Девочка, которая любит пошутить

Хогвартс-экспресс мчался по дикой местности, оставляя город и цивилизацию далеко позади.

Вскоре в купе к Эдварду и Одри вошли трое парней. Главным из них был не кто иной, как высокомерный блондин Драко Малфой. Он хвастался перед двумя своими приспешниками, Крэббом и Гойлом, тем, сколько денег его отец пожертвовал Хогвартсу и что даже Дамблдору пришлось его выслушать.

Не успел он договорить, как Крэбб и Гойл внезапно остановились как вкопанные и уставились прямо на пассажиров купе.

Малфой нахмурился. 

— На что вы двое пялитесь? — Обернувшись, он увидел, что двое старшеклассников смотрят на него. Он на мгновение замер, и первой его мыслью было: «Эта девушка просто сногсшибательна».

Но он быстро выпрямился и высокомерно вздёрнул подбородок.

— Я Драко Малфой. Мой отец — Люциус Малфой, один из членов попечительского совета Хогвартса. Можно нам сесть здесь?

— Конечно.

Эдвард жестом пригласил их сесть напротив.

Крэбб и Гойл встали по обе стороны от Малфоя, когда тот сел. Он взглянул на Одри с лёгким удивлением на лице и неуверенно спросил: — Ты из Священной Двадцати Восьми?

«Священная двадцатка» — так называли двадцать восемь волшебных семей, которые по состоянию на 1930-е годы всё ещё могли претендовать на «истинную чистоту крови». Малфои были одной из них и очень гордились своим происхождением.

— Извини, но нет. — Одри покачала головой. 

Высокомерное выражение лица Малфоя мгновенно вернулось. 

— Какая жалость. Видишь ли, только наши двадцать восемь семей являются истинными чистокровными волшебниками — Он усмехнулся. — О, вообще-то, теперь их двадцать семь. Уизли давно потеряли своё место — взгляни на них, с их растрёпанными рыжими волосами и веснушчатыми лицами. Они настолько бедны, что едва могут прокормить собственных детей.

Как только он закончил говорить, воздух пронзил яростный крик.

— Малфой! Что ты там сказал?! Хочешь получить по морде?!

Рон Уизли проходил мимо и услышал оскорбление в адрес Малфоя. Его лицо покраснело от гнева.

Прежде чем Малфой успел ответить, Крэбб и Гойл встали и угрожающе хрустнули костяшками пальцев.

— Рон Уизли, — усмехнулся Гойл. — Хочешь получить по морде?

— Ты...

Рон невольно отступил назад и тут же столкнулся со своими старшими братьями — близнецами Уизли.

Один из них ухмыльнулся. 

— О~о~ Неужели наш младший брат сегодня впервые выйдет на дуэль?

Другой подбадривал его. 

— Давай, Ронни! Доставай свою палочку! Вызови его на дуэль!

Лицо Рона так покраснело, что казалось, он вот-вот потеряет сознание. Он замешкался, потянулся за палочкой, которая лежала на самом дне сундука, но быстро понял, в чём проблема: он не знал ни одного заклинания.

Осознание этого ещё больше встревожило его, и ему вдруг захотелось выпрыгнуть из окна поезда.

В этот момент вмешался Эдвард.

— Эй, вы двое, хватит. Вы хотите, чтобы вашего младшего брата отчитали в первый же день?

Близнец слева помахал ему рукой. 

— Привет, Эдвард! Давно не виделись. Разве ты не должен был навестить нас в Норе летом? Ты снова нас кинул!

— Да! Мы даже приготовили для тебя несколько новых розыгрышей. Только не говори, что ты променял нас на Седрика

— В следующий раз, обещаю. В следующий раз — Эдвард неловко рассмеялся.

Близнецы заглянули в купе и, увидев Одри, восхищённо ахнули.

— О, кажется, я никогда раньше не видел эту прекрасную юную леди. Она твоя подруга? Или… твоя девушка?

Эдвард вздохнул и повернулся к Одри. 

— Извини, это близнецы Уизли. Прошу принять их такими, какие они есть.

Одри, совершенно невозмутимая, вежливо улыбнулась. 

— Я Одри Холл, подруга Эдварда. Приятно познакомиться.

— Ладно, иди найди место для своего младшего брата, пока он не выставил себя ещё большим дураком. — Эдвард встал и вытолкнул близнецов из купе. 

При этом его взгляд упал на оттопыренный карман мантии Рона.

Должно быть, это Питер Петтигрю...

Что ж, раз с хронологией уже полный бардак, я могу сообщить об этом Дамблдору позже.

——

Подожди секунду.

Почему я всегда первым делом хочу донести на кого-то?

Чёрт возьми, я, должно быть, слишком много времени проводил с Клейном!

——

Уходя, близнецы помахали рукой.

— Увидимся позже!

— Какой позор. Первое сражение малыша Ронни закончилось сокрушительным поражением — без права на реванш~.

Рон, униженный, оттолкнул братьев, схватил свой тяжёлый чемодан и зашагал прочь.

Как только Уизли ушли, Малфой усмехнулся и повернулся к Эдварду.

— Ты правда тусуешься с этими Уизли? Фу. Какая низость.

С этими словами он встал и зашагал прочь, а двое его прихвостней поспешили за ним.

Эдвард и Одри переглянулись.

— Думаю, в каждом мире есть свои самодовольные благородные отпрыски. Мой отец когда-то хотел, чтобы я дружила с такими, как он. Как же это ужасно. — Одри вздохнула. 

Эдвард ухмыльнулся. 

— Ты говоришь о принце Эдессаке Августе? Если я правильно помню, он за тобой ухаживал, не так ли?

Одри кивнула. 

— Да… Но он мне никогда не нравился. Хотя, если честно, он был самым порядочным из принцев.

Эдвард ухмыльнулся ещё шире.

— Ну, так уж вышло, что я знаю о нём один маленький секрет…

Одри приподняла бровь. 

— Что за секрет?

Эдвард наклонился и прошептал:

— Этот твой третий принц… Позже он влюбится в мужчину.

"???" 

Одри в шоке вытаращила глаза.

— Как… такое возможно?! 

Ах, но в «Повелителе тайн» всё устроено именно так…

Ведьмы умирают за любовь. Интриганы умирают за верность. А этот принц, который влюбился в ведьму, в конце концов погиб в результате заговора.

———

Остальная часть поездки на поезде прошла без особых происшествий.

Ну, если не считать того, что Гермиона Грейнджер носилась повсюду, помогая Невиллу найти его потерявшуюся жабу, а потом каким-то образом ввязалась в драку с Малфоем и его дружками.

Честно говоря, если вы читали фанфики, то могли подумать, что Гермиона пол первого курса провела в поисках этой чёртовой жабы и столкнулась с кучей нелепых неприятностей.

Эдвард, однако, не учувствовал во всём этом, потому что в тот момент он притворялся спящим.

Честно говоря, первокурсница Гермиона немного раздражала.

Хогвартс-экспресс мчался по дикой местности, оставляя позади город и поселения.

Одри подпёрла подбородок рукой и смотрела в окно на проносящиеся мимо пейзажи. В стекле отражался её изящный профиль, гармонирующий с живописным видом за окном.

Эдвард не мог удержаться и несколько раз украдкой взглянул на неё. Однако, когда их взгляды встретились в отражении, он быстро отвёл глаза и закрыл их, чтобы вздремнуть.

Небо за окном постепенно темнело. С наступлением ночи поезд замедлил ход и наконец остановился.

Пассажиры толкались и пихались, пробираясь к дверям и выходя на маленькую, тускло освещенную платформу. Хотя осень только начиналась, воздух здесь был неестественно холодным. Первокурсники жались друг к другу, как дрожащие перепела, и втягивали головы в плечи, чтобы не замерзнуть. Тем временем Эдвард и Одри уже надели свои теплые пальто.

В этот момент к ним приблизилась высокая фигура с фонарём в руках.

— Первокурсники! Первокурсники, сюда! Гарри, нам сюда — ты в порядке? — Бородатое лицо Хагрида расплылось в улыбке. — Давайте, следуйте за мной. Ещё первокурсники? Смотрите под ноги — хорошо! Первокурсники, вам сюда. Мисс Холл, вы тоже, пожалуйста, идите со мной.

— Дальше тебе придётся идти самой. Будь осторожна — там может быть скользко. — Эдвард достал палочку и наложил на её пальто водоотталкивающее заклинание. 

— Поняла. Увидимся позже.

Одри помахала ему рукой и последовала за группой первокурсников, которые спускались по крутой узкой тропе.

В конце тропинки перед ними внезапно открылось огромное чёрное озеро. На другом берегу, на вершине высокого холма, возвышался величественный замок Хогвартс. Его многочисленные шпили пронзали ночное небо, а окна мерцали, как море звёзд.

«Так вот как выглядит замок Хогвартс издалека... »

———

К тому времени, как Эдвард вошёл в Большой зал, там уже было полно народу. Студенты с удовольствием делились историями о своих летних каникулах: кто-то шептал, а кто-то громко рассказывал о своих приключениях, наполняя зал оживлённой болтовнёй.

Как только он подошёл к столу Пуффендуйцев, Седрик Диггори помахал ему рукой.

— Эй, Эдвард! Я здесь!

Всем было известно, что в Хогвартсе на учеников из Пуффендуя обычно не обращали внимания — до тех пор, пока Седрик не привлёк к факультету некоторое внимание на Турнире Трёх Волшебников. А что касается Эдварда, то он был практически незаметен даже среди пуффендуйцев.

Во-первых, его умственное развитие было намного выше, чем у его одноклассников, из-за чего ему было сложно найти общий язык с группой детей. Кроме того, он был на несколько лет старше их. Поскольку он никогда не искал друзей, другие, естественно, тоже не подходили к нему.

Они с Седриком хорошо ладили только потому, что жили в одной комнате.

Седрик поприветствовал его, дружески толкнув в плечо. 

— Разве ты не остался в школе на лето? Почему ты поехал на поезде?

Эдвард обнял его в ответ и ухмыльнулся.

— Я сопровождал подругу — в этом году она первокурсница.

— Первокурсница? Твоя сестра?

— Нет… На самом деле она на год старше меня.

— Погоди, то есть она первокурсница, но старше тебя? Это бессмысленно. — Седрик в замешательстве моргнул

Эдвард усмехнулся. 

— Она в такой же ситуации, как и я, — у неё никогда не было возможности учиться в школе. Всё благодаря щедрости директора Дамблдора — он сделал для неё исключение.

———

По лестнице, ведущей в Большой зал, с серьёзным выражением лица поднималась профессор МакГонагалл, ведя за собой группу взволнованных первокурсников.

Они впервые оказались в Хогвартсе, и их любопытство было очевидным: они с удивлением оглядывались по сторонам, а зал наполнялся их благоговейным шёпотом.

Одри шла в самом конце очереди, рядом с девушкой с густыми каштановыми волосами, яркими карими глазами и слегка выступающими вперёд передними зубами.

Без сомнения, это была будущая министр магии Гермиона Грейнджер.

Они оживлённо болтали, похоже, найдя общую тему для разговора. Гарри Поттер и Рон Уизли, шедшие впереди, слушали их с озадаченным выражением лица.

Профессор МакГонагалл дала несколько указаний перед тем, как уйти и заняться последними приготовлениями к церемонии распределения. Тревожные первокурсники остались ждать в тишине.

Гарри выдохнул. 

— Как именно они решают, в какой факультет нас распределят?

Рон неуверенно пожал плечами. 

— Наверное, это какой-то тест. Фред сказал, что это очень больно, но я думаю, он шутил. Я спрашивал у мамы и папы, но они всегда так таинственно об этом говорят — это так раздражает.

Сохранение процесса сортировки в тайне было давней традицией волшебников. В конце концов, каждое предыдущее поколение проходило через то же самое — зачем лишать следующего поколения возможности пройти через это?

Наблюдая за болтающими детьми, Одри вдруг почувствовала, как в ней просыпается озорство — та сторона её личности, которую она редко подавляла.

С совершенно серьёзным выражением лица она заявила:

— Эдвард сказал мне… Все новые ученики должны пройти испытание Смертельным проклятием. Если они выживут, их зачислят.

— Что?!

Рон всё ещё не оправился от шока, когда увидел, как у идущей впереди него девочки с двумя светлыми косичками подкосились ноги и она упала на пол.

К счастью, другая девушка, стоявшая рядом, быстро помогла ей подняться. 

— Ханна, ты в порядке?

Глаза девочки наполнились слезами, и она захныкала:

— Она сказала, что каждый новый ученик должен быть поражён Смертельным проклятием! И только те, кто выживет, смогут поступить в школу!

"???" 

«А-А-А-А-А-А!! Я не хочу умирать!»

«ВААААААА!!»

«МАМОЧКА!!»

«ПОМОГИТЕ! Я ХОЧУ ДОМОЙ!»