Сказочный белый волшебник

— Хлоп!

Видение рассыпалось, и Эдвард вышел из сновидческой сферы.

— Что-то есть?

— Да.

Эдвард на мгновение задумался и сказал:

— Мы можем подтвердить: гоблины действительно объединились с Пожирателями Смерти, но эти трое, похоже, мало что знают. Они просто выполняют приказы. Тот, кто отдаёт команды — старый одноглазый гоблин.

— О? Одноглазый гоблин? — задумчиво произнёс Дамблдор. — Я помню, во время гоблинского восстания 1612 года был такой гоблин. Но после подавления восстания он исчез. Не ожидал, что он до сих пор жив.

Он взглянул на трёх всё ещё подвешенных в воздухе гоблинов и спросил:

— А какова причина, по которой гоблины сотрудничают с Пожирателями Смерти?

— Трудно сказать, — покачал головой Эдвард. — Я лишь видел, как этот старый одноглазый гоблин орал что-то вроде: «Мы вернём то, что по праву принадлежит гоблинам!» и «Гоблины — истинные правители этого мира!» — очень расплывчато.

Это навело его на мысль.

— Вы только что сказали, что этот одноглазый гоблин — участник восстания 1612 года? Из того, что я читал, это восстание было направлено на нападение на Хогвартс, чтобы захватить нечто... Я подозревал, что это Меч Гриффиндора.

— Гоблины всегда хотели вернуть меч, но не настолько, чтобы ради этого поднимать восстание. В конце концов, Меч Гриффиндора — это всего лишь исключительно прочное и острое лезвие. У него нет никакой магической силы.

— Может, это был Философский камень?

Эдварда осенило.

— Это идеально совпадает — Волан-де-Морт тоже хочет Камень, что объясняет их сотрудничество!

— Но Философский камень был создан Николасом Фламелем по Книге Авраама. Он не имеет никакого отношения к гоблинам, тем более не является чем-то, что «по праву принадлежит» им.

(П.п. «Книга Авраама Еврея» — вымышленная рукопись, о которой упоминается в контексте алхимических исследований Николая Фламеля. По его словам, он обнаружил её в конце XIV века. Согласно описанию Фламеля, текст написал Авраам, еврейский учёный, специалист в каббалистической мистике и древних эзотерических традициях. На страницах книги, по словам Фламеля, были сложные аллегорические иллюстрации, ивритский шрифт и символические диаграммы. Считалось, что в книге содержатся инструкции по созданию философского камня, который мог бы превращать простые металлы в золото и даровать бессмертие)— Тогда какой артефакт в Хогвартсе заставил бы гоблинов поверить, что, захватив его, они станут правителями мира?

Дамблдор развёл руками.

— Если бы такое существовало, я бы уже использовал его против Волан-де-Морта. — Он на мгновение замолчал. — Но, судя по тому, что мы знаем, можно с уверенностью сказать: гоблины и Пожиратели Смерти нацелились на Хогвартс. Это согласуется с их манипуляциями Малфоем, заставившими его выпустить Метку Тьмы.

Эдвард попытался провести ещё один ритуал, пытаясь вычислить местонахождение одноглазого гоблина, но, к сожалению, ни один из троих не знал, где он.

Тогда он собрал материалы, отменил ритуал и спросил:

— Кстати, почему вы велели мне изменить формулировку гадания на «Причина сотрудничества между Пожирателями Смерти и гоблинами»? Вы подозреваете, что инициатива исходит от Пожирателей, а не напрямую от Волан-де-Морта?

— Просто догадка, — ответил Дамблдор. — Но проверить несложно. — Он указал на Когтя. — Разбуди его и заставь провести нас к хранилищу Лестрейндж. Это расскажет нам всё, что нужно.

Эдвард произнёс заклятие. Коготь моргнул, приходя в себя, лицо его было ошарашенным, будто он пытался вспомнить, что только что произошло.

— Э-э... он действительно поведёт нас туда добровольно?

— Используй «Империус».

— Вы сами не будете?

Дамблдор невинно моргнул.

— Я — образцовый белый маг. Как я могу использовать такую жестокую тёмную магию... особенно одно из Непростительных проклятий?

«???»

Эдвард закатил глаза — обычно он считал себя последним человеком, способным на сарказм, но на этот раз не удержался.

— Усиление. Империо.

На всякий случай Эдвард усилил «Империус», чтобы избежать сбоев, затем использовал Трансфигурацию, чтобы вернуть лицу Когтя нормальный вид.

— Проведи нас к хранилищу Лестрейндж.

Коготь изобразил уродливую улыбку.

— Конечно.

— А что с двумя другими? Избавимся от них?

Дамблдор покачал головой.

— Это лишь насторожит остальных гоблинов и Пожирателей. Я сотру их воспоминания и перепишу их — пусть сегодняшний день покажется им приятной встречей.

— И всё? Я думал, вы пришли, чтобы разгуляться в праведном гневе.

Он мягко улыбнулся.

— Не волнуйся. Теперь, когда мы знаем, что эти гоблины замышляют недоброе, я не буду с ними церемониться. Просто пока не время. В конце концов, смерть — зачастую самое лёгкое из наказаний.

— Вот это уже ближе к делу.

Значит, два тщательно подготовленных отвлечения от профессора МакГонагалл и профессора Флитвика в итоге оказались почти бесполезны — ну, не совсем. Если бы что-то пошло не так, они бы стали запасным планом.

———

Несколько минут спустя Коготь вывел их из VIP-зала обратно в главный зал, затем через другую дверь — в грубый каменный коридор. Горящие факелы освещали путь, ведущий всё глубже под землю.

В конце концов они вышли к рельсам. Коготь свистнул — из тени к ним покатилась тележка. Они сели, и она мгновенно рванула вперёд, неся их по лабиринту туннелей с резкими поворотами и внезапными спусками, всё глубже и глубже сквозь пещеры, усыпанные сталактитами.

Спустя почти десять минут тележка начала замедляться и наконец остановилась на развилке, освещённой факелами.

— Мы прибыли, почтенные гости.

Коготь вылез и продолжил вести их. Они свернули за угол и вышли в просторное помещение. Перед ними лежали самые глубокие хранилища, но путь преграждал древний дракон — изуродованный, в цепях, явно подвергавшийся жестокому обращению. Его глаза были мутно-розовыми, полными ненависти, когда он уставился на троих.

Коготь достал крошечный колокольчик и тихонько потряс им. Дракон хрипло зарычал и отступил — явно выработанный рефлекс после долгих лет издевательств со стороны гоблинов.

Увидев это, Эдвард сразу вспомнил Анну. Хотя он не испытывал к ней особой привязанности, его симпатия к ней по ассоциации вызвала у него укол сочувствия к этому несчастному существу.

“Если представится шанс — я вытащу и тебя отсюда”

Они обошли дракона и наконец достигли цели — двери хранилища Лестрейндж.

Коготь приложил руку к поверхности, и дверь растворилась, открыв проход внутрь.

Внутри, от пола до потолка, хранилище было забито золотыми монетами и кубками, серебряными доспехами, шкурами странных зверей со шипами или крыльями, зельями в украшенных драгоценностями флаконах и даже коронованным черепом.

— Ого. Вот это клад. Римские золотые монеты, череп короля Артура, Меч Гриффиндора... Жаль, что всё это подделки.

Дамблдор тщательно осмотрел хранилище и усмехнулся.

— И посмотрите-ка — так заботливо зачаровано проклятиями «Джемино» и «Флагранте».

(П.п. Заклятия умножения и “Пылающей руки”. Первое создаёт копии предметов, второе обжигает, если предмета касается не хозяин) Он взмахнул палочкой и пробормотал заклинание. Белый свет растекся по помещению, подавляя чары над сокровищами. Затем он снова взмахнул рукой.

— Акцио Кубок Пуффендуй!

Небольшой золотой кубок с двумя изящными ручками вылетел из груды и приземлился ему в ладонь. На боку был выгравирован барсук, а вокруг него витала зловещая аура.

Эдвард кивнул в подтверждение.

— Именно он. Я узнаю ауру крестража.

Дамблдор прищурился.

— Это также подтверждает, что гоблины работают с Пожирателями Смерти — скорее всего, без ведома Волан-де-Морта. Иначе он никогда бы не оставил кубок здесь, узнав, что я знаю местонахождение одного из его крестражей.

Он погладил свою длинную снежно-белую бороду и с сожалением вздохнул.

— Хотя, возможно, он просто считает меня доверчивым старым дураком.

Ну это врятли.

— Что вы собираетесь делать с кубком?

— Лучше всего — уничтожить его немедленно. Мои инстинкты подсказывают, что справится с этим может Адское пламя.

Эдвард на мгновение задумался.

— Хм, позвольте пока оставить его у меня. В конце концов, это Кубок Хельги Пуффендуй — кто знает, какие скрытые функции он может иметь.

— Хорошо. Но обращайтесь с ним осторожно.

— Без проблем. Так... пойдёмте?

Дамблдор взглянул на старого гоблина.

— Давайте сохраним видимость — пусть он поможет нам тоже арендовать хранилище. Иначе, когда Гринготтс сверит записи сегодня вечером, начнётся хаос.

— ...А что мы будем вносить?

Эдвард быстро добавил:

— Весь этот сундук с сокровищами — одолжен у Одри. Рано или поздно мне придётся вернуть.

Старик усмехнулся.

— То, что её — твоё, разве нет?

— Эй, такие фразы могут нас втянуть в неприятности. И дело не в том, чьи вещи — эти драгоценности и монеты помогают ей смягчать побочные эффекты Драконьей Кости. Не стоит с этим шутить.

— Ладно, ладно. Полагаю, мне просто придётся взять это на себя.

Дамблдор беспомощно пожал плечами.

— Этот сундук золота почти опустошил столетние мои сбережения.

— Погодите, правда? — Эдвард поднял взгляд и указал на хранилище, доверху набитое сокровищами. — Почему бы нам не взять немного отсюда? Я, например, совершенно не испытываю угрызений совести, грабя Пожирателей Смерти. Мы могли бы взять немного.

— Отличная идея.

Дамблдор согласился чересчур охотно — явно ждал, когда Эдвард сам это предложит.

«...»

Они наполнили по полсундука ценностей несколькими взмахами палочек, затем повернулись к гоблину.

— Пошли, мистер Коготь. Я хочу арендовать хранилище высшего уровня.

Коготь сиял.

— Прекрасный выбор, господа!

Через час Коготь проводил их из Гринготтса с энтузиазмом, от которого любой продавец позеленел бы от зависти. Он махал им вслед.

— Берегите себя, дорогие друзья! Ждём вас снова!

Он крепко сжимал контракт, напевая от удовольствия. Отлично. Ещё один прибыльный день!

———

[Хогвартс — Кабинет директора]

Профессор МакГонагалл морщилась.

— О, слава Мерлину, вы вернулись. Притворяться кем-то другим перед таким количеством людей — это просто ужасно неприятно.

Профессор Флитвик, напротив, хохотал от души.

— Мне понравилось! Я уже давно сыт по горло этой розовой жабой! Я не только смог как следует отчитать её, но теперь вся её ненависть направится на Альбуса.

— Мой старый друг, — с хитрой улыбкой сказал Дамблдор, — это не то, что я рад слышать.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Флитвик смеялся искренне.

— Ну? Как прошла ваша миссия?

Они не знали всех деталей — только то, что это связано с Волан-де-Мортом.

— Есть хорошие новости и плохие, — серьёзно произнёс Дамблдор.

— Давайте сначала хорошие.

— Мы подтвердили некоторые из наших подозрений.

— А плохие?

— Пожиратели Смерти заключили союз с гоблинами. Их целью, скорее всего, является Хогвартс.

Улыбка застыла на лице Флитвика.

Ведь он был профессором Хогвартса, доверенным советником Дамблдора и твёрдым противником Волан-де-Морта. Но у него также была гоблинская кровь.

— О... это действительно плохая новость. — Его брови сошлись, на лице — глубокая тревога. — Но... почему? Даже если они решили встать на сторону Волан-де-Морта, делать такой резкий шаг так быстро — это безрассудство!

Он пробормотал себе под нос:

— Если бы это был я, я бы сначала разжёг конфликт между Хогвартсом и Волан-де-Мортом, а потом дождался идеального момента, чтобы...

Эдвард: «...»

— Кхм! — Профессор МакГонагалл быстро кашлянула. — Филиус!

— О, это чисто гипотетически, Альбус. Вы же понимаете, да?

— Конечно, — сказал Дамблдор, выдвигая из ящика коробку «Берти Боттс — фасоль всех вкусов». — Возьми конфетку.

Флитвик сунул одну в рот — и тут же скривился.

— Фу! Вкус васаби!

— Все знают, что гоблины жадны, злы и жестоки — но они не глупы.— Это значит, что, что бы они ни планировали, единственное, что мы можем сделать — подготовиться заранее.

Профессор МакГонагалл выглядела обеспокоенной.

— Вы думаете, они совершат прямое нападение на Хогвартс? Это поставит учеников в серьёзную опасность.

— Боюсь, этого не избежать, Минерва, — сказал Дамблдор, поправляя полукруглые очки. — И, скорее всего, это произойдёт в день выборов Министра Магии.