Яблоко

После долгой паузы молчания Дамблдор мягко улыбнулся.

— Давайте пока не будем зацикливаться на таких тяжёлых вещах. Наслаждайтесь завтрашним Рождеством… а потом, полагаю, вам двоим снова пора будет отправляться туда.

— Угу! — В этот момент Эдвард вынул подарочную коробку и протянул её Дамблдору. — С Рождеством, профессор.

Дамблдор с улыбкой распаковал подарок. Внутри лежали тёплые шерстяные носки и ингредиенты для формул восьмой и седьмой ступеней Пути Просителя Тайн.

— О, я просто обожаю такие носки! — Его глаза весело блеснули. — Обязательно надену их завтра с самого утра.

— Главное, чтобы вам понравились~ — улыбнулся Эдвард.

Гриндельвальд протянул руку:

— А мой подарок?

— Мм, разве пожилой человек вроде вас не должен сначала сам подарить что-нибудь молодым, прежде чем просить себе?

— Хмф, разве Альбус тоже не подарил тебе что-то? — Он проворчал себе под нос и полез в карманы. — Что, по-твоему, может подарить старик, который десятилетиями сидел в камере?

Помолчав немного, он добавил:

— Ладно, вот что я тебе предложу: я должен тебе одну услугу. Что бы ты ни попросил меня сделать… нет, забудь условия — что угодно.

Главное, чтобы это не поставило под угрозу профессора Дамблдора, верно?

Эдвард протянул ему ещё одну коробку.

— Вот, это для вас.

Внутри оказалась пара носков, идентичных тем что он подарил Дамболдору, а также формула и материалы для Пути Охотника.

— Мистер Гриндельвальд, вы уверены, что хотите выбрать путь Войны?

— О, совершенно уверен. — Гриндельвальд бегло взглянул на формулу, а потом помахал носками перед Дамблдором. — Альбус, твои носки далеко не так стильны, как мои!

Дамблдор громко рассмеялся.

Дремавший феникс Фоукс вздрогнул от неожиданного шума и раздражённо каркнул.

———

25 декабря.

Рождество.

Эдвард проснулся рано и сразу почувствовал праздничную атмосферу. И в общей комнате, и в коридорах за окном, и в Большом зале — повсюду царили яркие, красочные украшения.

Но среди всей этой радости он вдруг почувствовал, будто провалился в ледяную пропасть. По всему телу пробежал холодок.

Как… как так получилось, что уже 25-е?

Куда делись пять дней между 20-м и 24-м?!

— Вааах!

Внезапно чёрный размытый силуэт с пронзительным визгом влетел Эдварду в объятия. Он так испугался, что отшатнулся на несколько шагов назад.

«Хахаха! Мисс Лилит снова тебя напугала!»

Лилит выглядела самодовольной и гордой.

Одри подошла ближе и спросила:

— Что случилось, Эдвард?

Эдвард тихо спросил:

— Какое сегодня число?

— 25 декабря. Рождество, — ответила она с сияющей улыбкой.

——

Всё словно повторялось заново.

Они вернулись в кабинет директора. Взяли Дамблдора Маховик и приняли решение.

— Что ж, увидимся через минуту.

Тик.

В тот момент, когда Эдвард отпустил золотой циферблат, он исчез из кабинета. Но прежде чем прошла целая минута, в дверь постучали — и Эдвард вошёл внутрь.

— Давно не виделись, все вы.

Лилит с торжествующей улыбкой бросилась ему в объятия.

«Мисс Лилит раскрыла себя!»

— Впечатляет, очень впечатляет!

«Хе-хе, ну конечно!»

Одри скрестила руки на груди и недовольно фыркнула:

— Так, Эдвард… Все остальные знали. А я одна осталась в неведении, верно?

— Прости. Я просто боялся, что твоя забота обо мне заставит тебя… ну, потерять рассудок.

Она заложила руки за спину и подошла ближе, плотно сжав губы.

— Значит, ты думаешь, что тот, кто так сильно о тебе заботится… не заметит, что тебя где-то посреди всего этого подменили?

— А?

Она приблизилась ещё ближе.

— Даже если это всё ещё ты… всё равно чувствуется по-другому. Даже Сьюзи это почувствовала. Ты думал, я не замечу?

— ??? — Эдвард был ошеломлён. — Так в итоге… я действительно была единственной, кто ничего не знал?

— Ты хоть представляешь, как трудно мне было притворяться, будто я ничего не замечаю? Я наблюдатель, а не актриса.

— …

— Хмф! Посмотрим, посмеешь ли ты снова что-то от меня скрывать.

— Не посмею. Честно-честно.

Дамблдор, опершись подбородком на ладонь, с нежной улыбкой наблюдал за ними.

Ах… юность. Как прекрасно.

———

В полдень Гарри только вернулся от Сириуса, как Снейп привёл его в кабинет директора.

Он всё ещё был в замешательстве, когда к нему медленно подошёл пожилой человек с белоснежными волосами и хрупкой фигурой и начал водить по его груди чем-то вроде волшебного стетоскопа, понемногу продвигаясь вниз.

— Профессор Дамблдор, кто этот джентльмен… и что он делает? — растерянно спросил Гарри.

Одри улыбнулась:

— Разве вы недавно не искали информацию о нём?

— А?

Гарри замер.

— Вы… создатель Философского камня — мистер Николас Фламель?!

— Именно я, дитя, — мягко ответил Николас Фламель. — Ты чувствуешь какое-нибудь недомогание?

— Недомогание? Нет…

Гарри почесал затылок — и вдруг что-то осознал, поспешно извинившись:

— Простите, сэр! Я… я не хотел проглотить ваш Философский камень. Просто в тот момент я не хотел, чтобы едва смертные…

— Понимаю, понимаю, дитя, — Фламель погладил Гарри по голове. — Не из-за этого я здесь. Я пришёл проверить, не оказало ли проглатывание камня на тебя какого-либо воздействия.

Ты очень храбр, Гарри.

В этот момент Дамблдор спросил:

— Ну что, Николас, какой вердикт?

— Философский камень исчез.

Снейп нахмурился:

— Исчез? Невозможно. Я точно знаю, что Поттер его не вырвал и не вывел естественным путём.

Глаза Гарри расширились от ужаса, и он уставился на Снейпа.

Что ты со мной делал, пока я был без сознания?!

Голос Николаса Фламеля прозвучал с оттенком неуверенности:

— Поэтому я подозреваю… что Философский камень полностью переварился этим ребёнком.

Снейп мрачно спросил:

— Какие могут быть последствия?

— Не знаю, — покачал головой Фламель. — За последние несколько столетий я использовал Философский камень для приготовления множества Эликсиров Жизни для себя самого… но ни разу не думал проглотить его целиком.

Прежде чем Снейп успел что-то сказать, Дамблдор вмешался:

— Мадам Помфри провела полное обследование Гарри. Её вывод таков: Гарри теперь даже здоровее, чем раньше.

Эдвард тоже поднял руку:

— Мои результаты гадания также подтвердили: проглатывание Философского камня не только безвредно для Гарри — оно даже полезно.

— Но… всё равно это неизвестная величина, верно?

Дамблдор вздохнул:

— Но сделанного не воротишь. Остаётся лишь внимательно наблюдать за Гарри и надеяться, что с ним ничего не случится.

Николас Фламель посмотрел на Дамблдора:

— Прости, Альбус, что не смог помочь больше.

— Нет, извиняться должен я. Ведь именно ты понёс утрату.

— Хе-хе, ничего страшного. Я уже решил отправиться в новое путешествие вместе с Перенеллой в тот самый момент, когда передал Камень.

Тревожные лица взрослых заставили Гарри почувствовать себя неловко. Он нервно пробормотал:

— Я… я опять никому не навредил, правда?

Дамблдор тепло улыбнулся:

— Конечно нет, Гарри. Как сказал Николас, ты проявил храбрость и решительность. Хотя и действовал безрассудно, твой поступок заслуживает похвалы — и пятидесяти баллов для Гриффиндора!

Глаза Гарри тут же загорелись.

— Однако, поскольку последствия проглатывания Философского камня пока неизвестны, нам придётся внимательнее следить за тобой в ближайшие дни, чтобы убедиться в твоей безопасности. Ты не возражаешь?

— Нет проблем.

— Прекрасно.

Дамблдор повернулся к Снейпу:

— Северус, я поручаю тебе заботу о Гарри.

— Что?! — Гарри почувствовал, будто его ударило молнией.

— Р-разве профессор МакГонагалл не подошла бы лучше?

— Боюсь, что нет, — извиняющимся тоном сказал Дамблдор. — Минерва будет занята помощью мне в управлении школой. Не волнуйся — Северус позаботится о твоей безопасности.

— Н-но…

Не успел он договорить, как над ним нависла тень. Снейп приблизился вплотную, его лицо было мрачнее тучи.

— Что такое, Поттер? У тебя есть возражения?

— Н-нет, сэр!

Гарри почувствовал, как отчаяние накрыло его плотным туманом: «Всё кончено. Моя жизнь окончена!»

———

Общеизвестно, что охота на ведьм в Средние века велась Церковью. Бесчисленные ведьмы и волшебники погибли в ходе этой кампании, и с тех пор волшебники и Церковь стали заклятыми врагами.

И всё же каждый год волшебники продолжали праздновать Рождество — в этом было что-то почти мрачно-ироничное.

Рождественский пир в Хогвартсе был ещё роскошнее, чем банкет в начале учебного года.

На столах красовались сочные жареные индейки, горы жареного мяса и варёного картофеля, блюда с ароматными маленькими колбасками, миски с масляным горошком и густые насыщенные подливы с клюквенным соусом — одно за другим.

Через каждые несколько футов вдоль столов лежали яркие волшебные хлопушки — внутри них находились маленькие подарки, которые любой мог забрать себе.

Когда в зал пришли остальные ученики, оставшиеся на каникулы, Дамблдор высоко поднял свой бокал и провозгласил:

— С Рождеством!

После этого все могли приступать к еде.

Одри, Эдвард и Гарри сидели вместе, слушая, как Гарри жалуется на мрачное будущее под надзором Снейпа. Рон ел обеими руками, с жадностью поглащая еду, а Гермиона наклонилась к Эдварду и спрашивала о битве 20-го числа.

Лилит и Сьюзи сновали по Большому залу, одну за другой хлопая волшебные хлопушки. Если им что-то нравилось, они убирали находку в маленькие кулоны на шеях.

Вскоре пришёл Хагрид. Он выглядел измученным: ведь после нападения Пожирателей Смерти выживших великанов поручили ему.

Золотая троица тут же бросилась к нему.

— Профессор Эдвард. Мисс Холл.

В этот момент к ним подошла Эмили Ларссон из Дурмстранга. Она вручила каждому из них небольшую подарочную коробочку, а затем повернулась к Эдварду:

— Простите, профессор Эдвард. Я не хотела вас беспокоить в прошлые разы.

Эдвард быстро ответил:

— Нет, извиняться должен я. Если бы у меня было больше терпения, возможно, я бы понял, что вы пытались обратиться за помощью.

— Простите… В конечном счёте, именно из-за меня Пожиратели Смерти так долго оставались незамеченными.

Одри улыбнулась и вмешалась:

— Ладно, с извинениями покончено. Что сделано, то сделано. Виноваты Пожиратели Смерти — и Волдеморт, а не мы.

Эмили кивнула и, извинившись, вернулась к своим однокурсникам из Дурмстранга.

— О чём задумался? — мягко спросила Одри.

Эдвард покачал головой:

— Просто вспоминаю… Когда я гадал на учеников Дурмстранга, я использовал три утверждения: «Метка Тёмного Лорда связана с ними», «Они находятся под действием Проклятия Империуса» и «Они представляют угрозу Хогвартсу». Все три дали отрицательный результат для Эмили.

— Эмили не была под Проклятием Империуса и не причинила Хогвартсу никакого вреда.

— Именно. Но это напоминание о том, что даже [Гений слева] не делает гадание всемогущим. Результат полностью зависит от точности формулировок. Если фраза составлена неточно, можно получить вводящий в заблуждение ответ — как в случае с Эмили.

Как тогда в особняке Малфоев, когда он гадал на «нового покровителя» Драко. Даже применив «Безумца справа» для инверсии результата, он встретил Ариану лишь спустя несколько дней — во время путешествия во времени.

Пока они разговаривали, Снейп вдруг встал и вышел из зала. Через несколько мгновений он вернулся — в сопровождении Игоря Каркарова.

Ученики Дурмстранга тихо зашумели от возбуждения. Каркаров выглядел заметно худее, чем раньше. Обменявшись коротким приветствием с Дамблдором, он напряжённо сел рядом с ним — хотя его появление особо не нарушило праздничного настроения.

Все продолжали наслаждаться едой, обмениваться подарками и задержались примерно до девяти вечера, после чего постепенно разошлись по своим спальням.

———

Эдвард и Одри неторопливо шли по коридорам замка. Стены были украшены праздничными гирляндами и даже персоны на портретах были в рождественских нарядах, придавая всему замку яркую и радостную атмосферу.

Когда они дошли до развилки, ведущей к гостиной Слизерина, Одри остановилась. Она чуть приподняла подбородок и протянула бледную ладонь:

— Где мой рождественский подарок? — Она сморщила носик — Только потому, что у нас в мире не празднуют Рождество, не значит, что ты можешь его мне не дарить.

Эдвард смущённо почесал затылок:

— Я… я не знал, что тебе подарить…

— О~ вот как?

Он на мгновение замялся, а затем достал красиво упакованное яблоко.

— ???

Одри удивлённо моргнула.

— Э-э-эм… В моём родном городе… в настоящем родном городе… на Рождество дарят яблоки. Это символ мира.