Твоё имя

— …Какая ужасная история!

Оба пробормотали с жалобой.

Сириус глубоко вдохнул и спросил:

— Вы пришли в Азкабан посреди ночи только затем, чтобы проводить этим людям психологическую терапию? — Спросил он, не договорил вторую половину фразы: «Вам самим бы к психиатру сходить!»

Эдвард подошёл к Одри.

— Кого-нибудь вылечила?

Она покачала головой.

— Некоторые уже сошли с ума из-за дементоров, а у других дело не только в психологической травме… Даже, если я насильно применю Психические внушение, их невозможно по-настоящему вылечить.

— Понятно. Тогда я попробую другой метод лечения. Надеюсь, ты не против, что я вмешиваюсь в твою работу.

Он закончил говорить и быстро указал на три камеры, где сидели Пожиратели Смерти.

— Сириус, ты займись теми двумя там. Этого я возьму на себя.

— Что?!

Эдвард шагнул к одной из камер, выхватил револьвер и, не колеблясь, выстрелил три раза.

Без палочек и магии физическая выносливость волшебника не на много лучше, чем у магглов. После трёх выстрелов Пожиратель Смерти внутри был мёртв.

Эдвард убрал оружие в кобуру и улыбнулся.

— Когда ты мёртв, психологические проблемы уже не проблема. Это тоже можно считать формой лечения, верно?

— …

Остальные заключённые внезапно зашумели, заорав от паники и отчаяния:

— Стражи! Где мракоборцы?! Дементоры? Кто-нибудь, помогите!

— Кто-то проник внутрь! Чёрт возьми, где охрана?!

— Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Эдвард тут же снова поднял револьвер и направил его на шумную толпу.

— Кто издаст ещё один звук… умрёт следующим. — Через мгновение он повернулся к Сириусу. — Чего ты стоишь? Давай. Не говори, что не можешь заставить себя убить парочку Пожирателей Смерти?

Сириус откинул назад длинные волосы и мрачно усмехнулся.

— Нет, просто я думаю… им это слишком хорошо!

Он резко развернулся, и из его палочки вырвался луч смертоносного зелёного света.

— Авада Кедавра!

——

В какой-то момент с чёрного, как смоль, неба снова начали падать крупные снежинки. Пронизывающий до костей ветер гнал их внутрь коридоров Азкабана. Заключённые во внешнем крыле сбились в кучу, дрожа от страха.

С тех пор как группа — двое мужчин, собака и кошка — вошла в глубины тюрьмы, долгое время не было слышно ни звука. И вот, когда заключённые решили, что те ушли, спасши свою цель, раздались несколько яростных, полных яда криков —

Кто-то использовал Запретное заклинание.

За полминуты было произнесено как минимум двадцать «Авада Кедавр». Узники не имели ни малейшего понятия, что происходит внутри — не говоря уже о том, вырвутся ли убийцы наружу и начнут ли резню всех остальных.

Их страх и паника только усиливались.

Сириус стоял, тяжело дыша, с налитыми кровью глазами, глядя на два трупа, которых он казнил — а затем ещё раз взорвал и проклял дюжину раз.

После долгой паузы он наконец выровнял дыхание и повернулся к Эдварду.

— Кто следующий?

Остальные заключённые молчали, охваченные ужасом — вдруг он повернётся и метнёт в них Запретное заклинание.

Эдвард дважды кашлянул и сказал:

— Не волнуйтесь, я скоро закончу. Остальных оставляю вам.

Одри, хоть и чувствовала некоторый дискомфорт от резни вокруг, не считала это неправильным. Как и говорил Сириус, просто убить их было слишком милосердно — их следовало оставить здесь гнить, медленно мучимых дементорами.

Но Эдвард знал правду: Волдеморт неизбежно вернётся и спасёт своих старых последователей. Если их не уничтожить сейчас, они станут будущей угрозой.

Время текло медленно.

Одри переходила от камеры к камере, проводя свою версию «лечения». Сириус, стоявший прямо за ней, немедленно казнил каждого Пожирателя Смерти, как только она заканчивала.

Заключённые, не являвшиеся Пожирателями, постепенно начали расслабляться.

Одри и Сириус стали подобны самой смерти — куда бы они ни шли, там люди умирали.

— Как вас зовут?

— Клод Селвин.

— Авада Кедавра!

— Как вас зовут?

— Карфилд.

— Авада Кедавра!

Эдвард стоял сбоку, держа Лилит на руках. Внезапно ему пришла в голову странная мысль: если бы эту сцену превратили в картину, может, я назвал бы её… «Твоё имя».

В этот момент Лилит забралась к нему на плечо и прошептала:

«Эдвард, я хочу выйти погулять. Сьюзи тоже»

Сьюзи:

«???» — С каких это пор?!

Эдвард сразу понял, что она задумала, и кивнул.

— Хорошо.

Он вынес их двоих через каменные ворота и поставил снаружи, после чего развернулся и вернулся внутрь.

К тому времени Одри добралась до камеры Беллатрисы.

Как только она увидела лицо Беллатрисы, Одри сразу поняла — она уже видела его раньше, внутри ментального мира супругов Лонгботтом.

Тогда Беллатриса и ещё один мужчина возглавляли пытки несчастной пары, безумно хохоча. Самое важное — Одри позже узнала: в том мире Невилл всё ещё жил спокойно дома. Но это была всего лишь фантазия, иллюзия, за которую цеплялась пара.

В реальности маленький Невилл был прямо там, наблюдая за всем, как его родителей пытками довели до безумия. Именно поэтому Бабушка Невилла с болью в сердце выбрала стереть это воспоминание из разума внука, причинив повреждение, из-за которого у него с детства были проблемы с памятью.

Выражение Одри мгновенно потемнело. На этот раз она даже не стала зажигать свечу перед тем, как заговорить.

— Как вас зовут?

Беллатриса разразилась безумным смехом.

— Ха-ха-ха, разве вы не знаете? Или, может, тот, кто стоит за вами, знает лучше всех? Меня зовут Беллатриса Блэк… нет, я Беллатриса Реддл! Ха-ха-ха-ха-ха!

Одри молча отступила, уступая место Сириусу.

— Она вся твоя.

Но Сириус замешкался. Хотя он знал, что Беллатриса — отъявленная Пожирательница Смерти, знал, что она жесточе и безжалостнее остальных и заслуживает смерти, она всё же была его кузиной.

Он крепко сжал палочку, направив её на Беллатрису. Его рука слегка дрожала.

— Давай, Сириус, убей меня! Убей меня! Ха-ха-ха! Ты позор семьи, позор рода Блэков, жалкий предатель, отрёкшийся от чистокровных — убей меня! Убей меня сейчас!!!

Она дико визжала, извиваясь изо всех сил, будто хотела броситься вперёд и вырвать Сириусу горло зубами.

Эдвард снова вытащил револьвер.

— Хочешь, я сам с ней разберусь?

Сириус наклонился ближе и тихо сказал:

— Семья Блэков… нет, все Священные Двадцать Восемь — такие же. Они никогда не были благородны потому, что чистокровные. Именно из-за них чистокровность приравнена к благородству. Ты всё перепутала, Белла. Иначе зачем тебе клясться в верности Тому Реддлу, этому грязному полукровке?

— Заткнись! Заткнись! Тёмный Лорд не полукровка! Он самый благородный из—

— Авада Кедавра!

Вспышка зелёного света.

Ярость и безумие в глазах Беллатрисы мгновенно исчезли. Её конечности обмякли, всё ещё вися в воздухе на искривлённых железных прутьях.

Кланг.

Палочка Сириуса выскользнула из его пальцев и упала на пол. Его выражение оставалось спокойным.

— Она была последней Пожирательницей Смерти здесь.

— Чёрт, надеюсь, Волдеморт прибежит сюда, ожидая грандиозного воссоединения, и прямо вляпается в этот милый сюрприз, — добавил он, пожимая плечами. — Хотя, правда, весть о том, что случилось сегодня ночью, скоро разойдётся. Волдеморт обязательно узнает.

Одри сказала:

— Эдвард, моя духовность почти истощена. Я больше не могу продолжать.

Эдвард нежно взял её холодную руку и тёпло сказал:

— Прости. Ты сегодня хорошо потрудилась.

Она сладко улыбнулась.

— Вовсе нет. Я же пришла сюда, чтобы сыграть свою роль, разве нет?

Их нежный момент заставил Сириуса невольно сделать шаг назад. В его глазах это были двое мужчин за тридцать, ведущих себя как влюблённые.

Конечно, однополая любовь в Англии была обычным делом, но это не значило, что все были в неё вовлечены.

— Ладно, давайте сотрём им память и уйдём отсюда.

Одри колебалась, оглядываясь на ряды камер.

— Некоторые из заключённых — не Пожиратели Смерти… но они ещё более отвратительны, чем большинство Пожирателей. Некоторые убивали магглов просто ради забавы.

Прежде чем Эдвард успел ответить, Сириус уже поднял палочку. Его голос был ледяным.

— Кто именно?

Ну вот. Сириус что, только что раскрыл какой-то скрытый навык?

Одри тихо назвала номера камер, и Сириус, словно хладнокровный убийца, двинулся вперёд, держа палочку наготове.

— Подожди секунду, — окликнул его Эдвард, доставая флакон с оборотным зельем. — Вырви волос и добавь в него. Заставь их выпить перед тем, как закончишь.

— Зачем?

— Не хочешь, чтобы Министерство потом бесконечно тебя преследовало, верно?

Сириус понял.

Он подошёл к одному из заключённых, наложил «Империус» и заставил его выпить зелье Полижуса. Когда человек превратился в точную копию Сириуса, за этим тут же последовал зелёный свет Запретного заклинания.

Другие заключённые, только начавшие чувствовать себя хоть немного в безопасности, снова погрузились в панику.

Разве они не должны были убивать только Пожирателей Смерти? Что случилось с этим планом?!

Через несколько минут Сириус покончил с целевыми тёмными волшебниками и запихнул преобразованное тело обратно в свою старую камеру. Вернувшись, он спросил:

— Кто-нибудь ещё?

— Нет, — зевнул Эдвард. — Тогда объявляю сегодняшнюю операцию полностью успешной. Пойдёмте поспим.

Трое прошли через каменные ворота во внешнюю часть Азкабана. Сириус оглянулся с изумлением.

— Что это было заклинание? Оно позволило нам просто пройти сквозь стену?

— Просто маленький трюк. Не заморачивайся, — ответил Эдвард.

— Это не «маленький трюк»!

Сириус собирался продолжать расспрашивать, когда вокруг них раздался хор криков. Он обернулся и увидел, как заключённые во внешних камерах вступили в драки, проклятия и визги боли эхом разносились по всей тюрьме.

— Что, чёрт возьми… с ними случилось?

Эдвард и Одри нисколько не удивились. Для Одри Азкабан был идеальным местом для исполнения её роли… И для Лилит он подходил ничуть не хуже.

Вскоре Лилит и Сьюзи прибежали обратно. Лицо Лилит сияло самодовольством, но, едва открыв рот, чтобы заговорить, она остановилась и посмотрела на Сириуса.

— Можешь говорить, — сказал Эдвард.

«Ура!» — Лилит просияла. —« Эдвард, зелье мисс Лилит почти полностью переварилось!»

— Ты молодец, мисс Лилит.

«Хи-хи!»

Одри подняла Лилит на руки и бросила на Эдварда косой взгляд.

— Значит, наша мисс Лилит на один шаг ближе к тому, чтобы стать человеком.

Эдвард: «…»

Если хочешь похвастаться — просто скажи. Зачем так на меня смотришь?