Интерлюдия. Селестина Роджине

Меня зовут Селестина Роджине.

Я третья дочь из семьи Роджине. Звучит так, будто я из знати, но на самом деле я просто одна из деревенских девушек.

И эту самую деревенскую девушку втянули в странную судьбу.

Причиной стала святая метка.

Когда мне было десять лет, на ладонях обеих рук у меня появились странные синяки.

Они не были милыми на вид, поэтому я прятала их, но люди из церкви, пришедшие в деревню, заметили их.

Люди из церкви сильно разволновались и поговорили со старостой деревни и моим отцом.

В результате было решено, что я покину деревню и отправлюсь вместе с людьми из церкви. К сожалению, такое часто случается.

……

Раз уж я отправлялась туда вместе со служителями церкви, то, наверное, всё было не так уж и плохо.

Единственное, что вызывало у меня недовольство — это сумма, которую они заплатили моему отцу.

Сущие гроши. Ну слишком уж мало. За такие деньги даже козу не купишь.

Неужели это и есть моя цена? Даже если бы они заплатили в десять раз больше, не думаю, что их бы покарали за расточительство. От этого было так обидно.

Поэтому я стала вести себя по-бунтарски.

Наверное, это был тот самый возраст, когда хочется просто всё крушить.

Ломать чужие вещи было жалко, поэтому до этого не дошло, но в пути я вела себя крайне вызывающе.

Когда мне говорили сесть в карету, я забиралась на крышу; когда говорили, что пора есть, я съедала порции других людей.

...Это был провал.

Видимо, церковники решили, что я совершенно дикая, невоспитанная девчонка, и стали обращаться со мной соответствующе.

— Пройдите в карету и займите самое дальнее место. Место — это сиденье. Сядьте на него. Сесть — значит поместить на него свои ягодицы. Да, вот так, хорошо. А теперь замрите и не двигайтесь. И, пожалуйста, не болтайте ногами, это крайне дурной тон. Вам понятно?

И в таком духе комментировался каждый мой шаг. Я несколько раз пыталась извиниться, но всё без толку.

……

Да, я больше не буду перечить.

Люди из церкви привезли меня в великолепную церковь в большом городе.

Там мне предстояло пройти обучение, чтобы научиться слышать голос Бога.

Во время обучения на меня то и дело приходили поглазеть всякие важные шишки из церкви.

И зачем тогда вообще нужны тренировки, если мне каждый раз приходится прерываться, чтобы их поприветствовать?

А, так мне ещё и переодеться нужно? В этом наряде нельзя, да? Кто там на этот раз пожаловал?

Оказывается, наряды полагалось менять в зависимости от статуса гостя. Да, парадная одежда — это, конечно, красиво. Но сколько же с ней мороки! Раз наряд такой сложный, значит гость очень важный. Как же это утомительно.

……

Прошло около двух лет с начала моего обучения.

По ощущениям, половину этого времени я вообще толком не тренировалась, но, как ни странно, всё равно начала слышать голос Бога.

Сначала я думала, что мне это мерещится, но, видимо, это и был божественный голос.

Я могла только слушать. Разговаривать было нельзя.

Ощущение такое, будто в голове одновременно говорят десятки людей.

В этом гуле я лишь улавливала отдельные осмысленные слова, вот и всё.

Сама я при этом не осознавала, что именно произношу вслух. Звучит странно, но я действительно ничего не помнила, так что тут уж ничего не поделать.

Зато после этого все эти церковные святейшества вмиг склонили передо мной головы.

С того самого дня меня провозгласили Святой и приставили ко мне десяток служанок.

Да и комната мне досталась самая роскошная. Не жизнь, а сказка.

Однако я должна была слушать голос Бога хотя бы раз в день. И это дико выматывало.

Ну, наверное, людям из церкви было ещё тяжелее.

Слушая голос Бога из моих уст, они то плакали от радости, то падали в обморок от страха... Что же такое я им там говорила?

Мне было любопытно, но кого бы я ни спрашивала, никто мне не отвечал.

Говорят, что если я получу лишние знания, голос Бога исказится. Я понимаю логику, но всё равно недовольна.

……

Сколько времени прошло с тех пор, как я начала слышать голос Бога?

Около четырёх месяцев.

А потом на церковь кто-то напал. Я, как простая деревенская девчонка, жутко перепугалась.

Нападавшие были одеты во всё чёрное.

Они ворвались прямо ко мне. Видимо, я и была их главной целью.

Но я дала им достойный отпор.

Даже враг никак не ожидал, что я перейду в контратаку.

А ведь деревенские девушки многому учатся, чтобы уметь за себя постоять.

Даже оказавшись в церкви, я каждый день перед сном по часу отрабатывала приемы.

Мой короткий хук слева — плод тех самых тренировок — точно впечатался в правый бок нападавшего. Резкий удар снизу вверх, это моя коронная фишка.

Раздался сдавленный вскрик.

Хе-хе, каким бы здоровым ни был мужик, если хорошенько врезать ему туда, он мигом сложится пополам. Главное — бить точно в цель.

Прежде чем он упал, я нанесла три удара в одно и то же место. А затем, когда он начал оседать, я провела апперкот в его челюсть справа. Это был удар от всей души.

Однако нападавший, хоть и получил урон, отступил. Он сбежал. Какая жалость.

Но я старалась. Поза победителя!

Правда, мои служанки испуганно попятились.

Разве вы не должны были выйти вперёд и защитить меня? Разве при нашей первой встрече вы не говорили, что заодно являетесь моими телохранителями? Ну всё, с сегодняшнего вечера будем тренироваться вместе, уяснили?

Нападения происходили ещё несколько раз.

Пару раз меня всё-таки умудрились похитить. Правда, оба раза меня спасали до того, как успевало случиться хоть что-то страшное, так что всё ограничивалось лишь лишней суматохой.

С одним из нападавших мы даже успели найти общий язык. С тем самым парнем, которому я тогда хорошенько врезала.

Его, судя по всему, тоже кто-то нанял, и он явно мне сочувствовал.

Хотя похищать-то он меня всё равно похищал, да? Благо, обходились со мной вежливо, так что я была в полной безопасности.

Церковь, конечно, тоже не сидела сложа руки.

Они стягивали подкрепления, нанимали сильных авантюристов и пытались выяснить, кто за всем этим стоит.

Вот только вечно опаздывали.

И да, меня снова похитили.

Уже в третий раз.

Интересно, когда же меня спасут в этот раз?

…Помощь так и не пришла. Похоже, от церкви вообще никакого толку. Боже мой. Около полугода я передавала голос Бога в месте своего заточения. Я не могла сопротивляться. Если бы я воспротивилась, мне бы пришлось туго. Если послушно подчиняться, с тобой обращаются вежливо и даже обеспечивают едой. Здесь я делала это не каждый день, а раз в неделю, и высокопоставленных лиц тут, кажется, немного, так что это легко. … Я даже начала подумывать, что со спасением можно было и не торопиться.

Мои «спасители» тоже оказались выходцами из церкви, просто из другой фракции. Тогда-то и выяснилось, что мои похитители также принадлежали к одной из церковных ветвей. … Что вообще происходит? Сплошная неразбериха. Ясно было одно: все они охотятся за мной. Ну и ладно. Пойду к тем, кто предложит лучшие условия.

— До нас дошло предание, что если лишить себя зрения, можно лучше слышать голос Бога.

Ой, нет. Эта фракция мне точно не подходит. Я, пожалуй, откажусь. Спасите, кто-нибудь!

……..

Несколько лет постоянных похищений. Я побывала в самых разных местах. Это было тяжело. Да, когда тебя похищают у фракции с легкими условиями и передают в суровую — это мучительно. Особенно когда меня похитила фракция с невкусной едой, я всерьез подумывала о побеге своими силами. Трижды в день есть кашу… к тому же жидкую, почти как вода. При этом начальство питалось роскошно, так что я искренне желала им божьей кары.

В конце концов, меня захватила вооруженная группировка при штаб-квартире религии Корин. Это отряд, славящийся своей жестокостью. Я думала, что меня так и спрячут в штаб-квартире церкви, но меня забросили в некую деревню. Сказали, чтобы я пока спряталась здесь. Видимо, они проявили заботу, так как я в прошлом была деревенской девушкой. Но ведь я уже столько всего повидала. Смогла бы нынешняя я довольствоваться тихой и размеренной деревенской жизнью…

Я переодевалась бесчисленное количество раз. Если это испытание от Бога, то оно жестоко.

У меня тоже есть хоть немного стыда. И еще, извините за дерзость. Буду в вашем распоряжении. Приятно познакомиться. Да, если позволите, я побуду немного в своей комнате… Ах, я с запозданием, но благодарю за то, что выделили мне комнату. Еда просто невероятно вкусная.

Мне потребовалось очень много времени, чтобы привыкнуть к деревне. Я доставила вам столько хлопот. Прошу прощения. А еще меня очень выручал Винный слайм — частенько приносил мне выпивку. Огромное ему спасибо. То, как нас вместе отругала горничная-они, — незабываемое воспоминание. Извините, что пили втихаря.

В этой деревне ко мне не относятся по-особенному. Ко мне относятся как к обычной девушке. Поэтому я тоже трудилась в деревне не как святая, а как простая девушка. Сбор урожая вызвал у меня ностальгию.

Урожай всех культур в этой деревне такой богатый, что можно только позавидовать. Но неужели мне, как святой, действительно не нужно работать? Находясь в этой деревне, я так отчетливо слышу голос Бога… Ой? Котик, что случилось?

Хе-хе, поначалу мне было страшно, но теперь я в порядке. И почему я падала в обморок при виде этого котика? Ах, не извиняйся. Ты ведь ни в чем не виноват. Иди-ка ко мне, дай я тебя обниму.

Хм, что же это? Что за странное чувство. Словно я обнимаю самого Бога… Должно быть, просто показалось.

Давайте вместе сходим поприветствовать Бога Творца. Это моя ежедневная рутина. Эта статуя просто потрясающая, не так ли? Говорят, Староста сделал её своими руками, но перед ней невольно хочется склонить голову. Вот бы мне доверили работу по уходу за этой статуей.

С моего появления здесь прошло чуть больше года. И было решено, что я официально перееду сюда жить.

Похоже, верхушка религии Корин пыталась подыскать мне другое место, но ни один из вариантов не выгорел. Они передо мной долго извинялись, хотя это было совершенно ни к чему. Я хочу жить именно здесь.

Правда, работать я буду в другом месте.

Моим рабочим местом стала церковь в Пятой деревне, куда ведет подземный ход из деревни. Странно, конечно, что пройдя по подземному ходу, ты оказываешься на вершине небольшого холма, но я не обращаю на это внимания. К странностям за время жизни в деревне я уже привыкла.

Я стала главой этой церкви.

Вы точно в этом уверены? Понимаю, раз кроме меня тут никого нет, выбор невелик… но ладно, я постараюсь изо всех сил.

Однако справляться в одиночку… простите. Стыдно признаться, но я не слишком хорошо разбираюсь в церковных ритуалах. Да, я святая, но моя роль всегда сводилась к функции живого символа. Я просто сидела смирно на церемониях и больше ничего не делала.

Узнав о моем затруднительном положении, руководство религии Корин прислало мне в помощь нескольких священников. Это просто невероятно выручило.

— Да, я на вас очень рассчитываю! А? В смысле, мне тоже придется учиться?..

…

— Поняла, я постараюсь. Но только с завтрашнего дня. Сегодня я обещала помочь со сбором урожая в Деревне Великого древа. Кстати, насчет Праздника урожая в Пятой деревне — я посоветуюсь об этом с Йоко. Мне кажется, лучше устроить что-нибудь масштабное и яркое, а вы как считаете?

…Ой, простите. Наверное, я неправильно выразилась. Какое меню должно быть на празднике: роскошное или лучше обойтись чем-то скромным? Вот так. В таком ключе я с ней и поговорю.

……..

Меня зовут Селестина Роджине. Я святая, способная слышать голос Бога, но… теперь меня это мало заботит.

— Можно мне разбить огород за церковью? Правда? А культуры для выращивания я могу выбрать сама, верно? Спасибо большое.

Ведь у меня появился свой собственный огород, о котором я мечтала с самого детства.

Хе-хе, я не прощу того, кто разорит мой огород. Я попрошу Бога проклясть его. И пусть он отведает моего смертоносного короткого левого хука.

Ну а пока мы со Старостой Деревни Великого древа можем часами увлеченно обсуждать наши фермерские заботы.