Допрос убийцы
Молодого хозяина ресторана «Фухай» звали Цянь Чуань, он любил азартные игры, выпивку и женщин.
В последние несколько дней он чувствовал, что что-то не так.
«Цянь Лай, ты что-нибудь слышал?» — внезапно остановился Цянь Чуань по дороге в переулок Люсян, схватил слугу и спросил.
Слуга выглядел озадаченным: «Что это за звук? Вы спрашиваете о криках торговца, молодой господин?»
В городе нет комендантского часа, и ночная суета ничуть не уступает дневной.
«Звук лошадиных копыт, это звук лошадиных копыт!» — с уверенностью сказал Цянь Чуань.
Слуга напряг слух, но слышал лишь различные звуки, хаотичную и шумную какофонию, и ни звука лошадиных копыт.
"Нет--"
Цянь Чуань запаниковал: "Как же я мог не услышать? Я и вчера это слышал!"
Увидев неприятное выражение лица своего молодого господина, слуга на мгновение заколебался, прежде чем спросить: «Молодой господин, не слишком ли вы преувеличиваете…»
Выражение лица Цянь Чуаня изменилось.
Несколько дней назад из столицы приехал молодой господин по фамилии Хань. Его окружали сыновья чиновников, словно звёзды на небе, сопровождали его повсюду и всячески угождали, и он щедро тратил на них деньги. Однажды, возвращаясь с охоты, молодой господин Хань сбил кого-то и, как он слышал, убил. Молодой господин Хань быстро вернулся в столицу, и сыновья чиновников сделали вид, что ничего не произошло, но он чувствовал себя неспокойно и довольно долго оставался дома, прежде чем выйти на улицу.
В последние несколько дней он постоянно слышал стук лошадиных копыт, когда шел по улице. Может быть, он просто слишком много об этом думает?
«Возможно, я ослышался. Пошли». Опасаясь, что друзья будут смеяться над ним, называя его трусом, Цянь Чуань подавил свои подозрения.
Впереди виднелась улица Люсян, и теперь один за другим загорались красные фонари, а по ветру разносился слабый аромат духов.
Цянь Чуань глубоко вдохнул опьяняющий аромат и ускорил шаг.
В небольшом здании в переулке известные проститутки подавали чай и вино, их нежная кожа источала тепло и аромат.
Цянь Чуань спокойно уснул.
Тук-тук-тук...
Среди ночи Цянь Чуань внезапно открыл глаза, в панике сел и огляделся в поисках источника звука. Когда его взгляд упал на определённое место, зрачки внезапно расширились.
Неподалеку от кровати тихо стояла фигура. Ее лицо... у нее не было лица, только волосы!
"Ах..." — Цянь Чуань открыл рот, чтобы закричать, но обнаружил, что звук застрял у него в горле, и он совсем не может выкрикнуть.
К нему приблизилась фигура, без следов, лишь слабый запах крови достиг носа Цянь Чуаня. Охваченный ужасом, Цянь Чуань застучал зубами и с трудом выдавил из себя несколько слов: «Призрак, призрак…»
Бледная, холодная рука протянулась и схватила Цянь Чуаня за шею.
"Зачем ты меня сбил... зачем...?"
«Нет, это был не я…» — воскликнул Цянь Чуань, слезы текли по его лицу, все тело дрожало.
«Кто это?» Жесткая, словно железная, рука слегка ослабла, и голос стал размеренным и четким.
Цянь Чуань, задыхаясь, был сражен ужасом: «Его фамилия Хань, его отец — высокопоставленный чиновник в столице… Если хочешь отомстить, отправляйся в столицу и найди его. Это не имеет ко мне никакого отношения, абсолютно никакого!»
Рука скользнула мимо Цянь Чуаня, от неё исходил холод и слабый аромат. Цянь Чуань закрыл глаза, охваченный страхом, и откинулся на мягкую кровать.
С рассветом Цянь Чуань внезапно сел и тут же увидел спящую рядом с собой проститутку.
Страх отступил, словно прилив, оставив после себя лишь тени и сомнения в сердце.
«Неужели всё это было сном?» — пробормотал Цянь Чуань.
Проститутка проснулась от шума и обняла Цянь Чуаня за плечо: «Молодой господин Цянь, что случилось?»
Цянь Чуань пристально посмотрел на проститутку: «Ты что-нибудь слышала прошлой ночью?»
"Нет--"
Внезапно Цянь Чуаню что-то пришло в голову, он оттолкнул проститутку и бросился к зеркалу на туалетном столике.
Человек в зеркале был мертвенно бледен, на шее виднелся отчетливый, прерывистый синий след.
Это не сон! Призраки существуют, призраки действительно существуют!
Цянь Чуань почувствовал покалывание в голове, схватил одежду, надел её и выбежал наружу.
«Молодой господин Цянь, молодой господин Цянь…»
Проститутка была совершенно ошеломлена, и Цянь Чуаня больше никто не видел.
На следующий день, во время уборки комнаты, горничная подобрала заколку для волос сбоку от ширмы.
«Мисс, заколка для волос, которую вы искали вчера, была найдена здесь».
«Я не сняла ее, когда ложилась спать позапрошлой ночью, и обнаружила, что ее нет, когда встала вчера, чтобы накраситься. Как она могла там оказаться?..» — небрежно сказала проститутка, не задумываясь.
Молодой хозяин ресторана «Фухай» в городе был напуган и день за днем худел, а девушка из деревни Юньфэн, которая каждый день поднималась в горы, чтобы почтить память родителей, становилась все тише и тише.
В тот день, после того как Цю Хэн закончила кланяться перед могилой, госпожа Ван мягко посоветовала: «Хорошо, что вы почтительны к родителям, но если вы будете страдать каждый день, это только заставит ваших приемных родителей волноваться в загробной жизни».
Уже больше месяца ребенок каждое утро поднимается в горы и возвращается домой после наступления темноты, демонстрируя глубокую привязанность к своим приемным родителям.
«Понимаю», — тихо сказала Цю Хэн.
За время, проведенное вместе, она почувствовала искренность мамы Ван.
«Хорошо, что вы одумались, давайте спустимся с горы».
Управляющий Цю уже некоторое время с нетерпением ждал. Увидев, как мама Ван и Фанчжоу сопровождают Цю Хэн вниз, он равнодушно сказал: «Шестая мисс, пожалуйста, садитесь в карету. Пора отправляться».
Карета постепенно отъезжала от деревни, и, выехав на главную дорогу, ускорилась.
...
В резиденции графа Юнцина в комнату вошла служанка, чтобы передать сообщение: «Госпожа, карета, которая должна была забрать шестую мисс, прибыла на окраину города».
Старая госпожа Юнцин кивнула и отдала приказ: «Приведите человека немедленно, как только он прибудет; пока никого не нужно беспокоить».
Хотя в письме управляющего Цю говорилось, что ее личность подтверждена, у нее все еще оставались сомнения, и она решила подождать, пока не увидит все лично, прежде чем обсуждать что-либо еще.
Карета въехала через боковые ворота резиденции графа Юнцина и остановилась перед калиткой с висячими цветами. Цю Хэн провели в Цяньсунтань (Зал Тысячи Сосен).
Старушка пристально посмотрела на кланяющуюся девушку: «Я слышала, тебя зовут А Хэн».
«Да».
«Вставай».
Цю Хэн встала и подняла взгляд, и перед ней предстала пожилая женщина с довольно вытянутым лицом.
Старушка с первого взгляда поняла, что ошибки нет.
Причиной было то, что девушка перед ней была практически точной копией ее покойной третьей невестки, Ду.
Осмотрев мешочек и одежду, переданные управляющим, старушка, естественно, ничего не вспомнила. Она задала маме Ван несколько вопросов, а затем велела служанкам разойтись по дворам и распространить информацию.
Люди продолжали прибывать, и в Цяньсунтане стало очень многолюдно.
«Это твоя тётя».
Госпожа Чжао, Первая Госпожа (первая невестка, жена старшего сына графа Юнцина), держала Цю Хэн за руку и улыбалась: «Совсем как третья невестка».
Получив подарок от Первой Госпожи, Цю Хэн поклонилась Второй Госпоже, Лань.
В отличие от Чжао Ши*, Лань Ши не проявляла энтузиазма и мало говорила.
(*Ши добавляется к фамилии замужней женщины)
Цю Хэн вспомнила завуалированный совет мамы Ван: Первая Госпожа была мила снаружи, но горька внутри, а Вторая Госпожа не из тех, кто создает проблемы.
Она не стала бы принимать слова мамы Ван за чистую правду; посмотрим, что будет дальше.
После этого последовали приветствия между родственниками.
Вторая дочь, Цю Сюань, элегантна и сдержанна, она единственная девушка во второй ветви семьи; третья дочь, Цю Юнь, имеет лицо, словно серебряная тарелка, а пятая дочь, Цю Ин, с лицом в форме сердца, обе являются внебрачными* дочерями первой ветви семьи; четвертая дочь, Цю Фу, самая красивая из сестер и дочь первой госпожи.
(*Имеется в виду, что они дочери Шу, т.е. рожденные наложницей, а не законной женой)
Цю Хэн также узнала от мамы Ван, что старшая дочь, имевшая туже мать, что и Цю Фу, вошла во дворец в юном возрасте.
Получив стопку носовых платков и украшений в форме цветов из бисера, Цю Хэн достала заранее приготовленные Фанчжоу мешочки для благовоний* и вернула подарки один за другим.
Четвертая сестра - Цю Фу - улыбнулась, держа в руках мешочек: «Я не ожидала, что Шестая сестра подготовит ответный подарок. Вообще-то, это и не нужно».
Цю Хэн улыбнулась.
«Твоего дедушки и остальных еще нет дома. Ты увидишь их, когда они вернутся. Я уже послала человека позвать твоего отца…»
Не успела старушка договорить, как поднялся занавес, и раздался голос служанки: «Старый хозяин вернулся».
Взгляд Цю Хэн скользнул по дочерям семьи Цю и остановился на старике у двери.
Это печально известный граф Юнцин, который продал свою внучку ради личной выгоды
.