Орден Сумеречных Отшельников
— Дай мне подумать — Эдвард в отчаянии прижал руку ко лбу. — Прошло больше ста лет. Бесчисленное множество исследователей и пиратов искали его и возвращались с пустыми руками. Ты правда думаешь, что я могу помочь тебе его найти?
Её тон оставался спокойным.
— Я просто делюсь с тобой информацией. В конце концов, я же обещала тебе долю от семейного наследства.
Пирог, который она рисовала в небе, был ещё более возмутительным, чем пустые обещания какого-нибудь современного генерального директора стартапа.
— Если у меня появится новая информация, я сообщу вам. До свидания.
Она отступила назад и с помощью «Открытия дверей» прошла сквозь стену и исчезла.
Как только Кристина ушла, Эдвард посерьёзнел.
«Затонувший «Лавр» Это ещё одно совпадение? Или одна из схем того русского священника?»
(П.п Кстати да, кто не знал, Древний бог Солнца(или Адам) вроде как из России, т.к он вылез +- из места, где раньше был Чернобыль. Просто забавный факт)
Честно говоря, вмешательство русского священника не казалось Эдварду таким отвратительным, как вмешательство Инса Зангвилла.
В конце концов, у них не было пересечений интересов.
Что ж, попытку остановить Великий смог можно считать полу конфликтом, но это всё ещё была лишь смутная идея — у него пока не было конкретных планов.
Кроме того, желание жреца стать богом, возродить Древнего Бога Солнца... Это было на самом деле полезно для всего мира.
«Тц. Независимо от того, его это рук дело или нет, я в конце концов окажусь в его истории... или, скорее, никто, кроме богов, не сможет избежать его внимания». В таком случае бежать бессмысленно. Вместо этого мне следует попытаться проявить как можно больше инициативы, пока сюжет не раскрылся полностью, — и, возможно, даже извлечь из этого какую-то выгоду».
С этой мыслью он повернулся к Лилит и сказал:
— Лилит, я ненадолго отлучусь. Скоро вернусь».
«Поняла~»
Пуф!
Фигура Эдварда исказилась и снова появилась возле собора Святого Самуила.
К тому времени солнце уже село, и весь мир погрузился в тусклые, одинокие сумерки. В соборе уже горели огни, и верующие продолжали приходить и уходить.
Святого Антония сегодня всё ещё не было. Расспросив епископа Электру, Эдвард узнал, что тот отправился проповедовать в небольшую церковь на окраине Бекленда и вернётся не скоро.
С разрешения епископа Эдвард снова вошёл в молитвенную библиотеку, которой пользовался раньше. Он зажёг свечи, капнул немного эфирного масла и шаг за шагом провёл ритуал. Затем он прошептал:
Я молюсь о силе ночи
Я молюсь о силе скрытности;
Я молюсь о благосклонности богини;
На этом пергаменте записаны некоторые из моих наивных и грубых идей.
Я хотел бы узнать, осуществимы ли они.
Ночная ваниль, цветок Багряной Луны
Пожалуйста, передайте мою молитву Богине!
Лунники, цветы Багряной Луны
Пожалуйста, передайте мою молитву Богине!
Как только он закончил говорить, порыв ветра подхватил сложенный лист пергамента, лежавший на земле, и унёс его.
Мгновение спустя пепел от горящих трав и окружающей их земли поднялся в воздух, образовав одно слово:
«Интересно»
...???
Эдвард на секунду замер, и первой его мыслью было:
«Неужели я перепутал песнопение и случайно помолился Амону? »
Но даже если и так, Амон не осмелился бы ответить в Церкви Вечной Ночи... Не все же такие смелые , как мистер Шут.
«Тогда... я буду считать, что ты считаешь это приемлемым?»
— Хвала Леди! — Он начертил на своей груди символ алой луны и опустил голову.
Собрав вещи, Эдвард случайно оказался в тихом пустом переулке неподалёку.
После недолгого колебания его внешность и одежда быстро изменились, и он превратился в Германа Воробья. Знал ли Адам, что Герман Воробей и Эдвард — один и тот же человек, не имело значения: всегда нужно быть начеку.
Он посмотрел на усыпанное звёздами небо и алую полную луну и чётко произнёс:
— Я хочу получить карту богохульства, любую из них. Что я должен предложить взамен? — Он чётко произносил каждое слово. — Орден Сумеречных Отшельников.
———
В ту ночь Эдвард не получил ответа от Ордена Сумеречных Отшельников. Он не был уверен, то ли они его не услышали, то ли не сочли нужным ответить, то ли им просто нужно было время, чтобы «обдумать» его просьбу.
Конечно, Эдвард не собирался сидеть сложа руки и ждать, как идиот. Он нашёл Дэница, который буквально светился от счастья, как будто только что совершил что-то грандиозное, и они вместе вернулись в Баям.
Портальный ключ в Баяме находилась в отдалённом, пустынном углу. Как обычно, Дэниц приземлился, неуклюже кувыркнувшись и застонав от удара.
Под осуждающим взглядом Лилит он хмыкнул и сказал:
— Хоть я и получал травмы много раз, боль всё ещё меня пугает — В глазах Лилит по-прежнему читалось презрение. — Кто сказал, что пиратам нельзя бояться боли?
Сидящая на плече Эдварда Лилит подняла лапу и указала на Дэница.
«Эдвард, разве это не считается признанием без принуждения?»
— Умница, ты уже используешь идиомы.
Она тут же гордо вскинула голову.
«Всё верно!»
В этот момент Эдвард постучал по Дэницу своей палочкой.
— Ты получил повышение. Иди собери информацию — позже встретимся в баре «Морские водоросли».
«Даже мой капитан обычно не командует мной так...»
Он что-то пробормотал себе под нос и поспешил прочь, всё ещё облачённый в «Железную броню».
Эдвард снова изменил свою внешность, превратил Лилит в трёхцветную кошку, взял её на руки и направился в бар «Морские водоросли».
По словам Дэница, в баре «Морские водоросли» собирались местные банды, и там часто можно было увидеть известных пиратов.
Как только он вошёл, его обоняние поразило сильное зловоние алкоголя. Он подошёл к барной стойке и заказал светлое солодовое пиво, бросив на стойку несколько монет и спросив:
— Есть какие-нибудь важные новости в Баяме за последние два дня?
Бармен с невозмутимым видом небрежно положил монеты в карман.
— Что-то важное? Весь Баям сейчас ищет этого „Угрюмого“ Германа Воробья
Угрюмый Герман Воробей? Они уже дали мне прозвище? И почему оно такое дурацкое?
— И всё из-за того, что он ограбил несколько кораблей?
Бармен пожал плечами.
— Хех, четыре из пяти кораблей принадлежали пиратским адмиралам. Это не то, что можно отмахнуться словами „несколько кораблей». — Он многозначительно посмотрел на Эдварда, а затем вернулся к полировке и без того сверкающего чистотой бокала. — Тем не менее до меня дошли и другие слухи.
Он не стал вдаваться в подробности. Вместо этого он сосредоточился на полировке того же самого стекла.
Эдвард бросил на прилавок ещё несколько монет.
Бармен тут же поставил стакан и улыбнулся.
— Некоторые говорят, что в собственном флоте Германа Воробья были распри. «Железный крюк» сгорел и затонул во время конфликта, и из шестидесяти или семидесяти пиратов едва ли кто-то выжил... Так зачем же им было драться между собой? — Он понизил голос и заговорщически добавил: — Потому что они нашли древнее сокровище недалеко от острова Соня!
«…»
Так вот как рождаются слухи, да?
И всё же это неплохо. По крайней мере, имя Германа Воробья действительно стало известным.
Итак, как я могу это использовать?
В конце концов, я не играю роль безумного охотника на пиратов, как Клейн.
Психопат, гений, безумец...
В этот момент Лилит высунула голову, осторожно высунула розовый язычок и попробовала пиво на вкус — но тут же отпрянула и начала усиленно плеваться.
Она обернулась и уставилась на своего «большого кота», и на её пушистой мордочке отразилось замешательство.
Почему ему нравится пить такую ужасную гадость? И он даже не любит сочных, упитанных мышей!
Люди такие странные!
Вскоре в бар вошёл Дэниц. Он быстро окинул взглядом помещение и остановил его на Эдварде — единственном человеке здесь, у которого «из груди торчала кошачья голова».
— Налей ему бокал «Кровавого вина Сони», — сказал Эдвард, постучав по стойке.
Дэниц взял бокал с красным напитком и залпом выпил половину, затем протяжно вздохнул.
— Фу, вот это я называю хорошей выпивкой!
— Ну что? Есть какие-нибудь зацепки?
Взглянув на бармена, он ответил:
— Ну, ты, наверное, слышал все эти сплетни, так что я расскажу тебе то, чего обычный человек не знает. — Он допил остатки кровавого вина и продолжил: — В деле замешаны четыре пиратских генерала: адмирал Глубокого Моря — Хаул Константин, адмирал Ада — Ладвелл, адмирал Крови — Сеньор и адмирал Звёзд — Катлея.
Хм, в дело вмешался даже флот Катлеи.
— А пятый?
— Неизвестно, — усмехнулся Дэниц. — Что на самом деле кое о чём говорит: это либо совершенно обычный пиратский корабль, либо тот, за которым стоит Церковь или военные.
Эдвард кивнул, а затем спросил:
— В Баям недавно приезжали какие-нибудь известные пираты?
— Ладвелл и Каттлея пока не предпринимают никаких действий. Но первый помощник «Глубокого моря» — Тесла по прозвищу «Гробовщик» — сейчас находится на острове. Его награда составляет 9800 фунтов. Кроме того, вчера прибыл второй помощник «Адмирала крови» по прозвищу «Стальной» Мавети.
— Если они узнают, где я... придут ли они за мной одни или приведут подкрепление?
— Это… я не уверен. — Дэниц замялся.
Эдвард задумчиво постучал пальцем по краю бокала.
— Хорошо. Распространите слух: я набираю ещё одну команду для поиска древних сокровищ возле острова Соня!
— Погоди, опять?
— Почему бы и нет?
— Но... у нас же больше нет корабля. — Дэниц хлопнул себя по лбу. — Ах да. Думаю, это не проблема. Ты же босс. — Дэниц повернулся к ошеломлённому бармену. — Чего ты пялишься? Налей мне ещё «Кровавой Сони»!
— Х-хорошо!
Бармен поспешил налить напиток, теперь уже полностью осознавая, кто перед ним — «угрюмый» Герман Воробей. Он не осмелился проявить хоть малейшее неуважение, опасаясь, что мужчина достанет револьвер и пристрелит его на месте.
Эдвард вежливо улыбнулся ему, затем развернулся и вышел из бара.
Надеюсь, сегодня вечером придёт достаточно много людей.
Так он мог бы попробовать что-то новое.
— Лилит, не могла бы ты ненадолго забраться в сумку?
Она моргнула своими голубыми глазами.
«Ммм… тогда можно я пойду поиграю с Сьюзи?»
— Конечно.
«Хорошо~»
Она послушно позволила Эдварду уложить её в сумку.
Эдвард принял облик местного островитянина и направился к особняку губернатора.
Это был настоящий центр власти на острове — резиденция и штаб-квартира адмирала Амириуса Ривельдта, высокопоставленного военного Лоэна и полубога.
Вскоре Эдвард выбрал в качестве мишени обычного на вид человека из числа тех, кто входил и выходил. Убедившись с помощью гадания, что проблем не возникнет, он молча наложил на мужчину заклинание Конфундус, чтобы контролировать его, и отдал приказ, прежде чем отпустить его.
Затем он наложил такое же заклинание ещё на шестерых или семерых человек, дав им те же указания.
«Первая часть плана выполнена».