Мистер Шут

Пока повторные ментальные атаки Хвина Рамбиса постепенно подтачивали защиту Объятия Ангела, пока мысли Эдварда мчались, как молнии.

Верно — формы мифических существ не только усиливают мощь, но несут в себе сильнейшую скверну.

Раньше он её не ощущал из-за Тупости, дававшей иммунитет… но нечистота всё равно была — и постоянно истощала его.

Значит…

— Отпор!

Это была способность, полученная Эдвардом при переходе на пятую последовательность и используя [Мечту] — она не только нейтрализует вред от нечистоты, но и вдвое отражает его обратно источнику.

В следующий миг серо-белый дракон издал глубокий, хриплый рык.

Чешуя по всему его телу начала извиваться и деформироваться. Из-под основных чешуек стали прорастать мелкие вторичные, а человеческая голова больше не могла держать форму — она грубо раздулась, стремительно превращаясь полностью в драконью.

Одновременно с этим давление, сдавливающее сердце Эдварда, исчезло.

Эдвард действовал решительно: он метнул монету, усиленную Усилением + Искажение.

Подкреплённая двумя способностями четвёртой последовательности, монета без труда пробила плотную драконью чешую и разнесла ещё не до конца сформировавшуюся голову.

Но… этого было недостаточно, чтобы убить полубога.

Огромный дракон бился в конвульсиях, хлопая крыльями, катаясь по земле. Из обрубка шеи хлынула багровая плоть, явно пытаясь восстановить голову.

— Усиление! Искажение! Усиление! Искажение! Усиление! Искажение!

Три подряд усиленных Искажения усугубили рану, приближая её к смертельной.

— Усиление! Авада Кедавра!

Он влил почти всю оставшуюся духовность. Зелёное Убийственное проклятие, подкреплённое колоссальной духовной мощью, превратилось в изумрудную молнию, поразившую обрубок шеи. Смертоносный зелёный свет мгновенно распространился по всему телу дракона, уничтожая жизненную силу на своём пути.

Затем он вытащил бутылку вина, созданного из Кубка Пуффендуй, и залпом выпил — мгновенно восстановив около двух третей духовности.

Цена? Характеристика Жнеца, добытая на острове Бенси.

— Усиление! Авада Кедавра!

Второе проклятие-молния выстрелило, ускоряя распространение зелёного сияния. Когда каждый дюйм жизненной силы был уничтожен, огромное безголовое тело рухнуло с гулким ударом — без головы оно даже не смогло издать последний крик.

— Умер…?

Эдвард потёр ноющие виски — духовность почти иссякла.

Подумав мгновение, он достал бутылку вина, настоянного на характеристике шестой последовательности, и выпил — восстановив ещё около одной шестой.

Он подбросил монетку:

«Убит ли стоящий передо мной Потусторонний высокой последовательности Пути Зрителя?»

Орёл — да.

— Серьёзно? Я действительно убил полубога-Зрителя… в одиночку?

Хотя он участвовал в убийствах полубогов и раньше, всегда были союзники. Он чаще всего играл роль приманки или поддержки.

Но сейчас… он сам уничтожил полубога Пути Зрителя?

Внезапно зрение у него замутилось.

Он увидел бескрайний, иллюзорный серый туман — и в его глубине, высоко над всем, сидел Мистер Шут. Спокойный, торжественный голос прокатился:

— Все. Мне нужно, чтобы вы молились мне непрерывно — с этого момента и до моего дальнейшего указания.

Затем туман исчез.

— Непрерывные молитвы…? Клейн снова в беде? Или… он нашёл выход?

Как бы то ни было — приказ ясен. Он подчинится. Но, возможно, стоит подождать, пока выпадут характеристики полубога?

Едва эта мысль возникла, его духовность завизжала:

Беги. Беги. СЕЙЧАС.

И в ухо раздался знакомый голос:

— Хе-хе… Ты думал, что убийство тела Зрителя означает его настоящую смерть?

Эдвард застыл. Сознание погрузилось во тьму.

——

В странном пространстве Хвин Рамбис, наконец, прорвался.

Он миновал ангельскую фигуру, окутанную двенадцатью чёрными крыльями и золотым светом, и достиг острова разума Эдварда.

Сделав шаг вперёд, он вознёсся, распахнул дверь, символизирующую ментальную защиту, и уставился прямо на остров, олицетворяющий ядро сознания Эдварда. Его зрачки вспыхнули золотом.

— Посмотрим… какие секреты ты скрываешь.

——

Тем временем, в море…

Элджер сидел в капитанской каюте, изучая морские карты.

Через несколько дней он прибудет в регион Байям, завершив миссию по сопровождению Роя Кинга из Жизненной Школы Мысли и получив щедрую награду — Рой пообещал полную компенсацию за любые убытки, вызванные «Проклятием Несчастья», окружающим его.

Внезапно зрение Элджера помутнело.

Он снова увидел бесконечный серый туман. Мистер Шут восседал на древнем бронзовом троне.

— Все. Мне нужно, чтобы вы молились мне непрерывно — с этого момента и до моего дальнейшего указания.

Когда зрение вернулось, он снова был в каюте.

Хотя озадаченный, он торжественно приложил руку к груди и прошептал:

— Хвала Шуту.

——

В тот же миг в Серебряном Городе

Деррик Берг всё ещё находился на карантине.

Прошло уже несколько дней с их возвращения из храма, и всё оставалось спокойным. Единственное странное — у заражённых членов команды иногда возникали странные эмоциональные всплески, но ничего опасного.

Внезапно его зрение помутнело. Он увидел густой туман, древний дворец, достойный великанов, и Мистера Шута, восседающего на троне в глубине серого тумана.

— Все. Мне нужно, чтобы вы молились мне непрерывно — с этого момента и до моего дальнейшего указания.

Когда голос стих, зрение вернулось.

Не колеблясь, он зашёл в уборную, сложил ладони и начал молиться. Не зная, что из тьмы за ним молча наблюдала чёрная тень.

——

Назад, в Бекленд, в штаб-квартире Ордена Авроры…

Мисс Смерть — Присцилла — лениво раскинулась на диване.

Внезапно Медичи вытащил из воздуха лист бумаги.

Бегло просмотрел, затем наблюдал, как он самовозгорелся без пламени.

Повернувшись к мистеру А, он спокойно сказал:

— Мистер А, пора.

Мистер А удивлённо моргнул.

— Ваше Преосвященство, что вы имеете в виду?

— Сделайте то, чего вы всегда хотели.

— Что…?

— Хе-хе… Пусть Господь нисойдёт.

Глаза мистера А засветились зловещим светом.

— К вашим услугам, сэр.

Медичи расхохотался:

— Не к моим. Всё… ради Господа.

— Всё ради Господа.

Мистер А отступил — и исчез.

Брови Медичи дёрнулись, он бросил взгляд на Присциллу:

— Мелюзга… к тебе снова обратилось то таинственное существо?

Присцилла вскочила.

— Я в уборную!

— Эй! Ты, мелкая…

Она высунула язык:

— Не скажу! Ня-ня~!

— Надоедливый бесёнок!!

——

Бекленд, роскошное поместье семьи Холл.

Одри, услышав приказ Мистера Шута, сразу приказала Сьюзи охранять дверь.

Она наложила Заклинание незаметностсти на свою комнату, зажгла благовония и свечи и начала молиться:

«Шут, не принадлежащий этой эпохе…»

———

[Книжный мир — Заснеженный городок]

Форс так и не добилась прогресса в разговоре с Джессикой — на самом деле, это был монолог с самого начала. Раздражённая и задыхающаяся от злости, она была готова взорваться, когда Клейн отвёл её в сторону и поделился своим планом.

— Самоубийство?! Ты серьёзно?!

Клейн торжественно кивнул.

— Я хочу попробовать.

— Но твоя теория может быть и неверной, — пробормотала Форс, чувствуя, как возвращается тяга к сигарете. — Если надписи на твоей руке и правда подсказка от тебя же, зачем делать всё так окольно?

— Если бы было слишком прямо, — ответил Клейн, — возможно, мы вообще не увидели бы их сейчас.

— Но… если бы я была финальным боссом, мне было бы всё равно, прямые подсказки или хитрые. Я бы либо стёр их полностью, либо… подменил фальшивками! Мне бы доставило удовольствие смотреть, как люди падают от надежды в отчаяние.

Заметив странный взгляд Клейна, она быстро добавила:

— Я… я говорила с точки зрения босса!

— Я тоже об этом думал, — спокойно сказал Клейн. — Но мне остаётся только рискнуть… возможно, это всего лишь «игра», которую она ведёт со мной. И даже если я ошибаюсь, в худшем случае я просто потеряю ещё часть памяти.

Он взглянул на женщину, спокойно читающую под священным светом. Сейчас она выглядела как истинная, благочестивая священница — взор умиротворён, выражение лица — безмятежно.

Форс покачала головой.

— Нет! Учитывая, как ты забыл, что уже бывал в церкви, ты можешь вновь потерять все связанные воспоминания — всё, что мы пережили за последние дни.

Лицо Клейна стало серьёзным.

— Я не из тех, кто любит рисковать. Я предпочитаю действовать пошагово, держа исход под контролем. Но сейчас… у меня нет выбора. Придётся рискнуть. Если я провалюсь — если потеряю всю память — тогда всё будет зависеть от тебя.

— …

Форс долго молчала. Затем дрожащими пальцами вытащила последнюю сигарету. Голос тоже задрожал:

— Если… если всё это действительно месть мне… я не могу представить, насколько велика её ненависть. Из-за меня сюда затянуло всех… Этот груз… он душит.

— Не думай так. Никто не должен чувствовать вину за зло, которое другие творят из-за ненависти к нему. Ты тоже жертва, не так ли?

Клейн похлопал её по плечу.

— Всё будет в порядке.

— Солнце встаёт! — раздался громкий крик у окна.

Багровое солнце пронзило тьму, поднимаясь над горизонтом. Рассвет наступил.

— Ладно, пора действовать. — Клейн отряхнул пыль с шёлкового цилиндра. — Не волнуйся — я не буду делать это в одиночку.

Он надел шляпу и направился в уборную.

Закрыв за собой дверь, он сделал четыре шага внутри духовной стены и оказался над величественным серым туманом.

Клейн торжественно сел на бронзовый трон и протянул пальцы к четырём иллюзорным багровым звёздам, рассеянным в тумане.

— Все. Мне нужно, чтобы вы молились мне непрерывно — с этого момента и до моего дальнейшего указания.

Убедившись, что члены Клуба Таро получили послание, он рассеял духовность и вернулся в реальный мир, где приложил револьвер к виску.

Спрятанный в тени, Феникс был в полном замешательстве: Эдвард велел ему войти и наблюдать — если Клейну или Форс будет угрожать опасность, помочь. Но никто не говорил, что делать, если они сами себя убьют!

— Как обычно, сначала быстрое предсказание.

Клейн достал монетку и легко щёлкнул.

Монета закрутилась в воздухе, изящно переворачиваясь, прежде чем упасть.

Клейн спокойно смотрел на неё, но не потянулся её подхватить.

— …Забудем.

Бах!

Выстрел прозвучал.

Больно… очень больно!

— Я уже жалею, что решил это сделать.

Всё погрузилось во тьму.

——

Клейн чувствовал, будто тонет в глубоком океане. Воздух вокруг сдавливал его, как вода под колоссальным давлением. Он не мог дышать, двигаться, даже открыть глаза.

Вскоре его охватило ощущение падения. Душа не успевала за телом — начинала отставать, рассеиваться, распадаться.

Вспышки воспоминаний мелькали в сознании, быстро теряя чёткость:

Кто я?

Где я?

Что я делаю?

Зачем я это сделал?

Он не понимал. И не хотел думать. Ему хотелось только спать… спать вечно…

«Шут, не принадлежащий этой эпохе…»

Кто… зовёт меня?

«Шут, не принадлежащий этой эпохе…»

Это голос Мисс Смерти.

«Таинственный Повелитель над серым туманом…»

Это голос Мисс Справедливости.

«Повелитель жёлтого и чёрного, владыка удачей…»

Это голос Повешенного.

«Твой верный слуга молит о твоём взгляде…»

Это Солнце.

Но… мне так хочется спать.

Просто… спать.

Слишком шумно.

Слишком громко.

Перестаньте говорить. Просто… перестаньте…

«Шут, не принадлежащий этой эпохе; таинственный Повелитель над серым туманом; повелитель жёлтого и чёрного, владыка удачи. Твой верный слуга молит о твоём взгляде…»

Одна молитва за другой. Один шёпот за другим. Кто-то благоговейный, кто-то торжественный — повторяя, снова и снова, в его ушах.

Пока в один миг…

Ш-ш-ш!

Клейн открыл глаза.