Должны ли хорошие люди жертвовать собой?

Марик повернулся к отцу Утравскому и скромно произнёс:

— Приношу свои извинения, отец. Мы полностью возместим ущерб, нанесённый церкви.

Священник сидел в стороне и листал толстую книгу со священными текстами. Услышав слова Марика, он спокойно кивнул, не выказывая ни малейшего намека на ту свирепость, которую он демонстрировал, будучи разъяренным паладином Рассвета, всего несколько мгновений назад.

— Вы двое пришли ко мне по какой-то конкретной причине? — спросил Эдвард.

Марик взглянул на Шеррон и покачал головой.

— Не совсем. Мы приняли вампира за тебя и, как только узнали, что его держат здесь в плену, организовали спасение — считая что, это наш долг за предыдущее помощь.

Эмлин в самый подходящий момент возмущённо закричала:

— Это сангвиник, благородный сангвиник!! »

— Понятно. Большое вам обоим спасибо, — ответил Эдвард.

Хотя их целью сегодня вечером, возможно, было просто отплатить за старую услугу, спасение есть спасение. Эдвард искренне был благодарен.

Марик повернулся к Шеррон:

— Раз всё это недоразумение, давай вернёмся.

Шэррон, который до этого молчал, внезапно заговорил:

— Я только что слышала, как вы говорили о поручении. Возможно, мы тоже можем помочь.

Священник помолчал несколько секунд, а затем серьёзно сказал:

— Убей меня.

Эмлин в шоке выпалила:

— Ты что, с ума сошёл?! 

Однако на лице Шэррон не отразилось ни малейшего удивления. Она слегка кивнула, погрузившись в свои мысли.

— Ты хочешь избавиться от своей альтернативной личности? Я почувствовала его присутствие, когда вселилась в тебя ранее, — это совершенно безумное и жестокое существо.

— Я называю его своим „прежним я“. Но да, ты не ошибаешься.

— И как ты планируешь его устранить?

Священник снова достал Свечу ментального ужаса и объяснил свой предыдущий план.

— Если у меня будет другой способ, вы согласитесь его попробовать? — спросила Шеррон.

— Я бы так и сделал, — ответил он без малейших колебаний.

— Я могу использовать одержимость, чтобы стереть его, но только если ты не будешь сопротивляться, даже немного.

«Я понимаю», — сказал священник.

Он встал и мгновенно из доброго священника превратился в устрашающего великана.

— Пойдём со мной.

Наблюдая за тем, как они уходят, Эдвард в замешательстве почесал затылок: «Э-э… значит… мне больше нечего делать?»

———

Полчаса спустя.

Отец Утравский вернулся. Его затуманенные глаза блестели от слёз, а на лице виднелись следы от них. Но его взгляд был полон чувств, радости и ясности. Всё его существо излучало безмятежность.

— Спасибо вам всем.

На его лице появилась нежная, добрая улыбка.

Он протянул свечу «Ментальный ужас» Эдварду.

— Теперь это твоё.

Эдвард быстро взмахнул руками.

— Отец, это мисс Шеррон помогла тебе выполнить поручение.

— Нет. Леди Шаррон пришла из-за тебя. Из-за тебя она решила помочь. Я верю, что всё это было велением Матери. Я переродился — и ты должен получить то, что принадлежит тебе по праву.

Фигура Шеррон обрела чёткие очертания. Её лицо было бледнее, чем раньше, — было видно, что избавиться от тёмной стороны священника было непросто. Немного поколебавшись, она сказала:

— Отец, насчёт ущерба, нанесённого церкви…

— Не нужно — Отец Утравский улыбнулся.

Эдвард заметил, как Шеррон с облегчением выдохнула. Похоже, её финансовое положение было не лучшим. Неудивительно, что позже она стала работать телохранителем у Клейна.

Хм? Если подумать, между ней и Клейном есть какая-то странная связь.

Например... пара, судьбой которой предначертано быть на мели?

После этой череды недоразумений отец Утравский обрёл новую жизнь, Шеррон и Марик нашли Эдварда, а Эдвард получил Свечу ментального ужаса.

Тройная победа!

Что касается Эмлина, то ему пришлось неохотно разгребать последствия, и во время работы он ворчал:

— Почему всегда я? Меня выдали за другого, меня похитили, и в итоге страдаю я? Почему?!

— До свидания, мистер Вампир.

— Ублюдок! Сангвиник! Сангвиник!»

———

Как только Эдвард вышел из Церкви Урожая, по воздуху пробежал внезапный холодок. Белые, как кость, фрагменты скелетов пронзили атмосферу и приземлились вокруг него, быстро превратившись в массивное скелетное существо.

Это был посыльный мистера Азика.

Существо наклонило голову, пламя в его глазницах мягко мерцало, когда оно протягивало письмо Эдварду.

— Спасибо вам.

Он ничего не ответил и стоял молча, словно ожидая реакции Эдварда.

Письмо было простым и лаконичным:

«Ваша просьба не требует особых усилий, но, пожалуйста, подождите ещё несколько дней. Мне нужно закончить одно дело. Оно касается будущего этого ребёнка, Присциллы».

Вы могли бы просто сказать: «Я ещё не закончил», но нет — вы даже объяснили причину. Честно говоря, без своих воспоминаний мистер Азик был самым мягким и добрым наставником.

Эдвард поднял взгляд на посыльного.

— Я не буду писать ответ. Спасибо, за помощь.

В следующую секунду кости сложились в кучу и исчезли.

«Хаа… пора спать!»

———

На следующее утро.

Вымыв посуду, Эдвард взял специальную зубную щётку и начал чистить зубы Лилит.

Сначала она настаивала на том, чтобы сделать это самой, но как бы сильно она ни раздвигала свои маленькие лапки, она просто не могла удержать зубную щётку.

Когда мучения наконец закончились, она заявила, что сама умоется. После нескольких неудачных попыток схватить полотенце она решила воспользоваться традиционным кошачьим способом — лизнула лапу и вытерла лицо.

С полной серьёзностью она заявила:

«Кошки так умываются!»

У Эдварда сложилось чёткое впечатление, буд-то его драгоценная дочь вступила в бунтарский период.

После завтрака Эдвард взял в руки утреннюю газету. Как обычно, он сразу открыл пятую страницу, чтобы проверить, нет ли там объявлений о собраниях Потусторонних. Затем он вернулся к первой полосе. Заголовок был выделен жирным шрифтом:

«Через две недели в Королевском музее откроется выставка, посвящённая императрице Розеллю. Билеты раскупаются быстро!»

Э-э... это что, новости или реклама?

Если подумать, не была ли одна из Карт Богохульства — Карта Чёрного Императора — спрятана в какой-то книге на той самой выставке?

А моя способность «Книжный червь»... до сих пор не опробована.

Должен ли я ...?

Хм, забудь об этом. Лучше оставь это Клейну. Если придёт время и мне это действительно понадобится, я просто одолжу это у Господина Шута. Я и так уже накопил там кучу «заслуг».

В 9:30, когда Эдвард уже собирался отправиться на поиски Одри и использовать Свечу ментального ужаса, чтобы «обеззаразить» её, кто-то постучал в дверь.

Это были Клейн и Денн, с которыми он вчера связался через Посланника. Они стояли рядом, и было сразу видно, что, как бы Клейн ни старался это скрыть, он не может замаскировать свою юношескую неопытность. Он будто был учеником детектива Денна.

Все трое перешли в гостиную на втором этаже.

— Похоже, вы оба прекрасно устроились в своей новой жизни. Это повод для праздника! Клейн, иди сюда, обними меня! — Эдвард раскрыл объятия, приглашая Клейна присоединиться к праздничным объятиям.

Но Клейн явно не разделял этот странный всплеск энтузиазма. Увидев, что Эдвард стоит с распростёртыми объятиями и не собирается принимать отказ, Клейн неохотно шагнул вперёд, чтобы на мгновение прикоснуться к нему, а затем отпрянул, словно обжёгшись.

Денн наблюдал за происходящим со стороны, широко улыбаясь. Как только Клейн неловко поднялся на ноги, выражение лица Денна стало серьёзным.

— Эдвард, в прошлый раз всё произошло так быстро, что я даже не успел как следует тебя поблагодарить.

Он сделал шаг назад и низко поклонился.

— Спасибо, что спасли Тингон.

Клейн быстро последовал его примеру.

— Спасибо, что спасли нас.

— Э-э... — Эдвард поспешил помочь им подняться.

— Да ладно тебе, капитан, что это с вами? Ты же знаешь, я тоже служу Богине. И правда, когда дело дошло до Ланевуса, именно ты, Клейн и Леонард сражались до победного конца. Я… я, честно говоря, не так уж много сделал.

Конечно, Денн и Клейн были не согласны. Тогда они втроём оказались на грани — если бы Эдвард не появился вовремя, лучшим исходом для них было бы погибнуть вместе с Ланевусом.

Клейн вдруг кое-что вспомнил и спросил:

— Кстати, Эдвард… когда мы с Капитаном сможем «вернуться к жизни»?

Эдвард на мгновение замялся, прежде чем ответить:

— Я… я не совсем уверен. Может, тебе стоит спросить напрямую у Богини?

Ты что, хочешь, чтобы меня убили?

Клейн выглядел разочарованным. Последние несколько дней он не переставал думать о том моменте, когда он тайком наблюдал за тем, как его брат и сестра приходят на его собственные похороны. Он искренне надеялся, что скоро «воскреснет», подойдёт к двери с бараниной и горошком и с притворным спокойствием скажет под их потрясёнными взглядами: «Я дома. Сегодня у нас на ужин баранина с горошком».

Денн глубоко затянулся из трубки, а затем тихо произнёс:

— Эдвард… а что, если я просто останусь мёртвым?

"???"

Эдвард и Клейн удивлённо обернулись к нему.

— Я имею в виду… я не хочу, чтобы меня снова «оживляли». — Он подошёл к окну и стал смотреть на оживлённую улицу — Я немного устал. И, честно говоря, мне кажется, что последние несколько дней мне понравились.

Клейн сразу понял, что чувствует капитан. После того как Денн присоединился к Ночным ястребам, он не видел его отдыхающим ни дня — и дело было не в том, что он как Бессонный нуждался в меньшем отдыхе. Это было умственное и физическое истощение от постоянной перегрузки.

В исходной временной линии Денн выполнял роль «защитника» до самого последнего вздоха. Он, без сомнения, был хорошим человеком — великим человеком. Бескорыстным, неустанно посвящавшим себя обеспечению безопасности обычных людей. Но…

Но должны ли хорошие люди всегда истекать кровью и страдать?

Почему именно на хороших людей должны быть направлены пистолеты?»

Эдвард никогда не сомневался ни в преданности Денна Церкви, ни в его стремлении защищать других. Но он всё же мог понять, почему его взгляды изменились.

— Ты действительно всё обдумал?

Данн обернулся и рассмеялся.

— Хех, раз уж ты спросил, я уже не так уверен.

— Что ж, в таком случае я предлагаю... — Эдвард подмигнул. — Спросите мисс Дейли, что она думает.

Данн: «...»

— Зачем капитану спрашивать мисс Дейли?»— растерянно спросил Клейн.

— Ты поймёшь, когда вырастешь.

Клейн огрызнулся:

—Эй! Я старше тебя лет на семь или восемь!

— Ух ты, я тебе правда завидую. В твоём возрасте у тебя всё ещё такое чистое, невинное сердце — такое непорочное и незапятнанное.

— ... Это ты так называешь меня ребёнком?

— Хм. Как проницательно!

— Иди к чёрту! — Клейн пнул его, но Эдвард с лёгкостью увернулся.

— Ладно! Хватит шутить. Пора заняться чем-то более серьёзным. Хотя Инс Зангвилл и лишился пера, это не значит, что он мёртв или больше не представляет угрозы. Теоретически он должен ненавидеть меня больше всех... но вы оба по-прежнему в его чёрном списке.

Выражение лица Клейна стало холодным.

— Даже если он не придёт за мной, я никогда его не отпущу!