Фотографии

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

Хотя первый выстрел уже разнёс голову монстра в клочья, Клейн всё равно опустошил весь цилиндр. Было ли это перестраховкой — или просто способом выместить ярость — он сам не был уверен.

Этот бой был жестоким.

Он терпеливо разгадал загадку, начертанную на тыльной стороне ладони, затем совершил самоубийство и, опираясь на молитвы Клуба Таро, пробудился в этом месте… только чтобы сразу же оказаться в смертельной схватке, не дававшей ни секунды на подготовку.

Но в конце концов он победил.

В этот миг по телу Клейна прошла волна — зелье Фокусника было полностью переварено.

После долгой паузы он, наконец, пришёл в себя и перевёл взгляд на книгу и перо, лежавшие на земле. Глаза его вспыхнули.

— Это перо… тот самый запечатанный артефакт, что создаёт совпадения и контролирует действия людей, верно?

Он быстро шагнул вперёд и присел, чтобы поднять его.

Внезапно всё вокруг стало размытым и прозрачным — а затем исчезло полностью.

Он не знал, сколько времени прошло, но когда сознание вернулось, он стоял в обветшалой деревне. Недалеко виднелась старая, потрёпанная часовня, знакомая и чужая одновременно. На мгновение голова закружилась — и он понял:

— Я вышел из книги…

В следующий миг хлынули утраченные воспоминания: первоначальный шок при появлении в странном городке, пошаговое исследование, ужас при осознании, что местные — монстры, погоня, смерть, исследование, смерть, исследование, смерть… Память начала угасать. Сначала он забыл всё, что произошло после прибытия в городок. Затем начали растворяться воспоминания о жизни до перерождения — вплоть до того, что он перестал помнить даже мир над серым туманом.

— Неудивительно… Я и оставил подсказку на руке именно поэтому.

В нормальных условиях любую важную зацепку следовало бы оставить над серым туманом — чтобы избежать подмены или забвения.

Дело не в том, что он не захотел — он просто уже забыл, что серый туман вообще существует.

Вокруг него один за другим начали материализоваться человеческие силуэты. Большинство выглядело оглушёнными и растерянными, не понимая, что произошло. Некоторые расплакались от облегчения. Синтия лихорадочно ощупывала себя, ища что-то.

А Форс… сидела на земле с пустым взглядом, руки её всё ещё были сложены, будто обнимая то, чего больше не было.

——

В другом месте Эдвард вышел из ментального мира.

Едва открыв глаза, он увидел труп безголового серо-белого дракона перед собой — массивное тело лежало неподвижно. Из него отделилась сияющая, кристально чистая характеристика Потустороннего и покойно покоилась на земле.

На этот раз… он был по-настоящему мёртв.

Тьфу.

Его послужной список уступал разве что легендарному Росаго, который однажды сражался сразу с двумя (будущими) титанами.

Вдали нарастал шум — деревня, прежде мёртвая, теперь наполнилась голосами.

Выжившие, только что спасённые из книжного мира, заполнили улицы. Члены трёх главных церковных организаций каким-то образом тоже появились — помогали успокоить и поддержать потрясённых.

А агенты МИ-9? Исчезли без следа.

Подошёл Хорамик.

— Мистер Эдвард, ваш друг, должно быть, тоже выбрался.

Эдвард быстро поднялся.

— Спасибо… за помощь.

Хорамик покачал головой.

— Я вообще не успел вам помочь.

Его лицо слегка потемнело, и он, казалось, колебался — хотел сказать больше. Но вскоре выражение стало серьёзным.

— Но… это дело ещё не закончено.

— А?

— Перо.

Эдвард сразу понял. Он засунул руку в пиджак, вытащил роман и перо — и без колебаний передал их Хорамику.

Каким бы могущественным ни было перо, простым людям нечего было с ним делать — да и белорясый священник мог в любой момент объявиться, чтобы вернуть его.

— А?

Хорамик взял только перо — и вдруг нахмурился.

— Это перо… почему оно кажется…

Бах.

Перо взорвалось, превратившись в бесчисленные искорки света.

— Подделка…

Эдвард оцепенел.

— Как оно может быть подделкой?!

Ж-ж-ж—

Рассеянные искры собрались в поток кристальной энергии и устремились прямо в роман, который Эдвард всё ещё держал.

Книга вырвалась из его пальцев, взмыла в воздух и засияла ослепительно.

Все вокруг мгновенно обернулись.

Ка-бум!!

Роман взорвался.

Поток бумажных осколков хлынул в небо над деревней, падая вниз, будто снег.

Они опускались всё ниже… и ниже…

Люди инстинктивно тянули руки, ловя их.

Эдвард поймал несколько.

— Фотографии?

…

Люди в цепях, торгуемые как товар. Огромная, загадочная гробница. Рабы, копающие в захоронении. МИ-9. Королевский герб семьи Августов.

Одна за другой фотографии обнажали все тёмные дела Георга III — работорговлю, осквернение гробниц — всё было вынесено на свет.

Среди толпы были горожане всех профессий и сословий, члены организаций Потусторонних трёх главных Церквей, даже высокопоставленные епископы.

Здесь собрались все слои лоэнского общества.

Чёрт возьми.

Эдвард был ошеломлён. Как перерожденец, он ещё ничего не успел сделать против Георга III… а кто-то уже нанёс первый удар?

Стоп.

Его вдруг осенило. Он резко повернул голову к часовне — к Энтони, стоявшему молча и прямо.

Архиепископ Церкви Богини Вечной ночи смотрел в небо на падающие фотографии. На губах играла спокойная улыбка, а в глазах читался долгожданный покой.

Неужели это он стоял за всем?

Нет… Но это было именно то, чего он так долго ждал.

Семь Ортодоксальных Богов молча одобрили все зверства Георга III на пути к обожествлению.

Энтони, старик, десятилетиями служивший в Бекленде, хоть и хотел, не мог пойти против воли Богини.

Он знал — он бессилен. Но знал и то, что должен хоть что-то сделать. И, похоже, он воспользовался силой пера — чтобы косвенно совершить последнее, что ещё в его власти.

Но… Почему Адам позволил этому случиться? Он готовился к приливу эпохи больше тысячи лет. Логично, что при малейшей угрозе его планам он должен был вмешаться и уничтожить угрозу в зародыше.

Но вместо этого…

Почему «Он» так и не появился? О чём «Он» думал? Что «Он» замышлял?

В этот момент Энтони взглянул на него.

Лицо его вновь стало спокойным. Он начертил на груди символ Богини.

— Хвала Леди.

Эдвард слегка кивнул и ответил тем же жестом.

Повернувшись, он увидел, как Хорамик с добротой смотрит на него сбоку — и на этот раз чертит на груди треугольный символ.

— …

Эдвард на мгновение замялся, затем неохотно повторил тот же треугольник.

Чуть дальше в толпе стоял Мистер Шут, разговаривая с мисс Форс.

Шлёп!

Кто-то хлопнул его по заду.

Догадываться не приходилось — это была Акаша. Она держала стопку фотографий и громко смеялась.

— Ха-ха-ха! Я знала, что тут происходит что-то сочное! Георг III — не просто старый хрыч, да? Теперь не только простой народ, но и Три Главные Церкви всё знают… Интересно, что он сделает дальше?

Она смеялась так беззаботно и открыто, будто весёлая старшая сестра.

Эдвард едва сдержался, чтобы не спросить:

«Ты, вампир, ввязываешься в такое — не подумала о последствиях?»

Но тут же понял:

Акаша жила больше тысячи лет.

За её беззаботной, дерзкой внешностью скрывался расчётливый древний монстр. Она наверняка всё просчитала.

Значит… Её действия означали, что вампиры — что сама Лилит, Прародительница вампиров — выступают против обожествления Георга III?

Но почему?

Разве Семь Богов не нуждались в новом боге, чтобы поддерживать защитный барьер Земли?

Эдвард не мог отделаться от растущего чувства неопределённости и подозрений.

———

В роскошно убранной комнате…

Перо быстро выводило слова на бумаге, издавая ровный шелест:

«…Из-за случайного открытия тайн Георга III архиепископ Церкви Богини Вечной ночи в Бекленде, Энтони Стивенсон, не смог принять молчаливое одобрение Богини. Хотя он был полубогом, стоящим над толпой, это не означало, что он утратил человечность. Напротив, годы служения в Бекленде закалили в нём глубокую любовь к этой земле и её людям.»

«…Энтони быстро понял, что кто-то всё это устроил. Но вместо сопротивления он выбрал сотрудничество — воспользоваться ситуацией. Ради душ, ставших рабами, ради невинно убиенных и чтобы утолить вину в своём сердце, он дал им голос. Даже зная, что в глазах богов это может быть бессмысленным фарсом… он всё равно это сделал.»

«Пришёл архиепископ Церкви Повелителя Бурь. Пришёл архиепископ Церкви Бога Пара и Машин. С ними пришли Машинный Разум и Уполномоченные Каратели. Только с большим числом свидетелей — тех, кто действительно может действовать — появлялся шанс остановить амбиции Георга III. Ради этого… Энтони даже солгал.»

«Прибыл Конас Килгор из МИ-9. Он пришёл, чтобы предотвратить разоблачение. Но из-за уловки Энтони та графиня-вампир выбрала последовать за ним в изолированное пространство — оставив перо Эдварду… О, спасибо, Эдвард. Это ты помог мне избавиться от того отвратительного, смехотворного, жалкого носителя. И благодаря тебе я теперь освоил этот трюк с «дождём разоблачений с небес».

«…Конец. С уничтожением поддельного пера небо осыпало деревню фотографиями, обнажавшими работорговлю и строительство гробницы Георга III. Все присутствующие — простые люди и Потусторонние — стали свидетелями. Давно похороненные тайны были раскрыты. Пьеса завершилась эффектной кульминацией.»

«Но… остановит ли это на самом деле Георга III?»

«Ответ — нет. Значит, что дальше?»

В этот момент к перу протянулась бледная, изящная рука.

Поразмыслив, она написала:

«Я слышал, твоя цель — убивать каждого носителя через письмо. Почему ты сотрудничаешь со мной?»

Рука отпустила перо.

Перо продолжило писать само:

«Пока это заставляет того неназываемого мерзавца страдать и мешает Его планам — я не против немного помочь. Но знай: убивать носителей — моя встроенная черта. Чаще всего я сам не могу её контролировать.»

«Понял. Тогда я просто подожду, что будет дальше.»

«Почему ты не разбросал фотографии по всему Бекленду, как Эдвард в Тингоне? Тогда ещё больше людей увидели бы, кто такой Георг III на самом деле.»

Владелец пера глубоко вздохнул:

«Осведомлённость простых людей ничего не изменит. Ключ — дать знать Церквям. Только они могут хоть как-то повлиять на то, что придёт дальше.»

«Хе. Не только это, верно? Ты всё ещё хочешь сохранить достоинство и образ королевской семьи Августов в глазах публики.»

Долгая пауза.

«…Я просто хочу остаться в живых.»