Больше чем просто знакомые

Дамблдор прижал руку ко лбу и со вздохом, который не вполне соответствовал его словам, произнёс:

— Должен сказать, вы оба оказались гораздо более… удивительнее, чем я ожидал.

— Простите, профессор Дамблдор, — быстро извинилась Одри. — Если бы я не попросила Эдварда отвести меня туда, ничего бы этого не случилось.

— Нет-нет, — Дамблдор махнул рукой, — мисс Холл, за свою жизнь я повидал гораздо худшее. Кроме того, никто не узнал вас и не запомнил ваши лица. Я просто удивлён. Современные молодые люди гораздо способнее нас. Хм, даже Волдеморт в твоём возрасте собрал лишь горстку учеников в школе и основал небольшую группировку.

Он покачал головой и внезапно сменил тему.

— Профессор Амбридж выздоровела.

Эдвард тут же сказал:

— Это замечательная новость. Я обязательно навещу её в ближайшее время.

— Она сказала, что намерена добиться того, чтобы тебя отправили в Азкабан.

— Отлично. Я слышал, что там полно самых легендарных ведьм и волшебников. Общаясь с ними, я наверняка многому научусь.

Дамблдор несколько секунд молчал, а затем пододвинул к нему газету. 

— Ты правда так думаешь? Возможно, я мог бы устроить это для тебя — отправить тебя в Азкабан для... дальнейшего обучения.

— Э-э...

Дамблдор беспомощно вздохнул.

— Хорошо. Я отправлю тебя в другое место. На самом деле для многих оно гораздо опаснее Азкабана.

— Нурменгард? — глаза Одри загорелись. — Это... это то место, где держат бывшего Тёмного лорда? Того, у кого были... эм... особые отношения с профессором Дамблдором...

Дамблдор кивнул, его тон был спокойным. 

— Мисс Холл, вы можете не стесняться меня.

— ...больше чем просо друзья.

— Однажды — да. — Он улыбнулся. — Что ж, готовьтесь к отправлению.

В этот момент Одри подняла руку. 

— Извините, Эдвард, профессор Дамблдор. Вы оба знаете, что я только что пережила захватывающее, нервное приключение. Сейчас я бы предпочла остаться в Хогвартсе и отдохнуть. Ты же знаешь, Эдвард. Как только я вернусь домой, я снова застряну там. И…» — её голос стал загадочно-игривым, —и есть ещё кое-что, что я хочу сделать.

— Это та самая штука, с которой ты попросил Малфоя разобраться?

— Именно! Она на цыпочках подошла к Эдварду, чтобы погладить его по голове, и улыбнулась. — Постарайся изо всех сил, ладно?

———

[Австрийские Альпы — Нурменгард]

Первый вдох холодного воздуха, который сделал Эдвард, словно пронзил его горло и сердце. Он поспешно надел толстое зимнее пальто и спрятал в нём Лилит, оставив снаружи только её голубые глаза, которые с любопытством разглядывали всё вокруг.

Под предводительством Дамблдора, преодолевая порывы ветра, они вошли в высокое здание, построенное на вершине горы. Один за другим они поднимались по винтовой лестнице и наконец оказались на верхнем этаже — в тускло освещённой комнате.

Интерьер был простым: односпальная кровать, кресло-качалка, стол, несколько шкафов и... телевизор и DVD-плеер?

К удивлению Эдварда, этот бывший Тёмный лорд оказался более подкован в маггловских технологиях, чем большинство современных волшебников.

Седовласый старик в лохмотьях стоял у окна и смотрел на далёкие горы. От всего его существа веяло сумраком и упадком — он не был похож на грозного Тёмного лорда, который всего несколько десятилетий назад погрузил весь волшебный мир в хаос.

Он слегка улыбнулся, затем открыл рот и сказал то, что потрясло Эдварда до глубины души:

— Мы снова встретились, малыш. Хех, в последний раз, когда я тебя видел, ты был ещё Обскуром.

Я был... Обскуриалом?

Обскуры — или Обскурусы — были магическими существами, которые появлялись, когда дети с магическими способностями подавляли свои силы из-за травмы или страха, что приводило к неконтролируемым всплескам магии. Разве они не должны были быть нестабильными, хаотичными, безумными, наполненными негативными эмоциями и недолговечными?

Как я мог им быть?

Хотя эта мысль и озадачила его, Эдвард не слишком удивился — в конце концов, это должно было произойти до его переселения. Не помня об этом, он не испытывал никаких эмоций.

Грин-де-Вальд посмотрел на Дамблдора. 

— Ты ему так и не сказал?

— Если он забыл, то пусть эти воспоминания останутся в прошлом. Теперь он обычный волшебник.

— Ха-ха-ха, „обычный волшебник“, который когда-то был мракоборцем? — расхохотался Грин-де-Вальд. — Должен сказать, что ваша семья Дамблдоров имеет некоторое сходство с мракоборцами.

Эта фраза привлекла внимание Эдварда. Он быстро перевёл взгляд с одного пожилого мужчины на другого и, помедлив мгновение, спросил:

— Значит... я действительно ваш родственник?

— Конечно.

— Я не уверен.

Они заговорили одновременно. Обменявшись взглядами, Грин-де-Вальд твёрдо сказал:

— Я уверен, что в тебе течёт кровь семьи Дамблдоров...хотя ты не обязательно должен носить эту фомилию

Дамблдор, однако, выглядел неуверенным. Поправив свои очки-полумесяцы, он сказал:

— Прошу прощения. Насколько мне известно, в роду Дамблдоров нет выживших потомков. Но Геллерт настаивает на обратном… — Он развёл руками: — И он отказывается объяснять, почему он так в этом уверен.

Эдвард почесал подбородок и долго колебался, прежде чем осторожно спросить:

— Так... значит, я... твой ребёнок?

"..."

Бум! Шлёп!

— Ай!

После допроса (или попытки допроса) Чёрного и Белого Лордов Эдвард наконец узнал правду о своём «происхождении» от Грин-де-Вальда.

Шестнадцать лет назад, когда Грин-де-Вальд впервые увидел его, он был плачущим младенцем. И, конечно же, такое место, как Нурменгард, не подходило для ребёнка. Поэтому Грин-де-Вальд обратился к своим старым последователям и отправил ребёнка в приют.

Десять лет спустя — шесть лет назад — Грин-де-Вальд снова встретил «его». К тому времени он уже стал Обскуром, живым скелетом мальчика. Он превратился в идиота, который мог только есть, пить, спать и справлять нужду.

Однажды связавшись с Обскуром — особенно с тем, кто принадлежал к семье Дамблдоров (Грин-де-Вальд утверждал, что Эдвард был из их числа), — он попытался воспитать Эдварда, надеясь сделать из него такого же особенного Обскура, как Криденс.

Но он потерпел неудачу.

После почти полугода усилий мальчик так и не стал умнее. Грин-де-Вальд потерял к нему интерес и отправил его обратно в приют.

Три года спустя — как раз в то время, когда Эдвард переместился в этот мир, — он «восстановился» и получил письмо о зачислении в Хогвартс.

Узнав об этом, Грин-де-Вальд немедленно связался с Дамблдором и честно рассказал ему о состоянии Эдварда. Как и следовало ожидать, Дамблдор был заинтригован. Он даже лично отправился в приют и привёз Эдварда в Хогвартс.

Именно поэтому Дамблдор всегда уделял Эдварду особое внимание.

— Но… почему ты так уверен, что во мне течёт кровь Дамблдора?

На это Грин-де-Вальд спокойно ответил:

— Думаешь, я расскажу тебе то, что скрывал даже от Альбуса? Но… — его тон смягчился, —Я могу сказать вот что: дело не в том, что я люблю загадывать загадки, просто я пообещал кое-кому сохранить этот секрет.

— Этот человек... имеет отношение к моему происхождению?

Грин-де-Вальд кивнул.

Дамблдор пробыл там недолго. Возможно, из-за присутствия Эдварда двое «старых друзей» почти не разговаривали. Грин-де-Вальд быстро вернулся к роли учителя, словно стремясь нагрузить Эдварда всеми возможными знаниями и поскорее его выгнать.

За одну ночь, пройдя интенсивный ускоренный курс предыдущего Тёмного Лорда, Эдвард сумел освоить продвинутую часть управления Адским Пламенем и научиться применять Инсендио Драконис.

Охваченный волной вдохновения, Грин-де-Вальд даже добавил фирменное заклинание Дамблдора — как учитель физики в старших классах, который, закончив со своим тестом, с воодушевлением начинает проверять и математический.

Для студента, жаждущего знаний, такой учитель был настоящей находкой. Но была одна проблема: Грин-де-Вальд не просто объяснял или демонстрировал магию.

Он вбивал это в тебя.

Всю ночь Эдвард с трудом избегал смертельных проклятий Тьмы. Он даже чуть было не потерял свою сумку.

———

Завтрак в Нурменгарде был простым: два варёных яйца и чашка чёрного кофе.

Лилит с любопытством лизнула кофе, но тут же отпрянула, энергично замотала головой и спрыгнула со стола, чтобы сесть перед телевизором и внимательно посмотреть «Тома и Джерри».

Когда он допил свой кофе, урок Грин-де-Вальда возобновился.

— Как, по-вашему, нужно учиться магии без палочки?

Эдвард обхватил обеими руками теплую кружку и на мгновение задумался.

— Э-э... практика — путь к совершенству?

— Освоили ли вы какое-нибудь заклинание, которое можно произнести как с помощью палочки, так и без неё?

— Акцио и Депульсо

— Как тебе это удалось?

Эдвард помолчал.

Когда он освоил чары «Необнаруживаемое расширение», то понял, что, хотя они и создают пространство для хранения, как пространственные кольца во многих романах, доставать и хранить предметы довольно сложно.

Итак, ему пришла в голову идея использовать «Акцио» и «Депульсо». Сначала ему нужно было произнести заклинание и взмахнуть палочкой. Со временем он перестал произносить заклинание. А около полугода назад ему перестала нужна и палочка.

— Думаю, я просто часто их использовал... и в конце концов наловчился. Да, практика — путь к совершенству.

Грин-де-Вальд кивнул.

— Именно. Безмолвное произнесение заклинаний относительно легко. Но магия без палочки? Для этого нужно постоянно и целенаправленно практиковаться с одним заклинанием — до тех пор, пока твоё тело и разум не усвоят его. Так делал я, так делал Альбус… даже Мерлин. Но колдовство без палочки обычно применимо только к отдельным заклинаниям. Это не значит, что, освоив определённую технику, вы сможете колдовать без палочки вообще.

Альбус, вероятно, рассказал тебе о своей теории „эволюции/деволюции“. Волшебники используют палочки, потому что с их помощью нам легче направлять магию. Но со временем мы стали зависеть от них. Это происходит потому, что магия волшебников по своей сути хаотична — беспорядочна и неконтролируема.

Даже мы с Альбусом не можем полностью контролировать свою магию. Поэтому мы никогда не стремились в совершенстве овладеть этой техникой. Для этого потребовались бы бесконечные тренировки, и даже в этом случае результат мог бы уступать заклинанию с палочкой.

Конечно, есть альтернативы. Вы могли бы попробовать египетский стиль колдовства без палочки, но он требует больше времени.

— Профессор Дамблдор тоже об этом упоминал, — кивнул Эдвард, но нахмурился. — Но если это так…зачем ему было отправлять меня сюда, чтобы я учился у тебя?

Губы Грин-де-Вальда изогнулись в усмешке. В его затуманенных глазах мелькнуло безумие.

— Потому что у меня была теория: раз волшебники привязаны к своим палочкам, а палочки — это уязвимое место... то что, если палочку встроить в тело волшебника? Например… — Он протянул костлявую руку. А что, если мы изготовим палочку из кости запястья волшебника? Разве это не будет лучшим вариантом?

Эдвард ужаснулся.

Боже правый — большинство людей просто хотели усовершенствовать волшебные палочки, а ты перешёл сразу волшебной аугментации?

Поистине достоин титула Тёмного Лорда.

— Тебе… удалось? 

— Я потерпел неудачу. — Грин-де-Вальд опустил руку, и его тон снова стал ровным. — Кости моего запястья — да что там, все мои кости — это обычные кости, лишённые магических свойств. Они совершенно не подходят для изготовления волшебной палочки.

Все твои кости?

Вы тёмный лорд или безумный учёный?

— Но ты, ты совсем другой!

"???"

— Когда-то ты был Обскурусом — магическим существом, рождённым от природы и способным высвобождать огромную силу.

Тут он сделал паузу, и в его глазах на мгновение мелькнула тень тоскливых воспоминаний.

— Однажды я встретил другого Обскуруров, но… тогда моё сердце было занято другими делами.

Эдвард понял. Он говорил о Креденсе — сыне Аберфорта Дамблдора, — который погиб в битве между двумя Тёмными лордами несколько десятилетий назад.

— Даже если сейчас ты кажешься нормальным, я верю, что ты всё равно принципиально отличаешься от других волшебников. В твоём теле должны сохраниться некоторые черты Обскурура. Если мы сможем их использовать, то колдовство без палочки будет наименьшим из того, чего ты добьёшься. Ты можешь пробудить силы, недоступные ни одному волшебнику!

Что ж, звучало красиво, но метод был пугающим.

— Итак... что именно ты хочешь сделать?

— Дай мне одну из костей твоего запястья.

Он сказал это так непринуждённо. Как будто попросил передать чашку.

— Не волнуйся, всего одно заклинание Оссио и пузырёк Скеле-Гро. Если ты боишься боли, то Оглушающее заклинание сотворит чудеса.

(П.п На счёт Оссио я ничего не нашёл, предположу, что это выдумка автора. Скеле-Гро — исцеляющее зелье, которое восстанавливает и вызывает рост костей)

— Я... могу я подумать об этом?

Грин-де-Вальд бросил на него косой взгляд.

— Я слышал, что ты талантлив в трансфигурации. Хочешь узнать, как использовать её на себе — менять своё лицо и тело по желанию?

Эдвард стиснул зубы.

— …Давай сделаем это.