Шут вершит правосудие, Башня получает прибыль

К семи часам вечера ученики один за другим начали прибывать в бесплатную школу. Большинству было по тринадцать–четырнадцать лет, все были одеты в простую, скромную одежду.

Едва переступив порог класса, каждый без напоминаний занимал своё место, доставал школьные тетради и тихо повторял записи. Отсутствие учителей их совершенно не сбивало.

Эти дети приходили сюда добровольно и дорожили каждой возможностью учиться.

Вскоре все небольшие классы заполнились. Два учителя, ходившие на поиски пропавшей девочки, вернулись и тут же приступили к работе. Каждый вошёл в свой класс и начал привычный ритуал: обучал самых сильных учеников материалу дня. Эти «ученики-наставники» затем передавали знания остальным, а учителя ходили между партами, поправляя и отвечая на вопросы.

Эдвард всё это время сопровождал мужчину-учителя, привыкая к ритму школьной системы.

Лилит свернулась калачиком у него на плече, широко раскрыв глаза и наблюдая за всеми этими «маленькими котятами». Она заметила нечто странное: обычно дети при виде неё сразу приходили в восторг. Но эти — будто больше интересовались Эдвардом.

— Мистер Лайл, почему Дэйзи сегодня не пришла? — подняла руку девочка, рядом с которой осталось пустое место.

— О, у неё… в семье возникли дела и она попросила выходной, — ответил мистер Лайл, явно не привыкший лгать — лицо его напряглось.

— А? Но она же как раз должна была стать учеником-наставником! Зачем брать выходной прямо сейчас?

Он замялся.

В этот момент Эдвард спокойно вмешался:

— Дэйзи не здорова. Завтра вернётся.

— О…

Девочка медленно кивнула, лишь наполовину поверила, и перевела взгляд на Эдварда:

— Вы новый учитель?

— Что-то вроде того.

Ш-ш-ш…

Ученики тут же зашептались, оживлённо переглядываясь.

Мистер Лайл кашлянул:

— Это мистер Эдвард. Выпускник Технологического университета Бекленда с отличием. Несколько дней будет преподавать лоэнский и математику.

Ух!

Их глаза загорелись, и они смотрели на Эдварда, как на сокровище.

— Здравствуйте, ребята, — поприветствовал он, помахав рукой.

Мистер Лайл добавил:

— Мистер Эдвард и я будем обходить классы. Если будут вопросы — смело спрашивайте.

Они вышли из комнаты, и мистер Лайл начал объяснять Эдварду школьные порядки: кто наставники, каков прогресс каждого класса, как корректировать и отвечать на вопросы во время обхода.

Такая система ложила огромную нагрузку на учеников-наставников — но у них не было выбора.

Вскоре Эдвард начал ходить между классами: наблюдал за уроками, исправлял ошибки, отвечал на вопросы.

Время тихо шло.

———

Тем временем, в вилле богача Капима…

Ранее днём, встретив мать и дочь, связанных с исчезновением, Клейн проследил след до этого места. Он подтвердил: множество похищений в Восточном районе и на доках вели к этому сюда. Поэтому, когда стемнело, он действовал.

После ряда жестоких стычек Клейн — под обликом Чёрного Императора — устранил двух телохранителей Капима и проник в подземную темницу. Руководствуясь видениями из гадания, он нашёл камеру, где держали Дэйзи.

Конечно, Дэйзи была не единственной узницей — в темнице содержались все дети, похищенные Капимом. Клейн прошёл сквозь железные двери, и открыл все камеры, освободив пленниц.

Он вернулся в столовую, забрал черты Потусторонних, отделившиеся от тел телохранителей, и на мгновение замер, прежде чем разбросать колоду карт Таро на трупе Капима.

Но на этом всё не закончилось. Ведь его настоящей целью было расследование исчезновения Синтии — горничной из дома принца Эдессака. И след привёл его сюда.

Он знал: взрыв газа наверняка привлечёт внимание официальных Потусторонних. Он уже жалел, что не связался с мисс Дэйли — у него было бы больше времени на полноценное духовное общение.

«Вздох… Я слишком долго вёл себя как вольный Потусторонний. Моё первое побуждение — действовать в одиночку…»

К счастью, у него оставалось таинственное пространство над серым туманом.

Впрочем, Клейн не спешил уносить дух Капима в туман. Его спектакль ещё не окончен. Оставался финальный акт.

Через несколько десятков секунд в воздухе над виллой разорвалась призрачная дверь. Покрытая таинственными символами, она бесшумно распахнулась. Через неё вышел элегантный мужчина лет сорока — зрелый, благородный, в дорогом костюме. Один из тех, кто ранее помогал Святому Тайн остановить Эдварда.

Тут же мощный порыв ветра возвестил о появлении второй фигуры, мчащейся на огромной скорости.

Прежде чем они успели заговорить, их взгляды притянуло чёрное существо в тени — рядом, в полуметре, стояла величественная фигура в обсидиановых доспехах и с чёрной короной.

Оба рванули вперёд.

В этот миг плащ фигуры слегка взметнулся — и она исчезла прямо на их глазах.

— Член Школы мышления Розы?

— Нет… Не Призрак. И вообще не нежить.

— Неужели…?

Пока они говорили, оба резко обернулись к второму этажу виллы и взлетели туда.

Там снова стояла та же зловещая фигура — чёрная корона и доспехи нетронуты, руки скрещены, она молча ждала перед открытым и пустым сейфом.

Она по-прежнему молчала.

После напряжённой паузы фигура спокойно подняла руку…

…и показала им средний палец.

БАХ!!!

Молния ворвалась с неба, ворвавшись сквозь потолок и метясь прямо в тёмную фигуру.

Но промахнулась.

Ударила в землю в метре от цели — немыслимая ошибка для полубога.

— Искажение?

Эйс Снейк сразу понял: что-то не так. Его глаза засветились молниями, над ним сгустилась грозовая туча.

Рядом элегантный мужчина сжал карманные часы и бросил три монеты в воздух, готовясь произнести:

— В этом месте…

Но не успел договорить — его разум опустел.

Когда он пришёл в себя, комната была усыпана картами Таро — а тёмной фигуры уже не было.

Эйс Снейк нахмурился:

— Почему ты не заблокировал его телепортацию?

Лицо элегантного мужчины потемнело:

— Кража. Он украл мысль, когда я собирался наложить «Запрет».

— Существо вроде призрака, с телепортацией, искажением и кражей мыслей… — Снейк оглядел место. — И оставил колоду карт Таро — будто намеренно на что-то намекая.

Он прищурился:

— Недавно в доках был похожий случай — там тоже остались карты.

Тот кивнул:

— Возможно, новая тайная организация. Отмечает свои операции ритуалом с картами Таро?

— Хмф. Посмотрим, что здесь произошло.

Лишь тогда первый отряд Потусторонних официально прибыл на виллу Капима.

———

Вернувшись над серый туман, Клейн сначала убедился, что дети благополучно сбежали. Только потом начал вызывать дух Капима.

— Ты знаешь Синтию?

Дух Капима безэмоционально ответил:

— Да.

Клейн удивился. По логике, такой человек не должен помнить каждую похищенную.

— Расскажи всё, что знаешь.

— Я знаю лишь, что она была одной из девочек, которых мои люди привели месяц назад. Я запомнил её, потому что… после передачи она сбежала.

— Куда ты её отправил?

— К Барену.

Сердце Клейна дрогнуло:

— Кто такой Барен?

— Человек, специализирующийся на торговле людьми. Всех похищенных я отправляю к нему.

— Что он с ними делает?

— Не знаю.

— Куда их везёт?

— Не знаю.

Клейн задумался:

— После побега Синтии вы пытались её найти?

— Да, но не нашли. Хотя… Барен, кажется, вышел на её след недавно. Подробностей не сказал.

«Значит, такова правда смерти Талима Дюмона?»

Барен нашёл Синтию в особняке Красной Розы, попытался вернуть — но Талим его застукал. Тогда Баррен убил Талима и выдумал историю побега с Синтией.

«Звучит логич… Чушь собачья.»

Это поместье третьего принца — любимца самого короля! Ты хочешь сказать, что торговец рабами просто вошёл в его дом, похитил горничную, убил близкого друга принца и ещё инсценировал побег?

Если он так силён — зачем торгует рабами? И зачем так мучиться из-за одной сбежавшей горничной?

Пальцы Клейна застучали по бронзовому столу.

«Может… стоит сообщить напрямую принцу. С его ресурсами он раскроет правду, эх… Если бы я знал, что снова выйду на Барена, убил бы его в прошлый раз!»

— Где найти Барена?

— Он часто бывает в Баре Лайм в доках.

Конечно — то самое место, где Клейн впервые его заметил.

— Сколько всего людей ты передал Баррену?

— Не считал. Но должно быть, несколько тысяч.

— Несколько тысяч?!

Пальцы Клейна сжались.

— Все из Восточного района и доков?

— Не все. Многих брали из деревень вокруг Бекленда.

— Ты когда-нибудь ещё раз видел тех, кого отправил?

— Нет. Думаю, большинство уже мертвы. Иначе Баррену не нужен был бы постоянный приток новых рабов.

Мертвы… все мертвы.

Значит, под мирной и цивилизованной поверхностью «страны надежды» Бекленда всё это время процветала скрытая индустрия похищений и рабства.

Ха… Этот мир гораздо мрачнее, чем я думал.

…Или я просто слишком много думаю.

В конце концов, я всего лишь чужак в этом чужом мире. Какая мне разница, сколько людей умрёт?

Но перед глазами вновь всплыли лица девочки из темницы Капима — глаза, полные страха, но цепляющиеся за надежду, когда они смотрели на него. Он вспомнил лица нищих, изнурённых нижних слоёв.

Раздражённо провёл рукой по волосам:

— Цок, я всего лишь расследовал пропажу горничной. Надо было взять деньги и закрыть дело. Почему я так взволновался?

Покачав головой, Клейн полностью уничтожил душу Капима — стёр мерзкого преступника из существования.

Затем он осмотрел две черты Потусторонних и задумался о принципах Фокусника:

— «Бросать вызов невозможному»… разве это не просто красивый способ сказать «лезть на верную смерть»?

Разобравшись со всем, Клейн потёр виски и вернулся в реальный мир. Едва он открыл глаза, он почувствовал: скорость усвоения зелья Фокусника резко возросла — будто он вот-вот завершит процесс.

Клейн онемел.

«Почему так быстро?»

Я же лишь немного поиграл в театре перед двумя полубогами…

Но такой результат — чересчур преувеличен, нет?

Он вспомнил, как Эдвард показывал ему фокусы над серым туманом.

Идея поразила его:

«А что, если, будучи Миром, я покажу фокусы Мистеру Шуту? Ускорит ли это усвоение?»

———

Поздней ночью…

Эдвард вернулся в свою небольшую виллу в районе Императрицы, неся почти десять тысяч золотых фунтов, вынесенных из сейфа Капима.