Подожди пока она умрёт
Проведя всю ночь за видеоиграми с Одри, Эдвард наконец рухнул в постель незадолго до рассвета, весьма довольный собой. Благодаря ловкости зелью Мастера уловок ему не составило труда справиться с этой задачей.
Но как только он закрыл глаза и сон уже готов был поглотить его, он в ужасе распахнул глаза —
Какого черта?! Какого чёрта я делал всю эту ночь?!
Она попросила тебя поиграть в игры, и ты действительно играл всю ночь?! Серьёзно? И ты этим гордился?
Невероятно!
Он дважды сильно ударил себя по лицу.
Затем он быстро попытался утешить себя: может быть... может быть, Одри просто хотела поиграть.
Да!
Должно быть, дело в этом!
———
На следующее утро не выспавшийся Эдвард сидел в столовой и вяло жевал завтрак, просматривая газету. В отсутствие телевидения и интернета это был самый быстрый способ узнать последние новости.
По привычке он сначала пролистал до пятой страницы, чтобы посмотреть, нет ли новых встреч от Ока Мудрости, а затем вернулся в начало.
На первой полосе по-прежнему красовалось сообщение об убийстве посла Интиса. Правительство Лоэна выступило с заявлением, в котором выразило крайнее возмущение и решительное осуждение, потребовав от Ордена Авроры немедленной капитуляции в обмен на снисхождение — что было примерно так же смешно, как если бы полицейские потребовали от серийного убийцы сдаться.
Остальные страницы были заполнены недавно принятыми законами и постановлениями Лоэна, а также множеством рекламных объявлений. И только когда он дочитал до последней страницы и уже собирался отложить газету, его взгляд упал на знакомое имя.
Герман Воробей.
«А? Новости из Баяма уже дошли до Бекленда? Обычно они постараются скрыть захват военного корабля, разве нет?»
Он снова взял в руки газету и быстро просмотрел колонку.
Затем замер.
Этот «доклад» не имел абсолютно никакого отношения ни к Баяму, ни к военному кораблю. На самом деле это было заявление о пропаже человека.
——
Герман Воробей
Здравствуйте, я владелец кафе «Орилан» в Восточном районе. Вы уволились из кафе три дня назад, но в спешке оставили кое-какие свои вещи. В основном это одежда и несколько разных книг (в одной из них спрятана игральная карта), но я не знаю, имеют ли они для вас какое-то особое значение.
Если вы не увидите это уведомление и не вернётесь в кафе в течение трёх дней, мне придётся собрать ваши вещи и выбросить их. Без исключений.
— Орилан Уорден владелец кафе «Орилан»
——
На первый взгляд казалось, что это не имеет никакого отношения к Эдварду, если не считать имени «Герман Воробей». Но его зоркий глаз сразу уловил ключевую деталь: игральную карту, спрятанную в книге.
Это был даже не намёк. Это было практически прямое сообщение: «Ищешь карту богохульства? Так забирай».
«Это послание от Сумеречного ордена отшельников?»
Эдвард представлял себе всевозможные таинственные и грандиозные способы, с помощью которых Орден Сумеречных Отшельников мог бы связаться с ним, но этот «простой и честный» подход застал его врасплох.
«Эй… может ли быть так, что прошлой ночью две главные церкви одолели дьявола? А теперь они хотят поручить мне убийство герцога Нигана?»
С этими словами он протянул руку и погладил Лилит, которая была занята поеданием рыбы.
— Ты закончила есть, Лилит?
Она подняла взгляд, её губы были испачканы соком от стейка.
«Мяу?»
Эдвард взял салфетку и аккуратно вытер ей лицо, а затем поднял на руки.
— Если ты всё ещё голоден, мы поедим где-нибудь в другом месте.
«Хорошо~» — ответила она тихим голосом.
Оплатив счёт, Эдвард вышел из ресторана, держа Лилит на руках. Он с любопытством посмотрел на неё и спросил:
— Хм? Ты что, не ловила мышей последние несколько ночей? Ты ужасно голодная по утрам.
«Я действительно ходила», — проворчала она, помахивая хвостом. «Но мыши здесь слишком маленькие. Леди Лилит не наелась».
— О, понятно. Я думал, может, ты тайком почитываешь книги по ночам.
«Мяу?» — она склонила голову набок с озадаченным выражением лица.
———
Вскоре после этого Эдвард, уже в облике Германа Воробья, с белым персидским котом на плече, вошёл в кафе «Орилан», расположенное в Восточном районе. Кафе находилось на краю площади, рядом с которой не было торговых палаток, а прохожих было мало. Только на скамейках вокруг площади сидели или лежали несколько неподвижных, оцепеневших фигур.
Эдвард всерьёз сомневался, что в это кафе часто заходят посетители.
Он подошёл прямо к стойке и с приятной улыбкой спросил:
— Извините, а мистер Орилан Уорден на месте? Я Герман Воробей, я пришёл забрать кое-какие вещи, которые оставил.
Сотрудник удивлённо моргнул, прежде чем ответить:
— Конечно. Пожалуйста, присаживайтесь. Я сейчас позову мистера Уордена.
Мгновение спустя к нему подошёл худощавый блондин в очках в золотой оправе и белых перчатках. Он долго и пристально смотрел на Эдварда, прежде чем сесть напротив него.
— Герман Воробей? — спросил он.
— Верно, — ответил Эдвард, оглядывая его с ног до головы. — Если всё пойдёт хорошо, моё имя уже сейчас должно греметь на весь мир. Вы, должно быть, мистер Орилан?
— Нет. — Мужчина без колебаний отверг это предложение, а затем протянул фотографию. — Иди в это место и освободи человека, запертого под землёй. Сделай это, и ты получишь то, что хочешь.
Эдвард не мог не удивиться: это было не покушение на герцога Нигана, а что-то совершенно другое.
Освобождение ... под землей…
Эти два слова мгновенно напомнили мне об одном ангеле, с растроением личности.
Он взял фотографию и взглянул на неё. На ней был изображён двухэтажный дом, первый этаж которого был в беспорядке, повсюду валялись строительные материалы — как будто там шёл ремонт. Затем он сделал вид, что не понимает, и спросил:
— Где это? Кого я должен освободить? Зачем?
— Дом 8, улица Уильямса. Вам больше ничего не нужно знать. Просто сделайте это, и вы получите то, что вам нужно.
Ты, должно быть, шутишь — он что, говорит о той карте Красного Жреца в руках Медичи?
Если бы у меня была возможность это сделать, стал бы я по-прежнему приползать к вам на коленях?
Подождите...
Что-то здесь не так.
Эдвард вдруг вспомнил, что Медичи встали на сторону Истинного Создателя во время Войны Четырёх Императоров и в итоге были превращены в жаркое после того, как Адам сказал: «Это была необходимая жертва. »
Значит, эти двое должны быть врагами... верно?
Тогда зачем Адаму было его отпускать?
Если только... весь смысл этой миссии не в том, чтобы его убили?
— Есть ли что-то ещё? Какие-нибудь другие поручения?
— Нет. Если у вас получится, кто-нибудь приедет, чтобы провести дополнительную оценку. Тогда вас официально пригласят присоединиться к нам.
Блондин больше ничего не сказал и быстро вышел из кафе.
В этот момент к ним с широкой улыбкой подошёл тот самый сотрудник, который был здесь раньше, словно только что заметил Эдварда.
— Извините, что заставил вас ждать, сэр. Не хотите ли что-нибудь заказать? — Он явно забыл всё, что только что произошло.
Способности Зрителя — это не шутки. Хорошо, что я тоже знаю заклинание Империус.
— Я буду стейк и кофе.
— Сейчас, сэр.
——
Внезапно с площади снаружи донёсся пронзительный крик.
— Вааа... Мама! Мама!
Хрупкий, оборванный мальчик в слишком большом хлопковом пальто безудержно рыдал. Перед ним лежала такая же худая и плохо одетая женщина. То ли от голода, то ли от холода, то ли от болезни она потеряла сознание этим ранним осенним вечером.
Крики ребёнка привлекли внимание людей, находившихся поблизости, но не более того. Они видели эту сцену слишком часто. Пройдёт ещё несколько месяцев, наступит зима, и такие смерти будут происходить по несколько раз в день.
Эдвард не был особенно сострадательным человеком, но, увидев всё это своими глазами, он почувствовал укол человеческого сочувствия.
— Официант. — Он поднял руку, подзывая официанта, и достал купюру. — Не могли бы вы пригласить этих людей внутрь и угостить их горячими блюдами?
— Конечно, сэр. Вы добрый человек.
Официант, похоже, совсем не удивился этой просьбе. Он быстро направился к двери, поднял руку и позвал кого-то.
В одно мгновение бродяги на площади повернули головы. После лёгкого кивка официанта они, собравшись с последними силами, направились к кафе — как будто такое случалось не в первый раз.
Все выстроились в очередь, заходя по одному и благодаря Эдварда на ходу. Персонал быстро рассадил их и принёс дымящиеся тарелки с едой.
Ах... вот почему это кафе находится в таком месте. Оно зарабатывает на таких «добросердечных людях», как я.
Вскоре на улице остались только обессилевшая женщина и плачущий ребёнок. Эдвард встал и вышел из кафе, чтобы посмотреть, можно ли ещё спасти женщину.
В этот момент к женщине подбежала маленькая девочка в чёрной одежде, чёрных брюках, чёрных ботинках и с короткими чёрными волосами. Она опустилась на колени и положила свою маленькую бледную ручку на шею женщины, затем повернулась к плачущему ребёнку и сказала:
— Не плачь, не плачь. Твоя мама ещё не умерла.
Мальчик шмыгнул носом, и его рыдания на мгновение прекратились от удивления.
— Правда?
Черноволосая девушка ласково улыбнулась ему и утешила:
— Подожди ещё немного. Ты сможешь поплакать, когда она умрёт.
Эдвард: «...»
Мальчик: «...»
«Вааа!!!»
Он разрыдался ещё громче.
Эдвард подошёл и под любопытным взглядом девушки наложил на женщину исцеляющее заклинание. Затем он достал зелье и осторожно влил его ей в рот.
Он не разбирался в медицине. Это было всё, что он мог сделать.
— Это не сработает. — Девочка в чёрном посмотрела на Эдварда и серьёзно сказала: — Я уже чувствую запах смерти. Её уже не спасти. Я пришла сюда, чтобы забрать её тело.
Эдвард на мгновение замолчал, а потом спросил:
— Даже мистер Азик не может её спасти?
— А? Что? — Она в удивлении вскочила на ноги и окинула Эдварда внимательным взглядом. Её глаза постепенно засияли от узнавания и радости. — Ты… старший брат Эдвард!
Затем она посмотрела на Лилит, которая шла за ней, и почесала затылок.
— Значит, это Лилит?
В тот момент Эдвард выглядел как Герман Воробей, поэтому он понятия не имел, как она его узнала.
— Привет, Присцилла.
Всё верно — эта маленькая девочка в чёрном с короткими чёрными волосами была не кем иным, как Присциллой, которую забрал Азик. Когда она жила с отцом, она всегда носила платья принцесс, а её длинные волосы были заплетены в милые косички, и она была похожа на фарфоровую куклу. Но всего за неделю, проведённую с Азиком, она коротко подстриглась и полностью изменила свой образ.
То ли Азик был плохим родителем, то ли у него были какие-то скрытые мотивы, кто знает?
Эдвард повторил свой вопрос:
— Даже мистер Азик не может её спасти?
— Нет! — Она покачала головой. — У неё неизлечимая болезнь. Её органы уже давно не функционируют. Она держится только благодаря силе воли.
В её речи не было той застенчивой нежности, которая была раньше. Такая разительная перемена не могла произойти всего за одну-две недели, проведённые с Азиком. Может, дело в той церемонии епископата?
И действительно, через несколько минут женщина испустила последний вздох.
Эдвард ничего не мог поделать. Он снова подозвал официанта, дал ему несколько соли и попросил помочь отвезти осиротевшего ребёнка в приют.
Тем временем Присцилла достала чёрный мешок для трупов и умело упаковала тело женщины. Она вежливо отклонила предложение Эдварда о помощи, затем перекинула мешок через плечо и в одиночестве направилась к кладбищу.