
Поразмыслив минуту, врач прощупал ей пульс и ушел, оставив рецепт.
В Нефритовом дворце супруга Юй ждала отчета врача Вана.
«Ваше Высочество, симптомы принцессы Суйюнь указывают на острое пищевое отравление».
«Это серьезно?»
«Ее состояние тяжелое. Выживет ли она, зависит от ее выносливости».
«Спасибо за ваши усилия, доктор Ван».
Когда доктор Ван уходил, до его ушей донесся слабый смешок.
Смех был холодным и резким, и он почувствовал необъяснимую дрожь.
Он инстинктивно сгорбился и ускорил шаг.
Супруга Юй небрежно подняла сплетенную из травы бабочку.
Она была сплетена в день, когда Цю Хэн вошла во дворец. Теперь травяные листья стали хрупкими и ломались при малейшем прикосновении.
Симптомы действительно напоминали острое расстройство желудка. Но почему Цю Хэн еще не умерла?
Может ли она выжить?
Неужели ей так повезло?
Невольно супруга Юй сжала руку. Крылья увядшей бабочки рассыпались в прах, испачкав ее пальцы.
Супруга Юй растерла травяную пыль между пальцами, а затем бросила раздавленную бабочку на землю.
«Как это утомительно!»
Сюй Бо был столь же раздражен и утащил Сюэ Ханя, который перелез через стену, чтобы увидеть Цю Хэн. Его лицо было мрачным, как дно кастрюли. «Послушай, парень Сюэ, я тебе говорю: я не выдержу ни одного дня больше!»
Резиденция графа Юнцина была совершенно необычной. Здесь он, живой мужчина, проживал во дворе незамужней молодой леди, но никто, казалось, не замечал этого.
Ну, горничные и матроны во дворе знали об этом, но все они, казалось, были к этому совершенно привычны, что было еще более странно.
«Дядя Сюй, потерпи еще несколько дней. Новость о болезни А Хэн быстро разнесется, и к ней начнут стекаться посетители. Без тебя я не могу успокоиться».
Дядя Сюй тут же пнул Сюэ Ханя по голени. «Ты, бесполезный сопляк! Ты появляешься только ночью, остаешься на мгновение и уходишь. Ты понимаешь, что я чувствую себя как в тюрьме?»
Он с нетерпением ждал, когда сможет выпить чашку праздничного вина в качестве старшего, когда молодая пара поженится. Если его сейчас обнаружат, он потеряет лицо.
Этот никчемный Сюэ Хань.
«Мастер Сюэ, доктор Сюй, молодая леди просит вас». Фанчжоу пришла передать сообщение.
Оба вошли во внутреннюю комнату.
Цю Хэн прислонилась к изголовью кровати, в ее глазах танцевали отблески свечи. Ее яркий взгляд смягчал бледность ее лица.
«Сюэ Хань, забери с собой доктора Сюй. Я сама разберусь с остальным».
Обманув императорского врача, посланного супругой Юй, самое сложное препятствие было преодолено.
«Тебе больше не нужно приходить ночью. Частые визиты могут привлечь внимание, что вызовет проблемы. Если что-то произойдет, я свяжусь с тобой».
Услышав слова Цю Хэн, Сюэ Хань ответил: «Хорошо. При необходимости я сразу же свяжусь с тобой».
Сюэ Хань и Сюй Бо перелезли через стену и покинули резиденцию графа Юнцин.
После шквала посетителей павильон Лэнсян едва успел вернуть себе спокойствие. Едва, потому что близкие к Цю Хэн люди все еще иногда заглядывали к ней, хотя чаще всего они находили ее в глубоком сне.
Все знали, что шестая мисс Цю была больна и месяцами не вставала с постели. Только после Нового года она наконец смогла подняться и начать передвигаться.
В восьмой день первого лунного месяца принцесса Жуннин, принцесса Цзяи и сестры Фэн получили приглашения от Цю Хэн и собрались в павильоне Лэнсян.
Стол в теплой комнате был уставлен разнообразными деликатесами. Цю Хэн, одетая в лиловое платье, которое было ни новым, ни старым, улыбалась, приветствуя своих друзей и приглашая их сесть.
«А Хэн, ты так похудела», — сказала Фэн Цайсин, краснея глазами и крепко сжимая руку Цю Хэн.
Глаза принцессы Жуннин тоже были затуманены. «Главное, что ты снова здорова».
Девушка, окруженная подругами, выглядела хрупкой, как ива, ее кожа была бледной, как снег и нефрит, и было ясно, что она только что выздоровела после тяжелой болезни. В ответ на заботу подруг она улыбнулась. «Я действительно думала, что не выживу. Но, к счастью, я выросла крепкой и сильной, и это помогло мне пережить все это».
Фэн Цайюэ ласково успокоила ее: «Пережив такое испытание, А Хэн, несомненно, будет благословлена удачей в будущем».
«А Хэн, когда ты немного поправишься, обязательно навести резиденцию принца. Увидеть тебя здоровой принесет утешение моему старшему брату».
«Брат Лин все еще страдает от частых приступов головной боли?»
Принцесса Цзяи тихо вздохнула: «Да, увы. Мы обращались ко всем врачам, но безрезультатно».
Наступила кратковременная тишина.
«Я пойду в свое время», — сказала Цю Хэн, беря пирожок с красной фасолью. «Кстати, скоро Фестиваль фонарей».
«Действительно. Ежегодные представления всегда так великолепны», — заметила Фэн Цайсин, для которой это было любимое событие. Она выпалила: «А Хэн, ты сможешь выйти на улицу?»
«После столь долгого пребывания в постели я очень хочу подышать свежим воздухом, но боюсь находиться в толпе...»
Видя колебания Цю Хэн, принцесса Жуннин предложила: «Если ты хочешь посмотреть на фонари, но боишься толпы, пойдем со мной. Ежегодный просмотр с башни мне кажется довольно скучным; твоя компания будет очень кстати».
Каждый год на Праздник фонарей император Цзинпин вел своих супруг на башню, чтобы полюбоваться фонарями, и резиденция принца Фу, несомненно, имела право сопровождать императорскую процессию.
«Хорошо», — кивнула Цю Хэн с улыбкой.
Пятнадцатый день первого лунного месяца наступил в мгновение ока.
В этот день мужчины, женщины и дети вышли на улицы, чтобы полюбоваться фонарями, и резиденция графа Юнцина не была исключением.
Старая леди, зная, что Цю Хэн будет подниматься на башню с принцессой Жуннин, чтобы полюбоваться фонарями, взяла ее за руку и напутствовала: «Ты так долго не выходила из дома. Будь осторожна и не вляпывайся в неприятности».
«Будьте спокойны, бабушка. Я обещаю не создавать проблем. Я просто буду держаться поближе к принцессе Жуннин».
«Не обещай», — сказала старушка, похлопав Цю Хэн по лбу. «Как только я слышу слово «обещаю», у меня начинает болеть голова».
Цю Хэн улыбнулась и взяла старушку под руку. «Тогда я возьму с собой Фанчжоу и Цин Ло. Как только закончу смотреть фонари и спущусь вниз, вернусь с ними в поместье».
Когда они вышли, Цю Ин напомнила сестре: «Шестая сестра, посмотри хорошенько с верхнего этажа. Расскажи нам все о виде из башни для просмотра фонарей, когда вернешься».
Цю Хэн улыбнулась, ее глаза заблестели от предвкушения: «Уверена, это будет великолепно».
С наступлением ночи десятимильная Императорская улица сияла под фонарями, как при дневном свете.
Женщины, украшенные цветочными заколками и нарисованными бровями, дети, сжимающие в руках покрытые сахаром ягоды боярышника, торговцы, выкрикивающие названия своих товаров, акробаты, извергающие огонь, труппы танцоров драконов и львов... С того момента, как зажглись первые фонари, воздух столицы во время Праздника фонарей наполнился шумным весельем.
Этот шум достиг своего апогея, когда император Цзинпин появился в своей императорской драконьей карете.
Хотя толпа едва могла разглядеть его, простой народ был в полном восторге, толкаясь, чтобы увидеть Его Величество.
Ряды павильонов с фонарями были украшены мириадами огней, но самым захватывающим зрелищем был гигантский фонарь в форме черепахи*. Башня Лехуа была лучшим местом для наблюдения за этой горой огней.
Среди волн громких криков «Да здравствует император!» император Цзинпин шаг за шагом поднимался на башню Лехуа.
Башня возвышалась на три этажа, и каждый ее уголок тщательно осматривали императорские гвардейцы. Когда император стоял на вершине, спокойный и собранный, глядя на ослепительную гору огней, взгляд супруги Юй упал на молодую девушку, стоящую в углу.
*鳌山 Аошань 1) Аошань (миф. гористый остров на спине гигантской черепахи)
2) фонарь, по форме похожий на гору Аошань