Совет Бернадет

Убийство Капима продержалось на первой полосе газет всего полдня, прежде чем интерес начал угасать. Если только не раскроют всю сеть торговли людьми за его спиной, это просто станет ещё одним убийством в Восточном районе — таких случалось десятки в год.

Единственная причина, по которой дело привлекло внимание, — жертва случайно оказалась богачом.

Но, конечно, армия не позволила скандалу развиваться. Уже к полудню заголовок заменили на более «приемлемый»: «Богач из Восточного района убит при ограблении».

А на первой полосе теперь красовался: «Аристократ замечен в постели с женой друга — погоня голышом по улицам».

Эдвард отложил газету с безнадёжной улыбкой. Как и ожидалось, контролируешь СМИ — контролируешь общественное мнение. То, что знал народ, всегда ограничивалось тем, что позволяли власть.

В этот день, никто не потревожил Эдварда. Бернадет ещё не прислала пьсьма, у Одри сегодня были занятия по психологии, и больше никто не искал его. Эдвард и Лилит провели весь день «впустую» дома.

Когда наконец наступило семь вечера, и Лилит тайком ускользнула на своё «выступление», Эдвард отправился в бесплатную школу, чтобы провести вечернее занятие.

Среди учеников была и Дэйзи — та самая похищенная девочка. Как одна из старших наставниц, она первой получила лекцию от Эдварда. Всё время она внимательно слушала и старательно делала записи. На её лице не было ни страха, ни встревоженности.

Дети вроде неё, рождённые в самых жёстких уголках общества, не могли позволить себе бояться. Если они выживали в такой жизни — что ещё могло их напугать?

——

После получаса занятия Дэйзи и другие «наставники» разошлись по классам, чтобы учить остальных. Эдвард, как и два учителя, должен был ходить между классами и наблюдать.

Но сегодня он на минутку отлучился.

Ровно в 20:00 по воздуху разнёсся богатый, пряный аромат, от которого даже самые сосредоточенные ученики сглотнули слюну и обернулись к окнам. Многие пришли на голодный желудок, а те, кто ел, перекусили лишь чёрным хлебом.

В этот момент директриса зашла в каждый класс и сказала:

— Дети, этот ужин приготовил для вас мистер Эдвард. Прошу, выйдите и становитесь в очередь.

На школьном дворе стояли буханки хлеба и огромный котёл с густым бараньим рагу. Два учителя раздавали еду.

Глаза детей вспыхнули. Все хором обернулись к Эдварду и закричали:

— Спасибо, мистер Эдвард!

— Не за что! Все в очередь!

Дети тут же выстроились в два ряда. Каждый получил по две-три буханки и миску рагу. Школа изредка устраивала ужины, но что-то подобное — никогда.

Для многих это был, возможно, самый роскошный ужин в жизни.

Эдвард подошёл к директрисе:

— Отныне я буду ежемесячно передавать вам сумму. Используйте её, чтобы нанять больше учителей и регулярно устраивать такие ужины.

— С-спасибо вам огромное!

Она схватила его руки обеими своими и несколько раз поблагодарила.

Эдвард слегка смутился. По сравнению с его нынешним состоянием, эта сумма была каплей в море.

Хотя он и не собирался становиться филантропом. Он не святой. Как в тот раз в кафе — увидел беду, помог.

Даже Клейн, по-настоящему добрый человек, мог помочь лишь тем, кого лично знал или встречал. Конечно, он так же был тем, кто вспыхивал праведным гневом из-за смерти невинного и мстил за него.

Эдвард считал, что Клейн — его моральный компас. Если он сможет быть хотя бы на 70–80% таким, как Клейн, этого хватит, чтобы быть выше среднего по морали.

Директриса спросила:

— Мистер Эдвард, вы больше не будете приходить?

Эдвард улыбнулся:

— Просто не так часто.

Она больше ничего не сказала. За годы через эту школу прошли сотни учителей. Даже бывшие ученики из бедных семей редко возвращались.

Но обещанное ежемесячное пожертвование принесёт школе больше пользы, чем любой учитель.

— Тогда я пойду.

Эдвард помахал и покинул школу.

Он пришёл сюда, чтобы испытать роль «Наставника». Эксперимент окончен — смысла оставаться нет.

Едва он вышел за ворота, сверху спустились лианы. Через миг Бернадет бесшумно появилась в одежде путешественницы. В её взгляде читалось любопытство.

— Что ты здесь делаешь?

Эдвард пожал плечами:

— Творю добро. Два дня преподавал здесь и пообещал директрисе ежемесячные пожертвования.

Бернадет скрестила руки, голос её был ровным:

— Для Потустороннего любое действие, нарушающее логику или кажущееся странным, — часть роли.

— …

— Из 22 Путей тот, что требует преподавания и передачи знаний, — это Путь Чтеца, верно?

— Но я Путешественник с Пути Ученика. Ничего общего с Чтецом.

Бернадет приподняла бровь:

— Ты забыл, что черту Учёного я отдала тебе?

— Э-э… я просто держу её для коего…

Она не стала настаивать.

— Зачем ты хотел меня видеть?

— Я собираюсь уехать из Бекленда и начать исполнять роль Путешественника, — сказал Эдвард. — Но ты ведь говорила, что катастрофа в Бекленде близка?

— И так же сказала, — спокойно ответила Бернадет, — что не могу назвать точный срок.

Её глубокие синие глаза вдруг стали отстранёнными и пустыми, будто пытаясь пронзить завесу ночи и заглянуть в будущее. Через миг она резко вдохнула и пошатнулась.

Эдвард машинально подхватил её за руку:

— Ты в порядке?

Она покачала головой:

— Всё ещё неясно. Но одно точно — это очень близко.

— Значит, ты советуешь остаться в Бекленде?

— Нет, или ты собираешься остановить катастрофу сам?

— Не совсем, — признал Эдвард. — Я боюсь, что та катастрофа навредит моим друзьям. Если я останусь — успею помочь. Помолчав, он добавил. — Конечно, если понадобится помощь — я сделаю всё, что в моих силах.

Затем, с лёгким колебанием, спросил:

— Я слышал, что Секта Демонесы может готовить в Бекленде вознесение ведьмы четвёртой последовательности до третьей… и её ритуал, возможно, включает масштабную катастрофу. Это та самая угроза?

Глаза Бернадет вспыхнули:

— Значит, вот оно… — Она кивнула, потом взглянула на его руку, всё ещё державшую её. Эдвард быстро отпустил и отступил. — Я поеду с тобой, — неожиданно сказала она.

— А?

— Ты же собираешься играть Путешественника? Я поеду с тобой.

— Зачем?

Она пристально посмотрела на него:

— Ты всё ещё должен мне две сказки. Расскажешь в дороге.

Затем, и уголки её губ тронула нежная улыбка:

— И заодно научишь меня языку из дневника. Отец оставил столько дневников и записей. Я не могу вечно полагаться на твои переводы. К тому же… — она слегка прищурилась, — ты что-то от меня скрываешь, верно?

«О нет, Император! Я же пытался сохранить твой величественный образ!»

Но если твоя дочь выучит китайский — мне конец! Нужно срочно найти отговорку… Может, сказать, что сначала надо стабилизировать усвоение зелья? Преподавать китайский в путешествии — это же…

Подождите!

Эдвард внезапно замер.

Бернадет — потусторонний третьей последовательности. Преподавание ей китайского — передача знаний. Плюс они будут путешествовать вместе… Разве это не идеально соответствует ключевым элементам роли Странствующего Наставника?

Он с подозрением уставился на Бернадет — неужели эта столетняя дочь Расэла из-за одних намёков связанными с Путям Путешественника и Учёного догадалась, что ему нужно учить кого-то в пути?

Серьёзно? Неужели она должна быть такой умной? С тех пор как он попал в Мир Тайн, ему всё чаще казалось, что его интеллекта маловато.

Помолчав, он пробормотал:

— Ты точно не боишься уехать из Бекленда? Вдруг, даже с Посланником и духовным миро не успеешь вернуться?

Она осталась спокойной:

— Тогда это просто значит, что катастрофа не мой шанс на вознесение. Если ты переживаешь за друзей — разве не эффективнее убедить их уехать, чем оставаться и защищать? У тебя, наверное, не один и не два друга. Уверен ли ты, что спасёшь их всех, когда настанет время?

Эдвард хлопнул себя по лбу:

— Чёрт! Ты права! Уехать из Бекленда — тоже вариант!

В оригинале все были в городе во время Великого Смога, и он бессознательно считал это неизбежным. Совсем забыл, что можно эвакуировать их заранее.

— Спасибо, Ваше Величество!

Не теряя ни секунды, Эдвард призвал посланника.

———

В роскошно убранной комнате…

Запечатанный артефакт 0-08 — Перо Альзухода скрипело по бумаге:

«…Клейн Моретти, через сеанс духа с Капимом, узнал, что второе исчезновение горничной Синтии может быть связано с Барреном. Дело могло бы на этом закончиться, но из-за чувствуя ответственности Клейн решил проследить за Барреном чуть дальше…»

«…Тем временем, Баррен уже в пути к гробнице…»

«…Получив напоминание от Королевы Мистики, Эдвард осознал возможность, которую давно упускал: Увезти друзей из Бекленда до катастрофы. Хотя Эдвард и Клейн не ключевые фигуры плане, их непредсказуемая природа делает полезным вовлекать их как можно чаще…»

В этот момент стройная рука схватила перо и вывела последнюю строку:

«Значит… всё должно ускориться».

Хозяин руки поднял взгляд и посмотрел в сад за окном. Хотя зима уже наступала, цветы здесь цвели в полную силу, будто игнорируя холод.

В комнате прозвучал тихий вздох:

— Я просто хочу жить… вот и всё.